Отблеск души

Дин молча смотрел на Саманту и пытался понять, зачем она требует внимания Кастиэля. Разные странные мысли лезли в голову, но почему-то он не верил, что всё так просто. В их семье никогда не было покоя, но и не было мутности, все всегда лежало на поверхности. - Как это понимать, Сэмми? - нахмурился Дин, сверля ее нечитаемым взглядом. - Почему ты лезешь к Касу? - Может, потому что он позволяет, - вспылила она, игнорируя тревогу брата. Больше не было сил притворятся и быть жертвенной. Саманта решила бороться до конца, и тогда оставался шанс на победу: либо Дин создал бы отношения с Касом, либо они отпустили бы друг друга, перестав мучить себя. - Я пытаюсь наладить с ним отношения, или ты не видишь ничего дальше собственного носа? - нахмурился Дин, осуждающе смотря на нее. - Значит, плохо пытаешься! - съязвила Сэм, отступая к двери. - И потом, всё равно решать ему, что бы ты ни сказал. - Не надо превращать нашу семью в дешевую Санта-Барбару, - отводя от "сестры" взгляд, сердито попросил Дин. - Я устал, Сэмми. Всё зашло слишком далеко. - Какой был смысл прерывать наш диалог, Кас бы уже давно дал нам ответ. Если ты думал переубедить меня, ты зря потерял время. Я не собираюсь жить в такой напряженной ситуации. Или я ухожу, или Кас будет со мной. Третьего не дано! Дин промолчал, с недоверием взглянув на нее. Казалось, что Винчестер-старший еще никогда не испытывал такого разочарования. Не важно было, что выберет Кастиэль, в такой ситуации он в любом случае терял брата, а это было недопустимо. Дин не знал, что сделать, чтобы сохранить и Каса, и Сэма, вся его надежда сконцентрировалась на Габриэле, который почему-то не спешил отменять заклинания. Или на совести Сэмми, если она осталась. - А если он выберет тебя, ты будешь настаивать, чтобы я ушел из вашей жизни? - внезапно поинтересовался Дин, так и не поровняв взгляд с Самантой. - Нет, зачем? Если только ты сам не захочешь, - опешила Сэм. - Хорошо, - тяжело вздохнул Дин. - Думаю, я бы предпочел сохранить друга и брата, чем приобрести любовника и потерять тебя, Сэмми. Так что, я отказываюсь от Каса. Тебе нет резона уходить. - Ты это серьезно? - удивилась Сэм, не веря, что Дин опять делает то, что Джон годами в него вдалбливал, отказывается от любви ради семьи. - Конечно, решать Касу, скорей всего, он даже пошлет нас обоих, но так мы хотя бы сохраним остатки нашей семьи, Сэмми, - мазнув по лицу "сестры" опустошенном взглядом, ответил Винчестер-старший. Саманта промолчала. Это было невыносимо - смотреть на такого Дина, уставшего, лишенного желаний и блеска глаз. Она начала жалеть о своем ультиматуме. - Дин, мы всё равно будем братьями, даже если я буду жить в другом городе, почему ты всё так усложняешь? - Я больше ничего не хочу, Сэмми, - сухо ответил Дин, отворачиваясь от взволнованного взгляда Саманты, - но пока я жив, я буду прикрывать твою спину от монстров. Я обещал отцу, понимаешь? И я хочу заботиться о тебе, это неизменная константа в нашей жизни. Никакой Кас, как бы он ни был мне дорог, не займет в моей жизни твоего места, - дрожащим голос резюмировал Дин и повернулся, наткнувшись на слезы "сестры". Саманта плакала. Всё, что ее тревожило, растворилось в этой ошеломляющей преданности и решимости. Несправедливо было ставить Дина перед таким выбором. Что же она наделала? - Дин, прости меня, - всхлипнула она, пытаясь приобнять брата. Он устало ответил на ее объятья, но она почувствовала, что всё совсем иначе. Не так, когда Сэм бросил Амелию, а Дин бросил Бенни ради семьи, всё было сложнее. Этот выбор стал для Винчестера-старшего невыносим. Возможно, потому, что он никогда и никого не любил так сильно, как Каса, разве что свою семью, частью которой ангел уже давно стал. И теперь эта семья разрывалась на атомы в его душе, опустошая, лишая надежды, убивая. - Мы найдем выход, хорошо? - Саманта уже не плакала, она судорожно размышляла, как исправить положение, пока ее не осенило. Она могла принести эту жертву хотя бы раз ради брата, который всегда и всем жертвовал ради нее. - Дин, - отстраняясь от брата, снова воскликнула Сэм, будто ее осенило, - у меня есть идея, как разорвать этот гордиев узел! - Только не говори о тройничкe, - пошло пошутил старший Винчестер, хотя ему явно было не до шуток. Саманта рассмеялась, надеясь, что не впадает в истерику. Дин смерил ее негодующим взглядом, но тоже улыбнулся с примесью горечи и надежды. - Только мы должны это обсудить так, чтобы ни один демон или ангел не пронюхал, - пояснила Сэм, начав нервно расхаживать по комнате, - есть одно заклинание, которое создаст звуконепроницаемую стену в отдельном участке нашего мозга, чтобы они не прочли наши скрытые помыслы. - Что ты задумал? - насторожился Дин, скрестив руки на груди. - То, что наверняка сделает меня мужчиной. Я перестану хотеть Каса, тебе не надо будет меня опекать, и мы, наконец, станем полноценной семьей. Но сначала ты должен обещать, что отпустишь память отца, и мы дадим друг другу новые обещания, как братья, а не как сыновья Джона Винчестера, - проговорила она, лукаво улыбнувшись. - Если это не опасно, я за! - коротко бросил Дин, воодушевившись. - Пошли в подвал, - улыбнулась Саманта, треснув брата по плечу. Пора было излечить их семейный союз от гнетущего авторитета отца, от вынужденного груза охоты и от вечных самопожертвований Дина. Сэм наконец-то прозрела, приняв правильное решение. Кастиэль всё это время подслушивал. Дин снова отказался от него ради Сэма. Ангелу было больно, хотя его не удивило. Он всегда оставался лишним в этой семье. Не было больше смысла бороться за любовь. Дина необходимо отпустить. Опять. Как тогда в заброшенном здании Лебанона. Но ради Дэль Кас больше не мог проявлять такой эгоизм, всегда был иной выход, пусть и не такой простой. Ангел не стал углубляться в новые планы братьев. Он должен был научиться жить один, без семьи Винчестеров, что стала такой родной и единственной. Но сначала Кастиэль решил помочь в снятии заклинания с Сэма, а уж потом уйти из их жизни. Не важно было, куда, главное - уйти, чтобы никогда больше не чувствовать эту боль. Возможно, снова потеряться в забвении своей памяти и обрести новую цель в бытие. Мир Отца так огромен, наверняка не сложно будет найти того, кто всегда выберет его. Жаль, что им оказался не Дин...

***

После проведения ритуала братья Винчестеры перестали даже мысленно обсуждать свой план. Дин был счастлив, что Сэм принял такое решение. Впервые ему было необходимо знать, что брат поддерживает его и его чувства к Касу, даже несмотря на то, как все усложнилось. А если они не ошиблись в мотивации Габриэля и всё сработает, Сэмми вновь станет мужчиной и необходимость в жертве отпадет. Конечно, было странно, что Саманта шла на такое ради него, но в какой-то степени и ради себя, по крайней мере, Дин надеялся на это. Сейчас, когда появилась надежда, Винчестер-старший не понимал, как он смог произнести, что отказывается от ангела. Кас был его воздухом, и безумная любовь, которая их связывала, не имела аналога в его жизни. Проще было умереть и нарушить все обещания, данные отцу, чем расстаться с ним, и сейчас, когда он снова чуть не потерял Кастиэля, Дин понимал, насколько он влип. Теперь у него есть личная семья, и связанная, и одновременно не связанная с предыдущей. У него дочь и любимый, две новые константы, на века сплетенные с его душей. Дин был счастлив, что Сэм это осознал, а это значило, что подобный выбор больше никогда не встанет. - Кас, - прошептал гордый охотник, понимая теперь, в чем его настоящая гордость. - Ты нужен мне, пожалуйста... - ему даже не надо было озвучивать всю мысль до конца, ангел понял, о чем он, все недосказанные слова вплелись в одно "пожалуйста". - Не понимаю я, Дин, - ответил Кастиэль, материализовавшийся за его спиной. - Ты же выбрал Сэма, к чему всё это? - Разве, Кас? - спросил Винчестер-старший, одарив его теплой улыбкой. Bcей своей нежностью, сквозящей во взгляде, он ласкал своего ангела, смущая и запутывая его. - Не понимаю я, - вновь ошарашенно повторил Кастиэль, пальцами дотрагиваясь до лица своего человека, чтобы прикоснуться к своему счастью и раствориться в нем, чтобы понять, что это не сон, чтобы убедиться, что это правда. Кас медленно водил по коже Дина пальцами и не верил в то, что происходит, даже если это было прощанием, оно было слишком невероятным, учитывая характер его человека. - Я люблю тебя, Кас, - наконец-то озвучивая мысли, которыми только что смутил Небожителя, сказал Дин, после поцеловав пальцы ангела, скользнувшие к его губам. - Я хочу тебя, - томно прошептал он, пошло облизнув эти пальцы, - трахни меня! - озорно подмигнув, закончил он. Кастиэль задохнулся от нахлынувших эмоций, словно вслух мысли Дина прозвучали реальнее. Это не могло быть правдой. Не сейчас, когда он смирился со своей потерей. - Пожалуйся, - подбодрил его Дин, притягивая ангела ближе, окружив крепким объятьем. - Я прошу тебя! Кас судорожно вздохнул и впился в желанные губы страстным поцелуем, обхватив шею охотника руками. Что бы это ни было, он подумает об этом завтра. Потому что сегодня они вновь будут едины, по взаимной любви. Если счастью и был предел, то он весь сосредоточился в этом мгновении. В самом интимном единении двух созданных друг для друга сердец. Кастиэль мгновенно простил своего человека за то, что тот вновь отрекся от него ради брата или не простил, но не смог отказать себе в последнем акте любви. В эти секунды все мысли исчезли из головы, уступая место эйфории. Ангел и не знал, что может быть так хорошо, когда надежда воскресает из пепла, когда думаешь, что шанс всё же есть. - Я всегда выберу тебя, Кас, - прошептал Дин, прогибаясь в кровати под весом любовника. - Не верю я, - прохрипел ангел, выцeловывая лицо возлюбленного. В это невозможно было поверить. - Ты поверишь, обещаю тебе! - протяжно выдохнув, ответил Винчестер-старший, со страстью смотря в затуманеннyю синюю радужку своего Небожителя. - Никогда не давай абсурдных обещаний таких, Дин, - возмутился Кастиэль, немного отстраняясь от человека. - Ты поверишь! - упрямо повторил охотник. И на мгновение, на несколько минут, пока Дин извивался под ним, задыхаясь от стонов, когда он дрожащей рукой готовил тело любовника для соития, когда человек принимал его страсть в своем теле, Кастиэль верил, что такое возможно...

***

Саманта стояла в библиотеке и держала в руках ангельский клинок. Давно было пора встретиться с этим ненормальным шутником лицом к лицу и проверить свою теорию. Внутренне волнуясь, она даже думала, что это будет не так противно, как казалось раньше. Архангел не сможет прочитать ее мысли, значит, не сможет и понять, где ложь, а где правда. - Фокусник, - выпалила она, продолжая хмуриться, - неси сюда свой крылатый зад! - Фу, ты уже вульгарно выражаешься, как Дин-о, - ухмыльнулся Вестник божий, вальяжно расположившись в кресле. - Нам надо поговорить, - заявила Саманта, подойдя ближе. - Решил помахаться клинками? - изогнув бровь, спросил Габриэль. - Это для защиты, - ощетинилась она, стараясь скрыть внутреннее ликование, дерзкий архангел попался. Хотя к разлитому маслу он и не подошел, но то был отвлекающий маневр, Сэм продумала совсем другой план. - Для защиты лучше использовать презервативы, детка, - прыснул сладкоежка, вытаскивая из кармана чупа-чупс. Саманту жутко раздражала эта его любовь к сладкому, но она решила сдержаться. - Я понял, в чем был смысл наказания, и отказался от Каса, больше никакого эгоизма, я повзрослел, - игнорируя пошлые шуточки фокусника, заверила она. - Неужели? С трудом верится, - иронично протянул Габриэль, нарочито приближаясь к пролитому священному маслу, словно дразня. - Но я не собираюсь облегчать тебе эту задачу. Сиди в теле женщины и страдай, как ты и заслужил! Саманта глубоко вздохнула и решилась на свой козырь, в этом была последняя надежда. Она подошла к архангелу, приставила к его шее сзади ангельский клинок и слегка нагнула голову, чтобы выравнять их разницу в росте: всё-таки, Габриэль был ниже. - Если я останусь женщиной, - коварно прошептала она, слегка касаясь его уха губами, - как же я смогу трахнуть тебя в свое удовольствие? Габриэль растерялся, и не только из-за наглых, лживых, как он был уверен, намеков, но из-за того, что не мог прочесть мысли Сэма, чтобы понять, что у того на уме. Хотел бы убить - давно бы убил, эти Винчестеры даже самой Смерти посмели угрожать, что им какой-то архангел. Всё было странно, пугающе и завораживающие. - Перестань дразнить, - вспылил Габриэль, схватив ее за волосы и притягивая ее губы к своим. - Я знаю, какая ты насквозь эгоистичная, пронырливая, лживая тварь, - прошипел он, меж тем и не думая отстраняться. Холодный, благодатный метал священного клинка приятно щекотал нервы. Словно смерть дышала в затылок, и это обостряло все чувства, особенно страсть. - Я ненавижу тебя, - хмыкнула Саманта, прежде чем преодолеть оставшиеся два сантиметра между их устами. - Но с удовольствием трахну, чтобы выбить из тебя всю спесь. - Кто бы говорил о спеси, - озорно ответил Габриэль, подаваясь навстречу, чтобы в следующую секунду впиться в манящие губы с поцелуем. Проклятье Небес, как же долго он этого ждал. И, да, любовь тут была ни при чем, он не глуп, как Каси. Это просто страсть, которую он давно хотел утолить, еще с тех времен, когда играл с Сэмом, будучи в образе языческого Бога. Поэтому и не убивал. Игрушка должна была остаться целой. Когда Саманта прервала поцелуй, отстранившись от него, она самодовольно взглянула на архангела. - Хочешь меня? - приторно-ласковым голосом, спросила она. - Тогда превращай меня обратно в мужика и выбери себе вессель посимпатичней. - Сука, - прошипел Габриэль, отстраняясь. - А что ты хотел? Пол и внешность не имеют значения, только когда влюблен. А когда хочешь просто потрахаться, выбираешь того, на кого встанет и без чувств. Ты ничего не сделал, чтобы заполучить мою привязанность, в отличие от Каса, хоть у него всё вышло невольно, поэтому тебе не стоит ждать от меня чего-то особенного, - спокойно пояснила Сэм, - разве что ненависть, да и та не так сильна, чтобы перерасти в любовь. На мгновение Саманте показалось, что фокусник расстроился, и ей даже стало его жаль, словно этот бездушный монстр мог действительно желать чего-то большего, но вскоре его лицо застыло, лишенное эмоций. - Ладно, - холодно ответил он, - мне и самому надоело играть. Становится скучно! В следующую секунду библиотеку заполонил нестерпимый свет, и Сэм зажмурилась. Тело охватил жар, голова жутко разболелась, и она упала на пол, теряя сознание. Габриэль закончил заклинание и взглянул на распростертого на полу молодого мужчину. Груда его мышц порвала женскую одежду и он был обнажен, а подросшие волосы забавно закрывали его лицо. Он напоминал дикаря: большой, великолепный, в лохмотьях. Душа Сэма теперь пылала ярче, как только энергия инь перестала доминировать в ней. Он стал прежним, а, может, чуток лучше, потому что, наконец, сделал что-то не из чувства эгоизма. Архангел нахмурился, не понимая, почему вообще затеял эти глупые игры, никому не было дела до него и его мотивов. Прищурив глаза, фокусник устало вздохнул и прошептал в пустоту, отводя взгляд от полуголого Винчестера: - Нельзя влюбляться в людей, Каси, нельзя! Мы должны искать нам подобных! Люди недостойны! Шелест крыльев прорезал тишину библиотеки, и архангел Габриэль исчез, с твердым намерением не возвращаться. По крайней мере, пока не придумает новую игру, более забавную... Сэм очнулся и, простонав от боли, поднялся с пола, смахнув с лица патлы волос. План сработал, но почему же было так тревожно на душе? Словно он смертельно обидел архангела. Хотя этот крылатый идиот заслужил, но не хотелось иметь такого опасного врага... Да, единственная причина, почему Сэм думал еще раз объясниться с Габриэлем, заключалась в том, что он хотел мира. В конце концов, у них была общая семья в лице Даниэль, и это не оставляло им обоим выбора... Винчестер-младший искал и находил множество поводов, которые не мог озвучить вслух, снова не думая о последствиях. Возможно, Габриэль погорячился, думая, что охотник изменился. По крайней мере, сейчас, когда поставленный братьями магический блок спал и он смог прочесть мысли Винчестера, всё еще больше усложнилось. Что действительно двигало этим мальчишкой: желание мира в семьи или собственный эгоизм, который вопил ему о том, что он теперь может заполучить собственного ангела, как и его брат? Габриэль не собирался облегчать задачу этому наглецу, но был не против еще раз поиграть. Почему бы и нет? Это вновь стало забавно!