Отблеск души

Сэм с волнением взирала на каменное лицо Кастиэля. С тех пор как Дин застукал их за поцелуем и с грустью ушел, прошло десять минут. Винчестер медленно нарезала круги по подвальному помещению, мариновала множество мыслей в голове и постоянно сдерживала себя, чтобы не ринуться к брату в попытке извиниться. Она на удивление четко осознавала, что ее влюблённость в Каса и рядом не стояла со всепоглощающими чувствами Дина, ведь он вынашивал свои эмоции годами, проверяя их временем и потоком бесконечных событий. Дин любил их обоих, а они разбили ему сердце. - Кас, - неуверенно начала Саманта, пытаясь вывести небесного война из ступора. - Почему ты... почему не остановил меня? - Потому что Дин смотрел! - ошарашил ее ответом ангел. - Что? - Винчестер не верила своим ушам. - Какого черта? Ты ведь шутишь? - Не нужно истерик, Сэм, не я начал это! Должны ответственность нести мы за решения и поступки наши. В том числе, и ты должен. Надоело разбираться мне в братских проблемах Винчестеров. Я не ваш домашний ангел. Ангелы - не питомцы! - Казалось, что это вспышка гнева, но лицо Кастиэля не выражало эмоций, оно выглядело пустым и холодным. Некогда блещущие мириадами вопросов и ответов ясно-синие глаза сейчас не выражали ничего, кроме безразличия. Полные губы, всего десять минут назад маняще приоткрытые, теперь превратились в застывшие в безвременье линии каменной статуи. На аристократические, но всегда такие живые черты лица, налегла личина воистину морозящей надменности. Сэм терялась в догадках. - Ты говоришь так, будто помнишь, что Дину намекал Каин или другие демоны, когда ехидно обсуждали степень твоей преданности нам, - внезапно осенило ее. - А ты, наконец, говоришь так, будто включил мозг в размышления, - в этом ответе сквозил неприкрытый сарказм от которого Сэм опешила. Да и выражение лица ангела из каменного превратилось в ехидное, настолько ехидное, словно в него вселился Кроули. - Что-то не так... - запнулась Винчестер. - Кас, посмотри на меня. Кастиэль смерил ее негодующим взглядом, лениво спросив: - Что? - С тобой все в порядке? Когда ты умирал в последний раз, ты умирал с именем Дина на устах. Ебать, да ты всегда умирал с его именем, жертвуя жизнью, не задумываясь. А сейчас ты утверждаешь, что причинил Дину боль намеренно, потому что мы тебя достали своими проблемами? - она распалялась, пытаясь заглушить степень своей вины, но это давалось ей с трудом. - Либо ты все помнишь и это месть, либо твою ангельскую голову снова раскроили, как при Наоми. Может, хоть раз скажешь правду? Кто тебя вообще здесь держит? Габриэль же отпустил тебя, ты мог лететь в поисках новой цели, завести новую семью, найти себя. А ты сидишь тут, не покидая бункер ни на минуту, смущаешь Дина, смущаешь меня. Какого дьявола, Кас? - Нет, я правда ничего не помнил, - сухо парировал ангел. - Но нашу память невозможно полностью стереть, она всегда заключена в многомерные настройки нашей сущности. Ангелы не страдают амнезией, Сэм, если их не вынуждают или они не делают этот выбор добровольно и осознанно. Видимо, я сам решил забыть Дина, когда меня воскресили. Мне надоело чувствовать боль... - Кас, - нервно дернулась Сэм, увидев всю глубину печали в его глазах. - Так ты вспомнил или нет? - Когда пригласил меня в тир ты, вспоминал я уже, фильтруя информацию, лишая ее эмоций, чтобы она не обрушилась на меня. Помню я много, но мало что чувствую. Мои эмоции в смятении. - Казалось, он отвечает откровенно, но Саманта боялась поверить. Она не была так наивна и предана, как Дин, она часто возрождала в себе здравый скептицизм, особенно после непоправимого промаха с Руби. - Допустим, ты говоришь правду и тобой никто не управляет... - задумчиво пробормотала Винчестер. - Тогда как понимать твои сумбурные эмоции? Ты помнишь, но как бы со стороны, будто посмотрел о событиях прошлого в кино? - Вроде того, - опасливо взглянув на Сэм, ответил Кастиэль. - Тогда откуда такое желание наказать меня и Дина? Это похоже на месть, Кас... Ты читал Графа Монтекристо? - зачем-то уточнила она. - Не читал, но Метатрон нагло вложил мне в голову много тысяч книг и фильмов! Поэтому знаю я, какой смысл вы, люди, вкладываете в понятие сие. Но если бы хотел я наказывать Дина, повинуясь гордыне своей, ушел бы и не вернулся никогда. Не читаешь ты чувства брата своего и не знаешь того, что знаю я, - объяснил Кастиэль, вновь напуская на лицо холодность и отстраненность. - Похоже, история повторяется. Однажды ты уже делал так в личине Эммануэля. Тогда не вышло. Зачем было повторять? - всерьез растерялась Саманта. - Да и эмоции ты проявляешь, не ври! - То новые эмоции, а не старые! - уточнил Кастиэль, изучающе уставившись на Винчестер. - В смысле, новые? - округлила глаза она. - Ты, что, заново влюбился в Дина? - Нет! - категорично ответил ангел, сверкнув гневным взглядом, при этом неуверенно добавив: - Но волнует он меня, как соблазн греховный... Душа особенная у него. Просто не видишь ты, Сэм. - Замолчи, немедленно замолчи, - в расстроенных чувствах выпалила Винчестер. - А как же моя душа? Почему она только адскую чернь привлекает? Ты не видишь в ней красоты? - в голосе Саманты звучала почти детская обида. Такая отчаянная, что Кастиэль опешил. - И ты прекрасен, Сэм, - внезапно ответил Кас, подходя ближе. - Габриэль отчистил душу твою от притязания крови демонской, когда преображал в женщину тебя. Раньше не видел я тепло души твоей, потому ошибся, вызволяя тебя из Ада. Был я тогда ослеплен душой Дина, и все прочие души поблекли в глазах моих. Виноват я перед тобой, друг мой. И даже чувствую вину эту, снова, - опустив взгляд в пол, подытожил ангел. - А если бы ты видел свет моей души, мог бы ценить меня, как ценишь Дина? - Упрямое девичье сердце не сдавалось. Сэм хотела знать наверняка, есть ли хоть призрачный шанс. - Мнится мне, если и любил я Дина вопреки уставу Небес, то не ради света его души. То была связь, выкованная в борьбе против Ада! - Кастиэль решил выбрать такой ответ, не потому что не хотел обижать Сэма, просто объяснять пришлось бы слишком долго. Да и сможет ли его понять человек, не способный зрить в реактор души? Ангел сомневался. Он просто замолчал, вновь придаваясь безмолвным размышлением, словно оправдывая свои же собственные прошлые поступки перед самим собой. Да, дело было не только в душе Дина. Кастиэль тысячелетиями видел много праведных душ, кристально чистых и ярких, как сама благодать, но не привлекали они его по-особому, лишь частью райской системы становились, детское иль отеческое благоговения привнося в сущность Hебесного воина. Дин же всегда обескураживал тем, как проблески тьмы в нём сочетались со светом: делая его добро ослепляющим, а порочность - ускользающе-волнующей. С первого же дня их встречи Кастиэль узрел неустанную борьбу за веру в право выбора, сквозившую в этом человеке. Почти осязал волю несгибаемую, но и уязвимую. Замечал, как отчаянно страшился Дин под бравадой показной, когда чувства обнажались его. Смел и непоколебим был упрямый охотник в час опасности во имя целей возвышенных или эгоистично-низменных своих. Но одновременно с этим сей безбашенный смельчак становился крайне осторожным и благоразумным ради родных. Дин отрицал чувства свои и жертвовал мечтами своими. Тянулся к своему ангелу и мгновенно отталкивал его. Кастиэль осознавал, что если он любил когда-то своего подопечного, то любил того за острые недостатки, небрежно обрамляющие яркие достоинства. Наверняка было легко ослепнуть от всех противоречий и бурлящих эмоций, обрушенных на ангела самим Винчестером-старшим. Права была Эстер, пропал Кас, когда коснулся души Дина, ибо душа этого человека потянулась к ангельской благодати мгновенно, вопреки всем "нельзя", выковав сим притяжением связь из своих фибр. Глубокую связь, что лишь росла со временем, пока ангел не сдался и не заклеймил Дина печатью Единения, чтоб не переросла в болезненную одержимость эта мистическая нить, а в свободе внутренней воспарила. Кастиэль любил Дина, потому что не способен был больше сопротивляться зову одинокого сердца. Сражен был необъятной тягой бравого охотника к любви, столь сильной, что и за многие миллионы лет своего бытия ангел ни разу не встречал похожей в природе, ни в одном из детей Отца своего. Не было подобного Дину во вселенной, и даже Чертоги Рая, казались пустыми без него. Кас тяжело вздохнул, изгоняя призрачные наваждения воспоминаний. Ему было необходимо подумать и разобраться в своих сомнениях. Понять, сам ли он лишил себя чувственной памяти или Отец постарался. И что случилось бы, если бы события, которые стали подобны фактам, окрасились бы во всю разрушающую своей силой палитру. Что же принесет ему завтрашний день, если он осмелится воскресить эмоциональную глубину своего прошлого?

***

Дин всё же решил напиться, чтобы унять гнев и обиду. Но алкоголь, туманящий рассудок, не смог затупить душевную печаль. Правда, когда очередной стакан виски опустел, на старшего Винчестера накатила усталость, и он отрешенно свалился в кровать, не раздеваясь и не накрываясь. Спасительный сон накрыл его мгновенно, такой глубокий, что его даже не побеспокоила настойчивая трель телефона. Кастиэль встрепенулся. Прошептал "Дэль" и исчез из поля зрения задумчивой Сэм. Они уже давно покинули тир и молча сидели в библиотеке, копаясь в енохианских книгах. Ангел для своих целей, Саманта - для своих. Средняя из Винчестеров остро ощутила потребность вновь стать мужчиной, только это решило бы все остальные побочные проблемы. Она хотела помириться с братом и перестать восхищаться ангелом. И ничего, кроме излечения от заклинания, не могло так быстро исправить возникшее недоразумение. Проводив печальным взглядом улетевшего ангела, Сэм снова уткнулась в книгу, но почему-то ее не покидало тревожное чувство, что кто-то за ней наблюдает. Неприятные ощущения вызывали пугающую дрожь в теле. Но ведь она сидела в бункере, не пропускающем в свои недра сверхъестественное зло, поэтому взяла себя в руки и постаралась расслабиться. Саманта даже не догадалась, что всё это время ее сверлил взглядом нахмуренный архангел, вместо привычной сладости крутя между губ дымящую сигаретy. Он умудрялся делать эту сигарету такой же невидимой, как и он сам, даже не пропуская в пространство запах табака. Габриэль о чем-то напряженно думал, не сводя с Сэм глаз, и периодически порывался выплыть из астрала. Только вот что-то его тормозило. То ли то, что он сожалел о своем поступке, то ли то, что шутка зашла слишком далеко, а, может, и то, что этот вечно всем недовольный Винчестер действительно ему нравился.

***

Кастиэль материализовался в доме Чарли, прямо посреди комнаты Даниэль. Лицо самой младшей Винчестер было встревоженно и даже напугано. Дэль бросила на подругу недвусмысленный взгляд и та, быстро ее поняв, ретировалась из комнаты, на ходу прошептав сумбурное приветствие ангелу. - Кас, что опять произошло? - нахмурилась бывшая Нефелин. - Я почувствовала давящий гнев, которые сменила печаль. Но... - запнулась она и вскоре продолжила: - Такая мутная и разрушающая надежду. - Почему, ты опять зеркалишь его? - возмутился ангел. - Нашел, о чем спрашивать, - вспылила Даниэль, - это было ужасно, я уже собиралась мчаться к вам в бункер, но Чарли убедила меня сначала позвонить. - С Дином всё в порядке, он жив и здоров, просто гневается, - пояснил Кастиэль. - И что ты сделал на этот раз? - приуныв, поинтересовалась Дэль. - Почему сразу я? - изумился ангел, не пряча возмущенных эмоций. Даниэль скептически посмотрела на него и на время замолчала, пока не нашла, наконец, подходящие слова: - Потому что на Сэмми он по другому сердится. Я имею ввиду, невозможно спутать гнев на родственника с гневом на любовника. У них разные эмоциональные оттенки. Это похоже на нереализованную страсть, разрывающую душу. Как же объяснить? Может так... - она замерла, глубоко вздохнула, чтобы унять волнение, и, набравшись смелости, добавила: - Словно меня отвергли безразличием или изменили. Всё грохотало в сердце бесконечным потоком предательств. Неожиданное чувство, неизведанное ранее. А теперь объясни мне, мамочка, - ехидно бросила она, в упор смотря на ангела. - Какого хрена ты мучаешь моего папочку? Кастиэль ошарашенно замер, словно не ожидал такого вопроса или подобного тона. - Ам-м-м, - неуверенно начал крылатый воин, нервно отбросив со лба прядь непослушных темных волос и превратив свою взъерошенную прическу в жертвенный алтарь опростоволосившегося парикмахера. - А почему ты не спрашиваешь об этом Дина? - нашелся ангел. - О чём? - от неожиданности недопоняла Даниэль. - Какого черта он мучил меня восемь лет? - полоснув дочь сердитым взглядом, пояснил свой вопрос Кастиэль. - Адские псы! Ты всё вспомнил... - осенило Дэль. Она посмотрела на ангела с укором, явно собираясь что-то спросить, но слова будто задохнулись в немом негодовании. - Пронес я прошлое через фильтр благодатного восприятия, - как ни в чем не бывало парировал ангел. - Это такой... Даниэль его прервала, раздраженно процедив: - Знаю, что это за кощунственное действо, много манускриптов прочла на данную тему, но я не сержусь, правда, Кас! Черт, я понимаю тебя, после всего, что было... - более спокойным тоном продолжила она. - Главное, что ты жив теперь. Но эта генетическая эмпатия с Дином не дает мне покоя. С ней надо что-то делать... - Предупреждал я всегда тебя, дитя мое, но не слушала ты меня! - нахмурился Hебесный воин. - Ну Кас... - жалобно протянула бывшая Нефелин, всхлипнув. - Ангел сейчас я и смогу облегчить ношу твою, - заверил ее Кастиэль, осторожно приобнимая. Она мгновенно расслабилась, будто не было ужасной тоски, прожигающей ее насквозь. Пальцы Каса неуверенно блуждали по ее прическе, заботливо приглаживая пряди, словно пытаясь забрать боль. Самая младшая из Винчестеров даже почувствовала искры благодати, что вылетали из этих пальцев, погружая ее в долгожданный и такой необходимый эмоциональный покой.