Теория и практика Соблазнения

Очень и очень давно Сиэль Фантомхайв не был в таком взбешенном состоянии. Пробираясь сквозь толпу и сквозь зубы рассыпаясь в извинениях, граф выбирался из бального зала в загородной резиденции королевы Виктории. — Мишель Бегшот здесь, вас же, кажется, просили быть с ним повежливее? Или мне показалось? — спросил Себастьян с видом странствующего философа. Граф остановился, сейчас он трижды пожалел о том, что когда-то дал приказ демону слушаться королеву, как и его самого. Но только когда речь заходит о чем-то важном. Радости эти мысли не приносили, теперь к взбешенному состоянию добавилась и злость на Михаелиса. Демон был чертовски прав, да простят этот каламбур читатели, перед Бегшотом нужно было быть паинькой, но это ещё нерешенное дело. Сиэль взял себя в руки и мысленно пообещав устроить Михаелису все муки ада не выходя из поместья, перешёл на более спокойный шаг. Со стороны это казалось очень смешным: граф сначала мчался к выходу словно на улице устроили покушение на королеву, то перешёл на прогулочный шаг. — Благодарю, Себастьян, напомни мне позвонить Сатклиффу. За мной долг, а я так не люблю оставлять за собой долги. — Внезапно попросил граф, демон посерел. Этот долг придётся отдавать не самовлюбленному эгоистичному мальчишке, а ему. Но ничего, сейчас они в равных ситуациях. — Да, мой господин. — О, мой бог, мон Шери Сиэль подождите, вы так быстро уходить от королевы, что забыть свой великолепный шляпа, — путая английские и французские слова, пролепетал порядком выпивший мужчина. Лицо Сиэля было не описать словами. За несколько коротких мгновений он подумал о том как бы это было прекрасно — четвертовать или повесить Мишеля, который ещё и принёс его цилиндр. Стоп, цилиндр. А почему Себастьян не забрал его цилиндр? — Вам повторить, куда вы сказали засунуть эту шляпу королеве, когда она поинтересовалась не забудете ли вы её. Извините, что ослушался, но технически это была невыполнима задача, — наклонившись, зашептал Себастьян на ухо графа. Фантомхайв промолчал; выходил из себя он редко, но последствия были фееричными. — Благодарю. Прошу меня простить, но мне пора, — едва выдавил из себя граф, забирая злосчастный головной убор из рук француза. И вновь эта сумасшедшая гонка с расталкиванием придворных, дабы добраться до выхода. — Великодушно прошу меня простить, но так мы выберемся гораздо быстрее. Сделайте вид, что вам дурно, — зашептал дворецкий на ухо графа. «Ещё один позор, ну уж увольте» — подумал мальчик, но, увидев спешно приближающегося Мишеля, послушно сделал как было велено. Ему даже не пришлось слишком уж играть, ему действительно было дурно. Осталось только сделать спасительный шаг назад, прикрыв глаза. А дальше все исчезло в такой родной темноте. Доносились крики, охи и вздохи придворных дам, шепотки "Ах, юный граф такой восприимчивый, мало кто перенесёт такую духоту", " тоже мне, ребёнка. А поговаривают, что именно он цепной пёс Её Величества, несусветная глупость". Внезапно все шепотки умолкли: что-то произошло, но граф не мог позволить хоть как-то вмешаться. Он изображал совершенно безжизненное тело. — О, какой кошмар. Возможно, нужен мой помощь? — этот ломаный английский Сиэль узнал сразу. Теперь оставалось молится на сообразительность Михаелиса. — Ваша помощь не нужна. В поместье есть отличный доктор, позвольте мне пройти, — тактичность Себастьяна не знала границ, но и демоны иногда выходят из себя. Мишель протянул руку Сиэлю. — Нам пора. Приятного вечера, — спокойно ответил Себастьян; Мишель отвлекся на мимо проходящего лакея и, повернувшись обратно, впал в ступор — ни дворецкого, ни графа уже не было. Списав все на излишнюю медлительность из-за количества выпитой выпивки, он не придал этому значения. ***************************************************************************** На следующий день. В классной комнате Сиэля было непривычно громко, проклятия разносились на все поместье. Похоже, до графа уже дошли сплетни о том, что Мишель поспорил на него. Будучи пьяным в хлам, он заключил пари с некой миледи Ротсвильд, в котором дал обещание, кгхм... Опорочить графа. В случае неудачи он отдаст все свое имущество этой самой миледи. Если же дама проиграет, то она передаст свои права на титул и земли Бегшоту. Себастьян несказанно удивился такому повороту событий, а так же крайней эмоциональности своего подопечного. Особенно ему нравилось выражение "Подонок с отсутствием моральных принципов." — Ты... Я отомщу жестоко. Её Величество связала меня по рукам и ногам. Я дал обещание. Он будет сам опорочен и депортирован. — Мальчик пнул парту и, в конце концов, уселся на неё. Нужно было придумать план, но ни одной стоящей идеи не было. Себастьян отложил скрипку и поправил очки. — Вы бесконечны правы, господин, но как вы собираетесь соблазнить и тем более опозорить Мишеля Бегшота? Он прожженный лис, и если вы считаете, что его обмануть будет легче, чем кого-либо другого, то боюсь вас огорчить. Это будет сложнее, чем кажется. — Да как ты... Себастьян, хорошо, впервые в жизни я тебя послушаю. И что же ты предлагаешь? Убить или иным способом избавится от него? — О, нет. Вы прекрасно знаете, что врага лучше всего бить его же оружием. Сейчас вы для него — недосягаемая крепость, абсолютно недосягаемая. Он будет пытаться вас добиться, но не сейчас, а чуть позже, когда вы отвлечетесь и забудете о пари. Лучше всего сыграть на опережение. Вы должны стать для него самым желанным существом на планете, он должен сходить с ума от желания и когда он забудет обо всем, ловушка захлопнется. Только так и никак иначе. Сиэль выдохнул. Идея, конечно, была блестящей, но и одновременно жуткой авантюрой, он ненавидел Бегшота, но если бы только ненависть мешала, чувство отвращения было сильнее его. А поскольку делать нечего, придётся играть по правилам игры, навязанной ему кем-то. — Вы сможете победить. Только если полностью и без вопросов будете меня слушаться. Михаелис уже не верил в то, что граф согласится, но мальчик закрыл глаза и полушепотом произнес: — Только ради мести. Я согласен, Себастьян. Надеюсь, все это быстро закончится, приступим завтра. Я очень устал.