Отблеск души

Дин очнулся. Сначала он не понял, где находится и почему. Белые стены палаты давили на разум, словно слепящий свет благодати. Мысли о небесном моджо сразу всколыхнули в памяти события последних часов. Почему-то Винчестер был уверен, что прошло не так уж много времени, несмотря на то, что часы на стене показывали полночь. — Сэм, — позвал брата Дин, сев на кровати и небрежно достав катетер, соединяющий его вену с капельницей. — Сэм? Винчестер оглядел палату и, никого не обнаружив, постарался привстать. У него слегка кружилась голова, но в целом он чувствовал себя нормально, если не считать саднящей боли в душе. Видимо, благодать Кастиэля исцелила его полностью. Теперь Дин был уверен, от чего опустошился Кас. — Кас? — с надеждой прошептал Дин, пристальнее разглядывая помещение. Казалось, мужчина отрицает возможность гибели друга так же рьяно, как когда-то отрицал, что этот чертов ангел для него гораздо ближе, чем бывают друзья. Кастиэль просто не мог погибнут, только не сейчас. — Дэль? — выпалил он под конец, надеясь, что хоть кто-то отзовется и объяснит, чем закончился тот ужасный эпизод в бункере. Ответа не последовало. В палате стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь зудящим нервы тиканьем настенных часов. Дин зажмурился. Картинки тех минут, когда бездыханное тело Кастиэля лежало на кровати, снова вспыли в памяти. Это было невыносимо. Бледный ангел с синюшными губами и погасший взгляд его некогда пронзительных божественных глаз — не существовало зрелища страшнее, несмотря на то, что Винчестер за свою жизнь насмотрелся немало ужасов. Беззвучное «прости» охрипшими тонами голоса разрезало царящую кругом безмятежность. Дин тяжело вздохнул, и из его глаз обреченно хлынули слезы. Прислонившись к стене, мужчина пытался сдержать давящий ком в горле, но чем больше он старался, тем сильнее плакал, как человек, лишившийся смысла жизни. Сколько еще он мог вытерпеть потерь? Скольких еще должен был похоронить? И эти вопросы остались без ответа. Не было ничего, кроме отчаянья и безысходности. Не было никого, кто мог бы утешить. — Кас, — как молитва сорвалось с дрожащих губ Дина, — Кас… — Винчестер осел на пол к закрыл лицо руками. Никто и ничто на свете не должен был видеть его стыда, боли и гнева. Даже воздух в этой комнате не имел права разделять эту бесконечную скорбь. Никто, ничто и никогда.

***

Сэмми обдумывал, как использовать Кроули, когда его телефон внезапно завибрировал. Прошло много часов с тех пор, как они с Дэль разделились, занявшись поисками, и он уже волновался. На звонки Даниэль не отвечала и на молитвы тоже. Сэм немного паниковал. Схватив только что зашумевший мобильник, Винчестер-младший очень надеялся, что она, наконец, объявилась. — Сэмми? — еле услышал он сквозь сдавленный всхлип. — Где ты? — Дин, — закричал он в трубку, — Дин, я скоро приеду, никуда не уходи и не делай глупостей, у нас есть план, как вернуть Каса, — протараторив это, младший Винчестер заткнулся, надеясь, что до брата дошел смысл этих слов. — Мне всё равно, что вы там напридумали, просто верни мою машину, — сердито процедил Дин. Было заметно, как нотки гнева доминируют над печалью, до этого ярко звучащей в его голосе. — Хорошо, Дин, я скоро буду, — сбросив звонок, Сэм в шоке уставился на мобильник. Такая реакция брата на гибель ангела была пугающей, учитывая степень и форму их отношений. И градус ярости, выплеснутой на того, кто давал надежду, казался слишком неадекватным. Дин редко сдавался, он всегда старался найти точку соприкосновения, которая поможет смело идти дальше, ну или совершать что-то из ряда вон выходящее, лишь бы исправить события или пережить их. Смирение Винчестера-старшего, граничащее с ненавистью, выглядело куда опаснее и непредсказуемее. Сэм буквально рванул. Некогда было колесить до больницы на Импале, охотник решил использовать Кроули. — У нас тут ЧП с Дином и некогда заключать сделки, просто помоги мне его усмирить, а ответную услугу мы обсудим позже, только на душу и не надейся, — проговорил Сэм, стирая ботинком ловушку. — Ваши проклятые души меня не интересуют, только место нахождения Нефелина, Лосяра, — иронично протянул король Ада. — Договорились, ты помогаешь мне удержать от глупостей Дина, а я тебе рассказываю, как призвать Нефелина, — согласился Сэм, конечно, не планируя сдавать этому уроду Дэль. Он знал, что найдет лазейку в этой сделке, он всегда был чересчур уверен в своей правоте. — Ты за дурака меня считаешь, брат Бельчонка? Никуда мы не пойдем, пока не заключим договор, — прошипел демон. — Отлично, — брезгливо выпалил младший Винчестер и, в отвращении скривившись, чмокнул не ожидавшего этого короля в сомкнутые губы. — А теперь перемещай меня в больницу, иначе убью тебя, — достав из кармана нож, пояснил Сэм. Слегка шокированный его поведением Кроули озадаченно кивнул и, взмахнув рукой, переместил его по указанному Винчестером адресу. Дин, рядом с которым они материализовались, ждал их у выхода из больницы, опустошая бутылку пива. — Ты сбежал? — ахнул Сэм, сдерживая себя, чтобы не врезать строптивому брату. — Где моя Детка? — буркнул Дин, испепеляя младшенького неконтролируемым гневом. — И что этот мудак здесь делает? — имея ввиду Кроули, закончил он. — У нас с ним уговор, — не стесняясь, заявил долговязый Винчестер. — Ты охренел? — заорал Дин, теряя последние остатки самообладания. — Сделка с демоном? Серьезно, Сэмми, ты добить меня хочешь? — А-а-а, теперь тебе не всё равно? Отлично, тогда давай поговорим, прежде чем ты разобьешь Импалу, руля ею по пьяни, — съехидничал Сэм. — Я не собирался вредить своей Детке, — осуждающе шикнул на брата Винчестер и покачнулся так, словно уже успел нагрузиться спиртным под завязку, и это спиртное явно было не пивом. Сэмми подхватил пьяного Дина и приказал Кроули переместить их к бункеру. Король только ехидно фыркнул на командный тон Лося, но исполнил его просьбу, лениво махнув рукой.

***

— Сын Божий, кем бы ты ни был, как бы тебя ни звали, приди на мой зов и проси, что хочешь, только верни Кастиэлся к жизни, — молила Даниэль, сидя на полу убогой тюрьмы. На самом деле, комната, в которой она была заключена, выглядела не так уж и пусто. Вокруг возвышались полки с книгами и домашний кинотеатр, валялась уйма дисков, стояли мягкие кресла и диван. Имелся даже санузел, хотя вряд ли Метатрон потребовал бы ванну с туалетом для своих естественных потребностей, которых у ангелов не существовало, скорей всего, ему было необходимо место для уединения, чтобы творить свои грязные магические дела. Но Дэль, как наполовину человек, нуждалась в комфорте и потому была рада таким возможностям. Она уже вторые сутки маялась тут, часто сбегала в ванну и возносила мольбы неизвестному архангелу. «Рано или поздно он откликнется!» — думала Нефелин, убеждая саму себя, иначе в чем тогда был смысл ее пленения? Наверняка могучему войну Небес что-то он нее понадобилось, в противном случае, они просто испепелили бы Дэль. Если, конечно, такое возможно? Тут она и вспомнила слова Каса: Ирины не имели слабостей ангелов… Через них Падшие хотели узнать секрет бессмертия, не обремененного страхом к священному маслу или архангелам… — Ах вот оно что? Ты не можешь меня убить? Хочешь меня изучить? Завладеть моей, возможно, еще недозревшей благодатью? Или просто хочешь, чтобы я не обрела могущество, став для тебя угрозой? — выпалила Нефелин в воздух, будто зная, что ее слушают. — Так не парься, я откажусь от своего моджо без проблем, только спаси моих родителей, крылатый козел! — прошипела она под конец. — Выбирай выражения, милая племяшка, — услышала она насмешливый голос позади себя. — Я еще не решил, что с тобой делать, но если ты готова стать моим послушным щенком, я обдумаю твои просьбы! Даниэль медленно повернулась к источнику сарказма и приоткрыла от удивления рот. — Могучие архангелы всегда выглядят так нелепо? — скептически хмурясь, спросила Нефелин, разглядывая смешливого, чуть полноватого коротышку, при этом упорно игнорируя его благодатный облик, который действительно внушал пиетет. — Не оскорбляй мой священный сосуд, дурашка, — фыркнул нынешний предводитель небесного войска, доставая из кармана конфетку. А Дэль продолжала ошарашенно на него глядеть, подмечая, как он быстро уничтожает одно лакомство за другим. — Но, — запнулась Даниэль, в неуверенности изогнув бровь, — разве сладкоежка среди архангелов не пал в бою с Люцифером? — вспоминая рассказы Сэма, поинтересовалась она, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Не понимаю о чем ты, ма шери, — иронично протянул он, вскользь разглядывая ее. — Ах, как ты похожа на Дин-о, смешно до икоты. — Кто тебя воскресил? Или ты и не умирал? — обвиняющим тоном, выпалила Дэль. — А вот это уже не твое дело, — хмыкнул Габриэль, театрально закатывая глаза. — Лучше обсудим наше взаимовыгодное сотрудничество. — Я не против, назови свои условия, — деловито парировала Нефелин, чувствуя, как искры надежды буквально затопляют ее. Нет, она, конечно, знала со слов Сэма, что этот фокусник был неадекватным, но, по крайней мере, он не жаждал апокалипсиса. Даниэль была уверена, что за ценой не постоит, настолько уверена, что не ожидала того, что он озвучил на енахианском. — Что? — испуганно переспросила Нефелин, глядя на крылатого подонка. — Но почему? — Разве это цена? — проворковал Габриэль, наслаждаясь нотками гнева, которые кипели в ее взгляде. Раздумывать было некогда. Даниэль боялась, что архангел передумает сотрудничать. Да и условие хоть и звучало жестоко, было легко выполнимо. Что хуже? Думала она. Вечные страдания или смерть? Одиночество или отчаянье? Безответная любовь или вынужденная разлука с любимым? Никакой ответ не удовлетворил бы Нефелина. Она знала, что поступает эгоистично, она понимала, Кастиэль может не простить. Но у нее не было выбора. Жгучая боль Дина, ощущаемая ею даже на таком расстоянии сводила девушку с ума. Лишала рассудка, раздрабливала душу и терзала благодать. Лучше живой Дин и несчастный Кас, чем мертвый Кас и несчастный Дин. Из двух зол, которые были страшны одинаково, Дэль выбрала то, что хоть как-то облегчило бы жизнь большинству ее близких. Что, черт возьми, дало бы хоть какой-то призрачный шанс. — Я согласна, — всхлипнув, ответила она. Слезы лились ручьем, затопляя зияющую рану в груди. Совесть вопила, но натыкалась на стены каменной решимости. Выбор был сделан, и пути назад не осталось…