Все началось со свадьбы

Звонок телефона разбудил Муращенко незадолго до рассвета. Звонить в такое время могла только его взбалмошная сестра, так что Данила, зевая, все же ответил: - Слушаю. - Ой, Данчик, доброе утро. - Добрее видали. Чего надо? - А что, просто позвонить и поговорить я не могу? - Нет. "Просто" у тебя ничего не бывает. Куда вляпалась? - Ну почему обязательно вляпалась? Просто… проигралась немного. - Чего? Проигралась?! Совсем сдурела, сестренка? Ты где? - В казино. Меня не отпускают. Пока деньги не отдам. - Дина, ты… дура! Какого… ты вообще в казино поперлась?! С кем?! - Ну… - Понятно, хахаль твой последний постарался. И где он теперь? - Сбежал, - всхлипнула сестра. - Вот тварь! – Муращенко устало потер лицо ладонью. Кричи не кричи, а этим делу не поможешь. – Ладно. Сколько ты должна? - От озвученной суммы Данила чуть с дивана не навернулся. - Ты сбрендила? Мне за такие бабки надо год вкалывать, при этом не есть, не пить и за квартиру не платить! Вот тут сестричка уже откровенно разрыдалась. - Данчик, миленький, придумай что-нибудь, иначе они меня… они же меня… Договорить Дине не дал мужской голос, прозвучавший в трубке: - Короче так, парень, к полудню деньги должны быть тут. Бабки реально небольшие, так что найдешь, где занять, иначе сестренка твоя их отрабатывать будет. При ее внешности, думаю, за полгода управится. От ехидной интонации незнакомца Данила почувствовал, как злость всколыхнулась в душе. - Я достану деньги. Оставьте Динку в покое. - Вот и ладушки. Вези деньги – забирай телку. И мой тебе совет, братан: всыпь ей так, чтобы сидеть еще долго не могла. Иногда мозги полезно вбивать через зад. После этих слов в трубке раздались короткие гудки, означавшие конец разговора. Соскочив с дивана, Данила заметался по комнате, сжимая кулаки и матерясь. Быстро достать такую сумму было просто нереально. Взять ссуду в банке? Но это не один час мороки, к тому же суббота, так что работающие банки были наперечет. - Вот черт, Динка, вечно ты меня в какие-то истории впутываешь. Тогда со свадьбой этой, а сейчас… Воспоминания о свадьбе заставили Муращенко замереть, а потом броситься к бежевому костюму, висевшему в шкафу уже неделю. - Если я не ошибаюсь, визитка должна быть в кармане. Через минуту Данила уже держал в руках белый прямоугольник и судорожно набирал верхний номер мобильного телефона, не обращая внимания на то, что часы показывали шесть утра. - Алло, кто это? – грозный голос, раздавшийся в трубке, заставил судорожно сглотнуть. - Это Данила… Муращенко. Брат Дины. - Помню тебя, Данила Муращенко, брат Дины. Чего звонишь в такую рань? - Ой, извините, - Данила только сейчас понял, что надо было подождать со звонком, но не вешать же теперь трубку. – У меня… проблемы, очень деньги нужны. Можете одолжить? Я отдам. - Естественно отдашь. Сколько надо? - Муращенко назвал, услышав в ответ удивленный присвист. - Зачем? - Надо. - Нет, так дело не пойдет. Откуда я знаю, на что тебе такая сумма? Может, ты собрался наркотой заняться? - Нет, это не наркота, не проституция и все остальное. Мне надо срочно погасить долг. Время - до полудня. - Ладно, подъезжай. Адрес ты знаешь. *** Через час Данила перешагнул порог квартиры Олега Сергеевича. Занимающая весь пятый этаж элитного дома, квартира не выглядела очень уж роскошно и была скорее функциональная, чем уютная. Бизнесмен принял его в кабинете, куда Муращенко проводила открывшая дверь домработница, являющаяся по совместительству поваром. Мария Сергеевна была женщиной лет шестидесяти, худощавой и строгой. Данилу и в прошлый раз, на той самой свадьбе, от ее холодного взгляда прямо морозом пробрало до самой печени, сейчас же у него возникло желание закопаться куда-нибудь и не отсвечивать. К счастью, молча проводив гостя, Мария Сергеевна удалилась в кухню, откуда доносились ароматные запахи готовящегося завтрака. У Данилы рот наполнился слюной, но дело - прежде всего, и он, сглотнув, перешагнул порог кабинета, вежливо постучавшись. - Заходи, садись, рассказывай, - Олег, уже полностью одетый и причесанный, кивнул на стоящее у письменного стола кресло. Собственно, письменным столом называть этого гиганта мебельной промышленности было сложно. Сделанный в форме буквы "Г", он занимал почти полкомнаты, зато на нем умещался компьютер и всякая многофункциональная техника, так что Вяземскому достаточно было только развернуть свое кожаное кресло на колесиках, чтобы переместиться к нужному аппарату, да еще и место для работы оставалось. Перед столом стояли два одинаковых кресла для посетителей, или, как в случае с Данилой - просителей. Вежливо поздоровавшись, Муращенко занял правое кресло, умостившись с краю и сложив руки на коленях. - О чем рассказывать? - О том, зачем тебе так срочно понадобились деньги. - Я же уже говорил - долг отдать. Срочный. - И откуда же он взялся, этот срочный долг? - Накопился, - не очень вежливо буркнул Данила. - А поподробнее? - Это обязательно? - Обязательно. И подробно. Иначе денег не дам. - Тогда я их в другом месте возьму. - В каком? Думаю, если бы у тебя было где перехватить, сюда ты не пришел бы. - Данила покраснел и уперся взглядом в ковер, покрывающий пол кабинета. - Значит, я прав. Итак, где, кто и когда? И правду, пожалуйста. - Динка. - Не сомневался. - Сегодня ночью. В казино. - О как! Интересно. С каких это пор твоя взбалмошная сестричка зачастила в казино? Которых у нас, кстати, в городе официально не существует? - Это случайно получилось. - Конечно случайно. С ней ничего другого быть и не может. У нее все случайно. Покрасневший и разозленный пренебрежительным тоном бизнесмена, Данила вскинул голову: - Дадите денег или нет?! - Нет. Я сделаю кое-что другое. В каком она казино? Адрес? - Данила назвал. - Понятно. А теперь о главном: как долг возвращать будешь? - Ну, вам же нужен был секретарь? - Муращенко замялся. – Отработаю. Как скажете, так и отработаю. Олег Сергеевич удовлетворенно кивнул и начал набирать какой-то номер. - Алло, Сан? Дело к тебе есть. Конечно на миллион. Там у тебя дамочка одна зависла, так вот, отпусти ее, а еще лучше пусть кто-то из твоих ребят довезет ее до дома, пока она еще куда-нибудь не вляпалась. Буду должен. Конечно сочтемся, свои же люди. Бывай. - Положив трубку, Вяземский с усмешкой посмотрел на Данилу. - Вот и все. Жду тебя завтра в офисе к девяти ноль-ноль. Там обговорим все нюансы твоей новой работы. Пока свободен. - Но завтра воскресенье, - Муращенко возмущенно всплеснул руками. - И чем этот день хуже остальных? - Но… выходной же… - У тебя? От абсурдности их разговора Данила совершенно растерялся. - Нет, «Глория» работает без выходных, но офисы же закрываются. - А мой работает, - Олег Сергеевич насмешливо улыбнулся, а потом все же сжалился над своим будущим работником. – Ладно, иди в свою парикмахерскую… - Салон красоты. - Один хрен. Сегодня и завтра можешь там доработать и взять отгулы или отпуск за свой счет, что там тебе дадут. А в понедельник я жду тебя в офисе, и не вздумай опаздывать. Карточный долг - долг чести. - Не опоздаю, - буркнул себе под нос Данила, покидая кабинет, пока наглый бизнесмен над чем-то посмеивался за его спиной. *** Офис Вяземского располагался в старой части города и занимал небольшое старинное двухэтажное здание. Снаружи фасад сохранил свою первозданную красоту, а вот внутри все оказалось переделано по последнему слову современности. Холл некогда дворянского дома был напичкан всевозможной электроникой: от рамки металлоискателя на проходной до кулера и плазменного телевизора на стене, рядом со стойкой ресепшена. Стоило Даниле назвать свои имя и фамилию, как охранник, околачивавшийся тут же, потерял к нему всякий интерес, а девушка за стойкой указала на широкую мраморную лестницу, ведущую наверх: - Пройдите, пожалуйста, на второй этаж, налево, третий кабинет. Вас уже ждут. Поднявшись по лестнице, Муращенко повернул налево и пошел по коридору, рассматривая номера и таблички на дверях, пока не увидел цифру три. Глубоко вздохнув, он оправил бежевый костюм, надетый специально для первого рабочего дня в фирме, а потом постучался и толкнул дверь. Помещение, куда он попал, оказалось приемной. За столом сидела секретарша, со строгим взглядом и волосами, закрученными в высокую гулю. А еще она была так похожа на незабвенную домработницу, что Данила невольно споткнулся. - З-здрасте. - Привет. - Я Данила Муращенко. Олег Сергеевич мне назначил встречу… - Знаю. Присядь, сейчас я спрошу, готов ли он тебя принять. Меня, кстати, Зинаида Сергеевна зовут. - А Мария Сергеевна?.. - Сестра моя старшая. - То-то я смотрю, что вы очень похожи, - Данила тяжело вздохнул, переведя взгляд на массивную дверь кабинета генерального директора Вяземского О. С. Селектор тихо пискнул, и через минуту Муращенко входил в помещение. Сам Олег Сергеевич сидел за столом, братом-близнецом из своего домашнего кабинета. Только тот стол был деревянным и под старину, а этот - типичным представителем хай-тека из металла и пластика, как и вся мебель в кабинете. Из общей массы выделялся разве что черный кожаный диван, приютившийся в углу, у окна, перед которым стоял стеклянный журнальный столик, заваленный бумагами, а из-под них сиротливо выглядывал ноутбук. - Явился? Заходи, располагайся, - бизнесмен кивнул на тот самый диван. - В каком смысле? – Данила непонимающе перевел взгляд с указанной мебели на Вяземского. - В прямом. Стол для тебя привезут завтра, а пока садись на диван. Левая стопка - договоры. Их надо перевести на английский и напечатать. Стопка справа – перевести с английского на русский и снова в печатной форме. До вечера должен управиться. Оглядев фронт работы, Муращенко застонал. Тут точно до вечера сидеть придется. - А разве в фирме нет отдела переводчиков, или как у вас это называется? - У меня нет. Раньше в этом не было такой необходимости. Мы пользовались услугами платных консультантов, до того как появился ты. Зато долг быстрее отработаешь. Вот последняя фраза Данилу совсем не обрадовала. Проклятый долг повис над ним как дамоклов меч, и не вырваться. Все благодаря любимой сестричке! Дина уже два дня пыталась поговорить с братом, прощения попросить, но он неизменно отказывался идти с ней на контакт, все еще обиженный за последнюю выходку, буквально загнавшую его в рабство. Просмотрев бумаги, Муращенко пришел к выводу, что все договора по сути однотипные, за исключением некоторых пунктов. Это навело его на мысль, как облегчить себе работу: создав файл с типовым договором, Данила начал активно его использовать, изменяя по мере надобности только некоторые названия и пункты. В результате он так увлекся работой, что даже перестал обращать внимание на происходящее вокруг. В какой-то момент у него в руке оказался бутерброд с колбасой, который Данила прожевал, даже не заметив. Потом он точно так же «приговорил» чашку чая с печеньем. Сидеть на диване и работать, когда ноутбук находится на уровне коленей, оказалось очень неудобно. К тому моменту, как последний договор был переведен и напечатан, спина у Муращенко буквально окаменела, а плечи и колени ныли так, что встать с первого раза не получилось. Тут же рядом оказался Олег Сергеевич. Его пальцы быстро и умело начали мять занемевшие плечи, так что Данила застонал от удовольствия. Только через пару минут до него дошло, что происходит, и он отшатнулся, вырываясь из-под рук Вяземского. - Не надо. - Почему? Я могу помочь. - Нет, спасибо. Все уже прошло. Документы готовы, можно скинуть на флешку и распечатать. - Замечательно, - Олег Сергеевич протянул флешку кислотно-желтого цвета. – Скинь все сюда и собирайся, я тебя домой отвезу. - Домой? – Данила отыскал взглядом часы, висевшие на стене, и присвистнул - стрелки на них показывали без пяти семь. Только вот ехать домой с Вяземским ему очень не хотелось. – Не надо. Я на автобусе. - Нет уж, ты на меня работаешь, значит я за тебя в ответе. Поехали. - А Зинаиду Сергеевну вы тоже домой подвозите? - Нет, ее возит шофер фирмы. Ее муж, кстати. А теперь хватит препираться. Пошли. Для верности Олег подхватил упирающегося парня под руку и потащил за собой. Хмурая секретарша проводила их взглядом и отправилась закрывать кабинет. На этот раз Вяземский сам сел за руль, усадив Данилу на пассажирское место. Машина мягко тронулась с места, чтобы через несколько минут остановиться у ресторана. - Выходи, приехали. - Куда приехали? - В ресторан. Буду тебя ужином кормить, а то ты даже не обедал толком. - Я лучше дома поем. - Нет, не лучше. Пошли. Или хочешь, чтобы я, на потеху публике, тебя в ресторан на руках заносил? Вот уж этого Муращенко точно не хотел, а то с Олега станется выполнить свою угрозу. Пришлось идти. Ресторан встретил посетителей полумраком и живой музыкой, что уже говорило о его дороговизне. - Может, я все же домой? – попытался еще раз отмазаться от ресторана Данила, но Олег Сергеевич был неумолим. Оказалось, что их уже ждал небольшой столик, отгороженный от основного зала ажурной решеткой, куда их и отвел администратор, пожелав приятного аппетита, и тут же рядом вырос официант с блокнотом в руках. Сев на предложенное место, Муращенко мрачно уставился в меню. Цены в нем отсутствовали, а к каждому блюду прилагалось его описание и фотография, так что само меню напоминало толстую книгу в кожаном переплете. - Рекомендую морепродукты, - начал свою речь официант, – салат с морскими гребешками сегодня особенно хорош, как и дорада по-провански. Данила тут же отрицательно замотал головой: - Только не морепродукты. У меня на них аллергия. Олег понимающе кивнул: - Подайте нам два греческих салата, сочную телятину с гарниром из овощей гриль, а на десерт - ваше фирменное мороженое. - Пить что будете? Рекомендую к мясу божоле. - Хорошо, «Божоле Моргон» есть? - Конечно. - Тогда подавайте. Евгений - так, судя по бейджу, звали официанта - быстро забрал меню и, поклонившись, исчез. Над столом тут же повисла гнетущая тишина. - К-хм, - Данила задумчиво огляделся, размышляя, о чем бы поговорить, и не нашел ничего лучше, чем спросить: - А ваши секретарша и домработница вам не родственницы? Брови Олега Сергеевича удивленно приподнялись. - Нет, а с чего такие выводы? - Ну, у вас отчество одинаковое, - пояснил Муращенко, чувствуя себя полным придурком, а Вяземский же, выслушав его, расхохотался. - Очень логичные выводы… Положение спас официант, подавший закуску. Красный от смущения Данила принялся за салат, боясь оторвать взгляд от тарелки, однако вскоре Олег Сергеевич прервал их молчание: - Расскажи о себе. - Что рассказывать? Родился в этом городе, ходил в сад, учился, служил, вернулся домой и живу. - И как тебе в армии служилось? Хочу просто сравнить некоторые наблюдения, все-таки между нами разница в десять лет и мне интересно, сильно ли изменилась наша армия за это время. - Я же говорил, что служил при штабе переводчиком, - Данила пожал плечами, отодвигая опустевшую тарелку. – В основном переводил инструкции к иностранной технике, так что отсидел положенный срок в тепле и уюте. - Что, без приключений? - Без, - Муращенко почувствовал, как краска вновь заливает его щеки. Никогда он столько не краснел, как в присутствии этого человека. Впрочем, нет, в армии приходилось тоже краснеть, когда он по вечерам переводил… Нет, об этом он даже вспоминать не хотел, не то что говорить. Тем более Вяземскому. И снова официант появился вовремя, принеся горячее, а затем и вино. Услужливо разлив божоле по бокалам, он замер, словно ожидая чего-то. Данила бросил растерянный взгляд на Олега. Тот, понимающе хмыкнув, взял бокал, сделал глоток, а потом кивнул официанту. Тот сразу же исчез. - Попробуй вино, телятина с ним просто замечательная. - Я в общем-то не пью. - А я не предлагаю тебе осушить всю бутылку. Бокал вина – это даже полезно для организма. Поколебавшись, Муращенко все-таки последовал примеру Вяземского, запивая мясо холодным красным вином. Вкус действительно оказался замечательным, и Данила даже не заметил, как после первого бокала выпил второй, тогда как Олег Сергеевич, кроме того, самого первого, глотка, вина не пил. Когда с мясом было покончено, Данила почувствовал некоторую легкость во всем теле. Нельзя было сказать, что он был пьян, скорее навеселе, так что принесенный десерт был встречен им радостным восклицанием. Мороженое Данила любил, тем более такое, какое им подали: сливочный пломбир с кусочками фруктов, сливками и сиропом, а также натертым сверху шоколадом. Кажется, там был еще какой-то привкус вроде шоколадного ликера, на который Муращенко не обратил никакого внимания. К мороженому подали чай с фруктово-цитрусовым ароматом, так что Данила буквально кайфовал, поглощая холодное лакомство с горячим сладким чаем. Когда чайная ложечка заскребла по дну креманки, Данила грустно вздохнул, и тут его взгляд упал на нетронутую порцию, стоявшую перед Вяземским, а Олег Сергеевич пил чай, совершенно не обращая внимания на свою долю мороженого. - Эм, - Муращенко облизнулся, - а ты мороженое есть не будешь? - Олег молча пододвинул ему креманку. - Спасибо, - выдохнул Данила, счастливо улыбаясь, и отправил новую ложку лакомства в рот. - Сочтемся, - хитро прищурился бизнесмен, не отрывая взгляд от губ парня и облизывающего их языка. Когда и со второй порцией было покончено, Олег Сергеевич подозвал официанта и потребовал счет. Расплатившись, он встал. - Ну вот, теперь можно и домой. Данила сначала пошел на выход, но в дверях вдруг остановился, вспомнив об очень важной вещи: - Тебе нельзя за руль, ты же пил! - Пил, поэтому машина останется здесь, а нас дальше повезет такси. Тут стоянка рядом. В машине Муращенко окончательно развезло. Через пять минут он уже дремал, устроив голову на плече Олега Сергеевича. Тот совершенно не возражал, даже развернулся немного, чтобы Даниле было удобнее, еще и за плечи обхватил, прижимая к себе, словно оберегая. Когда такси въехало во двор дома, где Муращенко снимал квартиру, Олег легко потряс его за плечо: - Данила, пора вставать. Мы приехали. - Что? – тот сонно поморгал, оглядываясь. – А-а, уже дома. - Пойдем, провожу тебя. Вяземский помог ему выбраться из машины, подхватив под локоть, а потом решительно направился к подъезду, не отпуская чужой руки. Данила послушно плелся рядом, а потом так же послушно отдал ключи от квартиры. Когда открылась дверь, он привычно переступил порог, скинул с ног туфли и направился в комнату, чтобы, машинально раздевшись, завалиться спать. Поглядев на бесплатный стриптиз, Олег, насмешливо улыбаясь, направился в ванную. Через десять минут он лег на диван рядом с Данилой, уткнулся носом ему в волосы, вздохнул и провалился в сон, улыбаясь в предвкушении утра. *** Утро началось с аромата кофе. Все еще не открывая глаз, Данила потянулся, а потом услышал, как на кухне гремит посуда. - Динка, разве я разрешал тебе вламываться ко мне домой?! Раздавшийся после этого смешок, явно не принадлежащий особе женского пола, быстро прогнал сон, и Муращенко подскочил на диване, распахивая в испуге глаза: перед ним, кровожадно улыбаясь и сложив руки на груди, стоял Олег Сергеевич. - Проснулся? Давай бегом в ванную, а потом завтракать. - Как вы?.. Что тут делаете? Почему? - машинально нащупав покрывало, Данила набросил его себе на бедра, стараясь прикрыться. - Да вот слежу, чтобы ты на работу не проспал. Кстати, я уже ухожу, так что закрой за мной дверь. С этими словами Вяземский вышел из комнаты, а потом Данила услышал, как захлопнулась входная дверь. - И что это было? – задал он сам себе вопрос, но ответ так и не получил. Встав, Муращенко осторожно выглянул в коридор, на ходу заматываясь в покрывало, а потом быстро подскочил к двери и повернул ключ в замке. Облегченно выдохнув, расслабился, а потом начал вспоминать, что было вчера. Он помнил ужин. Помнил, как слопал чужую порцию мороженого - тогда это показалось правильным. Помнил, как они сели в такси, а вот потом только какие-то отрывки. "Черт, и ведь знаю, что нельзя мне пить, хорошо еще, что Олег не голубой, а то… - мысль, посетившая так внезапно, заставила Данилу испуганно замереть, прислушиваясь к себе. Ничего не болело и не ныло. – Слава Богу, не голубой". На работу Муращенко не опоздал, явившись в офис без пяти девять. Зинаида Сергеевна кивнула ему, на секунду оторвавшись от компьютера, и Данила вошел в кабинет босса. Олег Сергеевич уже был на месте, а справа от входа стоял стол, которого вчера здесь не было. - А-а, Данила. Твое рабочее место готово. Документы уже ждут тебя на столе. На этот раз работать до вечера не пришлось: днем Вяземский буквально силком вытащил его из-за стола, чтобы отвести в кафе, расположенное недалеко от офиса. После небольшого перекуса Данила хотел вновь вернуться к работе, но тут его отвлек звонок телефона. Пронзительная мелодия, повторяющаяся раз за разом, заставила выругаться. Олег куда-то свалил, а его мобильник остался на столе. Прослушав два раза «Полет валькирий», Данила не выдержал и нажал на кнопку, машинально прочитав на дисплее «сука». - Здравствуйте, Олег Сергеевич в данный момент не может подойти к телефону. Пожалуйста, оставьте сообщение или перезвоните позже, - выдал на одном дыхании Муращенко, едва сдерживая улыбку. - А ты кто такой? – тут же отреагировал женский голос в трубке. Причем голос был совсем не дружелюбный, с истерическими нотками, так что Данила посчитал характеристику на дисплее вполне подходящей. - Я секретарь-переводчик Олега Сергеевича. - Не поняла, он себе что, новую игрушку завел? Какой нафиг переводчик? - Обычный переводчик. Я занимаюсь переводом договоров на английский, а также с английского на русский. - А сам он что, разучился? Склероз ранний замучил? - Э-э, что вы имеете в виду? - То, что он сам прекрасно понимает английский и переводчик ему не нужен, разве что он решил завести новую игрушку, чтобы трахать ее на работе. Дальше Данила слушать не стал. Нажав отбой, он бросил мобильник на стол и, резко развернувшись, впился взглядом в открывающуюся дверь. Олег Сергеевич перешагнул порог, отдавая какие-то распоряжения Зинаиде Сергеевне, и тут же настороженно замер, очень уж выразительным было лицо у парня, стоявшего у его рабочего стола. - Что-то случилось? - Случилось. Только что звонила «сука», просветив меня по поводу вашего знания английского. Это правда? - Вяземский на мгновение замялся, отводя взгляд, а потом шагнул в кабинет, прикрывая за собой дверь. - Значит, правда. Зачем вы меня обманывали? Та… дама говорила что-то о новой игрушке. - Не игрушка. Клянусь. Просто ты мне понравился, когда пришел хлопотать за сестру, и я вспомнил, как она жаловалась, что у тебя девушки нормальной ни разу не было, вот и решил… попробовать. - Попробовать? И говоришь, что не игрушка? Неужели понравился настолько, что надо было выкидывать кучу денег на развлечение? Не слишком ли дорогое удовольствие - нанимать ненужного переводчика? - Не слишком. Ты мне действительно помог с теми финнами. Немецкий язык я не знаю, так что все сложилось как нельзя лучше. А когда ты не позвонил на следующий день, я понял, что ты за моими деньгами точно охотиться не будешь, и начал думать, как бы привлечь твое внимание еще раз. - Динку в казино вы подставили? - Нет. Это она сама. Я лишь воспользовался моментом, затащив тебя в свой офис. - А вчера вечером почему не воспользовались… мной? Черт, я даже не подозревал, что вы гей. - Я не насильник. Все должно случиться по обоюдному согласию. И я не гей, а би. - Гей, би – суть одна, хоть обертки и разные. Деньги я тебе отдам, но даже не мечтай, что я еще раз появлюсь в твоем офисе. - Не надо деньги отдавать, - Олег нахмурился, опершись бедром о стол, – считай это неустойкой. - А мне ваши подачки не нужны. - Это не подачка, а… извинение. И не надо возражать, денег от тебя я все равно не приму. Сейчас позвоню шоферу, чтобы тебя отвезли домой. - Нет, предпочитаю больше с вами не встречаться, и шофер ваш… Сам доберусь. Прощайте! Выскочив из кабинета, Муращенко бегом устремился наружу, чуть не сбив с ног охранника на выходе. От обиды, что принес этот день, хотелось плакать, но Данила сдержался. - Мужчины не плачут, - бормотал он под нос, садясь в первый же подъехавший к остановке автобус. К счастью, на этот раз удача оказалась на его стороне, так что вскоре Данила был дома. Меряя квартиру шагами, Муращенко тихо бесился, не в силах справиться с эмоциями, и, когда зазвонил телефон, первое, что сделал Данила, подняв трубку, – закричал: - Я же сказал, что не хочу тебя видеть и слышать! - Данила? - после нескольких секунд молчания прозвучал виноватый голос сестры. - Динка? Ты какого звонишь? – рыкнул он, все же немного сбавляя тон. - Узнать, как дела. - Никак. Олег твой – сволочь и свинья. - Э-э? Что случилось? Он тебя… - Нет, ничего он мне не сделал. Обманул. Еще немного - и я вполне мог бы оказаться у него в… - Данила резко замолчал, не договорив. - В постели? – тут же догадалась Дина. – А на что ты больше злишься? На то, что он тебя чуть не соблазнил, или на то, что у него ничего не вышло? - Да ты… ты… дура! – выкрикнув, Муращенко с силой швырнул трубку на аппарат, продолжая ругаться. Только легче от этого не стало. - Завтра же вернусь на работу, в "Глорию", - решил Данила, отбушевав. – Сказка о Золушке закончилась, не начавшись. *** Восстановиться в салоне оказалось не проблемой, так что уже на следующий день стилист Муращенко стоял за своим креслом, делая прическу одной из постоянных клиенток, только вот на душе отчего-то было погано, словно он сделал что-то неправильное.