Где ты?

- Давайте разбираться, - Арловская грозно шагнула навстречу присутствующим. - В чем разбираться, Беларусь? Мы здесь не при чем, - хмыкнул стоявший неподалеку Англия. Пытливые зеленые глаза впились в Наталью, - мы не можем контролировать людей и их поступки напрямую, и ты сама прекрасно об этом знаешь. Мы – сосредоточение сути народа, но не более. - Не смеши меня! Я не настолько глупа, чтобы поверить, что все это прошло без участия хотя бы части из вас! – Англия лишь пожал плечами, не собираясь продолжать дискуссию. - Меня не должно беспокоить то, что произошло с Россией, - Арловская гневно сверкнула глазами, однако на Артура это, кажется, не произвело никакого впечатления. - Беларусь, - сквозь общую какофонию посторонних голосов и звуков еле как был слышен спокойный голос Яо, - виновных сейчас допрашивают. Это работники этого здания, - Наташа напряглась, понимая, что это означает, - поляки. Всегда жили в Польше, в инцидентах ранее замечены не были, - Китай чуть нахмурился, его эта ситуация тоже не радовала, однако тот не спешил лезть на рожон, предпочитая сначала полностью понять ситуацию. Арловская зло цыкнула, встречаясь с насмешливым взглядом. Артур уже успел отойти от своей собеседницы, но Беларусь все равно чувствовала на себе взгляд по-кошачьи зеленых глаз. Ей не нужно было говорить вслух. Она сама понимала причину веселья Англии без слов и это ужасно злило. Понимала, когда присутствующие слушали ее с какой-то отрешенностью. Понимала, когда видела недоумение в глазах. Понимала, когда пыталась докричаться до остальных. Да, именно… Она понимала без слов. И. Это. Ужасно. Злило. Она, Беларусь, хоть и была независимой страной, не имела такого влияния, как ее брат. Она могла быть посредником, соратником, помощником, но в ситуации, где ей самой приходилось добиваться ответа, даже возможные союзники смотрели на нее будто со стороны, с настороженностью. - Получается, - растерянно произнес Бонфуа, - виноват Польша и его народ? - Именно так, - Керкланд снова оказался рядом каким-то совершенно непонятным способом, заставив француза вздрогнуть от неожиданности. - Даже удивительно, не правда ли? – еще одна страна появилась буквально из ниоткуда. Альфред ободряюще улыбнулся, хлопнув по плечу Францию и Беларусь. – Я бы не подумал, что подобное все же сделает он. Хотя, Польша же ненавидит Россию всей своей душой, так что не стоит удивляться. - Не верь глазам своим, - тихо хмыкнула Арловская, после чего недобро взглянула на Джонса, за спиной которого невозмутимо стоял Китай. Америка, кажется, даже не заметил, как отпихнул Вана, а тот не сказал ни слова, все так же продолжая стоять на месте. «Он думает и слушает», - осознание этого факта немного успокоило Наташу. По крайней мере, теперь она могла надеяться на поддержку как минимум двух стран. - Но все же, - невозмутимо продолжал вещать Джонс, - я надеюсь, что с Брагинским все в порядке, было бы плохо, если бы с ним что-нибудь случилось, ха-ха, - на мгновение все взглянули на Америку, который, будто этого и не заметил, продолжая жизнерадостно распинаться перед публикой. Даже Артур, стоявший рядом, вопросительно поднял бровь, но промолчал. *** Ольга бережно взяла брата за подбородок, чуть приподнимая его голову, чтобы получше разглядеть лицо брата. Тот лишь покорно следовал ее немым указаниям, и Украине на мгновение показалось, что на внешне спокойном лице Ивана промелькнула легкая улыбка. Тяжело вздохнув, Черченко достала носовой платок, на скорую руку смочив его водой: - Можешь не притворяться, здесь никого нет, - Россия, помедлив, выдохнул. - Больно, - потом, помолчав, добавил, - немного. - Знаю, - Ольга невесело усмехнулась, наблюдая за тем, как Брагинский все же болезненно поморщился, стоило ей только прикоснуться к нежной коже у глаз, - я надеюсь, регенерация сделает свое дело и все обойдется. - Я тоже надеюсь, - Россия снова улыбался, как ни в чем не бывало и, казалось, что тот совсем не чувствует боли. «Ну, значит, в глаза попало совсем немного», - успокоила себя Украина, продолжая аккуратно стирать изумрудные подтеки с лица Брагинского, на что тот теперь лишь смешно морщил нос. Теперь, когда опасность, кажется, миновала, Ольга облегченно выдохнула. - Ну, герой, открывай глаза, зеленка теперь не попадет, - Иван еле уловимо напрягся, медленно отворачиваясь от сестры, - что такое? – Черченко, заподозрив неладное, подошла еще ближе, с тревогой вглядываясь в бледное лицо Брагинского. - За «героями» ты не по адресу, - хохотнул Россия, продолжая попытки отвернуться от старшей сестры. Украина нахмурила брови. - Открывай глаза. - Нет. - Почему «нет»? - Не могу, - просто ответил Иван, все же обернувшись на непривычно строгий голос Украины. Та растерянно моргнула, собираясь с мыслями, но уже через мгновение до нее дошел смысл сказанного. - Зеленка все же попала тебе в глаза? Ты же мог сильнее зажмуриться! - Я забыл? – Казалось, Брагинский вовсю веселится, но Украина слишком хорошо знала Ивана, чтобы не заметить, что тот стиснул кулаки так, что костяшки побелели. Нужно было думать, но время убегало с непозволительной скоростью, заставляя Черченко нервничать все сильнее. Все, что оставалось, так это без врачебной помощи попытаться промыть обожженные глаза, но будь Украина хоть сто раз страной с огромным опытом, она отдавала себе отчет в том, что за любую оплошность в этом деле можно было поплатиться сполна. Где-то в темных углах уже начинала неторопливо копошиться паника. Нарастающая, словно морозные узоры, она ползла по стенам, окружала со всех сторон. Черченко поежилась, нервно оглядываясь по сторонам, будто ища поддержки. Время неумолимо бежало вперед, совершенно не обращая внимания на происходящее. И вот, когда Ольга уже приняла решение действовать самостоятельно, в дверной проем влетел запыхавшийся Лукашевич. - Врачи подъехали! Паника обиженно забилась обратно, шипя из своего укрытия на блеснувшую солнечным лучиком надежду. Все будет хорошо, Украина верила в это. *** Больница, насквозь пропахшая лекарствами, встретила небольшую процессию из стран привычной прохладой. Минутами ранее врачи, суетясь, увели Брагинского в сопровождении Лукашевича и Черченко в небольшой кабинет, так что теперь присутствующим оставалось только ждать новостей. Англия и Америка сразу сели на небольшие диванчики, тянувшиеся вереницей вдоль пустого коридора, казавшегося бесконечным. Китай с Францией расположились у противоположной стены, оставшись стоять, и изредка с сожалением поглядывали на Беларусь. Так ходила туда-сюда, меря быстрыми, резкими шагами пространство. Она будто не могла остановиться ни на секунду, интуиция звонила во все колокола. Каждое движение, казалось, доставляло лишь хлопоты и неудобства, от чего каждый шаг или взмах тонких рук становился рваным, каким-то незавершенным и несовершенным, будто девушка в раз растеряла всю свою былую грацию. Беларусь сама толком не могла понять, почему не может успокоиться. Логика подсказывала ей, что ничего страшного произойти не должно, брат не ранен, это просто легкий ожог глаз, который с их регенерацией должен был пройти за неделю максимум. Все складывалось на редкость неплохо. Складывалось, но… Нет, не складывалось. Наталья сделала еще один резкий поворот, буквально врезаясь во все еще бледного Польшу. Тот только что вышел из кабинета, чтобы известить присутствующих о состоянии России. Он легко удержал Арловскую за плечи, и та могла поспорить, что поляк трясется, как осиновый лист, однако лицо его казалось лишь каплю взволнованным. - Ну что? – Беларусь не выдержала первой, и не думая отстраняться от родственника, пытливо вглядываясь в большие зеленные глаза. - Россия теперь в порядке, - Феликс улыбнуться, но вышло как-то натянуто и жалко, поэтому Польша тут же бросил свои попытки, - ожог оказался серьезнее, чем предполагали врачи. Будь он обычным человеком, ослеп бы навсегда. Но, счастью, этого не произойдет, - Лукашевич снова замолк ненадолго, собираясь с силами, - но ему предстоит долгая реабилитация. - Сколько? - Пока точно не понятно, но по предварительным данным минимум – два-три месяца. Брагинскому нужно каждодневное лечение, перевязки, обследования и главное – отдых, иначе зрение может восстановиться лишь частично. Беларусь, ты же… - Да знаю я, - Наталья отошла от Польши и уже взяла себя в руки, аналитическое мышление снова вступило в свои права, отодвинув эмоции на второй план, - брат ни за что не станет следовать такому распорядку, нужно будет за ним следить, - Польша согласно кивнул, зарывшись пальцами в и без того растрепанные волосы. - Зная Брагинского, две недели – максимум, - Лукашевич наконец позволил себе улыбнуться. Наталья фыркнула. - Продержится не дольше недели, а потом будет притворяться, - еле уловимо улыбнувшись, Арловская развернулась в сторону остальных присутствующих, которые немного удивленно наблюдали за славянами – что же, теперь все разрешилось. Поговорите с Россией, а потом идите к себе, брату нужен отдых. - Нет, Беларусь, мы вам поможем, - Англия довольно улыбнулся, наблюдая, как Наталья заметно нахмурила брови, - ты же этого хотела? Мы же страны, нам нужно помогать друг другу, когда кто-то из нас попадает в беду. Тем более, это будет отличной возможностью наладить наши отношения. Теперь Беларусь поняла, почему же Англия, пусть и с неохотой, но пошел с ними. Его потащил за собой неуемный Джонс, который априори должен был быть всегда и везде, но ведь никто не говорил, что Артур мог просто отказаться, как обычно поступал в подобных ситуациях? - Я сама помогу ему. - Беларусь, - сейчас Англия больше походил не на себя обычного, а на одного из его прославленных джентльменов, от этого становилось жутко, он точно знал, чего хотел, - я слышал, что с твоей экономикой сейчас не порядок, ты не можешь все время проводить с братом, - слова Керкланда лились жидким шелком, ядовитым, но прекрасным. - Тогда с ним посидит Украина, - Керкланд усмехнулся. - Разве у нее сейчас не больше дел, чем у тебя? Кто там дальше? – Артур явно наслаждался ситуацией, - Польша? Но ведь из-за Польши инцидент и произошел, это сделали его люди, неужели ты доверяешь ему после этого? – Лукашевич метнул гневный взгляд в сторону Англии, но ни сказал и слова – возразить было нечем. - Артур, хватит, - Франциск осуждающе посмотрел на своего вечного соперника, - Беларусь, с ним посижу я или Китай, - Яо сдержанно кивнул. - Ну уж нет! – Америка снова влез посреди разговора, совершенно не заботясь о мнении окружающих, - я буду присматривать за Брагинским. Будем разбивать мифы о нашей вражде! - Да, разбивать. Да вы друг другу только носы разбивать можете, - усмехнулась Беларусь, припоминая последнюю стычку ее брата с неугомонным Джонсом. «Признаться, я даже диву даюсь, как они совершенно взаимно и по-глупому ведутся на обоюдные провокации, хотя оба далеко не дураки», - каждый раз думалось Арловской. - Тогда давайте пойдем на компромисс, - Яо поспешил прервать демагогию, возвращая присутствующих к изначальному вопросу, - и выберем кого-то нейтрального, - страны, помедлив, согласились, в этом был смысл. - Но кто у нас здесь «нейтральный»? Да и к тому же с таким огромным багажом свободного времени, – Франциск задумчиво оглядел присутствующих, не находя подходящей кандидатуры. - Простите, я, наверное, не вовремя, - услышав знакомый голос, Франциск по-доброму улыбнулся, приветствуя новоприбывшую страну, - я знаю, что случилось с Иваном, но после саммита мне нужно было подписать с ним пару контрактов. Босс сказал ехать сюда. - Да нет, Канада, очень даже вовремя, - Англия тоже сдержанно улыбнулся Уильямсу, - Беларусь, Канада нам поможет. Арловская растерянно посмотрела на Бонфуа, но тот лишь уверенней улыбнулся и кивнул. - Да, Меттью нам поможет.