Круги Силы. Книга 1. «Триумф Тени».

Золотой луч солнца скользнул через внутренний двор, отражаясь в голубых водах бассейна и танцуя на лужайке, чья трава была сочной и зеленой, как изумрудные поля Эмериэ. Фонтан в центре бассейна вздымал вверх струи, которые с плеском низвергаясь вниз и издавали звук звенящих бубенцов, стелясь по поверхности воды. По периметру росли пышные кусты цветов: оранжевые и белые лилии гордо качались на высоких стеблях, скрывая в тени своих статных силуэтов множество мелких разноцветных цветов. Отягщенные бутонами розы низко клонили головки, касаясь тихой глади воды. Их лепестки игриво танцевали среди ярко-зеленых листьев водяных лилий. Городской шум заглушался высокими белыми стенами, сияющими белоснежным камнем, увитым плющом и плетучими розами, которые перекинулись уже и на парапет. Внутренний двор был обширным и просторным, затененный дубами, буками, ивами и вечнозелеными деревьями и окруженный кустами жасмина, можжевельником и миртом и яркими клумбами ароматных цветов. Здесь были и экзотические растения с Востока и Юга Средеземья, и мерцающие белые соцветия нифредиля, и золотые звездочки эланора из эльфийских земель. Весной расцветут яркие нарциссы, нежно-голубые, розовые и фиолетовые гиацинты, подснежники, колокольчики, желтые бутончики читотела, цветные чашечки алфирина и бело-золотой маллос. Летом в саду засияют своим благоуханным величием розы, буйно зацветет львиный зев, бархатцы, маки, мальвы, астры и ромашки. Круглый год здесь можно найти такие травы как тысячелистник, шалфей, лаванда, майоран, петрушка, шалфей, и тимьян, что использовалось для готовки, что для лечения. Приглушенные звуки разговоров слуг, спешащих по своим делам этим ясным летним утром, не выходили за пределы ограды дворика, этого прекрасного места, дарящего всем ощущение покоя и безопасности. На крыльце, прилегающем к дворцу, несколько кошек наслаждались теплом, излучаемым нагретым камнем. Под портиком на беломраморной дорожке принцесса Изрефель и ее друзья весело болтали, наряжая кукол в королевские наряды. Одна из кошек окотилась несколько недель назад, и несколько ребят возились с голубоглазыми котятами. Кошка-мать вылизывалась, прячась за большим растением в горшке, и время от времени бросала настороженные взгляды на свой выводок. Свежий, сладкий аромат роз витал в воздухе, достигая леди Фаразани, сидевшей на бортике бассейна и разглядывавшей свое отражение, колыхаемое волнами, вызванными струями фонтана. Светлое лицо юной девы с цветами и жемчугом в волосах и золотой диадемой, венчающей прическу, смотрело на нее в ответ из глади воды, и груз прошедших лет на нем никак не отразился. Мягкий бриз, дующий с востока, шевелил длинные гибкие ветви ив, и их изменчивые тени скользили по лицу леди. Глядя в воду с полузакрытыми глазами и безмятежным выражением на лице, она лениво окунула пальцы в бассейн, зачарованно наблюдая за слабым всплеском, вызванным грациозным движением ее руки. Отзвуки чистого музыкального голоса донеслись до ушей леди Фаразани, прервав ее тихое уединение. Процессия придворных в тонких одеждах вышла из дворца, помпезного здания с украшенными золотом колоннами и фронтоном, и направилась к портику. Леди увидела принцессу Изрефель, свою правнучку, бойко вскочившую поприветствовать посетителей с присущим юным бурным энтузиазмом. С улыбкой на нежном лице леди Фаразани элегантно поднялась, грациозные движения ее обутых в сандалии ног походили на дуновение ветра из Благословенных Земель, который доходил до здешних краев, преодолевая бесчисленные лиги великого моря. Ласковый бриз колыхал края ее тонкотканного платья, и вся ее фигура, облаченная в белое и голубое сияла на солнце, сияла и сверкающая золотая и серебряная вышивка, украшавшая складки ее одежд. Ее красота было настолько неземной, что можно было подумать, что это эльфийская королева с Одинокого Острова, которая пустилась в плавание из гаваней Авалонне, чтобы навестить Земли Смертных и насладиться их великолепием. Болтая и восторженно смеясь, маленькая принцесса крутилась вокруг посетителей, уделяя особенно много внимания одной леди: хорошо одетой аристократке, с мягкой, но гордой осанкой, прекрасной женщине, чей облик дышал очарованием и свежестью юности, несмотря на то, что она прожила жизнь куда длиннее тех лет, что отпущены обычным людям. Леди Фаразани поспешила ей на встречу, широкая улыбка озарила ее лицо, и, радуясь встрече, две женщины крепко обнялись. Настоящее наслаждение – увидеть любимую подругу! Прошло довольно много времени с тех пор как они виделись друг с другом под сенью пиршественных залов, слушая истории и песни, пили сладкое вино и хмельной мед, смеялись, веселились или плакали вместе. Отстранившись от навестившей ее аристократки, леди Фаразани поприветствовала остальных гостей со слезами радости на глазах, старый мир казался ей обновленным, и внутренний дворик, казалось, был наполнен чудесным весельем и пением множества птиц. Поприветствовав и устроив всех гостей, две леди и принцесса Изрефель отошли к каменной скамейке в тени ивы. Они сели вместе и принялись обсуждать старые добрые времена, а малышка глядела на них во все глаза. Когда взаимный поток благословений и пожеланий иссяк, аристократки перешли на обсуждение планов и последних приготовлений к сегодняшнему вечеру, так как большинство гостей должны были подъехать позже. Разговоры о гостях наполняли сердце принцессы Изрефель томительным возбуждением, и часы, оставшиеся до праздника, для нее были длиннее всех эпох земли. Она быстро потеряла нить обсуждения, когда речь зашла о делах государственных, событиях в метрополии и провинциях и обширных королевствах, держащих в подчинении множество вассалов и вотчин. Девочка переключила внимании на свою куклу, которая ей представлялась отражением ее самой в далеком будущем, когда она превратится в такую же элегантную и благородную леди как и ее прабабушка. Наконец настал вечер. Все шло по установленному порядку, и приехавшие ранее гости уже собрались в парадном зале дворца. Леди Фаразани и другие придворные дамы стояли около больших дверей, ожидая прибытия оставшихся гостей. Одна из кошек леди, мягкое, мурлыкающе создание с пышной золотисто-коричневой шкуркой, встала на две лапки, выгибая спинку, подпрыгнула вверх и потерлась о ноги хозяйки, пытаясь добиться ее внимания. Но все усилия кошки остались безрезультатными, потому что думы леди были заняты другими делами. Две подруги так долго ждали этого дня! Леди Фаразани была погружена в подготовку несколько недель, иногда становясь абсолютно растерянной, когда что-нибудь шло не так, и ответственным за очередной провал приходилось выслушивать гневную тираду, ведь если бы леди вовремя не заметила их промахов, гости могли бы усомниться в любезности и гостеприимстве ее дома! И даже сейчас, уже ожидая гостей она в раздражении заламывала руки, думая о том, что зал можно было бы украсить и побогаче, и поварам надо было приказать приготовить более изысканные блюда, да и платье можно было одеть более нарядное, а то это больше походит на наряд крестьянки, чем на одеяние благородной леди. Вот опустились мягкие сумерки, и Леди Фаразани увидела его. Царственная фигура, струящееся облачение чернильно-темного и полуночно-синего цвета, серебряная вышивка сияет светом звезд. Он обладал большой властью и недюжинной силой, благородство и мудрость читались в его миндалевидных глазах, ведь в конце концов он был повелителем всего Нуменора, и в жилах его мощной струей текла кровь Элроса. Леди ощутила, что огонь прежней жизни по-прежнему тлеет в ее средце, и посмотрела на него мягким взглядом полным затаенной тоски. Она протянула руку, его холодные губы задержались на кончиках ее пальцев не больше мгновения, и мурашки пробежали по спине леди. Ей нравилось это приятное чувство, и она всегда пыталась вызвать эту затаенную негу. Ее муж никогда не целовал ее так, и не было у него власти лишь одним легким касанием, невесомым как шепот морского бриза, заставить ее потерять дыхание и задрожать. Горестные воспоминания тенью накрыли ее сердце, когда она подумала о своем муже, лежащем в гробнице в вечном смертном сне. Леди Фаразани уже далеко пережила своих детей и даже некоторых внуков, которые лежали ныне в каменных усыпальницах, окруженные мрачными садами белого Некрополя, а она все жила и, несмотря на немалые годы, цветение ее юности не было осквернено ни малейшими признаками старения. Леди Фаразани и ее подруга почтили приветствием короля и его эскорт, радуясь его обществу, которого они так долго были лишены. За пиршественным столом они обменялись новостями, хорошими и плохими. Их голоса звучали как щебет певчих птиц, но и его голос, глубокий, торжественный и спокойный, звучал весело, выражая его чувства. Леди Фаразани долго украдкой бросала взгляды на статную фигуру, облаченную в темные одежды, вышивка которых тускло светилась в полутемном зале, и блики факелов играли в янтарном венце короля. Пиршество удалось на славу: горячие бульоны, солонина с нежным овощным гарниром, изысканные и причудливые блюда, и море вина и меда для всех. Собравшиеся были в восторге от развлечений, представленных во время перемены блюд, и веселье длилось до глубокой ночи. Посчитав, что гости уже достаточно самостоятельны и не нуждаются ни в ком, кроме кубков и питьевых рогов, леди Фаразани и ее подруга встали, чтобы попрощаться и поблагодарить всех за то, что они пришли, желая им хорошо продолжить праздник. Столкнувшись в холле с королем, леди Фаразани и другие придворные дамы принялись обсуждать государственные проблемы, ибо, увы, как бы не любила каждая из них своего короля, он бы не нанес им визит, просто чтобы насладиться их компанией, не важно по сердцу ему это было или нет. Он просил больше людей и кораблей, дикие племена Средиземья снова взбунтовались и начали войну против тех, кто всего лишь хотел принести им свет и порядок. Леди Фаразани всегда удивлялалась: зачем все эти битвы и резня, почему дикари не понимают, что армия не хочет нанести им вред, только дать свою защиту и покровительство. Какая глупость! Возможно это и было лучшим доказательством того, что дикарям не хватает ума и умения управлять собой, они были народом коварным и непокорным, яростно сражавшимся против разума, порядка и высшей власти. Они вопили и проклинали цивилизацию, называя ее посланцев подлецами и злодеями, ненавидя и боясь их, вместо того, чтобы заключить союз с высокими лордами, принять их справедливый и лучший закон, который избавил бы их от гнета рабства. Бедные, заблудшие народы, непритязательные и жалкие, упрямые и своенравные, могущественные и всезнающие в своих глазах, но на деле не могущие в своей слепоте понять истинную мудрость. И вот требуется больше мужчин, так как их сюзерен отправляется в большую военную кампанию и собирает флот, чтобы подавить мятежи неугомонных дикарей. Зеленые поля вновь будут запятнаны кровью. Горе матерям и детям, которые лишатся отцов, братьев и родственников! Горе тем, кто погибнет из-за горстки глупцов! Но за такое ужасное преступление как бунт, наказание должно быть суровым, хотя все это и печалило леди Фаразани. Леди погладила основание своего серебряного драгоценного кубка унизанной кольцами рукой и задумчиво посмотрела на короля, ее сердце забилось быстрее от простой близости к нему. Обсуждались и другие серьезные вопросы, и, когда ночь уже была на исходе, разговор свернул на более легкие вещи. Улыбки снова засияли на лицах придворных дам и леди Фаразани. Война больше не занимала их мысли, и сердца их наполнились радостью. Как бы то ни было, все хорошие вещи заканчиваются, и в весьма поздний час свечи наконец затушили. Все поднялись со своих мест и покинули холл. Взгляд леди Фаразани был до последнего прикован к королю, поспешившему в гостевые покои, и взвихрившимся полам его темной мантии.

Попрощавшись с подругой, леди Фаразани вернулась в светлицу и, сев у окна, стала расчесывать свои длинные шелковистые локоны. Золотисто-коричневая кошка свернулась клубком на подоконнике, удовлетворенно мурча и лениво наблюдая за движениями рук леди одним полуприкрытым желто-зеленым глазом. Луна была яркой этой ночью, и вся земля купалась в ее серебряно-голубых лучах, тени стали глубже, когда тьма накрыла кроны деревьев, блестящие точки звезд беззвучно мерцали в небе. Пьянящий аромат роз проникал в окно, и сад звучал пением соловьев. Отложив щетку, леди Фаразани присоединилась в к их песне, ее голос был высок и чист как звенящий колокольчик, пела она о благодарной радости, о том, что она прожила долгую благословенную жизнь, и каждый день приносил ей новую причину для радости. Ноги ее взлетели, и она танцевала на освещенном луной и звездами полу, исполненная радости и чистого счастья, ибо все больше и больше она влюблялась в удивительную и великолепную вещь под названием жизнь. Примечания- Yôzâyan Дарованная Земля, другое название Нуменора на Адунаике. Эмериэ – расположены в Митталмар, срединной части Нуменора. Эмериэ – земли, где на обширных зеленых пастбищах взращивалось множество овец. Авалонне – западная гавань Тол Эрессеа, откуда эльфы отправлялись на своих белых кораблях навестить жителей Нуменора. Фаразани – имя на Адунаике. «Золотая Дева». Изрефель - имя на Адунаике. «Возлюбленная дочь».