Двадцать процентов

В посольстве, несмотря на будни, оказалось достаточно людно. Естественно, все эти люди оказались посетителями казино, что сейчас Омои не особо огорчило. Парочка молоденьких парней, которых Саске иногда ставил на охрану взамен Дзюго, сидели вместе с девочками на диванах, пили и веселились. В зале тоже царило оживление – в центре внимания оказался парень, которого Омои никогда здесь не видел. Высокий белокурый парень, большеглазый и стройный, удобно устроился у рулетки. Длинные волосы были небрежно собраны в высокий хвост, выбившиеся золотистые пряди рассыпались по плечам. Парень был настолько не похож на здешний контингент посетителей, выделялся как яркая птица в стае воробьев. Омои с каким-то злобным мстительным чувством отметил, что по сравнению с этим блондинистым породистым красавцем Суйгетцу казался серой пташкой, политой перекисью водорода. Омои придвинулся ближе, заметив внушительную стопку золотых фишек у локтя парня. Тот увлеченно следил за маленьким белым шариком, метавшимся по черным ячейкам рулетки, возбужденно хлопал раскрытыми ладонями по столу и негромко ругался вслух. - Яхууу! – взвизгнул тот, в тот самый момент, когда Омои неосторожно оказался совсем рядом. Пронзительный вскрик ножом вскрыл барабанную перепонку, и Омои невольно прижал ладонь к уху. Крупье тем временем придвинул фишки, пополнив состояние парня примерно на треть. - Охуительно! – вскрикнул парень уже тише, сжал ладони в кулаки и яростно застучал по столу, - просто охуительно! - Добрый вечер, - промямлил, наконец, Омои, оторвавшись от созерцания светлых волос, налипших на светлую кожу. Парень сгреб, наконец, все свои фишки в кучу, обернулся к нему и тут же протянул ладонь. - Дейдара, - представился он, разглядывая Омои, - а ты здешний управляющий, как я погляжу? - Угу, - буркнул тот, пожимая ладонь с неожиданно сильными пальцами. - Клевое у тебя местечко, - улыбнулся Дейдара широко, демонстрируя ровные, белые, идеальные зубы. Омои уже и забыл, как выглядит вживую голливудская улыбка, залюбовался им невольно. Казалось, что блондин сейчас или выдует огромный пузырь из жвачки, или, на худой конец, запоет «Янки дудль». Поэтому, когда Дейдара всего лишь принялся пересчитывать фишки, Омои почувствовал легкое разочарование. Впрочем, занятие быстро его утомило, и, отделив примерно половину фишек, Дейдара вновь выдвинул, желая сделать ставку. - Когда у тебя день рождения? – прищурился он. - Что? - Дата рождения? - Двадцать пятого. - Все это – на двадцать пятое. На красное, - усмехнулся янки, и вновь повернулся к нему, - я думаю, мы просто обязаны выиграть. - Да? – Омои скептически глянул на крупье, принимавшего ставки от других игроков. - Я смотрю, у вас тут все честно и чисто, - отметил Дейдара, разглядывая Омои с интересом, - шулеров не держите? - Какие уж шулеры… - Поддерживаете честь семьи, - вновь улыбнулся он, - Все, как в лучших домах Филадельфии?! - Ну да, - фыркнул Омои, - наверное. Дейдара смерил его взглядом, потом вновь уставился на рулетку. В этот раз следил за шариком куда спокойнее, то и дело оборачиваясь, что проверить – здесь ли еще Омои. - Не везет мне на азартные игры, - брякнул Омои, тоже следя за шариком, - как только не начну играть, так козыри не идут, и все не в масть, а если не в карты играю, то значит… Шарик выпал на зеро, и крупье громко объявил об этом. Омои вновь фыркнул, ожидая еще более громких криков и воплей со стороны Дейдары, однако тот почти не посмотрел на стол. Сгреб оставшиеся фишки и, улыбнувшись, кивком указал ему на диван. Омои пожал плечами, прошел вместе с ним туда, в конце концов, белокурый янки был куда симпатичнее большинства посетителей, не говоря уж о якудза. - Как ты здесь оказался? – усмехнулся Дейдара, потягивая коктейль через длинную тонкую соломинку. Челка упала ему на лицо, закрывая левый глаз. - Посол я здесь, - вздохнул Омои, невольно ища сочувствия у янки. - Посол планеты азартных игр? – расхохотался Дейдара, - здорово придумано, кстати. Уважаю. - О чем ты? - О прикрытии вашем. Отличная идея, без дураков, отличная. - Да это не я, - вяло возразил Омои. - Это Учиха… - Ну, не один же Учиха своим умишком до всего этого додумался? – скорчил презрительную гримаску Дейдара, смахнул челку с лица. Опустил ресницы, потягивая розовый коктейль. В светлой разноцветной майке, с кожаными браслетами и бисерными фенечками на тонких запястьях Дейдара совсем не вписывался в атмосферу этого мрачного места. Хотя сам он, похоже, дискомфорта не чувствовал. - Ты ведь посол, да? – прищурился тот, - не зам, не секретарь? - Я, я собственной персоной. - Зачем же ты позволяешь присваивать Учиха свои достижения? – он поднял брови, золотистые, словно ржаные колоски. – Не бойся его. Он неудачник. Супернеудачник. - Ты о Саске? – не поверил Омои. - О ком же еще… - усмехнулся тот, пошевелил соломинкой, допивая свой коктейль, поглядел Омои глаза в глаза, - именно о нем. *** Остаток ночи пролетел незаметно. Казино работало до последнего клиента, и все это время Омои с Дейдарой пили коктейли, вспоминая Великую Америку. К большому огорчению Омои оказалось, что Дейдаре в Японии нравится, и никакого разочарования тот не чувствует. Это было странно, но Омои не стал навязывать ему свою точку зрения. Вместо этого протрепался с ним остаток ночи, дождался, пока Дейдара обменяет так и не побывавшие в игре фишки, проводил его, а потом рухнул на диван в углу под здоровым фикусом, согнав оттуда девок. Спал Омои хорошо, крепко, но недолго. Из сна его вырвала сильная затрещина, боль на какой-то миг заполнила все сознание, и не успел он проснуться, как получил еще и еще. Свалился на пол, получил пару хороших пинков и отполз к стене, продирая глаза. Наугад закрывшись рукой, он пробормотал: - Что… что происходит? - Сейчас я тебе скажу, что происходит, - холодно отозвался знакомый голос, и боль вновь вспыхнула в левой щеке – от удара Омои треснулся головой о стену, в висках шумно и гулко застучало. Он тяжело выдохнул и посмотрел вверх. Над ним стоял Учиха Саске. Омои сразу растерял весь боевой настрой, забыв слова Дейдары, потому что Дейдары не было здесь, и вообще, не приснился ли он ему в пьяном угаре. А Учиха – вот он. Во плоти. Позади него стоял Суйгетцу, взволнованно покусывающий губу, а чуть поодаль – парни из охраны. - Саске… - начал было Омои, и едва не откусил себе язык. Невольно закрыл голову рукой, а тот молча вынул пистолет. Привинтил к нему глушитель, спокойно и деловито, отчего выпитое накануне срочно запросилось наружу, каким угодно способом. Омои заморгал, пытаясь сдержаться. Закрыл глаза, не в силах глядеть на оружие. - Послушай, - равнодушно сказал Саске, опустившись перед ним на колени. Прижал пистолет к его горлу, вдавливая металл в подрагивающий кадык. - Нет, - сглотнул рефлекторно Омои, дернулся, пытаясь отодвинуться от безжалостно холодного металла, - нет, пожалуйста, не надо… - Ты сегодня ходил к сацу, - проговорил Саске ему на ухо, едва не касаясь его губами, теплое дыхание щекотало кожу, и Омои нервно и громко расхохотался, прижал голову к плечу, из-под зажмуренных век потекли слезы. - Блядь, Саске, - он шмыгнул носом, - не надо, не делай, не надо. - Не надо было. - Выдохнул тот, поглаживая пистолетом его горло, отчего Омои то и дело рефлекторно сглатывал. - Не надо, Саске… - хрипло зашептал Омои сухими губами. - Говорил тебе, не лезь. - Саске, пожалуйста, не надо… - Говорил. - Не надо, я больше не буду, не надо! – выкрикнул он. - Говорил, блядь! – заорал Саске одновременно с ним. Мир вновь взорвался болью, Омои на секунду задержал дыхание – неужели это там глотку разрывает пуля? Нет… Боль пульсировала в левом виске от удара. Привычно и не опасно. Почти и не больно. - Саске… - выдохнул Омои, почувствовав, как тот отстраняется. На горло больше ничего не давило. Через силу Омои раскрыл глаза. Поглядел на Саске. А тот сидел перед ним, но в глаза ему не смотрел. Омои выдохнул с облегчением. Саске внимательно смотрел на его плечо. Потом потянулся к нему двумя пальцами, и Омои вздрогнул, вскрикнул, попытался закрыться от его пальцев, но Саске лишь снял что-то с его пиджака. Выпрямился медленно, держа пистолет в левой руке. Омои невольно тоже поднялся на ноги. Пригляделся в полумраке. В правой руке Саске держал длинный светлый волос. - Что это? – поинтересовался Саске. Омои едва подавил дурацкую широкую улыбку – в этот момент Саске абсурдно походил на ревнивую жену. Но сейчас не стоило шутить. Смеяться тоже не стоило. - Это волос, - осторожно сказал Омои, потому что Саске ждал ответа. - Я вижу, - терпеливо произнес тот. Смотрел на него, словно спрашивал, мол, вот мне и интересно, чей это волос, если сегодня днем ты терся у сацу, а ночь – здесь, а ведь ни там, ни тут не бывает белокурых тян – натуральных блондинок. - Это… Дейдара, - проговорил Омои, стоя перед Саске с вспотевшим лбом и вспотевшими яйцами, - Дейдара. Я с ним познакомился… - Познакомился, - кивнул Саске, - Значит, Дейдара приходил сюда. Омои кивнул, но Саске потерял к нему интерес. Обернулся к парням из охраны, и, прежде, чем кто-либо из них успел сказать хоть слово, выпустил пулю. Звук действительно был тихий, и парень тоже вскрикнул почти неслышно, свалился на пол, прижимая пальцы к раздробленной кости. Кровь, черная в утреннем полумраке, хлыстала, выходя толчками, растекалась по полу, пачкая ламинат, затекая под неплотно пригнанные стыки. Впитывалась в мягкую подложку под досками. - Вздуется, - заметил Суйгетцу, тоже заметив это. Саске повернулся к нему, поглядел почти в упор, и тот невольно сделал шаг назад. - Ламинат, - сказал Суйгетцу, облизнул губы, - ламинат вздуется, как пить дать. - Перестелишь, - пожал плечами Саске. Обвел всех взглядом и добавил: - Эту дрянь на мою территорию не пускать. Возражать ему никто не стал. *** - Хорошо проиграл? – поинтересовался Сай, которому, казалось, было наплевать на всех и вся. Дейдара, играющий со связкой ключей, вначале и не понял, что вопрос обращен к нему. Потом улыбнулся и произнес: - Сегодня проиграл, завтра выиграл. И наоборот. - Так ты проиграл или выиграл? - Вчера, пожалуй, выиграл, - он пожал плечами, звеня ключами, - хотя тот, кто любит азартные игры, в любом случае в проигрыше. - Даже в Лас-Вегасе? – уточнил Сай с серьезным выражением лица. - Тем более в Вегасе, детка, - усмехнулся Дейдара, - если бы ты побывал в Вегасе, ты бы не задавал таких супердурацких вопросов. В ответ Сай улыбнулся, по своему обыкновению, не размыкая губ. Учтиво и непостижимо. Эта улыбка могла означать все: от «очень приятно поговорить с тобой» до «иди-ка ты на хуй, бака-гайдзин, со своими байками». Дейдара хмыкнул, хотел было ответить ему, но тут дверь в приемную распахнулась. Тихо постукивая тростью, в помещение вошел Данзо, направляясь к себе, и Дейдара, потеряв всякий интерес к улыбающемуся Саю, поспешил вслед за полицейским. Встреча с Данзо прошла именно так, как Дейдара и рассчитывал. В самом конце, уже провожая его, Данзо посоветовал ему лично пообщаться с боссом Учиха. Дейдара не пришел в восторг от этой идеи, однако и сам понимал – без этого не обойтись. Босс Учиха был отнюдь не самым приятным собеседником, и многочисленная охрана всегда напрягала. Припарковавшись неподалеку от особняка, Дейдара покосился на небо, затянутое тучами, достал с заднего сидения легкую кожанку. Погладил ее, словно живую – кожа был тонкой, теплой на ощупь и мягкой, приятного оттенка кофе с молоком. Выдохнув, накинул куртку, собрал распущенные волосы в хвост и натянул на голову бежевую бейсболку. Вышел наружу, и, закрывая машину, невольно покосился на свое искаженное изображение – показался сам себе подростком, в этой куртке и бейсболке, закрывшей волосы и бросавшей тень на лицо. Потерял часть броской привлекательности, на которую так охотно клевали девочки – однако сейчас Дейдару это не огорчило. Если в особняке Учиха и были девчонки, то явно не для него. Босс Учиха словно знал, что он приедет. Расположился, вопреки ожиданиям Дейдары, не на просторной энгаве, а в кабинете. Несколько парней из охраны застыли в кабинете, поглядывая недобро. Дейдара ухмыльнулся, словно ему похер было на их взгляды, словно и не его обыскали на входе с пристрастием – с излишним даже пристрастием. Прошелся по кабинету и, не дожидаясь приглашения, уселся, закинув ногу на ногу. Небрежно поздоровался с боссом Учиха, как будто каждый день обедал с ним в закусочной. Парни из охраны заиграли желваками, сжали пальцы в кулаки, однако сам босс Учиха и ухом не повел. Сидел в шелковом кимоно – или как еще называлась эта черная занавеска, - смотрел куда-то поверх его плеча и улыбался. Точь-в-точь, как Сай, не размыкая губ. Узкие раскосые глаза босса выражали только радость от того, что гость пришел в его дом. - Как ваше здоровье? – поинтересовался Дейдара, невольно улыбаясь в ответ. - Спасибо, неплохо, - так же вежливо отозвался босс. Принялся расспрашивать его, не дожидаясь, пока Дейдара очухается, обвыкнет и начнет фильтровать информацию. Дейдара в очередной раз пожалел о том, что встреча состоялась не на веранде – в кабинете было слишком тепло, чтобы сидеть в куртке и, уж, тем более, в бейсболке. Дейдара почувствовал, что слегка вспотел – как от жары, так и от нервов. Босс Учиха смотрел на него неотрывно, изредка моргая, и от этого внимания тоже не было особо уютно. - Я закурю? – спросил Дейдара, и вновь не дожидался разрешения, достал пачку «Лаки Страйка» из кармана. Чиркнул плоской спичкой о коробок, выбросил ее в пепельницу, стоящую на журнальном столике. Затянулся крепко, и откинулся на спинку кресла. Выдохнул, выпустив дым. - Насчет казино, кстати… ваш Саске - лузер, - ухмыльнулся Дейдара, вновь затягиваясь. Привычный крепкий дым придал уверенности в себе, и он лениво почесался, широко расставив худые ноги. Хвост на затылке и бейсболка обнажали уши Дейдары. Маленькие такие, аккуратные уши. - Лузер? - Именно так, лузер, - прищурился Дейдара, - столько разговоров вокруг него, а на деле – пшик. Казино – не его рук дело. - Не его? - Нет, конечно. На деле всю грязную и сложную работу выполняет парень, работающий прикрытием. А ваш Саске ходит и почесывает яйца, наслаждаясь бездельем. Уж поверьте моему слову, от таких в серьезном деле – ни толку, ни проку. Лично я бы его убрал. Балласт. - То есть, - уточнил босс Учиха, сцепив пальцы, - он тебе не ровня? - Кто, Саске? – насмешливо сощурился Дейдара, наклонился вперед, упершись локтями в колени. – Нет, конечно. Босс Учиха молчал и улыбался. Охрана тоже застыла неподвижно и безмолвно. - Не верите? – вскинул брови Дейдара, потом поднял руки, словно винтовку взял, - мне с таким справиться – раз плюнуть. Я бы подстрелил его, словно утку на охоте! - Говорят, что многие пытались свести счеты с ним, - заметил Учиха. - Слабаки, - пренебрежительно отозвался Дейдара, все еще прицеливаясь из невидимой винтовки, - пара выстрелов – и все было бы кончено. Зачем вам этот балласт, тем более, опасный в обращении балласт. - Симпатичная у тебя кепка, - вскользь заметил босс Учиха, уставившись на него. - Ага, - улыбнулся Дейдара. Босс потянулся к нему, желая рассмотреть поближе, и Дейдара стянул кепку с головы, протянул ему. Тот принялся рассматривать кепку, прошелся пальцами по золотистым ниткам. На бежевой ткани был вышит герб НСА – белоголовый орлан, сжимающий две винтовки. - Красиво, - заметил босс, разглядывая кепку. - Славная птичка, - согласился Дейдара, - она благоволит всем умеющим обращаться с огнестрелом. - Не боишься носить ее здесь? – Учиха уставился ему глаза в глаза, и Дейдара вдруг почувствовал себя несколько неодетым. Без кепки волосы привычно рассыпались по плечам, явно привлекли внимание босса. Дейдара вновь закурил, смахнул челку со лба и откинулся в кресле. - Не боюсь, - проговорил он, и Учиха положил бейсболку на журнальный столик меж ними. Не в руки вернул. - Кстати… - Дейдара повел в воздухе ладонью с сигаретой, и тонкий дымный шлейф поплыл за нею. - Раз уж в вашей стране не принято открытое ношение оружия – это еще один повод задуматься о том, так ли нужен вам Саске. - О чем ты? – теперь Учиха вовсе не сводил с него взгляда. - О том, что ваш Саске плевать хотел на закон. И на введенные вами разумные ограничения. Пистолет свой… - Все понятно, - босс Учиха поднялся, и охрана бесшумно покинула помещение. Дейдара удивленно уставился на него, попытался встать, но босс Учиха оказался уже совсем рядом. Надавил ему на плечо, вынуждая сесть обратно. - Господин Учиха? - Я не сомневаюсь, что мне имеет смысл пообщаться с тобой поближе, - хмыкнул тот, - что ты пьешь? - Я сейчас не… - Оскорбишь меня, отказавшись от гостеприимства? – спросил Учиха, и Дейдара уставился в его лицо, пытаясь понять, пошутил ли он, или серьезно. Прочитать ответ по лицу Учиха было невозможно. - Ну так что ты будешь пить? - Кока-колу, - буркнул Дейдара, пытаясь скрутить злосчастные волосы в хвост, да так, чтобы не акцентировать на этом внимание. - С чем? – уточнил тот, набирая номер на радиотелефоне. - Со льдом, - мрачно сказал Дейдара. *** После ночного происшествия Омои пришлось ехать к стоматологу – левый клык, казалось, шатался в десне. Весь остаток ночи он просидел в кабинете, разглядывая в зеркало разбитое лицо. Как только настал рассвет, он выскользнул на улицу, прошелся к машине, попутно придумывая адекватную причину для врача. Упал, спускаясь с лестницы, ведущей в скворечник? Пожалуй, отличная причина. С клыком все оказалось в порядке – зря беспокоился. Однако Омои не отказался пройти плановый осмотр раньше срока. Лежа в кресле стоматолога с разинутым ртом и разглядывая белый-белый потолок, Омои подумал, что согласен даже на это, лишь не сидеть на своем рабочем месте. Лишь не рядом с этими. Лишь бы не рядом с Саске – спасибо, больше не надо. Визит ко врачу занял почти полдня, но потом все же пришлось ехать обратно. Омои едва не расхохотался, когда вошел внутрь – Суйгетцу на пару с Дзюго и еще парой ребят ползали по полу и снимали ламинат. - Что это вы тут делаете? – поинтересовался Омои, остановившись на пороге. - Линолеум сейчас стелить будем, - устало фыркнул Суйгетцу, глянул на него, - чего ржешь, скотина? - А на хер линолеум? Ваши девки протопчут его за неделю. - Какая разница, в темноте один хуй ничего не видно. Зато, - Суйгетцу глянул на него исподлобья, - мыть его гораздо легче. - С тобой не поспоришь, - развел руками Омои. - Ну что, ты так и будешь стоять, глазки мне строить? Может, поможешь уже, господин белоручка? - У меня много дел с документами. Я вам вот только линолеум катать не нанимался. Суйгетцу не стал и пытаться давить на него, вернулся к своему занятию. Парень, которому вчера пулей раздробило лодыжку, сидел на телефоне, обзванивал кого-то по списку. Видимо, больничный в рядах якудза не полагался от слова «совсем». *** - Я же просил колу со льдом! – возмутился Дейдара, отхлебнув из высокого запотевшего бокала. - А это что? – удивился Учиха, посмотрел на его бокал, - пепси? - Там алкоголь! Скорее всего, ром! – воскликнул парень, вскочил и прошелся по кабинету, - я могу это не пить, или же вы опять начнете про свое гостеприимство? - Если хозяин дома не угодил гостю… - Да прекратите вы дурачиться! – завопил парень, подскочил к рассевшемуся на диване боссу Учиха. – Все вы смеетесь! - Я смеюсь? - Смеетесь надо мной. Неужели вы не понимаете, что вынуждаете пользоваться вашим гостеприимством, господин Учиха? - Зови меня Мадара, - усмехнулся тот. - Это не ответ! – Дейдара уселся рядом, - возможно, я не хочу сокращать дистанцию между нами? Может, мне приятнее обращаться к вам на «вы»? - Значит, мое гостеприимство… - Если я еще раз услышу от вас про гостеприимство, я просто взорвусь! – Дейдара подскочил на диване и уставился на Мадару. Закусил губу и протянул негромко: - По-моему, если я не оценю ваше гостеприимство, вы меня в асфальт закатаете, и скажете, что так и было. И даже если вам потом прилетит проблем, мне-то уже будет все равно… - Не расстраивайся. - Легко сказать! – Дейдара вновь дернулся, - мне-то с вами и контакт хочется наладить. И деловые отношения. А вы мне руку на колено положили. - Никогда не знаешь, что станет основой хороших деловых отношений. - Мадара-сан! – Дейдара вскочил, отошел к окну и схватил бокал. Отпил еще, уставившись в окно. И слышал ведь сплетни про старшего из клана Учиха, да и не только про него слышал. Обычно хватало грубо высмеять приставалу, сказать пару едких слов про пидорасов или что-то вроде, как проблема разрешалась сама собой. Дейдара тоскливо уставился на босса Учиха. Называть его пидорасом было рискованно. Мадара тем временем оказался за его спиной, положил ладони на плечи. - Вы знаете, - обернулся к нему Дейдара, не пытаясь ускользнуть, - я хочу у вас спросить одну вещь. - Какую, ммм? – Мадара опустил ладони ниже, оглаживая его талию. - Вы не хотите обидеть гостя? – выдохнул Дейдара, вцепившись двумя руками в бокал. - Быть может, в таком случае, вы вообще ко мне в гости пойдете, а? Если вас там напрягает роль радушного хозяина. - Не напрягает, - усмехнулся Мадара, опустив ладони еще ниже и не оставляя никаких сомнений в своих намерениях. Дейдара хотел возразить что-то еще, но вместо этого отпил немного из бокала. Потом еще и еще. Наконец, выдохнул глубоко, и допил одним махом весь коктейль без остатка, не растаявшие кубики льда звякнули еле слышно. *** - Ты же хотел наладить контакт, - усмехнулся Мадара, быстро раскладывая широкий диван. Дейдара, угнездившись на подоконнике, угрюмо попивал кока-колу с ромом, поглядывал на него искоса. Открыто не сопротивлялся, не укладываясь в привычный сценарий «быстро, больно, и обратно к делам». Вместо громких криков, попыток нападения и побега, светловолосый парень потребовал еще один коктейль. Глядел из-под челки, чуть склонив голову к плечу, словно ожидал, что Мадара сам откажется. - Расскажи мне об этом парне, которого Саске поставил управлять казино, - попросил Мадара, подбираясь ближе к нему. - Это не Саске его поставил! – мгновенно вспыхнул Дейдара, - Саске явно ничего не соображает в политике! - А кто? - Этот парень сам все делает. А Саске только ходит и кидает понты. - Похоже, он здорово тебе не нравится. - Он еще хуже, чем его брат, - скривил губы Дейдара, - братец его, конечно, тоже тот еще хмырь, но Саске в любом случае хуже… Учиха! - Не любишь Учиха? - Ну… не принимайте на свой счет. - Значит, любишь? - Мадара-сан! – воскликнул парень, и Мадара рассмеялся. Придвинулся к нему еще ближе, потянул его за рукав куртки. Дейдара охотно выпутался из куртки, белая майка едва заметно потемнела местами от пота, светлые волосы налипли на мокрую шею. - Жарко у вас тут. - Так раздевайся, - велел Мадара, забирая его бокал, - а то совсем взмок. Дейдара украдкой принюхался к себе, чуть задрав руку. Неприятного запаха не было, но он все равно проговорил негромко: - Может, я в душ, а? - Потом в душ. - Мадара-сан… - Так что ты говорил про пистолет Саске? - Этот ваш Саске свой пистолет носит открыто, сует под нос кому ни попадя! – Дейдара насупился, - у вас, конечно, с этим суперхуево. - С чем? – Мадара притянул парня к себе, невзирая на его невольный протест. Подтолкнул в сторону дивана, отчего Дейдара едва не свалился на него всем весом. В последний момент удержался, вцепившись Мадаре в плечи, пальцы скользнули по гладкому шелку. - Так с чем же у нас суперхуево? – прошептал Мадара, подхватывая его под талию. - С оружием, - сглотнул Дейдара, отвел глаза, смутившись внезапной близости чужого человека. – С огнестрельным… в вашей стране… - Вот этот вопрос я и хотел решить с тобой, - усмехнулся Мадара, опрокидывая его на диван. Дейдара невольно подобрался весь, отвернулся. - Ну так давайте решить, - вякнул он, пытаясь отстраниться от пальцев босса Учиха, - а то чего вы вытворяете. - Ты симпатичный, - поделился соображениями Мадара, расстегивая его брюки, - а у меня не так уж много времени. Или же ты хочешь, - приблизился к нему, - кино, ресторан, цветы… - Да! – воскликнул Дейдара, упираясь ладонями в плечи Учиха, - это было бы супер! - Супер? - Да, да, да! Как насчет завтра вечером, а? – Дейдара улыбнулся, и тут же вскрикнул тихо, - вы меня ущипнули! - К сожалению, занят завтра вечером. - А послезавтра? - И послезавтра… - Вот ведь незадача! Ну, значит, на следующей неделе!!! – завопил Дейдара, угрем выскальзывая из-под Мадары. Вскочил на ноги, пытаясь на ходу застегнуть спадающие брюки, толкнулся в дверь плечом. Ахнул, забарабанил по ней кулаками, обернулся и прижался к ней спиной. - Закрыто? – удивился Мадара, подходя к нему. - Закрыто, - согласился тот, развел руками, - господин Учиха, послушайте же, это все несерьезно… - Конечно, несерьезно, - Мадара вновь разложил его на диван, на этот раз – лицом вниз, вынуждая Дейдару прижаться лицом к прохладной обивке. – Я скоро отпущу тебя, не волнуйся. - Ох, - только и смог выговорить Дейдара. Ссориться с боссом Учиха ему сейчас было совсем невыгодно, да и не по зубам. Как жаль, что слухи о нем оказались правдой. Как жаль. Мадара потянул вверх его футболку, обнажая загорелую треугольную спину, уставился с ухмылкой. Дейдара свел вместе лопатки, словно Мадара направил на него оружие. Вытянулся под его взглядом, лег тихо и замер. - Красиво, - оценил Мадара, проводя пальцем вдоль линии позвоночника, отчего Дейдара вздрогнул, повел плечами судорожно. - Ну так… - буркнул он, чтобы не молчать. - Сделано в США? - Именно, - Дейдара закрыл глаза, попытался успокоиться, и это ему удалось – пока босс Учиха изучающе дотрагивался до него. Принялся умело массировать его плечи, вынуждая расслабиться. Дейдара молча кусал губы, не возражая, до тех самых пор, пока Учиха не потянул вниз его брюки. - Может, не надо? – он невольно вцепился в ремень, потянул их обратно, извернулся, переворачиваясь на спину, но Мадара усмехнулся и настойчиво рванул брюки вниз. Стянул их окончательно и отбросил в сторону, бляшка ремня зазвенела, ударившись об угол стола, И Дейдара тут же подумал, что ничего не мешает Мадаре взять этот самый ремень, из натуральной кожи, крепкий и толстый, и, скажем, связать ему руки. Или сделать чего похуже… столкнувшись со взглядом Мадары, темным, непроницаемым, Дейдара понял, что тому тоже в голову пришла подобная идея. Учиха хмыкнул и приподнялся над ним, поглядел в сторону. - Мадара-сан… - Дейдара вцепился в отвороты его кимоно, закрыл глаза и потянул его на себя, рассчитывая переключить его внимание. - Ммм? – Мадара уткнулся лицом в его шею. - Я надеюсь, - проговорил он с небрежной легкой усмешкой, которая едва не стоила ему седого волоска, - надеюсь, вы не хотите сделать мне больно? - Больно? - Да, - вздохнул Дейдара, почувствовал, как Мадара касается его бедра ладонью. Это было достаточно осторожное прикосновение, и он перевел дух. Почувствовал, как пальцы Мадары вплетаются в его волосы, перебирая пряди. - Пожалуйста, - выдохнул он достаточно серьезно, - Мадара, я вас прошу, давайте обойдемся безо всякого… - Не любишь боль? – тот ущипнул его за сосок, и Дейдара невольно выдохнул, приоткрыв рот, - серьезно, или прикидываешься? - С-серьезно. Без дураков, господин Учиха, я не выношу… - Хорошо, - не стал спорить Учиха, отстраняясь от него. Дейдара перепугался, приподнялся, подумав, что тот пропустил все мимо ушей и потянулся за ремнем. Мадара всего лишь вынул из рукава кимоно крохотную круглую жестянку. Улыбнулся Дейдаре и принялся поглаживать свободной ладонью его член. Чуть стиснул ладонью яйца, отчего Дейдара вновь испуганно уставился на него. Но, почувствовав, что Мадара не собирается выкручивать или отрывать их, слегка расслабился, откинулся обратно. Расслабился под его лаской, зажмурив глаза. - Мадара-сан! – воскликнул он, слегка опомнившись. – Я не… - Ты девственник? – перебил его Мадара, вглядываясь в его лицо. - Что? - Девственник? У тебя уже были мужчины? - Мадара-сан! – завопил Дейдара, отталкивая от себя его руки, - что за грязные намеки вы делаете?! Как вы вообще смеете задавать подобные вопросы? У меня… - … уже был кто-то, судя по тому, как ты орешь. – Хмыкнул Мадара, скользнул ладонью меж его ягодиц, провел пальцем. – Тебя уже распечатали? - Никто меня не распечатывал! – Дейдара попытался скрыться от его насмешливого взгляда и не нашел другого выхода, кроме как уткнуться лицом ему в грудь. Ощутил его палец, вталкивающийся внутрь, и судорожно охнул. - Мадара… ну какого черта, - выдохнул он, невольно скривив губы, - ну мы же с вами… ну взрослые люди… ах! - Это и хорошо, что взрослые. Никаких уголовных преследований. - Насилие – это тоже статья! - А кто-то кого-то насилует? - Ах! Черт побери, я всего лишь пользуюсь вашим… ох… гребаным гостеприимством, черт возьми! - Все же девственник? – заметил Мадара вскользь, пытаясь пропихнуть в него разом три пальца. - Конечно же девственник! – завопил Дейдара, пытаясь отползти. Боссу Учиха вовсе ни к чему было знать о той истории, которая случилась с ним и его другом еще в старшей школе. Вовсе незачем было. Тем более, что тогда ему тоже не понравилось. – Я не такой извращенец! И мне больно, черт тебя возьми! - Неужели больно?! – усомнился Мадара, введя пальцы наполовину. - Да! – рявкнул Дейдара, перевернулся на живот невольно, стремясь отодвинуться. – Да, мне супербольно, и мне это не нравится! - Тссс, - Мадара так неожиданно закрыл ему рот ладонью, что Дейдара едва не потерял рассудок и инстинктивно рванулся прочь. Отполз на край дивана и плотно свел ноги вместе. Накрыл стоящий член ладонью. - Иди сюда, - Мадара поманил его пальцем. - Нет-нет-нет, - замотал головой тот, - это все, конечно, суперклево, но что-то я не хочу… Мадара! Я же сказал, что не люблю, когда мне делают больно. - Потерпи, - философски хмыкнул Мадара, обхватил его предплечья ладонями, и медленно улегся на него, прижимаясь горячим твердым членом к его животу. Дейдара зажмурился, вновь вжался лицом ему в шею. - Нет! - Потерпи немного. Будет немного больно. - Ну вот, - всхлипнул Дейдара, ощущая, как Мадара входит в него. – Мне больно, да! Я так и знал! - Тссс, - шепнул Мадара, укусил его за ухо. Неожиданно для себя прижался к нему плотнее, принялся целовать разгоряченное лицо Дейдары, ткнулся губами в его губы, хотя редко кого целовал. А тот, всхлипывая безостановочно, чуть развел ноги, позволяя войти в него свободнее. Обвил руками шею Мадары и поцеловал его сам, зажмурив глаза. Взмок весь, и золотистые волосы налипли на лоб. - Больно? – спросил Мадара, отвел влажную челку с его лба. - Больно, - прошептал тот, вновь ткнулся ему в губы, целуя коротко. – Больно. *** Несмотря на сомнения Омои, линолеум был постелен за час до открытия клуба. А Саске так и не пришел, отчего атмосфера внутри прямо-таки дышала спокойствием и умиротворением. Все же девушки у этих ублюдков были – то, что надо. Высокие, длинноногие, плоскозадые, правда, но стильно плоские, как модели. Девушки разносили коктейли, поясняли правила игры, и просто украшали помещение. Ходили, покачивая худыми бедрами, улыбались и смеялись тихо, длинные черные волосы ниспадали на плечи. По вечерам тут было даже неплохо, особенно если не приходило более высокопоставленных ублюдков-якудза в пиджаках. В их табели о рангах Омои так и не разобрался, и разбираться не собирался, но с некоторым самодовольством наблюдал за тем, как его троица гнет спины перед боссами. Значит, были и повыше. Однако сегодня не было никого из местной верхушки. Суйгетцу сидел и лениво проглядывал журнал с картинками – неизвестно, почему, но перед простыми гражданами у этих считалось особым шиком нихуя не делать. Омои, знавший, сколько часов в сутки пашет Суйгетцу, с ухмылкой смотрел на всю эту мнимую леность и праздность. *** Вечером в особняке Учиха зажигали фонари. Фонари отбрасывали мягкие оранжево-алые отсветы на перила, на дощатый пол энгавы и на темную ночную траву. Вокруг них роилась мошкара и большие ночные бабочки. На веранду можно было напрямую выйти из спальни, и деревянные двери, не один раз крашеные и покрытые лаком, были сейчас распахнуты настежь, сырой ночной воздух свободно проникал внутрь. Дейдара лежал на широкой постели, свернувшись в клубок. Не смотрел в окно и не любовался звездами. Грел замерзшие ступни друг об друга, поджав пальцы. Ни на какую встречу он, конечно же, не поехал – с него хватило деловой встречи с Мадарой. Налаживание контакта длилось около часа – вспомнив очередную подробность, Дейдара занавесился челкой, пожевал безвкусные пряди и глухо застонал. Пальцы Мадары… он практически ощущал присутствие до сих пор на своем теле. Когда Мадара, лаская одновременно его бедра и член, неожиданно ущипнул его за сосок... ох. Дейдара вновь вспомнил о том, какую лажу он нес в этот момент, как послушно выгнулся назад, выставив задницу, ох, как хорошо, что Мадара в этот момент сдержал свое обещание «не делать больно», не растерзал и не впился когтями… Пожалел, видимо, Дейдару, беспомощно уткнувшегося головой в стык между диваном и стеной. Провел ладонью, касаясь влажными пальцами промежности, повел выше, по всей длине позвоночника, от пальцев разве что током не било, такое сладкое и томное напряжение чувствовалось, и все словно завязывалось в тугой узел, дрожащий где-то внизу живота. Дейдара шмыгнул носом, вспоминая этот момент, свел ноги вместе, и почувствовал, как член вновь напрягся. И вновь вздрогнул – от волны стыда, накатившей вместе с удовольствием. Стыдно было кошмарно – за то, что покорно улегся под него, почти не сопротивляясь, и за то, что сам захотел этого в какой-то момент. Дрожа от ужаса и стыда, но хотел ведь. Вскоре после того, как Мадара насытился, ему позвонили. Мадара отошел, разговаривая на японском – с каким-то жутким диалектом, рыча в телефон, отчего слов разобрать почти не удавалось. Дейдара, пластом лежа на диване, медленно отходил, остывал после оргазма – и вновь испугался Учиха, который стоял спиной к нему, накинув тонкое кимоно прямо на голое тело. Черный шелк, поблескивающий в вечернем полумраке, стекал с его плеч. Учиха словно потерял к нему интерес, наигравшись – а Дейдара ужаснулся, начал тихо и аккуратно подгребать к себе шмотки. - Куда собрался? – проговорил тот спокойно, без жуткого выговора. - Не хочу больше… злоупотреблять, - пробормотал, натягивая впопыхах трусы наизнанку. Тогда Мадара усмехнулся, опрокинул его обратно на диван и вновь раздел его. Дейдара огрызался, пытаясь отпихнуть его руку, внутренне замирая от ужаса, что сейчас Мадаре надоест, и вот тогда босс Учиха отдаст новую игрушку своему клану. Однако вопреки его ожиданиям, Мадара лишь переманил его к себе в ванную, оставив его там наедине с кучей банок и склянок. Оставшись в одиночестве, Дейдара тут же захлопнул дверь, напустил теплой воды в ванну и залез туда, не обращая внимания на промоченные волосы. Внутри все словно перевернулось, вместо связанных мыслей в голове поселились сплошные воспоминания о прошедшем. Меж ног побаливало неприятно, растянутые мышцы все еще ощущали твердый член Мадары. Из ванной сам не помнил, как выбрался и перебрался на подготовленную кровать. Но как-то добрался, и с тех пор лежал ничком. Мадара пришел со двора, ступая босыми ногами по дощатому полу. Дейдара почувствовал его приближение – хоть и не оттуда, откуда ждал. Вскинулся, подобрался весь, отполз к дальнему краю кровати, и подтянул колени к груди, обхватив их. - Как ваше здоровье? – учтиво осведомился Мадара, уселся на край кровати. Темные волосы топорщились иголками. - Плохо мне! – завопил Дейдара, скривив губы, - плохо! - Плохо? – удивился тот, потянулся к нему, но Дейдара вытянул ногу, уперся ступней в узкое скуластое лицо Мадары, внутренне обмирая от ужаса. - Отчего же плохо? - Ты опять лезешь ко мне!!! Я к тебе по делу приехал, ты, мартовский кот! А ты… ты… - застонал, пытаясь отпихнуть себя Мадару. - Ты – гнусный пидорас! – завопил он, когда Мадара умудрился укусить его за мизинец, - прекрати! - Как же громко ты орешь… - хмыкнул себе под нос Мадара, выпустив его палец изо рта. Уставился на него в упор хищно, отчего Дейдара нервно сглотнул и притянул к себе покусанную ногу, инстинктивно поджав пальцы. - Нееет, - выдохнул он еле слышно, - нет, нет, нет, уважаемый хозяин, иди, пожалуйста, на хрен отсюда! Невзирая на его вопли, Мадара сцапал его за лодыжки, потянул к себе, раскладывая на кровати, Дейдара задрыгал ногами, вцепился ногтями в простыню, стягивая ее. Извернулся весь, выскальзывая из рук Учиха. - Все! – воскликнул он, зашлепав босыми ногами по полу, - у меня все болит, особенно самые нежные места! Я ухожу! Мадара растянулся на кровати, сдвигая сбитые в ком простыни, усмехнулся, наблюдая как Дейдара ругается, пытаясь разобраться в широкой гостевой юкате. Наконец тот кое-как подпоясался, по-бабьи замотав пояс, бросил взгляд на Мадару и демонстративно повернулся боком. Скрестил руки на груди, демонстрируя неприступность, из-под короткого подола текли стройные длинные ноги с крепкими икрами. Ночь не была тихой – на парковке неподалеку от особняка был слышен визг тормозов, сам особняк жил и дышал негромкими голосами парней, топотом по лестнице, скрипом отодвигаемых дверей. - А почему сверчки не поют? – настороженно прислушался Дейдара, вышел на веранду. - Не поют сверчки в ночь, когда души умерших поднимаются из могил, - задумчиво пробормотал Мадара. - Чтоооа? – Дейдара вытаращил глаза, резко откинул челку со лба. – Какие еще души. - Души невинно убиенных. - Ну-ну, - насмешливо фыркнул Дейдара, усаживаясь на деревянные перила. Потянулся и взял фонарь в ладони, погладил осторожно по теплому бумажному боку, - брехня. - Обычно я всегда оставляю жертву духам, - пожал плечами Мадара. - Жертву? - Ну да. – Мадара вытянулся на кровати. – Кстати, я думал над тем законопроектом, про который ты упоминал сегодня. - Жертву? – Дейдара замер с фонарем на коленях, и его ладони словно светились изнутри мягким красным светом. - Законопроект насчет запрета на ввоз в страну… - К чертям законопроект, – он решительно поставил фонарь на пол, хотел было расспросить Мадару подробнее, но в этот момент нечто сухое, шуршащее притронулось к его шее, поползло в сторону ключиц, и в горле сразу предательски пересохло от иррационального ужаса. Дейдара приоткрыл рот, сипло застонал, но тут большое и шуршащее свалилось в вырез юкаты, и он, наконец, заорал, и едва не свалившись с перил, метнулся обратно в сторону комнаты, раздирая юкату на груди. Мадара приподнялся на локте, уставился на него изумленно. - М-мать вашу! – воскликнул Дейдара, переводя дух. Отряхнул себя, провел ладонью по щекам, – Вашу мать, громадный черный мотылек напал на меня! Это дух убитого, да? Так ты замаливаешь свои грехи?! Мадара не ответил ему, разглядывая его. Дейдара, все еще прерывисто дыша, подошел к нему ближе. Улегся на кровать рядом с ним, подлез к нему под бок, прижался плотно. - Слушай, - скривился он, закусил губу, - давай без всяких духов, да? Мне это все не нравится. - Не нравится? – усмехнулся Мадара, провел ладонью по его груди, там, где остались темные смазанные следы чешуек. Дейдара тихо дышал, и грудная клетка его вздымалась и опускалась. - Не нравится! – пожаловался Дейдара, прижался лбом к его плечу, - убери их. Я не хочу быть жертвой. Ненавижу всякую мистику-хуистику! - Хорошо, - усмехнулся Мадара, мягко и незаметно вытянулся на нем, стиснул ладонями его предплечья. Потерся кончиком носа о его щеку, почувствовал, как Дей закинул руки ему на шею. Тот вплел пальцы в волосы Мадары, густые и темные, чуть потянул, и приоткрыл рот, тихо вздохнув.