Под защитой леса

      На одной шкуре они проспали не единственную ночь, а целую неделю с того рокового дня. Акира перестал вздрагивать каждый раз, когда хозяин приближался к нему и больше не опасался пристального взгляда. Он покорно отдавался мужчине, шаг за шагом преодолевая ступеньки удовольствия и поднимаясь всё выше. Тело постепенно приспосабливалось к любовнику, парень окончательно перестал чувствовать боль, да и хозяин не был так груб с ним, как в первый раз. Он смог обуздать своё желание, и теперь Акира получал его порциями, а не неожиданным наплывом.       Казалось, жизнь влилась в нужное русло, даже молчание перестало угнетать и беспокоить. Парень привык к тишине и научился различать мысли отшельника по взгляду. Дни протекали в хозяйственной работе, ночи – в тепле тел и удовольствии. Мысли об уходе окончательно исчезли из головы Акиры, а сам он по максимуму адаптировался к такой жизни.       Как-то раз парень собирал одежду для стирки и никак не мог найти ту юкату, в которой был хозяин, когда они встретились впервые. У мужчины было несколько тёмных юкат, Акире же он отдал все светлые, чтобы парень мог в них ходить и спать (правда, спал бывший солдат в последнее время вообще без одежды). Юноша перекопал все углы, даже на чердак залез, но нигде не мог её найти, хотя точно помнил, как отшельник испачкал её ядовитым грибом.       «Может, оставил в каком-нибудь сарае?» - задумался парень, продвигаясь по чердаку. Здесь было много пыли и высушенной травы, которая запуталась в светлых волосах Акиры. Боец уже собирался спуститься вниз, как локтем уткнулся в какой-то свёрток, который был завален сеном. Откопав его, парень слегка удивился: тот был обёрнут в бумагу, хотя таковой здесь не имелось. Это заинтересовало юношу и пробудило любопытство. На чердаке было темно, поэтому он спрыгнул вниз, держа свёрток в руке. Присев ближе к окну, Акира аккуратно развернул его, чтобы не повредить бумагу и затаил дыхание, рассматривая содержимое. Это была одежда. Но не простая одежда – брюки или рубашка. Это была военная форма и не обычного рядового, а вражеского командира. Акира сразу распознал её по цвету и погонам.       «Откуда она здесь?» - парень почувствовал что-то неприятное внутри. Когда он развернул форму, на пол из неё что-то выпало, как оказалось, документ, удостоверяющий личность. Это был не паспорт, а пластиковая карта, идентифицирующая звание и военную службу. Глаза парня широко распахнулись, а рот даже приоткрылся, когда он увидел фотографию на этой карточке. Тёмные волосы намного короче, чем сейчас и багровые глаза, смотрящие так же, как сейчас. На фотографии виднелся воротник той формы, которая лежала в свёртке. Акира перевёл взгляд на звание и имя: он не ошибся, это был командующий. Солдат был настолько шокирован этой информацией, что даже не мог сдвинуться с места: выходит, он бежал от врага, а в итоге попал в лапы самому командиру?       «Он ведь знал, что я на вражеской стороне!» - карточка выскользнула из онемевших пальцев и стукнулась о пол. Акира принудил себя двигаться и попытался сложить форму и убрать её туда, откуда взял, не обращая внимания на гулко бьющееся сердце и дрожащие руки. Но он не успел. За спиной послышались шаги, и внутри всё оборвалось. Пальцы на руках в мгновение похолодели. Акира чувствовал, как хозяин остановился прямо за его спиной, но он не мог развернуться, в панике смотря на тёмную форму, что была в его руках. Так прошло несколько напряжённых минут. В конце концов, не выдержав неизвестности, Акира поднялся на ноги и со страхом взглянул на хозяина дома. Тот выглядел спокойным, но взгляд был холоден, как никогда, отчего конечности парня онемели ещё больше. Он узнал его имя и, возможно, был бы рад произнести его при других обстоятельствах, теперь же испытывал лишь тревогу.       Они снова в молчании смотрели друг на друга, и Акира снова не выдержал первым, опуская глаза. Та налаженная жизнь оборвалась в одно мгновение. А может, и не было никакого счастья, лишь его иллюзия. Может быть, он был лишь послушной игрушкой в руках этого человека, выполняя все его желания и не сопротивляясь им. Наверное, забавно играть со своим врагом, особенно, когда он даже не догадывается об этом. Простой солдат и командир по разные стороны баррикады. Сразу понятно, на чьей стороне будет победа, и кто будет заправлять «балом».       - Теперь ты убьёшь меня? – тихо спросил парень, стискивая ткань формы пальцами. – Ведь я твой враг…       В доме снова повисла звенящая тишина, и солдат, не выдержав, поднял глаза.       - Почему снова молчишь? Тебе ведь больше нечего скрывать, верно? Да и мне никуда не деться. Скажи мне уже хоть слово!       Он с вызовом смотрел на хозяина до тех пор, пока тот не пошевелился. Мужчина начал надвигаться на него и, прежде чем парень прижался к стене, вырвал из его рук форму, а потом отбросил её в сторону. Затем прижал предплечья юноши к стене и, склонившись над ним, грубо поцеловал. Акира, ошалев от такой реакции (он уже приготовился к смерти и мукам), неподвижно стоял, пытаясь понять, что же пытается доказать таким образом командир вражеской армии. Поцелуй становился всё ярче и интенсивнее, заставляя Акиру сбивать дыхание, а сердце начало нестись галопом. Пальцы мужчины всё сильнее стискивали его предплечья, практически до онемения. Когда парню совсем перестало хватать воздуха, он судорожно вздрогнул и обмяк в его руках. Лишь после этого командир отпустил его и отстранился, однако глаз не отвёл. Акира чувствовал, как тот смотрит, пытаясь донести все слова одним взглядом, который пронзал как никогда. Парень поднял глаза, принимая его взор и отвечая своим. Они снова долго смотрели друг на друга, пока юноша, осторожно положив свои руки на его плечи, не произнёс:       - Шики…       Мужчина вздрогнул, а его взгляд изменился в ту же секунду. Холодные глаза тут же потеплели, будто в глубине зажегся небольшой огонёк. Видимо, он очень давно не слышал своего имени, даже не мог произнести его сам. Парень робко улыбнулся, сжимая его плечи сильнее, а затем обнимая его. Он приблизился и сам украдкой коснулся его губ, а командир, стиснув пальцами его подбородок, настойчиво поцеловал, продвигая свой язык в рот Акиры и лёгкими движениями касаясь его языка. Губы плотнее сомкнулись, тела тоже приблизились друг к другу, скреплённые объятьями. Шики потянул парня за собой и опрокинул его на ближайшие шкуры. Юноша судорожно вздохнул, пытаясь надышаться после головокружительного поцелуя и напряжённо изогнулся, когда края юкаты сползли на пол, обнажая тело. Ещё никогда они не начинали так, с поцелуя. Отшельник всегда касался его тела, но не губ, поэтому для Акиры это стало очередной ступенькой, которую он преодолел. Ему казалось, что между ними осталось ещё много чего-то непознанного и нераскрытого, что скрепляло отношения и заставляло их развиваться. Интересно, наступит ли когда-нибудь предел?       - Шики… - снова прошелестел парень, когда мужчина проник в него. Имя сорвалось с губ так, будто он всегда его называл, а не узнал лишь сейчас. Акире показалось, что на этот раз снова всё изменилось: и целовал и двигался хозяин по-другому. Нет, не мягче или нежнее, так же страстно, даже грубовато, но всё равно по-другому. Парень сильнее, чем в последний раз ощущал все его прикосновения, а тело отдавалось без каких-либо колебаний и препятствий. Каждый толчок окатывал всё нутро цепенящим желанием, делая Акиру крайне нетерпеливым. Он, стремясь получить и отдать больше, сам двигался под любовником, а тот смотрел на него сверху, заставляя парня гореть ещё сильнее под своим взглядом. Акира снова обвил руками его шею и прикоснулся к губам, тихо стоная от приближающегося удовольствия. В такие мгновения он понимал, что если бы между ними звучали какие-либо слова, то они были бы абсолютно бессмысленными. Его взгляд, его руки, губы, тело говорят лучше любых самых нежных и страстных слов.       Акира едва успел ощутить вкус его губ, как мужчина со вспыхнувшей яростью прижал парня к полу и, стиснув его бёдра, начал резче двигаться, ускоряя темп. Бойцу пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержать перерастающие в крики стоны. Тело охватило опьянение, он перестал видеть свет, который окрасился в алый и стал похож на цвет глаз Шики. А вскоре и совсем закрыл глаза, усиливая осязание, чтобы в полной мере насладиться необыкновенным экстазом, возвышающим до небес и утягивающим на дно.       - Ты расскажешь мне всё? – не выровняв до конца дыхание, спросил Акира, приподняв руку и прикоснувшись пальцами к щеке любовника, на груди которого лежал после страстной схватки. Шики стиснул его пальцы своими и вновь посмотрел в упор. Акира ухмыльнулся, понимая, что неправильно сформулировал свой вопрос. Он не добьётся от него ни слова.       - Тогда напишешь?.. – уточнил юноша и хотел приподняться, чтобы найти что-нибудь пишущее, но Шики вновь опрокинул его на спину и, прижав к полу, склонился над парнем. Его язык жадно скользнул от шеи к плечу Акиры, заставляя того снова затрепетать. Утихшая страсть начала снова разжигаться где-то глубоко внутри. Акира знал, что вскоре она охватит всё тело и одному ему с ней не справиться. Похоже, разговор придётся отложить на некоторое время…