Под защитой леса

      - Шики… - юноша шевельнулся и прижался к телу любовника, который, лежа рядом с ним, бесстрастно смотрел в потолок. Он снова не смог сдержаться и сделал это с парнем несколько раз. В отличие от него глаза Акиры слипались, но судьба вражеского командира волновала его больше, поэтому он заставил себя приподняться и посмотреть на него.       - Расскажешь о себе? – второй раз робко попросил он. Мужчина перевёл на него взгляд, в котором парень прочитал утвердительный ответ. Хозяин поднялся на ноги, подобрал с полу бумагу, в которую была завёрнута его форма, затем достал откуда-то огрызок карандаша и вернулся к Акире. Парень накинул на себя юкату и сел поудобнее.       - Что с тобой произошло? Если ты был командиром, то как здесь оказался и главное, почему не разговариваешь? – серьёзно спросил боец, смотря на него. – Может быть, ты нем от рождения?       Шики мотнул головой, а затем быстро и неаккуратно начал писать, а Акира скосил глаза на бумажку, одновременно читая ответ.       «Я служил в армии ещё задолго до войны, а когда начались активные действия, побывал почти во всех горячих точках. Около трёх лет назад меня контузило, после этого я перестал разговаривать. Вероятно, повреждена та часть мозга, что отвечает за речь. Очнулся здесь, в лесу и ничего не помнил – кто я, почему здесь оказался, что вообще делал. Тогда я с трудом выбрался из леса, но, попав в ближайшую деревню, понял, что не хочу находиться среди людей. Забрав необходимые инструменты и утварь, я снова вернулся сюда и построил дом. Приспособился к жизни отшельника и привык находиться здесь, вдали от людей. Вспомнил я о себе совсем недавно, за несколько дней до того, как подобрал тебя в лесу. Сначала я думал вернуться, но… твоё появление заставило отсрочить этот план, а теперь я вовсе не хочу возвращаться туда».       - Я тоже не хочу, - прошептал Акира, быстро прочитав всё, что он написал. – Здесь так спокойно, а время будто по-другому течёт, гораздо медленнее. Из-за этого кажется, что жизнь становится длиннее, особенно, когда не видишь смертей каждый день.       Выслушав его, Шики снова начал писать.       «Я убил многих твоих соратников до того, как был контужен. В отличие от тебя мне нравилось жить во время войны, пока со мной не случилось это. Теперь я вряд ли смогу вернуться туда без сожалений…» - он приподнял голову и сделал глубокий выдох, а затем его губы изогнулись в усмешке, словно он критично оценивал всю свою прошлую жизнь.       - Я тоже убил много врагов, хотя служил всего два года. Но этого мне было достаточно, чтобы понять, что я не хочу жить такой жизнью, - уверенно произнёс Акира. – Можно мне остаться с тобой? – тут же робко спросил он, отрывая глаза от бумаги и переводя их на мужчину. Тот, снова ухмыльнувшись, заводил карандашом по бумаге.       «Разве я тебе уже не ответил на этот вопрос? Три месяца назад».       - Так это… когда ты впервые взял меня… - сконфуженно забормотал парень, чувствуя, как щёки начали согреваться. – Ничего себе, ответ на вопрос, - забурчал он, пытаясь скрыть своё смущение. – Не мог просто на бумаге написать, как сейчас?       «Так было эффективнее».       - Может и эффективнее, но прожить столько времени под одной крышей и только сегодня узнать твоё имя? – Акира впервые за всё это время почувствовал, как эмоции в нём начинают бурлить. Он крайне редко выходил из себя, а при Шики вообще такого не было ни разу, и тут внезапно началось.       - Хорошо, - боец сделал несколько глубоких вдохов и быстро остудил свой пыл. – Неужели ты всё это сам построил? – он указал на стены дома. – Один?       Шики кивнул и снова начал строчить.       «Погреб, что по левую сторону от тебя, это бывшая землянка. Сначала я жил там, пока строил всё это. Но особых проблем не возникло: лес был рядом, а инструменты я взял в ближайшей деревне, некоторую посуду - тоже».       - Но… ни с кем не говорить три года – это ужасно, - печально прошептал юноша. – Наверное, ты уже привык к одиночеству, а я разрушил его. Может быть, мне следовало сразу уйти? Почему ты не прогнал меня?       «Ты говорил не больше моего, - тут же появились на листе слова. – И как ты сам отметил – три года в одиночестве… - он многозначительно посмотрел на парня. – Здоровому мужчине довольно тяжело прожить. Тем более, ты сам дал мне повод, а какой дурак станет упускать такой шанс?» - под конец Шики плотоядно облизнул губы.       - Дал тебе повод? Когда? Я даже не смотрел на тебя. Однажды ты просто зашёл и взял меня, - отведя глаза в сторону, пробурчал парень. – Или… - он внезапно выпрямился, словно его укололи, и вспыхнул. – Ты видел меня тогда? – со страхом прошептал он, боясь взглянуть в довольные глаза. – Как стыдно, - он тут же спрятал лицо в ладонях и закрыл глаза. Шики, написав ещё пару строчек, толкнул его в бок.       «Нечего стыдиться. С людьми, запертыми в одиночестве, происходят вещи гораздо хуже этой».       - А, то есть, я ещё легко отделался, - пришёл к выводу парень, слегка повеселев. Надо же, им так легко общаться, хотя до этого они жили словно чужие…       - Мне никогда не нравились парни, да и девушки тоже, - сконфуженно признался он. – Может, это действительно случилось потому, что некоторое время мы прожили лишь вдвоём. А моя форма, - вспомнил он. – Зачем ты сжёг её? Потому что я враг, или потому что… не хотел отпускать меня с самого начала? – неуверенно предположил Акира. Вместо ответа, мужчина отложил бумагу с карандашом и, приблизившись к парню, мягко куснул его в шею, оставляя на коже красноватый отпечаток.       - Подожди, - Акира, разволновавшись, уперся ладонями в его грудь, пытаясь остановить явные намерения. – Давай ещё немного поговорим. Ты никогда не хотел вернуть речь? Ведь если бы ты не остался здесь, а возвратился в город, тебя бы наверняка вылечили…       Шики с большой неохотой (он уже успел скинуть с плеч парня юкату и провести губами по коже), отстранился от Акиры и снова взял в руки бумагу и огрызок.       «Я же сказал, что тогда потерял память, затем появился ты. Мне некогда было думать о таких вещах».       - А сейчас не хочешь попробовать? – парень сел и, обхватив его лицо ладонями, заглянул в глаза. – Может, ты разучился говорить не только из-за травмы, а потому что тебе говорить было не с кем. Тебе ведь нравится слышать своё имя, Шики? – внезапно спросил он. Командир слегка нахмурился и кивнул. Боец слабо улыбнулся.       - Мне бы тоже хотелось услышать своё из твоих уст, - он приблизился и оставил мягкий поцелуй на его губах. – Всего три слога: А-ки-ра, - вновь отстранившись, юноша медленно произнёс своё имя так, чтобы Шики видел движения его губ. Мужчина приоткрыл рот и тоже сделал несколько движений, словно пытаясь повторить, но надолго его не хватило: он резко стиснул зубы и вновь накинулся на парня, найдя себе занятие поинтереснее.       - Только пообещай, что потом ещё попытаешься! – лишь успел выкрикнуть парень, прежде чем его губы перекрыли импульсивным поцелуем.