Межсезонье

- Вот знаешь, говорят, что от любви до ненависти всего один шаг? – СынЮн поджал под себя одну ногу и развернул перед собой блокнот в кожаной обложке. – Он делал этот шаг, я бы мог возненавидеть его. Только вот за что? Он сделал то, что хотел. Теперь он счастлив, такого, к сожалению, я не могу сказать о себе. - Вы же все равно видитесь? Ваши отношения не сошли на нет, так к чему ты завел этот разговор? – Мино поставил игру на паузу и повернулся лицом к согрупнику. - В этом вся проблема, Мино, я не знаю сошли ли наши отношения на «нет» или все же мы скоро расстанемся. Я глупый айдол, который создает иллюзию принца, а он - свободный художник, который не заботится о чужом мнении. Вот в чем проблема, Мино. - Ты себя накручиваешь, вместо этого лучше встреться с ним или сиди и пиши песню. Если тебя что-то волнует в отношениях с ним, реши ее с ним, а не накручивай себя. – Мино отвернулся от Кана и обратно включил игру. – Все проблемы от недосказанности, я не для того уступил тебе в нашей борьбе за Тэхена, чтобы в итоге выслушивать твои сомнения. Мино всегда был более настойчивей в своих желаниях, и уверенней в своих целях, нежели СынЮн, который постоянно сомневался, искал в себе и силы, и оправдания для своей несмелости. Он все еще помнил, как будто это было вчера, как Мино схватил его за плечи, сжал до боли и прошептал. - Только попробуй не признаться ему, я так разукрашу твое лицо, что никакой визажист не поможет… - Сон ушел к себе в комнату, закрылся и не выходил оттуда до самого утра, громко слушая музыку в наушниках. Тогда у него была истерика, он не любил уступать до такой степени, что это причиняло ему не только моральную, но и физическую боль. Но в этот раз он уступил, видя, как эти двое смотрят друг на друга, как между ними проскальзывает эта искра, которую называют любовью. Только кому-то нужно было сделать этот чертов первый шаг… Кан постучал в железную дверь и сделал шаг назад, чтобы его было видно в глазок. Подождав полминуты, дверь распахнулась, а на пороге стоял Тэхен в порванных джинсах, домашних тапочках и заляпанной краской футболке. В его руке дымила сигарета, а руки были по локоть в акварели. - Чего так внезапно? – Тэхен отошел, впуская в свою квартиру внезапного гостя. - Хотел увидеть тебя, - СынЮн разулся и надел свои тапочки, которые Нам купил ему как только съехал жить в студию. – А ты не рад? - Что за глупости, я всегда рад тебе, - парень запер дверь на ключ и прошел к холодильнику. – Будешь пиво? - Я бы не отказался от чая с ромашкой, - блондин уселся за ударную установку и начал легонько стучать по тарелкам - наигрывал простую мелодию. – Вообще, я заехал поговорить с тобой. Последнее время меня мучает бессонница, а когда я засыпаю, мне снится, что мы с тобой больше не вместе. Снится, что мы ссоримся, деремся и, как в дешевой драме, бьем посуду. - Это нервное, у вас же скоро новый альбом? СынХун присылал мне заглавные треки, знаешь, мне очень понравилось. Особенно я в восторге от «FOOL». У меня даже мурашки по спине побежали, когда я услышал эту песню. – Тэхен поставил две кружки с горячим чаем на подобие кофейного столика, сооруженного из старой товарной паллеты. СынЮн поднялся, молча подошел к парню и обнял его так, как не обнимал еще никогда, он сжал в кулаках его футболку и уткнулся в шею, вдыхая такой родной запах. Ему хотелось сказать, что ему не хватает их старых посиделок за приставкой, что ему не хватает каждое утро видеть его сонное лицо. - Мне так тебя не хватает, ТэХен, - парень поцеловал Нама в губы, нежно, без пошлости. Он гладил его по волосам и запускал в них свои длинные пальцы. Если бы это было возможно, он бы остался с ним здесь навсегда, они бы играли рок, пили пиво и смотрели старые фильмы. СынЮн не раз задумывался о том, чтобы уйти следом, но груз ответственности перед ребятами, компанией и фанатами висел на его плечах неподъемной ношей. И все, что ему оставалось, это два раза, а то и раз в неделю приезжать к Наму. Запираться с ним в квартире, говорить друг другу ободряющие слова и просто надеяться, что даже с такими редкими встречами их чувства не охладеют. Они боялись потерять друг друга, они были друг другу вдохновением, отдушиной и просто любовью всей жизни. Раз и навсегда. Так они думали. Так они планировали. И это то, в чем СынЮн сомневался ровно до тех пор, пока холодные руки ТэХена не прикасались к его лицу. Пока Нам не заглянет в его глаза и не скажет: «Это навсегда, СынЮн. Мы вместе, навсегда. Окей?». И именно в этот момент, все его сомнения разбивались вдребезги, оставляя только веру в лучшее.