love Triangle

Ровно через две минуты он влетает обратно, когда сестра Хлоя помогает мне встать с кровати. Я одета в тонкую больничную рубашку. Не помню, как и когда меня раздевали. – Дайте мне, – говорит он и шагает к нам. – Нильс, выйди. Он бросает на меня злобный взгляд. – Проклятье, Джейд, не будь так упряма. – рычит он сквозь зубы, отставляя с дороги штатив с капельницей. – Мистер Веркоохен! – возмущается сестра. Он не обращает внимания, наклоняется и осторожно поднимает меня на руки. Я обхватываю его руками за шею. Тело мое жалуется. Господи, у меня все болит! Он несет меня в примыкающую ванную комнату, а сестра Хлоя идет следом, неся штатив с капельницей. – Джейд, ты слишком легкая, – неодобрительно бормочет Нильс, мягко ставя меня на ноги. Я покачиваюсь. Ноги у меня как ватные. Нильс включает свет, и меня моментально ослепляет лампа, которая с жужжанием и миганием зажигается. – Садись, пока не упала, – ворчит он, поддерживая меня. Я потихоньку сажусь на унитаз. – Иди. – Я пытаюсь взмахом руки отослать его. – Нет. Давай писай, Джейд. Господи, как же неловко. – Не могу, когда ты здесь. – Ты можешь упасть. – Нильс!- злюсь я- Немедленно выйди отсюда! Никто из нас не обращает внимания на сестру. – Джейд!- предостерегает Нильс -Нильс!- злюсь я еще больше Он вскидывает руки, признавая поражение. – Я постою вон там, дверь пусть будет открыта. – Он отходит на пару шагов назад и становится сразу за порогом ванной вместе с медсестрой. – Отвернись – прошу я. Почему я вдруг стала так его стесняться? Он закатывает глаза, но подчиняется. И когда поворачивается спиной… я наконец-то даю облегчение мочевому пузырю. Оцениваю свое состояние. Болит голова, болит грудная клетка, куда вор ударил меня ногой, и пульсирует в боку, которым я ударилась об пол, когда падала. Плюс ужасно хочется пить и есть. Черт, я просто умираю с голоду. Я радуюсь, что не надо вставать, чтобы помыть руки, поскольку раковина рядом. У меня просто нет сил, чтобы встать. – Я все, – говорю я, вытирая руки о полотенце. Нильс поворачивается, входит и подхватывает меня на руки. Он приостанавливается и зарывается носом в мои волосы. – Ох, как же я соскучился по тебе – шепчет он, кладет меня на кровать и отпускает – неохотно, как мне кажется. – Если вы закончили, мистер Веркоохен, то я бы хотела сейчас осмотреть мисс Гиллис. – Сестра Хлоя вне себя. Нильс отступает назад. – Она в вашем полном распоряжении, – говорит он более сдержанным тоном. Сестра фыркает, затем вновь обращает внимание на меня. Несносный, правда? – Как вы себя чувствуете? – спрашивает она, и голос ее пронизан сочувствием и нотками раздражения, направленного, как я подозреваю, на Нильса. – Все болит и хочется пить. Умираю от жажды. И пожалуйста, зовите меня Джейд– шепчу я. – Хорошо, можете звать меня Хлоя. Я сейчас принесу тебе воды, как только проверю основные показатели и доктор Вартел тебя осмотрит. Хлоя берет манжет тонометра и надевает его мне на руку. Я бросаю беспокойный взгляд на Нильса. Он выглядит ужасно, словно не спал несколько дней. Волосы растрепаны,рубашка мятая. Я хмурюсь. – Как ты себя чувствуешь? – Не обращая внимания на сестру, он садится в изножье кровати. – Разбитой и голодной. – Голодной? – Он удивленно моргает. Я киваю. – Чего ты хочешь поесть? – Чего-нибудь. Супа. – Мистер Веркоохен, вам нужно получить одобрение врача, прежде чем Джейд сможет есть. Он мгновение бесстрастно смотрит на нее. -Я попрошу маму. Это все, что ты хочешь?- я киваю – Давление нормальное. Пойду приведу врача. – Хлоя снимает манжет и, не говоря больше ни слова, выходит из палаты, излучая неодобрение. – Мне кажется, она страшно рассержена. -Кажется, она готова убить меня прямо сейчас. Я смеюсь, но резко останавливаюсь, когда боль пронзает грудную клетку. – Что правда, то правда. – Ох, Джейд, как я рад, что слышу твой смех.