Обычные.

      Утро. Ассоциации — зомби, боль, ненависть. Но стоит только вспомнить, что ты первый день в новой школе, с дорогим тебе человеком и лучшими друзьями — всё сразу становится не так плохо!       Белова быстро схватила со стола чёрную папку с документами, несколько чистых общих тетрадей, две ручки, наушники, телефон и деньги, засунув всё это в бежевую сумку, которую она просто обожала. 7:00. Она уже сто раз пожалела, что «ну ладно, ещё одну серию и спать». Никогда не смотри ещё серию, даже самого классного сериала, если тебе вставать рано утром. Девушка быстро пошла в ванную, на ходу натягивая узкие чёрные джинсы и бежевую майку. Несмотря на сентябрь, погода стояла летняя. Белова проехалась по кафелю в ванной, чуть не упав, запутавшись в собственных ногах. Уставившись в зеркало, она попыталась начать соображать, как из этого подобия девушки стать нормальным человеком.       Минут через двадцать результат начал появляться: аккуратно уложенные волосы, корректирующий карандаш, немного светлых теней и тушь определённо помогли. Похожая на человека, Белова оставила все надежды на не то чтобы завтрак, а даже на кружку кофе.       Девушка подошла к комоду в своей комнате, взяв с него серьги с бежевыми кристаллами и кулон с таким же камнем. Чёрный стильный пиджак был последним в её образе, не считая туфель на высокой шпильке. Не желая оставаться в этих самых туфлях хотя бы на пять минут больше нужного, она отодвинула штору и выглянула в окно. Вершинин шёл к её подъезду. Вот кто точно не думал об учёбе — наушники, телефон в одной в руке и общая тетрадка в другой. Голубая клетчатая рубашка, джинсы и кеды — на школьника он мало смахивал. Белова ещё раз глянула на туфли, и нехотя застегнула тонкие ремешки. Взяв ключи с полки в коридоре, она быстро закрыла дверь и подбежала к лифту.       Вершинин стоял возле домофонной двери, ожидая девушку. Увидев её, он усмехнулся: — Кто-то говорил вчера, что больше эти туфли не наденет, — он обнял девушку, которая прижалась к нему, чувствуя запах ледяного, древесного одеколона. — Хватит издеваться! Ну в магазине они реально удобные были! — она засмеялась, легко ускользая из объятий парня. И он, и она очень изменились после Чернобыля. Из типичного пофигиста, имевшего довольно состоятельную семью, он стал идеальным парнем — почти каждый день они проводили время вдвоём, или же вчетвером — с Настей и Лёшей. Она, в свою очередь, из дерзкой и недоступной стала открытой и милой. Кедам в большинстве случаев теперь предпочитала туфли, а джинсам — летящие платья, что очень нравилось и маме девушки, и самому парню.       Они пошли вдоль улицы, плавно переходящей в аллею, деля одни наушники на двоих, смеясь над всем подряд. Впереди показалось белое здание школы — место, которое ненавидел любой уважающий себя ученик. Пара успела встретить в коридоре друзей — Лёху и Настю, которые пытались понять, в какой кабинет идти. — Лерка! Круто, что ты теперь с нами! — Настя обняла Белову. За такой маленький промежуток времени они успели стать лучшими подругами, и часто зависали друг у друга дома. Это не могло не радовать Белову — в новой школе у неё уже есть два отличных друга и парень.       Звонок. Компания быстро побежала в класс, где Белову представили ученикам, и та прошла на последнюю парту, повесив на стул сумку и усаживаясь рядом с Пашей, ловя на себе взгляды новых одноклассниц. Она заметила эффектную блондинку, которая буквально убивала её глазами. Как позже выяснилось, эта особа — Таня Перфилова. Что сказать — даже инициалы ТП.       Время летело быстро, если ржать на последней парте. В середине дня, на большой перемене, все обычно выходили на улицу — солнце приятно согревало плечи и руки. — Ну чё, как тебе школа? — ребята сидели на траве школьного двора. Вершинин притянул к себе девушку, обнимая за талию. — Отлично, — улыбнулась девушка, прижимаясь к парню. — Может поговорим, Вершинин? — неожиданно подошла Перфилова. — Нам не о чем разговаривать, — спокойно пожал плечами парень. — Ты можешь от неё отклеиться, а? — не успокаивалась Перфилова. — Я сейчас, — Вершинин нехотя встал и отошёл в сторону. — Насть, это кто вообще? — Белова посмотрела на подругу, которая только опустила глаза. — Ну… это… Таня. — Исчерпывающий ответ, — усмехнулась Белова. — Чего ей надо? — А я откуда знаю? Вернётся — спросишь, — раздался звонок и подростки пошли ко входу, где их и догнал парень. — Паш, что ей нужно? — Белова смотрела на него в ожидании, остановившись посреди коридора. Редко пробегали дети. Они были одни — даже Настя и Лёша уже ушли. — Лер, пошли на урок. Вечером увидимся, и расскажу, ок? Это долго, — до вечера он надеялся придумать что-то, что можно было бы рассказать девушке. Он не хотел ей врать — он действительно любил её, но и сказать правду было как-то… неприятно. Их отношения были далеко не радужными, особенно в Припяти — постоянные ссоры и издёвки, и он не хотел, чтобы начиналось тоже самое здесь, когда вроде бы уже всё хорошо.