Пламя разгорелось
26 августа 2015 г., 21:46
Здание совета или жилище лидера Темных было окутано зловещей тишиной.
Валентин склонился над большим столом, пристально разглядывая карту Аликанте, словно пытался вычислить изображенные на ней тайные знаки, которых там не было, и быть не могло. Все, что можно было узнать по клочку бумаги, размером в несколько склеенных ватманов, это расположение домов, улиц, и постов охраны, которых на границе с миром примитивных было около трех десятков, и все помечены крестиком.
Астарт уже около часа наблюдал эту картину, просидев не на самом удобном стуле, которых после окончания собрания в помещении было предостаточно. Демон затылком ощущал пристальные взгляды своих коллег, которые хищной походкой нарезали круги вокруг стула, отделяя тем самым от своего хозяина. Видеть стражей, он не видел, но невоспитанность чуял даже на расстоянии.
Когда мужчина явился на допрос в дом Моргенштерна, то и представить не мог, что застанет экстренное совещание, проводимое с главами небольших боевых групп, созданных буквально за несколько минут до его прихода. Их задачей было мгновенное реагирование на возникновение любой угрозы со стороны противника. Раньше такие обязанности возлагались на патрульных нефилимов, что днем и ночью обходили границы всей страны, словно гончие псы, подгоняемые волей предводителя. Теперь же, при первых признаках опасности, группа из десяти Сумеречных охотников и кучки демонов, вооруженных разве что не до зубов, как оружием, так и когтями и крыльями, должна была мчаться на место происшествия и казнить без суда и следствия любых нарушителей спокойствия. Детей, женщин, да хоть кошек, ограничения не устанавливались.
Передернув плечами при мыслях, какой бойней обернется такая затея, Астарт пристроился в конце зала и продолжил слушать разглагольствования Валентина о положении дел. Встреча была созвана за пару минут, и любой вопрос касался исключительно войны с Мятежниками, которая должна была грянуть в ближайшее время. Страж даже мысленно поаплодировал охотнику, за столь резвые действия, учитывая, что всего меньше часа назад он подловил собственную дочь на лжи.
Когда все вопросы были наспех улажены, гостя очень вежливо, почти что не рыком, попросили пересесть на стул, где демон все последующее время и просидел, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди. Он не испытывал страха, только ярость, направленную на хозяина, что призвал его. И только благодаря этому чувству мог пока контролировать свое собственное тело.
— Как давно этот щенок полностью восстановил свои силы?
Ледяной голос прозвучал в опустевшей комнате так громко, что не будь Астарт подготовленным к подобному стражем, непременно бы вздрогнул от неожиданности. Приказные нотки не было необходимости улавливать, они пропитывали каждое слово, из-за чего ему пришлось поджать пальцы даже на ногах, только бы не начать мямлить в ответ все подряд.
— Отвечай! — Прорычал в самое ухо один из охранников Валентина, проявляя на мгновение свою мерзкую сущность.
Выступающие острые кости, обтянутые белой, почти рыхлой кожей, которая готова была лопнуть от натяжения при любом, даже самом малейшем, прикосновении или движении. Тонкие, слишком длинные для обычной ладони пальцы с хрустом сгибались и разгибались прямо перед его лицом, норовя оцарапать грязными когтями, под которыми были еще свежие кусочки человеческой плоти. На лысом черепе не было ничего симпатичного. Один единственный черный глаз, испещренные трещинами губы, чопорно зашитая вторая глазница, явно тупой иглой и кривыми руками. И абсолютно отсутствующий нос, только черная дыра посередине морды. Добавляло некоего шарма и красок во всю картину наличие насекомых. Навозные мухи, являющие собой самое точное отображение своего хозяина, ползали по телу демона, разнося гнилостный запах, который был скрыт от охотников специальными рунами, а вот для демонов ощущался более чем ярко.
С трудом сдержав рвотный позыв желудка, мужчина перевел взгляд на лидера Темных, что продолжал рассматривать карту. Со стороны казалось, что ему совершенно нет дела до происходящего, но внешность, как говорится, обманчива. К тому же Астарт прекрасно знал охотника, как личность.
— В тот же день, как его и доставили, — ровно ответил страж, вдохнув с облегчением, когда исчадие Ада, наконец, скрылось из поля зрения. К себе он такого определения никогда не применял, пусть тоже считался детищем Лилит. Разница была в том, что демон был хорошо воспитан, умел вести себя в обществе охотников, и не выставлял напоказ рожу, способную запугать кого угодно.
— И как так получилось, что я узнаю об этом только сейчас? — Поинтересовался Валентин, отрывая глаза от карты и пронизывая ими собеседника. Он говорил тихо и спокойно, а в груди демона от такого тона все скручивалось в тугой змеиный узел. Сильнее стиснув руки в кулаки, мужчина смог выдержать пристальный взгляд.
— Кларисса попросила не выдавать ее, — процедил сквозь зубы Астарт, краем зрения замечая проскользнувшего мимо Маммона. Гнилостный запах снова коснулся обоняния, заставляя его сглотнуть образовавшийся горький комок.
— Что же такого особенно в этом парне, что моя дочь с таким рвением защищает его на протяжении уже трех дней? — Охотник хищной походкой подошел к стражу, придвинул ближайший стул ближе и, оседлав его, на манер ковбоя, облокотился на спинку локтями. — Не припоминаю за ней подобного.
— Думаю, вы уже догадались, в чем кроется разгадка, — усмехнулся мужчина, даже не шелохнувшись. В его горло тут же впились когти охранника, которого он лицезрел не один раз за вечер, причиняя неприятные ощущения. Будь на этом месте человек, у того бы уже было вспорото горло, а горячая кровь заливала бы пол вокруг сильными потоками.
— Не калечить, он нужен мне живым, — оскалился лидер Темных, подавая знак своим марионеткам. Маммон недовольно зашипел, выпуская из беззубого рта несколько жирных мух, которыми он видимо, не успел перекусить, и отошел на несколько шагов от вожделенного объекта, по-прежнему готовый в любое мгновение броситься на него. — Отвечай мне! — Рявкнул Валентина, прожигая Астарта газами.
Мужчина вздрогнул и на несколько мгновений выпал из реальности. Четкий приказ, поступивший от хозяина, затуманивал голову, отключая любые эмоции и привязанности. Не важно, сколько он прожил бок обок с Клэри, каких трудов стоило воспитать неугомонного ребенка, и чем пришлось пожертвовать, когда встал выбор между миром Сумеречных охотников и примитивных. В сознании остались лишь природные инстинкты убивать и подчиняться тому, кто намного сильнее, кто призвал его для какой-то важной миссии.
— Лайтвуд первый молодой охотник, попавший в плен за такой долгий срок. Ваша дочь прониклась к нему романтическими чувствами. — Ответил страж. В его голосе была только отрешенность от окружающего мира. Пустой и потухший взгляд упирался в стену за спиной предводителя, и в нем ничего нельзя было прочитать. Вместе с жизнью во взгляде пропал и титул герцога Ада.
— Насколько сильны эти чувства? — Уточнил охотник, прищуривая глаза.
— Могу предположить, что ради спасения охотника она будет лгать и впредь, — монотонно пробубнил Астарт.
— Какие данные, помимо матери, Клэри узнала от парня? — Задал очередной вопрос Валентин, поднимаясь со стула и возвращаясь к созерцанию карты. Теперь нефилим делал небольшие пометки, подписывая их по номерам групп быстрого реагирования, чтобы знать в случае чего с кого требовать отчетов о проделанной работе. Быть подслушанным или преданным он больше не боялся.
— Доподлинно мне неизвестно, — покачал головой демон, продолжая буравить стену глазами, — чтение воспоминаний проводилось всего один раз. Одну могу сказать уверенно, Мятежники готовятся к восстанию.
Моргенштерн кинул мимолетный взгляд на собеседника. Удостоверившись, что тот полностью под его контролем, мужчина жестом подозвал к себе одного из охранников.
Высокий, мускулистый демон тут же появился перед хозяином, склонив голову в почтении. Под темной кожей перекатывались мышцы и проступали черные вены. Морщинистое лицо с поджатыми тонкими губами не имело никакой растительности. Торчащие, как у летучей мыши уши, постоянно находились в движении, улавливая любые звуки, которые доносились с улицы. Желтые глаза с вертикальными зрачками, как у кошки, смотрели разве что не влюблено на лидера Темных.
Вельзевул, как и Маммон, был абсолютно голым. И если второго худо-бедно прикрывали навозные мухи, то первого совершенно не стеснялся своих выставленных на показ прелестей.
— Приведи девчонку с демонами, — отчеканил охотник, даже не взглянув на прислуживающего ему стража. — Мальчишку оставь там. Пусть Пангборн и Блэквелл присмотрят за ним.
Тот растворился в воздухе, оставляя после себя небольшую струйку дыма. В помещении снова повисла тишина, которую иногда нарушал скрип шариковой ручки. Валентин с головой окунулся в работу, дети Лилит разошлись каждый по своим углам, а Астарт так и продолжил сидеть каменным изваянием на стуле.
Гостей ждать долго не пришлось. Уже через двадцать минут дверь дома открылась, и в комнату вошла Клэри в сопровождении четырех мужчин. Девушка сразу же кинула взгляд на своего друга, но сдержалась от опрометчивых действий или слов. Только побледневшие щеки могли выдать ее волнение.
— Что случилось? — Спросила Дознаватель, останавливаясь в двух метрах от отца. — К чему была такая спешка? Твой демон даже не удосужился постучать, появился прямо на кухне, перепугав моего пленника.
— Да вот разговор у меня к тебе, дочка, — протянул нефилим, отвлекаясь от своего занятия. Холодный взгляд обжог гостью, заставив спрятать руки в карманы брюк, чтобы не выдать их дрожь. — Серьезный, как ты уже заметила. Лайтвуд жив? — Спросил он, посмотрев на своего посыльного.
— Заперт в доме. Пангборн и Блэквелл уже на подходе. Ему не сбежать, господин. — Произнес Вельзевул. Рыжая стерва скривилась при звучании его голоса. Словно какой-то садист водил гвоздем по оконному стеклу, издеваясь над барабанными перепонками.
— Прекрасно, — оскалился Моргенштерн, отбрасывая в сторону предмет письма, который до этого вертел в пальцах. — Теперь мне ничто и никто не сможет помешать. — Он взглянул на троих демонов, что скучковались за спиной хозяйки и неожиданно рявкнул. — Место!
Стражи, словно выдрессированные собачонки, отскочили от девушки на несколько шагов и слились по цвету со стенкой. Немного погодя к ним присоединился и Астарт, грациозно покинувший насиженное место.
Клэри едва заметно вздрогнула, но смогла сдержать безразличное выражение лица. Палачу как никому другому было известно, кто призвал мужчин, и кто их настоящий командир. Показать страх в такой момент означало провалить театральную постановку, репетиция которой длилась долгие годы, еще до окончания первого акта.
— Так кричать было не обязательно, — возмутилась охотница, присаживаясь на освободившийся и нагретый стул, — ребята и простым языком понимают.
— Я заметил, — фыркнул лидер Темных, медленно приближаясь к дочери.
Та с трудом сохраняла спокойствие. Во взгляде родственника, в его грубых интонациях, в дерганых жестах, Дознаватель видела угрозу. Особенно теперь, когда ее самые верные и любимые жители Ада стали безмозглыми марионетками в руках Валентина. Встретившись с горящим безумием взором отца, она лишь сильнее сжала челюсти, выдерживая эмоциональный натиск.
— Скажи мне, дочка, как долго ты собиралась скрывать от меня сынка Лайтвуда? — Спросил нефилим, медленно обходя стул, на котором сидела собеседница, по кругу. Сравнение хищника и добычи подходило к ситуации очень кстати, но мысленно влепив себе пощечину, девушка отогнала его подальше. Необходимо было сосредоточиться, а не впадать в ступор от каждого слова, направленного непосредственно на ее шестилетнюю работу. — Как ты тогда сказала? Он не перенесет нагрузки считывающей руны? — Мужчина посмотрел на дочь и получил в ответ легкий жест рукой, означающий, что если посчитать приблизительно, то он попал в точку. — Не важно, как именно ты это сказала. Суть в том, что тогда я получил четкий ответ «парень слаб и беспомощен», но сегодня твой любимый и распрекрасный Астарт поведал мне, что нефилима ты вылечила в тот же день, в какой он попал в плен, а я, родной отец, узнаю об этом только сегодня!
— Не сверли меня таким взглядом, — пробубнила Клэри, ерзая на стуле, — у меня были на то свои веские причины.
— Какие? — Еле сдерживая себя, чтобы не перейти на рык, спросил охотник. — Ты в сговоре с Мятежниками? Ты — шпионка?
— Что за чушь ты несешь?! — Воскликнула Рыжая стерва, вскочив на ноги. Если бы отец стоял слишком близко, такое действие не возымело бы эффекта. Она была ниже родителя почти на голову. — Разве я хоть когда-нибудь подводила тебя? Приведи мне хоть один пример, когда ты усомнился в моей преданности? — Пошла в наступление девушка, взмахнув руками.
Демоны недовольно заворчали, почувствовав угрозу со стороны гостьи, но ее гневный взгляд мгновенно заставил всех замолчать. Пока не было прямых покушений на жизнь хозяина, им вообще следовало вести себя ниже травы и тише воды, а не влезать в семейную перепалку.
— Я первый раз в жизни получила в свои руки молодого охотника, — как рассерженная кошка шипела охотница, усердно жестикулирую при каждом слове. — Первый раз мне повезло, что он оказался моим ровесником, а не старым занудой — нефилимом, с которым то и поговорить невозможно, потому что такой постоянно обвиняет меня в войне и прочей ереси. И он мне, черт возьми, понравился! Да, да, да, — Клэри замахала ладонями на мужчину, когда тот посмотрел на нее, идеально сыграв удивление, — я надеялась, что смогу переманить его на нашу сторону, обзаведусь парнем, и, наконец, перестану коротать вечера в одиночестве. А что подумал мой отец? Ну, конечно же, он сразу подумал про измену, вместо того, чтобы порадоваться за родную дочь, которая у него одна единственная и неповторимая осталась!
Переведя дыхание, девушка уставилась на отца, который пребывал в легком ступоре. Она и сама немного трусила после такого всплеска эмоций. Высказать лидеру Темных по поводу матери еще куда ни шло, но наорать, обвинить в недоверии и попрекнуть этим, это уже было опаснее. Дознаватель понимала, что теперь шла по лезвию острого кинжала, и любое лишнее слово могло стать решающим.
— Почему ты сама мне об этом не сказала? — Спросил Валентин, прищурив глаза. — Зачем надо было доводить до вытягивания информации из демонов?
— Да потому что ты бы не одобрил мой выбор, — буркнула Рыжая стерва, снова плюхнувшись на стул. — Ты Роберта то не шибко жалуешь последнее время, что уж говорить про его сына.
— Тут ты права, — усмехнулся нефилим, склонив голову на бок. — Роберт потерял мое доверие, это однозначно.
— Что он сделал? — Тут же оживилась собеседница. Новость о том, что ее главный союзник в стане врагов теперь под подозрением, немного нарушала общий план действий, намеченный демонами.
— Он снова связался с Мятежниками, — отмахнулся Моргенштерн, пристально наблюдая за сменой эмоций на лице дочери. Он прекрасно знал, что Роберт и Клэри были хорошими друзьями, и ни за чтобы не поверил в неосведомленность девушки его действиями. — Выдал им мои секреты.
Мужчина медленно подошел к охотнице и провел тыльной стороной ладони по бледной щеке. Та вздрогнула от прикосновения холодной кожи к лицу. Едва ощутимо, но этого было достаточно, чтобы по телу пробежал табун мурашек, а инстинкт самосохранения завопил во все горло, что это ловушка. Гостья почувствовала себя мухой, опрометчиво залетевшей в паутину оголодавшего паука.
— Какие? — Совладав с голосом, спросила Клэри. Ей приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы испуганно не сжиматься под гневным взглядом отца.
— Все мои шпионы в стане Мятежников пойманы, — растягивая слова произнес Валентин. Он зашел за спину своего ребенка, тем самым захлопывая ловушку.
— Но Роберт не знал, кого именно ты послал шпионить! — Прошептала охотница, затылком ощущая холодный взгляд нефилима. Больше не осталось сомнений — лидер Темных знал абсолютно все. Вопрос оставался в другом, от кого именно были получены такие подробности.
— Верно, Роберт не знал, — ласковым, но пропитанным самым смертоносным ядом, голосом произнес Моргенштерн, опуская руки на плечи собеседницы. — Зато ты знала каждого в лицо, Кларисса.
Клэри медленно сглотнула и опустила взгляд на пальцы, что сжимали ее плечи почти до хруста костей, и едва сдержала крик ужаса. Рядом отца и в помине не было. Он сразу отошел подальше, где было удобно созерцать предстоящее представление. За спиной стоял демон, ждущий только команды хозяина. И ему понадобиться меньше секунды, чтобы разорвать хрупкое тело на куски и утолить жажду крови.
