Мое счастье цвета кровавых фиалок

Спасибо, что ждали)) Ваша поддержка и неугасающий интерес вдохновляют меня, друзья). _______________________________________________________ Смотрю на свое отражение, словно сквозь призрачную призму сумасшествия. Перед взором расплывается реальность, я пытаюсь ухватиться хоть за что-нибудь, но дело в том, что у меня ничего нет... Внутри и вокруг лишь холод черной, как бездна, леденящей душу пустоты... Я не понимаю, что делаю здесь. Кто я? Для чего вообще существую? Не будет ли единственно правильным и верным для меня решением – смерть? ... Ведь все что я делал, чем и для чего жил, считал дорогим, на самом деле просто пыль. Комки грязи перед божественным порядком, хах... Моя жизнь - ничто... На самом деле, я сам, ... я - никто... Бледное, осунувшееся лицо; мертвые глаза в костистых глазницах и изодранные в кровь трясущееся губы. Я ведь мертвец, да, Ками? Почему же среди живых нахожусь, почему меня выпустили из чистилища? Потому что такую жалкую, мерзкую душу даже загробный мир принять не может... Перед глазами все чернеет и кружится, дыхание перехватывает судорогой и сердце, будто обезумевшая птица, мечется в грудной клетке... Вспышка: я лежу на полу в ванной, из крана течет вода, журча синхронно с шумом в моей голове. Меня трясет от жуткого холода и болит голова, прикасаюсь трясущимися мертвенно ледяными пальцами к затылку и чувствую на них влагу... Вспышка: вижу перед глазами лицо взбешенного Занзаса, будто я снова против него за право наследия Вонголы сражаюсь. Грудь, как и тогда, сдавливает чувство панического отчаяния, ярости и страха, перед глазами образы корчащихся от дикой боли друзей. Я дерусь изо всех сил, потому что на кону жизни моих Хранителей. Я схожу с ума от страха, а потом мне становится так легко, потому что Хибари Кёя выбирается из ловушки, добывает антидот не только для себя, но и для Гокудеры. Я готов плакать от счастья, потому что моим друзьям не угрожает смерть, Облако и Ураган освобождают остальных... Эта влага - кровь... Запах металла и соли бьет в нос, бордовый мутит взгляд, и я снова закрываю глаза... Вспышка: дикий панический ужас, чувство полной безнадежности, от страха мутится рассудок, и дрожит каждая клетка в теле. Я в будущем, которого бы никогда не хотел увидеть, там, где не желал бы оказаться своим друзьям. И не имею не малейшего понятия, что делать... Меня тренирует Хибари, после каждой такой тренировки, мне кажется, что я не выживу, но я осваиваю Пламя Посмертной Воли, и понимаю, что, если бы не этот суровый, холодный мужчина, я бы так и не создал свою технику Х-барнер... Если бы не Глава Дисциплинарного Комитета, я потерял бы своих друзей еще в сражении с Генкши, Гокудера ворчал и возмущался, но признал неоценимую помощь Хранителя Облака... От холода деревенеют пальцы на руках и ногах, а боль разрывает череп... Вспышка: я устал от сражений, хочу прекратить эту ненависть, проклятие Вонголы. Я не хочу терять Хранителей, не хочу терять свою семью, не хочу, не хочу остаться один... Твои слова дают толчок, дают понять, что моя гордость - это моя семья... Что я давно уже не Никчемный Тсуна, уже давно не беспомощная бета-омега... Я - Десятый Босс Вонголы... Я - Глава своей семьи... Тело бьет озноб; внутренности сдавливает, будто обручем... дышать, оказывается, так тяжело... Вспышка: каждый раз ты придумываешь глупые отговорки, оправдания своим действиям. Зачем? Может, не хочешь быть связанным со мной? Тогда, зачем спасал от хулиганов? Почему принял кольцо Облака? Почему помогал в сражениях? Если ненавидишь меня, почему не избил за унижения?... Если презираешь, почему же тогда хочешь укусить Небо? Или все что было, исчезло, как только ты узнал, что я - омега? И стало совершенно не важно, что я еще и человек... А вот мне все наплевать, что ты - альфа,... а я - омега... Меня рвет нещадно, выворачивает наизнанку, и уже, кажется, что я выхаркиваю свои внутренности... Вспышка: ощущение твоего тела на себе, твоих губ, сносящего голову аромата, горячего дыхания и всепоглощающей жажды кажется насмешкой, оскорблением... Восторг меня охватывал от чувства, что ты уважал меня, признавал сильным, хотел сразиться со мной, считал, если не равным себе, то достойным твоего внимания... И ты никогда не называл меня никчемным, даже когда я действительно таковым являлся... А теперь ты меня ненавидишь... Инстинкт, что связывает омегу и альфу, стер то, что возникло между людскими сердцами... Похоть уничтожила с трудом рожденное доверие... Тело скрутило жуткой болью, будто живот мой раздирали на части... Такое знакомое чувство... Прямо тогда, когда я умирал... Кажется, я снова ... Я ничего о нем не знаю, хотел стать ему другом, но сердца его не видел, совсем не понимал, о чем он думает, что чувствует на самом деле, понятия не имел, что он тоже может любить и бояться... Улыбка его ребенка, так похожа на его... Только у малыша она более открытая и по-настоящему счастливая... А его я никогда не видел счастливым... Осознание этого факта больно режет сердце, так сильно ранит, отчаянно жалит, что слезы сами появляются на глазах... Я... От вида собственной ванной мутит, а может и от того, что я заставил себя подняться на ноги. Тут же схватился за раковину, чтобы от головокружения снова не упасть. Я... Гляжу на свое отражение, и внутри все стонет от омерзения, заходится дрожью от назревающей, словно буря, ярости... Открываю дверцу шкафчика и достаю аптечку... Я... Ножницы слишком маленькие и вряд ли качественно срежут, но мне все равно... ... не слабая омега. Мои движения хаотичны, руки дрожат и режут криво, но на удивление четко... Я... Мне нравится мое отражение, ножницы выпадают из рук... ... больше никогда не уступлю, я никогда не проиграю. Я вижу себя, наконец-то. Глаза отливают огненно-стальной решимостью. Перед взором проносится вся моя бесполезная, пустая жизнь; перед глазами стоит семья, защищавшая меня, поддерживающая, переживающая, отдающая собственные жизни, чтобы я жил. Семья, безалаберно подставляющая себя снова и снова под удар, страдающая от того, что я так долго вел себя, как последний трус; так долго не понимал их; не принимал правду, так долго бежал от проблем; отказывался от них и не принимал себя... Я закричал и со всей силы ударил по стеклу, лишь краем сознания замечая, что руки мои объяты Огнем... Зеркало исчезло в жаре и реве Пламени Посмертной Воли, оставив после себя расплавленный кафель стены... Я - Истинная Омега и Десятый Босс Вонголы. Я - Глава своей семьи. Я - Савада Тсунаеши. Помутившийся и ослабший взгляд проследил за кровавыми слезами, скатившимися с моего лица и упавшими на заляпанный рвотой и кровью пол. ~***~ Открыл глаза внезапно. Ощущение словно прикрыл веки на мгновенье, а по факту: я уже лежал в собственной кровати, по самые уши укутанный в одеяло. Чувствовал себя разбитым, но и неудивительно, после вчерашнего-то срыва. Привычно провожу по затылку рукой, зацепляясь за бинты, обматывающие голову. Блять, надеюсь только, что в ванной меня нашла не мама. Хотя, если это сделал Реборн, то в событии этом тоже приятного мало. Я зябко поежился от перспективы кровожадной расправы этого монстра надо мной подкинутой слишком живым воображением, когда память едко и торжественно напомнила, что у меня к моему мелкому репетитору тоже есть не хилый список претензий. Прямо глыба с души! Что ж, голова болит сильнее, чем я думал. Минут пять стоял, как полный идиот, шатаясь из стороны в сторону и пытаясь унять головокружение и подкатывающую к горлу тошноту. В этой позе подбитого журавля меня и застал тиран всей моей жизни. - Какого черта, ты поднялся с постели, малолетний кретин?! - Рявкнул Аркобалено Солнца. - Поссать захотел! - Съехидничал я, поморщившись от децибел, выдаваемых вроде бы мелким тельцем. - И хватит орать с утра пораньше! - Скажи спасибо, что я только кричу, - мрачно посоветовал итальянец, - а не бью тебя, дебила, кочергой по твоей безмозглой голове! Какого черта происходит, Тсуна? Мне что теперь тебя, как суицидника, постоянно из петли вытаскивать? Какого хрена, скажи мне, идиот, ты творишь? Для чего тебя с того света вытаскивали, а? Не думаешь о себе, мать побереги! Ни о ком не переживаешь, тупой эгоист! Кто ты после этого...?! М-да, вот и прорвало плотину. Я-таки смог довести до ручки своего репетитора, может, я и почувствовал бы сочувствие и вину, вот только никаких сил, эмоций и желаний у меня по этому поводу не возникало. - Хватит, - прорычал я, чувствуя, как внутри распрямляется металлический стержень. - Я не собираюсь выслушивать твои нотации. Ты прав, я вел себя, как ребенок. Избалованный, глупый и трусливый ребенок. Это так, - холодно и резко говорил я, прожигая Реборна взглядом. - Обсуждать это я не буду. У меня нет на это времени, и смысла я в этом не вижу. У меня к тебе серьезный разговор, и я надеюсь, ты сможешь мне помочь прояснить несколько моментов. Озадаченный и притихший Аркобалено вопросительно выгнул бровь. - Чуть позже, - сухо сказал я. - Сначала душ приму. - Тсуна, ты... - В полном порядке, - отрезал я. После водных процедур стало легче, правда, в висках пульсировала тошнота. Провалялся я, оказывается, до середины дня. Как весело, вот мне и не нужно искать повод встретиться с Главой ДК. Думаю, он будет рад возможности отыграться на мне. - О чем ты хотел поговорить? – Реборн мрачно помешивал ложечкой кофе, не сводя с меня пытливо-изводящего взгляда. Как страшно. - Скажи мне, мой дорогой репетитор, как скоро ты собирался мне поведать о том, что Ямамото с Хибари передрались, а Гокудера наведывался к Облаку в гости? - Как можно позже, - невозмутимо признался Реборн, - я вообще надеялся скрыть это от тебя. - С какой радости? – Хмуро поинтересовался я, медленно, но верно подходя к точке кипения. - Ты не в лучшей форме, чтобы адекватно реагировать на подобные ситуации, - маленький киллер сверкнул на меня антрацитовыми глазами. - Что ж, как видишь, моя жизнь в не опасности, - едко возразил я, взмахом руки останавливая готового возмутиться Аркобалено Солнца. – Думаю, если бы, вместо того, чтобы плести интриги за моей спиной, ты сразу, как мой учитель, позволил мне самому разобраться с ситуацией, то мне не пришлось бы искать нового Хранителя Облака. - Что? – Удивился малолетний репетитор. – Хибари не уйдет из Вонголы. - А это уже не тебе решать, - жестко возразил я, поднимаясь из-за стола и нависая над Аркобалено. – Я – Десятый Босс Вонголы, ни Савада Емитсу, ни Занзас, ни ты, ни кто-либо другой. И мое решение, только мое решение. Ты не можешь приказывать мне или моим Хранителям, наши с ними дела касаются только нас, остальные не имеют права вмешиваться. За каждого из своих Хранителей я перегрызу глотку, знай это, и пусть каждый знает. Я принимаю на себя пост Босса, я скажу тебе больше, я сам объединю семью и сделаю ее такой, какой желаю видеть, далекой от ваших мафиозных идеалов. Поэтому, - страсть в голосе и ярость в огненно-золотых глазах не оставили сомнений в моих словах, - не удивляйся тому, что я буду делать и тому, что будет происходить. Емитсу хотел видеть меня в кресле Босса Вонголы, а себя, очевидно, за моей спиной с нитями кукловода. Что ж, вызов принят, но играть по их правилам я не буду. Как и по твоим, Реборн, - я решительно отвернулся и направился к двери. – Если хочешь, можешь присоединиться. Если - нет, то тебе следует покинуть мой дом, - я остановился в дверях, чувствуя изумление и возрастающую ярость Аркобалено Солнца. – Но я был бы счастлив, если бы Вы остались со мной, сенсей. Да, именно так. Все верно, Реборн, мне не до игр. Я устал плясать под чужую дудку. Меня будет вести моя собственная мелодия. И да… струны Пламени Посмертной Воли осколков моей души. Ярко-голубой дождь – Пламя искренности. Кроваво-красный смерч – Пламя преданности. Ослепляющее солнце – Пламя веры. Призрачный туман – Пламя противоречий, Пламя тьмы и света. Шаровая молния – Пламя непосредственности и непорочности. Пух облаков и ярость туч – Пламя долга. Огненно-оранжевый цвет закатов и рассветов, цвет начала и конца, цвет грозового, лазурно-чистого неба – Пламя связи, Пламя мудрости, Пламя созидания и разрушения, Пламя всего. Понять все это было невозможно для меня раньше. Наверное, чтобы увидеть истину, мне нужно было всего лишь умереть. А воскреснув, перестать бояться быть собой. С этой горы начался мой путь к себе. Тогда Реборн тренировал меня для битвы с Занзасом за бесполезную безделушку. Ведь силу и власть дарует далеко не Кольцо Неба, а Пламя внутри тебя, Пламя твоей Воли и поддержка твоей семьи. Я это осознал только сейчас, а Босс Варии за всю свою жизнь понять не смог. Надеюсь, Реборн останется со мной. Мне нужна его мудрость и поддержка. Я натянул Х-перчатки и зажег Пламя. Когда я разобрался в себе, мое Пламя целиком и полностью откликается на мою волю. Что ж, я стану сильнее, я смогу, потому что мне есть, что защищать и во что верить. Закрываю глаза, и перед взором встает моя семья: смеющийся Такеши, вспыльчивый Хаято, шумный Реохей, хитрый ублюдок Мукуро, скромная и добрая Наги, неугомонный Ламбо и … А Кёю я отпускаю. Своему сыну он нужнее. Я буду защищать их обоих, клянусь. И может когда-нибудь Хибари сможет мне доверять и захочет вернутся в семью.