Часть 6
8 февраля 2015 г., 16:06
Волшебный ковёр с кучкой пассажиров летел над дюнами к Стране Чёрных Песков. Жёлтый песок, проносящийся внизу, начал чернеть. Аладдин чуял, что, будь то уловка Мозенрата или настоящее возвращение Джафара, важно прибыть туда как можно скорее. Так что они разбудили Жасмин, которая быстро оделась и, после того, как оставила записку для своего отца, улетела с ними.
— Ну вот, пожалуйста. Опять, — жаловался Яго. — Вы хоть понимаете, как часто мы сюда заскакиваем? Мы наверняка навещаем этого шута горохового чаще, чем наших друзей.
— Так часто, как нужно, чтобы держать Мозенрата в страхе, — ответил Аладдин. — Мы должны прибыть на достаточной высоте, иначе Джини и Коврика засекут магические датчики.
— Прости, Ал, — извинился Джини. — Иногда я жалею, что я такой волшебный.
— Не извиняйся, Джини, — улыбнулся Аладдин.
— Нам понадобится твоя магия, чтобы победить Мозенрата, — подбодрила его Жасмин.
— Детки, вы забыли о проблеме посерьёзнее? — воскликнул Яго. — Джафар, помните?
Ковёр взмыл на большую высоту и выровнял полёт.
— Яго, я не думаю, что Джафар вернулся. Этого не может быть, — сказал Аладдин.
Взору предстала Цитадель, и они опустились к единственному освещённому окну. Это была огромная комната с высоким, узким окном, которое давало представление о звёздах. Заглянув внутрь, Аладдин с друзьями увидели большой механизм наподобие ружья со стволом, направленным в сторону окна, в которое они заглядывали, и спину Мозенрата, работающего над ним.
— Видите? Что я и говорил, — прошептал Аладдин. — Это всего лишь Мозенрат.
Джини вздохнул.
— Кто бы мог подумать, мы дойдём до той степени знакомства, где будем говорить о нём «всего лишь Мозенрат».
— Эй, а почему он без своей перчатки? — удивилась Жасмин.
— Без? — переспросил Аладдин. Жасмин указала вниз на Мозенрата, который присел забить болт. Он пользовался обеими руками, работая молотком, и тот явственно проглядывал из-под скелета правой руки, на которой, действительно, не было перчатки. — Это странно. Почему, как вы думаете…
Жасмин шикнула на него, когда из комнаты всплыл другой голос.
— Ты действительно так сильно зависишь от магии, что беспомощен без неё?
В поле зрения показался Джафар.
— Пошевеливайся! Я и так уже слишком долго ждал! — потребовал он.
— Это Джафар! — громко вскрикнул Яго. Джини прищемил ему клюв и утянул вниз за подоконник.
— Тихо, не то страшный дядя нас обнаружит.
— Но это невозможно! — произнёс Аладдин, понизив голос. — Я думал, что джинны умирают, когда их лампы уничтожены.
Джини потёр шею.
— Видимо, вместо смерти это пошло ему на пользу. Предполагаю, что это не убивает джиннов.
Он хлопнул большой синей рукой по лицу:
— Ничего себе! Если я ошибался в этом, что ещё я мог упустить? А какого я цвета? Да я же вообще больше ничего не знаю!
Жасмин быстро закрыла джинну рот. Джини застенчиво улыбнулся.
— Какой будет план? — спросила она.
— Пока не знаю, — ответил Аладдин. — Наверное, это зависит от их отношений.
— Типа кто кем погоняет, — завершил за него Яго.
— Точно.
Мозенрат закончил с машиной. Строительство без перчатки было утомительным; он вытер пот со лба. Джафар подошёл к нему сзади.
— Ты закончил? — поинтересовался джинн.
Мозенрат поднялся на ноги.
— Всё, кроме одной детали, и мне для этого нужна моя перчатка.
Джафар нахмурился и угрожающе направил на него руку.
— Помни, мальчишка, — предупредил он.
— Я никуда не денусь, — хитро заверил его Мозенрат.
Джафар вытащил перчатку из нагрудного кармана и протянул некроманту, который натянул её на руку. Мозенрат согнул кулак в перчатке и вгляделся в неё. Он ощутил, как магическая сила струится по телу.
— Наконец-то, — пробормотал он себе под нос.
Джафар отвернулся от него и сцепил руки за спиной, уходя посмотреть на большой стеклянный сосуд, прикреплённый к машине.
— Всё на своих местах, — отметил Джафар. — Теперь — к источнику энергии.
Он положил правую руку на стекло.
— Сколько энергии нужно такому оружию?
Мозенрат не отводил глаз от перчатки.
— Я тебе покажу, — сказал он ему.
Мозенрат развернулся, перчатка засветилась; намерение у него было явное — посадить Джафара за стекло и забрать назад своё царство. Но Джафар был готов. Он тоже крутанулся и оглушил противника прежде, чем тот успел это сделать. По мановению руки Джафара Мозенрат растворился в воздухе, а затем появился вновь в стеклянном сосуде. Дело обернулось плохо. Джафар собрался использовать Мозенрата в качестве источника энергии. Но тот-то знал, сколько энергии требуется его оружию. Он яростно забарабанил по стеклу.
— Нет! — взвыл он.
Джафар рассмеялся.
— Дурак! Ты думал, что сможешь обмануть меня! Меня! Самое могущественное существо в мире!
— Выпусти меня, я приказываю тебе!
— Опять приказы! — Джафар, довольный, скрестил руки на груди.
Мозенрат ударил по стеклу сильнее; ему необходимо было выбраться.
Аладдин с друзьями смотрели во все глаза и прислушивались. Аладдин жестом призвал всех к вниманию:
— Вот план. Остановим Джафара и Мозенрата.
— Но, Аладдин, Мозенрат ничего не делает! — возразила Жасмин.
— Ну, а я не собираюсь ждать, пока сделает, — ответил Аладдин, снова выглядывая в окно.
Джафар приблизился к стеклу.
— Ты приведёшь в действие мою машину, а потом я запру тебя в твоём собственном подземелье на всю оставшуюся жизнь! — и он неистово расхохотался.
Мозенрат остолбенел.
— Но эта машина была построена, чтобы работать на энергии джинна, — запротестовал он. — Она убьёт меня!
Джафар тронул первый рычаг.
— Ну что ж, — сказал он со вздохом, — было приятно иметь с тобой дело.
Он опустил его вниз, и машина загудела.
Мозенрат выглядел напуганным до полусмерти. Он засветился по контуру синим, и, заметив это, заколотил по стеклу кулаками.
— Нет! — завопил колдун в тревоге.
— Вот здесь наш выход, — сказал Аладдин. Они героически влетели через окно.
Ошеломлённый Мозенрат на мгновение прекратил стучать.
— Аладдин? — спросил он, растерявшись.
Джафар обернулся, услышав их приход.
— Этого не может быть! — закричал он, стреляя в них магией из кончиков пальцев. Коврик легко увернулся.
— Почему ты не издеваешься над кем-нибудь твоего возраста? — поддел его Аладдин.
Джафар зарычал от ярости и снова выстрелил в них. Когда они подлетели ближе к Джафару, Аладдин спрыгнул с ковра и взялся за него на твёрдой почве, но он не смог удержать его надолго, потому что Джафар превратился в песок и быстро уполз из-под него. Он скользнул к управлению механизмом и снова материализовался в своём обычном облике. Джафар схватил руль, который настраивал позицию, и быстро повернул его на Аладдина. Он злобно улыбнулся.
— Прощай, Аладдин, — сказал он. Маниакально рассмеялся и потянул рычаг.
Мозенрат закричал и выгнулся назад от боли, его синий контур заискрился и коснулся внутренней поверхности стекла. Из ствола выстрелил сине-зелёный луч, и Аладдин едва успел вовремя откатиться с его пути. Луч ударил в стул и превратил его в хрусталь.
Джафар зарычал, прицелился и выстрелил ещё раз, но Аладдин успел увернуться. Каждый раз, когда Джафар стрелял, он только кристаллизовал маленькие предметы по всей комнате. Мозенрат согнулся в три погибели, тяжело дыша. Джафар бросил на него свирепый взгляд.
— Кажется, ты говорил, что эта штука может превратить в хрусталь целое королевство, ты, мелкий нюня! — рявкнул он.
Несмотря на усталость, глаза Мозенрата всё равно вспыхнули.
— Может, но на магической силе джинна, ты, жалкая пародия на тупую нежить!
— Ну и лексикон, — встрял Яго.
Джафар удерживал второй рычаг, который испускал лучевой поток. Он непрерывно водил дулом за Аладдином, пока тот бегал, создавая ряд закристаллизованных вещей. Луч, однако, вскоре угас, и когда это произошло, Джафар рассерженно уставился на Мозенрата. Тот, впрочем, не удостоил его взглядом, поскольку стоял на четвереньках, жадно втягивая воздух.
Аладдин воспользовался этой короткой паузой, чтобы кинуться к Джини.
— Джини! У меня есть идея, как победить Джафара! Но нужен отвлекающий манёвр и помасштабнее!
Из-под хрустального стула выполз Яго.
— Я знаю самый лучший! Вылетаем в окно и летим в Грецию!
Джини уверенно улыбнулся.
— Отвлекающий манёвр — моё второе имя!
Он превратился в гигантского синего дракона и предстал перед Джафаром лицом к лицу.
— Эй, Джафар! — окликнул Джини. — Ну и кто снова самый могучий в мире?
Он выпустил струю огня в воздух. Ковёр закружил у головы Джафара, бесшумно дразня его.
Остальные герои выбежали из комнаты и помчались по коридору. Все следовали за Аладдином, но только он знал, куда они направляются — в подземелье.
— Так что у тебя за план? — спросила Жасмин.
— Джафар джинн, верно? С хозяином, — ответил Аладдин.
— Да. Ну и что? — подхлестнула Жасмин.
— Я не видел там его хозяина, а ты?
— Зная Джафара, он наверняка его укокошил, — заявил Яго.
— Нет, он не мог, — парировал Аладдин, — потому что джинны не могут убивать.
Жасмин уловила его мысль:
— Значит, кто бы ни был теперь его хозяином, он должен быть заперт где-то во дворце Мозенрата!
— Точно, — сказал Аладдин. — И если мы сумеем добиться от него закончить со своими желаниями, Джафар снова окажется внутри лампы.
Они свернули за угол и отправились по другому коридору.
— Отличный план! — вскрикнул Яго. — Мне нравится! Очень надёжный! Единственная проблема: как мы найдём его хозяина?
— Эй, ребята! Подождите! — позвал отчаянный голос снизу лестницы, скрытой между двумя колоннами.
— Проблема решена, — сказал Яго.
Они остановились и поспешили вниз по лестнице. Внизу её обнаружилась деревянная дверь с железной решёткой на окне. Жасмин заглянула в окно и увидела Абис-мала, прикованного к противоположной стене.
— Абис-мал по-прежнему хозяин Джафара? — спросила она.
Аладдин отпер дверь ключами, висящими рядом, и распахнул дверь.
— Похоже на то, — сказал он, входя.
***
Джини врезался в стену, снесённый магическим взрывом. Он напоминал головешку, тлеющую и обугленную. — Это всё, что у тебя есть, змейка? — промямлил он. — Чем ты занимался в последнее время? Уж явно не практикой! — Ну, ты, наглый недотёпа, я зажарю тебя живьем! — Джафар метнул огонь из пальцев. Джини в доспехах вскочил на ноги. Огонь ударил в броню, но, по всей видимости, безрезультатно. — Ха-ха! — рассмеялся Джини. — Попробуй с этим справиться! Его доспехи раскалились, пока не стали красными. — Ай! Горячий металл! Горячий металл! — заголосил он. Рядом с ним возник огнетушитель, он схватил его и обрызгал себя с ног до головы. Джафар торжествующе захохотал и выпалил в него огнём ещё сильнее.***
Используя свою отмычку, Абу трудился над освобождением Абис-мала. — Короче, дайте-ка мне уяснить, — начал Абис-мал. — Вы пришли освободить меня, чтобы я побежал туда, где Джафар и тот жуткий юнец с костяной рукой, а потом вы хотите, чтобы я загадал моё последнее желание? — Да, — подтвердил Аладдин. — Вот именно, — добавила Жасмин. Углы пухлых губ Абис-мала поползли вниз. — С чего я должен помогать тебе, Аладдин? Тебе, кто срывал мои планы снова и снова, разрушая все надежды и мечты, какие у меня когда-либо были, — он шмыгнул носом. — Это не мы упрятали тебя в темницу, — ответил Аладдин. — Да, верно подмечено, — согласился Абис-мал. — И я до сих пор так и не получил ничего по-настоящему стоящего из желаний от этого подлого джинна. Я подумываю о чём-то сногсшибательном. Оковы разомкнулись, и Абис-мал потёр запястья. Ксерксис заволновался. — Ксерксис тоже пойдёт! Ксерксис не хочет торчать у стены! — воззвал он, барахтаясь. — Ни за что! — бросил ему Аладдин. Жасмин посмотрела на него с состраданием. — Но, Аладдин… Аладдин перебил её: — Жасмин, у нас есть тот, за кем мы пришли. Теперь давай вернёмся в обсерваторию, пока Джафар не сделал из Джини картошку фри. Жасмин насупилась, повернулась на каблуках и громко протопала из камеры, скрывшись из виду. — Что случилось с твоей подругой? — полюбопытствовал Абис-мал. — Я не знаю, — отозвался Аладдин, хотя догадывался. — Пошли. Абис-мал последовал за ним с Абу и Яго вон из каморки.***
Джини упал на пол чёрной дымящейся массой. — Ого, думаю, я перезагорал, — закашлялся он. Джафар перевернул руку и зажёг шар голубого огня. — Баю-бай, джинн! Он безумно хохотал, пока его не застигло врасплох что-то пушистое, пролетевшее через штанину и рукав. Абу высунул голову из его воротника и шмыгнул обратно вниз по штанине, на этот раз с лампой в руках. — Лампа! Он пальнул в Абу, который еле-еле увернулся. Он выстрелил снова и Абу завизжал. Обезьянка споткнулся о край ковра, лампа вылетела из его лап и заскользила по полу. Джафар начал смеяться, но остановился, увидев своего хозяина. — Что? — спросил он недоверчиво. Абис-мал взял лампу с повелительной улыбкой. — Я хочу... Все пристально наблюдали. — ...чтоб у меня была... Джафар изогнул руку, готовясь метнуть огонь. — ...полная голова роскошных волос! Джафар потянул за бока тюрбана в разочаровании. — Ты имбецил! — взревел он. — Как ты смеешь тратить своё последнее желание на это? Желание, которым должна была быть моя свобода? Абис-мал уверенно скрестил руки на груди, радуясь наконец-то быть хозяином своего джинна. — Я жду... Джафар схватил своё запястье, чтобы остановить себя, но ничего не смог поделать. Он грянул по голове Абис-мала, и там мгновенно выросли густые, здоровые чёрные волосы. Как только он это сделал, лампа начала втягивать его. Он ухватился за ближайший рычаг на машине, чтобы остановиться от возвращения в лампу, но без толку. Рычаг опустился, и его втянуло обратно в лампу. Гул машины становился всё громче и громче. — Что происходит? — спросила Жасмин. Мозенрат перепугался. — Он сдвинул рычаг на очень высокий уровень! Весь мой дворец превратится в хрусталь! — Это же хорошо, — сказал Яго. — Нам-то что за дело? Жасмин сверкнула на птицу гневным взглядом: — Яго! — То, что у меня недостаточно магической силы для кристаллизации дворца! Он… А-а!!! — Мозенрат резко замолк, когда его светящийся контур взорвался электрическими искрами. Его очертания стали ослепительно синими, почти заполнив стеклянный сосуд. Он выгнулся назад от боли. Аладдин не двинулся с места. У Жасмин был ошеломлённый вид. — Аладдин, что ты делаешь? — Может быть, Яго прав, — всё, что он ответил. — Что?! — взорвалась Жасмин. — Ал! — воскликнул Джини. — Ты знаешь, как больно быть в этой батарее? Ужасно! Тем более, что он совсем умрёт! Аладдин задумчиво заговорил: — Я знаю, это звучит жестоко, но подумайте! Мозенрата и его крепости не станет. Подумай о том, сколько он принёс нам вреда, Жасмин. Он повернулся к Джини: — Особенно тебе! Мы ведь на самом деле не ожидали, что он останется жив вечно, так? Неужели вы никогда не думали, в конце концов, что мы победим его навсегда? Жасмин положила руку на плечо Аладдина. — Но это неправильно, — тихо сказала она. — Он не сделал ничего плохого, и если мы будем убивать направо и налево всех наших врагов только потому, что они наши враги, то мы ничем не лучше Мозенрата. Аладдин опустил взгляд на мгновение. — Ты права, — согласился он. — Все вы правы. Кроме тебя, Яго. Яго вздрогнул. — Что? Почему это я особенный? — Мы должны пошевеливаться! — сказал Аладдин. — Жасмин, уведи Абис-мала и остальных в более безопасное место. Я останусь с Джини и вытащу Мозенрата. Жасмин схватила Аладдина за руку, как только он собрался отвернуться. — Мы никуда не пойдём. Абу и Коврик кивнули в знак согласия. — А я пойду! — воскликнул Абис-Мал. Он бросил лампу и выбежал за дверь. — Сайонара! Яго взлетел на плечо Жасмин. — Сдаётся мне, что мне тоже лучше остаться. Для моральной поддержки. — Торопитесь, вы! — через силу прорычал Мозенрат. Аладдин и Джини побежали к стеклу. — Как думаешь, сможешь разбить его? — спросил Аладдин. — Думаю? — переспросил Джини, превращаясь в ракету. — Я знаю, что могу! Отойди, Ал! Аладдин отступил назад, и Джини метнулся прямо в центр сосуда, выйдя с другой стороны с потерявшим сознание Мозенратом в руках. Оружие начало издавать угрожающие звуки, и все всё поняли. — Сейчас взорвётся! — выкрикнул Аладдин, кидаясь к двери. — Выбирайтесь все отсюда! Машина стала распухать, и все ринулись к двери. Едва они успели выбежать, как оружие взорвалось. Как только всё стихло, они вернулись внутрь; вся комната от пола до потолка превратилась в сине-зелёные кристаллы. Джини мягко положил Мозенрата на пол и опустился рядом на колени. — С ним всё будет в порядке? — спросил Аладдин. Джини наколдовал на себе докторский халат и навис над Мозенратом. Он вложил свой стетоскоп в уши и прижал его конец к груди колдуна. — Подумать только, у него есть сердце, — прокомментировал Джини. — Вдох... Почти никакого движения груди. — И выдох... Джини поднял веки Мозенрата и посветил ему в глаза. Сперва они не реагировали, но потом зрачки сфокусировались на свет, и некромант крякнул, выставив левую руку перед глазами, чтобы защитить их от света. Докторское снаряжение на Джини испарилось. Мозенрат огляделся по сторонам. — Аладдин? — спросил он слабо. Он с усилием сел и прижал перчатку к голове. — Ух... моя голова... — Да, — Джини тоже взялся за голову. — Моя тоже. Это стекло даёт по мозгам. Мозенрат нахмурился. — ...ты пришёл мне на помощь? — Почему ты так удивляешься? — спросил Аладдин. — Ты сам просил нас прийти. — Ну, да. Но на самом деле я не ждал, — отозвался он. — ...Так почему ты всё равно? Ох! Глупый вопрос. Аграба. — Мы пришли ради Аграбы, но спасли тебя, потому что это правильно. Джини упёр руки в бёдра с видом героя. — Спасение невинных от опасности, куда бы мы ни шли! Это наше призвание. Мозенрат, шатаясь, встал. — Но я-то не невинный! — Был на этот раз, — напомнил Аладдин. Мозенрат осторожно подошёл к низкому окну и навалился на него, пока снова не подкосились ноги. Он посмотрел в ночь. — Мозенрат, — негромко сказала Жасмин, — мы спасли твою жизнь в надежде, что в один прекрасный день ты направишь её на благо. — Этого никогда не произойдёт, принцесса, — спокойно ответил он и глянул на свою перчатку. — Всё та же, — проговорил он. — Я избавлен от когтей этого Джафара. Джини щёлкнул пальцами. — Эй, это напомнило мне... — он подобрал кристаллизовавшуюся теперь лампу Джафара. Затем привязал её к гигантской стреле и пустил в большое окно из ещё большего лука. Протестующие вопли Джафара завибрировали в воздухе, и он полетел на край земли. Мозенрат проследил за полётом, пока лампа не скрылась из поля зрения. После этого он внезапно скомандовал всем уйти. Аладдин возмущённо вскочил. — Мы только что спасли твою жизнь и твоё царство. Неужели мы не получим от тебя даже благодарности? Некромант обернулся к ним. — Я отпускаю тебя на все четыре стороны. Какой ещё благодарности ты хочешь? — и он отвернулся к окну. Жасмин положила руку на плечо Аладдина. — Пойдём, Аладдин. Это всё, на что он способен. Аладдин вздохнул и последовал за ней. — Кто знает? — высказался Яго в хвосте компании. — Может, в следующий раз тебе достанутся обнимашки от этого парня. — Я бы не рассчитывал на это! — крикнул Мозенрат, хотя они уже вышли за пределы слышимости. Мозенрат вздохнул и стал смотреть на рассвет, наступающий над чёрными песчаными дюнами, позволяя своему деятельному, пытливому уму рассеяться. Немного запыхавшись, в комнату влетел Ксерксис. — Аладдин и его друзья у главных ворот! Ещё есть время схватить их! — воскликнул он. — Пусть идут, Ксерксис, — тихо проговорил Мозенрат. — Что?! — Пусть идут, — он проследил за их фигурами, появляющимися в поле зрения. — Они заслуживают безопасную поездку домой сегодня утром. Ксеркс был абсолютно сбит с толку, но он доверял своему хозяину. Так что он отмахнулся от этого и устроился на плече Мозенрата. Колдун задумчиво погладил голову угря, и они проводили взглядами силуэты джинна и двух человек на волшебном ковре, летящих на фоне восходящего солнца. Конец
