Межсезонье

Поэт без усов – Отражение /добровольно принудительно к прослушиванию/

Его положение шаткое и не оформлено официально в сердце другого человека, что и жизни не видит без возможности любить. Мино сладко засыпает и горько просыпается, ходит разбитый как фарфоровая чашка, что как бы и ценная вещичка для кого-то, но и убиваться без нее никто не будет. Зависимость перерастает в одержимость и выливается на всеобщее обсуждение подчинением тому, кто вправе решать жить или, корчась от боли, сдыхать, полностью владеет им и его жизнью, паршивец. Мино все устраивает, а ДжинУ страшно. Взрослый мальчик боится ответственности за то, что его любят, любят так отчаянно и страшно, цепляются руками в хрупкие плечи и прижимают так, что дышать трудно. Любить не так ответственно как быть любимым. Быть любимым чертовски сложно, ты чувствуешь вину перед человеком, и в итоге у тебя два выхода: смириться и жить так, как хочет он, или же обрубить все концы и больше не вспоминать того, у кого сердце льдом из-за тебя покрылось и, возможно, любить он больше не сможет. ДжинУ выбирает первое. Мино - цепной пёс, что привязал свою любовь на более толстую цепь к себе, и скулит так отчаянно и громко; он не хочет и не может отпустить то, что по праву теперь является его. ДжинУ сидит в углу репетиционного зала и, открыв книгу Оскара Уайльда, внимательно читает, ему не интересно, но приятно; он знает, что Мино старается для него и пытается отвлечь от дурацкой книги. Для Мино дурацкое всё, что отвлекает ДжинУ от него: дурацкий фильм, если они не смотрят его вместе, дурацкие друзья, с которыми он никак не поладит и дурацкая работа, что отнимает кучу времени. Позже, в одиннадцать часов вечера, они идут домой: Мино уставший, а ДжинУ думает о том, что он вроде бы счастлив, не так как хотелось, конечно, но счастлив, у него есть верный тыл. Ни это ли важно в жизни? День за днём привыкаешь к тому, что пришло очень внезапно, охватило целиком и полностью, и осталось на всегда. - Ты усердно старался сегодня, - ДжинУ останавливается возле киоска и заказывает себе латте с карамельным наполнителем. - Я думал, что ты не смотришь, - Мино расплатился и обнял парня за плечи, и они пошли дальше. - Я притворялся, что не смотрю, так ты работаешь лучше, - он смеется над Мино и ждет пока напиток остынет хоть чуть чуть. Остановившись, он дёрнул пса за куртку. Взрослый мальчик выглядит по-детски мило, но с такой уверенностью в глазах, которую ни у одного взрослого не встретишь. Он целует того, кто так крепко прижимает к себе каждую ночь и не отпускает по утрам, целует так, как каждый вторник, а также в четверг и субботу, когда им не надо никуда идти и они занимаются любовью. ДжинУ цепляет тем, что сразу понятно: он то точно не предаст, но предавал каждый раз когда находился кто-то лучше, крепче и сильнее. Дома уютно и хорошо, тут их вещи и запахи. ДжинУ сразу принимается за готовку, а Мино смотрит на него и оторвать взгляд не может. - Тили-тили тесто, жених и невеста, - смеется он, когда видит как ДжинУ надевает фартук и становится чистить овощи. Эти моменты бесценны для него, а для ДжинУ важно то, что есть кому готовить и есть кого любить как-то не так, как хотелось бы, но тоже неплохо. - Мне кажется, что любовь у нас уже давно не как у подростков, а более серьезная и выдержанная, - заявляет ДжинУ, нарезая мясо кубиками. - Что ты имеешь ввиду? - Мино закурил и открыл окно, откуда дунул прохладный ветер. - Мы с тобой уже как пара, что вместе тысячу лет (на деле всего два года), - он улыбается и кидает мясо на сковородку. - Давай купим кольца? Сейчас же, да и вообще каждый день Мино тот, кто становится лучше, крепче и сильнее. Кажется, теперь и ДжинУ зависим и готов подчиниться своему цепному псу.