Ангел со свечой - 2

Поздравляю с Рождеством:)       Пил Фентон как никогда раньше. Харви беспокоился, но попытки разговорить Кальда разбивались об его язвительную ироничность. Нет, на работе и у доктора Фэн появлялся трезвый и злой. Он подписал все бумаги, касающиеся лечения Эля. Мгновенных результатов ждать не приходилось, но все, что зависело от Кальда, было сделано.       Изабель или Харви все чаще оказывались на ночном дежурстве, прикрывая загулы Фентона. Закончились эти загулы так же резко, как и начались. Харви даже не пришлось воздействовать тяжелой артиллерией, обращаясь к родственникам Фэна. Старшие Кальды наверняка бы вынудили младшего вести себя прилично, или хотя бы попытались.       Причина, по которой Фэн завязал с бесконтрольным пьянством, была предельно проста: та самая смазливая красотка, с которой адвокат проснулся в первый вечер. Фентон пил, чтобы забыть о проблемах, а не завести новые.       И когда упомянутая девица внезапно стала оказываться в его постели чаще, чем положено одноразовой знакомой, Кальд признал, что перестает контролировать еще и эту ситуацию. Он и только он должен выбирать любовников, а не сдаваться настойчивым дамочкам. Теперь Фентон гулял на трезвую голову, сбрасывая сексуальное напряжение, но не тратя на это много времени и не создавая привязанностей.       В канун рождества домой приехал конгрессмен Кальд с мужем. Они и Поль собрались дома у Фэна. Изабель с Харви пригласили в качестве гостей. Фентон строго приказал девушке отдыхать, заниматься Элем он будет сам, иначе выставит ее за дверь. Конечно, правильнее было собраться в доме старшего Кальда, но Фентон не афишировал состояние Эля и вывозил его только к врачу. Элиш и до болезни был не слишком светской персоной, так что его состояние, можно сказать, прошло мимо широкой общественности. Вот и решили, что всем приехать к Фентону удобнее.       Заказанная в хорошем ресторане индейка и приготовленный Сантаной пирог стали главным украшением стола. Оказавшийся хозяйственным парнем Адам притащил картофельный салат и салат из красной капусты с яблоком. Конечно же, эгг-ног Фентон готовил сам, хотя и не особенно любил сладкие алкогольные коктейли, но традиции соблюдал. Пара ложек перепали и Элишу. Днем Фэн украшал елку в доме вместе с мужем, так что можно считать, что рождество они встречали действительно вместе. Украшал - сильно сказано, но Фэну показалось, что Элю этот процесс понравился.       Девушку, постучавшуюся в дверь, вначале приняли за представительницу благотворительных общественных организаций. Колум уже потянулся за чековой книжкой, но очаровательное белокурое создание прошло к столу, цокая каблучками, и поставило корзинку с домашними кексами возле индейки.       - Я не продаю выпечку, мистер Кальд, - сообщила девушка и тут же протянула руку Полю. – Сесилия Алда, можно Сиси.       - Приятно познакомиться, Сиси, вы…       - Зачем заявилась в мой дом, детка? – поинтересовался Фентон, перебивая отца. Делать вид, что не узнал ту, из-за которой завязал с загулами, он не стал. – Рождество – семейный праздник, а ты весьма определенно не из этой семьи.       - Простите, - Сиси зарделась и опустила глаза. – Никогда не могла представить себя в таком положении. Я не знаю, как сказать об этом.       - Мисс, вы хотите что-то попросить? – Харви, как и остальные, не понимал, в чем дело.       - Нет. Вернее, не для себя, для ребенка. Я хочу, чтобы мистер Фентон Кальд позаботился о ребенке.       - А я хочу, чтобы преступники перестали совершать преступления и чтобы с неба вместо воды лилось пиво, - Фентон перешел за спинку стула Эля и сейчас поглаживал его по плечам, насмешливо наблюдая за гостьей. – Но твоя наглость мне нравится.       - Я понимаю, что ты не планировал этого, и я не планировала… - Сесилия поправила салфетку на корзинке, словно желая занять чем-то руки. – Но я жду от тебя ребенка.       - Как мелодраматично, - Фентон захлопал в ладоши. – И надо же, все это под рождество. Впрочем, я не милосердный христианин и выставлю тебя из дома, зато не пну ногой под твой красивый зад.       - Я, правда, беременна, шестнадцатая неделя и…       - Вы беременны от Фентона? – нахмурившись, спросил Поль. – Если так, то ребенок – это серьезно.       - Мы спали вместе – это единственное, что бесспорно, - фыркнул Фэн, - а все остальное требует доказательств.       - Если не ошибаюсь, ты перестал кутить где-то три-четыре месяца назад. Злился, что не ты выбираешь, а тебя выбирают, пользуясь твоим состоянием, - тихо заметил Харви.       Не похоже, что девушка врала, возможно, переигрывала, но в правдивости своих слов была уверена.       - Если позволите, - Изабель поднялась. – Я проведу Эля в спальню, кажется, он устал.       - Незачем, Сиси уходит, - сухо сказал Фэн.       - У меня заключение от врача и результаты УЗИ. Я беременна, мистер Фентон. Мы оба были пьяны, нас тянуло друг к другу и… Так получилось, - Сесилия беспомощно развела руками.       О личной жизни мистера Кальда просачивалось мало информации, но-кое что она разузнала. Ее подружка лечилась от наркотической зависимости в той же клинике, что и этот псих Элиш Кальд. Санитары говорили, что, скорее всего, парень безнадежен. Так что ребенок - это сильный аргумент, чтобы войти в семейство Кальдов. Просто алименты Сиси мало устраивали.       - Фентон, если это твой ребенок… - Колум поднялся и помолчав, произнес: – Изабель, наверное, вы правы, Эля лучше увести.       - Я сам, - рыкнул Фэн. – Поскольку играть в эти игры я не собираюсь, а вам, видимо, очень хочется.       - Я с вами, помогу, - настороженная Иза тоже не доверяла таким девицам. И слушать лживое блеяние этой хищницы в овечьей шкуре не собиралась.       Пока они вместе укладывали Элиша, в гостиной Фентона Сесилия рассказывала историю своей жизни. Она отучилась в колледже, потом закончила курсы актерского мастерства, но в кино не прижилась. Так что сейчас Сиси играет в местном театре и ведет детскую студию.       Девушка производила хорошее впечатление. Адам и Колум уже были готовы помогать ей. И если она решит отказаться от ребенка…       - Нет, нет. Я счастлива, что у меня будет малыш. Просто надеялась, что смогу дать ребенку отца. Деньги Фентона меня не волнуют, я бы хотела, чтобы ребенок знал… и может быть…       - Фентон будет хорошим отцом, - кивнул Поль. – Когда созреет для этого решения. А пока…       - А пока мисс Сиси выметается из моего дома со своими кексами и слезливой историей, - громко заявил Фентон, спускаясь по лестнице.       - Вообще-то, если тест ДНК покажет твое отцовство, то тебе придется заботиться и о ребенке, и о его матери, - постучал внушительно ладонью по столу Колум.       - Нет, если тест покажет мое отцовство, то это значит, что с меня имеют право качать деньги и не более того.       Таких особей Фэн знал хорошо, как чувствовал еще тогда, что от девицы будут неприятности.       - Фэн, не принимай слишком скоропостижных решений, - попросил Поль, в этой ситуации на Фэна лучше было не давить. Тактика не мытьем так катанием действовала куда эффективней.       - Вот после родов пусть и приезжает со своим ублю… ребенком, - Фентон посмотрел на лица родственников и поправился: – Нацедим с младенца крови и посмотрим.       - Не будь гадким, Фэнтон, - попросил Адам. – Речь идет о ребенке, таком маленьком человечке, почти как ты, но гораздо более милом.       - Тест можно сдать после двадцатой недели, мне сказали в женской консультации, - Сиси говорила неохотно, слишком уж ее осведомленность выдавала ее интерес. – Берут пуповинную кровь, не нужно ничего качать из ребенка.       - Я уточню достоверность такого теста. До встречи через месяц в клинике на семьдесят пятой.       - У Корби Айронса? – уточнил Кэл. – Да, там лучшие специалисты и все конфиденциально. Но я рекомендую вам, мисс Алда, заверить результат нотариально, только тогда он будет иметь силу.       - Вот спасибо, Колум, чтобы мы без тебя делали, - не удержался от ехидства Фентон.       - Я конгрессмен и должен защищать интересы избирателей, а не исключительно твои.       - К тому же, возможно, девушка носит Кальда. - Поль понимал, что поддается слабости, но кто знает, возможно, это вообще будет его единственный внук от Фэна. Во всяком случае, первый точно.       - Спасибо за помощь, - Сиси улыбнулась благодарно. – Я прошу прощения, Фентон, что испортила праздник. Для меня ребенок – это радость.       - Но раньше ты не пришла?       - Не хотелось слушать об абортах, это меня расстраивает, - мисс Алда потянулась за сумочкой. – До свидания, мистер Кальд, Колум, Адам. Не провожай, Фентон.

***

      Фентон сидел в машине и комкал бумагу. Его загнали в тупик. Он почти не сомневался в отцовстве, иначе бы эта особь не вела себя так спокойно. И бумажка в его руках отметала последние сомнения.       Куда неприятнее оказалась реакция родных. Ну, суперправильный Колум и обезьянничающий за ним Адам вели себя ожидаемо, но отец... Поль в последнее время казался задумчивым. Он всегда хотел, чтобы Фентон был счастлив, именно он принял Эля безоговорочно. И именно отец сейчас обронил фразу, что Эль не приходит в себя уже более полугода и, возможно, не придет вообще…       Сесилия не спешила, дотянула до шестого месяца, когда был меньше риск для ребенка. Она пришла в клинику в светлом платье с заметно выпирающим животиком, а Фентон не смог заставить отца не вмешиваться. Так что в коридоре они ждали все вместе.       Присутствие Поля сдерживало Фентона от того, чтобы послать эту суку прямо в клинике. Ничего, кроме чеков, она не получит. Даже если перетянет на свою сторону не только родственников, но и присяжных. Суд, конечно, не улучшит репутацию адвоката Кальда, а что случится с репутацией конгрессмена Кальда, ему все равно.       Фентон закатил глаза; если бы он развелся с больным мужем и определил его в психлечебницу, то общественный резонанс был бы меньше, чем если бы он послал суку, подгадавшую момент его слабости. Поправка – беременную суку.       Справка с печатями давала Сиси возможность лезть в жизнь Фентона. Стоило признать, что девка была умна и делала все относительно деликатно. Зря ее выбросили из кино, актриса из нее получилась бы неплохая. Даже Фэн не смог послать ее к чертовой матери, когда она заявилась к нему в офис с просьбой сходить вместе с ней на плановое УЗИ. Все смотрели на красивую блондиночку, мнущуюся у дверей Кальда, трогательно поглаживающую круглый живот и готовую расплакаться в случае отказа.       На УЗИ его заставили смотреть на тени на экране. Серьезный доктор в отглаженном халате сообщила, что у них мальчик, и он улыбается, и машет папе. Уродец на экране, конечно, плавал, но умиляться на него было выше сил Фэна. Он и так достаточно сдерживался.       - Тебе понравилось? – Сиси заглянула в лицо Фентону.       - Не пойму, с чего столько шума. Я думал, ты боялась какой-то патологии?       - Мы оба были чертовски пьяны, когда сделали малыша, - тряхнула золотистыми локонами Сесилия. – Конечно, я беспокоилась, чтобы у него было все в порядке. Будет мальчик, правда чудесно?       - Мне все равно, - процедил Фэн. Слава богу, они как раз дошли до машины, и можно было распрощаться, не нервируя беременную.       Как его достали эти разговоры про «не нервировать беременную».       Дома ничего не менялось. Еще три месяца той самой интенсивной терапии, на которую Фентон подписал разрешение и… ничего. Те крошечные сдвиги, на которые указывали психиатры, не казались Фэну сдвигами. Он почти год жил в браке, но без мужа. Случайные связи не давали того удовлетворения, которое давал Эличка.       Сесилия обаяла Поля и поздравляла Колума и Адама с праздниками. Так уж всегда было у Кальдов: если принимал Поль, то со временем смирялся и маленький клан. Старшему Кальду хотелось внуков, а когда оба сына увлечены карьерой, да еще и предпочли для брака партнеров мужского пола… В общем, симпатия к беременной любовнице младшенького вполне объяснима. И то, что нахалка Сесилия пользуется своим положением - тоже вполне понятно.

***

      В прекрасное субботнее утро эта зараза опять была на пороге дома Фентона. Фэн усадил Элиша перед телевизором смотреть мультики с Микки Маусом и, кисло скривившись, пригласил Сиси на кухню.       - Можно мне фреш, яблоко с сельдереем?       - Не вопрос, - Фентон открыл холодильник.       - Это хорошо для малыша, натуральные витамины и все такое, - Сесилия улыбнулась во все тридцать два зуба. – Знаешь, он уже пинается. Иди сюда.       Фентон не спешил, так что девушка соскользнула со стула и приблизилась к нему. Она просто взяла его за руку и прижала ее к животу.       - Чувствуешь? Он тебя узнал, - промурлыкала Сиси.       - Чувствую, - растерянно произнес Фэн. В раскрытую ладонь толкнулась крохотная пятка, наверное, или кулак. – Он часто так?       - Часто, уже есть определенный график. Он то спит, то бодрствует. Особенно толкается, когда только проснулся, - Сесилия глубоко вдохнула. – Фентон, помнишь, ты назвал его ублюдком?       - Извини. - Действительно стало стыдно, Фентон отвернулся к соковыжималке. – Если честно, я просто ругался. Не люблю незапланированных вторжений. Ты же знаешь, что дискриминации по этому поводу давно уже нет.       - И тем не менее, твой сын будет ублюдком.       - Нет, если я его признаю.       - Да, если он не будет рожден в законном браке.       Выйти замуж до родов входило в планы Сиси, если бы только Фентон был хоть немного сговорчивей. Его отец и брат сдались, когда речь зашла о малыше, но не этот Кальд.       - Ну да, конечно, - Фэн сунул в руки мисс Алда сок и сел на высокий стул. – Только в твоих планах хоть как-то фигурирует тот факт, что у меня есть муж?       - Он недееспособный, настолько я вижу. - Слова Сесилия подбирала осторожно. Элиш псих, но так прямо же не скажешь. – Если ты захочешь развестись, никто не осудит тебя.       - Угу, - Фентон преувеличенно внимательно рассматривал обручальное кольцо.       - Это правда, - на кольцо смотрела и Сиси, почему Фэн никогда об этом не задумывался? – Лечебница лучше наемной медсестры. Врачебный уход двадцать четыре часа в сутки лучше домашнего уюта, в этом случае лучше. Элиш болен, пора просто это признать.       - Это Поль теперь такого мнения?       - Я не слепая, Фентон.       Сесилия наконец могла быть искренней. Как бы там ни было, она не гонялась бы за мужчиной, который ей не нравился. И позаботиться о красавце Кальде Сиси хотела. Хотела, чтобы Фентон улыбался, чтобы та тень из прошлого, сидящая сейчас в гостиной, ушла из их жизни.       – Ты хочешь сказать, что счастлив. Возможно, ты любил и любишь своего мужа, только где он? Его нет. Оболочка похожа, но ей все равно, кто ее моет и кто кормит.       - Сиси, я не собираюсь это обсуждать.       Сколько Фэн говорил об этом сам себе, и спорил с собой, и помнил, что его присутствие действует на Эля не хуже сильнодействующих лекарств.       - А когда ты будешь готов? Я не имею никаких прав, кроме тех, что продиктованы мне материнством и любовью. И я не знаю, как я буду приводить ребенка и объяснять ему, что он не живет с отцом…       - Потому что его мать нагуляла его, как дешевая шлюха, - тихо произнес Кальд, поднимая сердитый взгляд.       - Фентон, я понимаю, что ты злишься, но ты злишься не на меня. Не я разрушила твою привычную жизнь. Твоему мужу будет лучше в лечебнице. Для него ничего не поменяется, а ты сможешь строить свою жизнь, радоваться простым вещам, - не сдавалась Сесилия. – Иногда, чтобы построить что-то новое, нужно сломать старое. Выбросить старые вещи…       - И выбросить людей из своей жизни?       - Ты хочешь сказать, Фентон Кальд, что всю жизнь мечтал мыть задницу взрослому мужчине, не способному ухаживать за собой, и трахаться со шлюхами в дешевых мотелях?       - Со шлюхами вроде тебя?       Никто не смел так говорить с Фэном, и никто так не отзывался об Эле!       - То есть, в той части, что касается твоего мужа, тебе возразить нечего? – Сесилия закипала, ребенок пинался сильнее, будто участвовал в скандале. – Ты можешь называть меня как угодно, но сейчас ты предпочитаешь психа своему ребенку!       - Пошла вон! – Фентон вскочил и пнул стул.       - Я пойду, но ты дослушаешь! Ты сам начал сходить с ума. Человек в нормальном состоянии вполне отличает хорошее от плохого, но у тебя все смешалось. Жалеть психа ради того, чтобы держать его в доме в качестве стула или статуэтки - это хорошо. А любить своего ребенка – плохо, ведь это может помешать жалеть себя и нянчиться с психом!       - Если ты не уберешься, я за себя не ручаюсь!       Фэн сжал зубы. Хуже всего в этом разговоре – количество правды, слишком большое количество нелицеприятной правды.       - И что ты мне сделаешь? – Сиси запустила в стену стаканом с остатками сока. – Что хуже, чем ты уже сделал, ты сделаешь? Ты обрюхатил меня по пьяни, заставил унижаться перед своими родственниками, делать тесты и доказывать, что ты папаша. Мне нет места в твоей жизни, я не вернусь домой, потому что родители не примут незамужнюю дочь с внебрачным ребенком. Ты разрушил мою жизнь. И ты разрушаешь свою, создавая из мужа подобие идола. Может, мне постоять перед ним на коленях и попросить не разрушать жизнь твоего ребенка и его матери? Если он меня благословит, может, тогда ты все сделаешь правильно!       - Ах ты, сука, - Фентон схватил девку за локоть и потащил. – Я выброшу тебя из своего дома и из своей жизни.       - Ты не имеешь права! Если ты повредишь малышу...       - Мы будем общаться только через адвокатов! Но если ты со своим отродьем появишься на моем пороге, то ничто не помешает мне убрать тебя с моей земли любыми законными путями, - Кальд злобно оскалился. Сесилия, конечно, отяжелела, но протащить ее по холлу не составило труда, как и вытолкнуть через порог. – Ты даже представить не можешь, как много этих законных способов.       - Я скажу всем, ты слышишь! Всем расскажу, как ты поступил с матерью своего ребенка! Твой отец, журналисты, все, кто согласится слушать, узнают всю правду!       - Твою версию правды!       Фентон захлопнул дверь. Если сучка рискнет опозорить его, он засудит Сесилию Алда, несмотря на то маленькое отродье, что она носит. Хуже всего, что Эль слышал эту свару. Хотя... кто знает, что он слышит в этом состоянии.       Фэн вернулся в гостиную и поцеловал мужа в висок.       - Ты не против посмотреть что-нибудь другое? Меня уже бесят эти мыши в красных шортах.       И раз Элиш не протестовал, Фентон принес орешки, мороженое и диски «Убить пересмешника» и «Крамер против Крамера», последним номером программы должны были стать «Иствикские ведьмы», любимые Элем.

***

      На эти выходные Фэн решил забить на всех друзей, родственников и посидеть дома с Эличкой и кучей голливудской классики. Телефон разрывался, но Фэн на него забил. Домашний просто отключил, а на мобильном вырубил звук, потом разберется кому перезвонить. Но почти беспрерывно мигающий экран мобильного расслабиться не давал. Так что пришлось ставить фильм на паузу и брать трубку.       - Мистер Фентон Кальд?       - Да, кто вы?       - «Чэрети-Хоспитал» Вы знаете мисс Сесилию Алда?       - Да.       Между крайней встревоженностью и крайним облегчением, оказалось, может пройти меньше секунды. Когда Фентон услышал название центральной больницы города, то подумал об отце. Не хватало довести его до инфаркта своими выходками, любовницами и внебрачными детьми.       - Мисс Алда попала в аварию, врезалась в такси.       - Как она? – Кальд состроил зверское лицо, представив, во сколько ему обойдется эта дура. Кто знает, что там у нее со страховкой.       - Вы должны приехать, ребенка мы успеем спасти. Но, учитывая, что его отец вы, а вы известный адвокат, больница должна перестраховаться. Необходимо, чтобы вы подписали разрешение на кесарево сечение.       - Сесилия не может сама…       - Сесилия Алда мертва, простите, не хотелось так сообщать вам о смерти невесты. Но ее сердечная и дыхательная системы поддерживаются искусственно ради ребенка. Операционная готова, требуется ваше разрешение. К другим родственникам дозвониться не удалось.       - Э-м-м…       - Из-за травм у мисс Алда образовались множественные тромбы, у ребенка в любой момент может начаться асфиксия. Ваше присутствие необходимо срочно.       - Начинайте операцию, я сейчас подъеду и все подпишу.       Фентон положил трубку. Иногда плохая репутация действительно играет плохую роль.       Пришлось срывать с выходного Изабель и ехать в «Чэрети-Хоспитал». Администрацию госпиталя Фэнтон понимал, иски в медицине бывали порой астрономическими. И если было время подождать, то предпочитали перестраховаться.       Эля пришлось запереть в танцевальном зале до приезда Изабель. Мисс Гильермо сама посоветовала это, расписывая ужасы внутриутробной асфиксии.       Притормозив у центрального входа, Фентон вбежал в госпиталь. Услышав его имя, медсестра на рецепшене сразу же связалась с интенсивной терапией и молоденький интерн мгновенно появился с бумагами. Фэн подписал все и двинулся за парнем.       - Почему не связались с родителями мисс Алда?       - Они не отвечают, а в ее бумагах был тест на отцовство и ваш брат подтвердил, что мисс Алда ваша невеста, - скороговоркой отчитался интерн.       - Мой брат?       - Да, искали через телефонный справочник. Вы не брали трубку, он взял сразу. Мистер Колум Кальд конгрессмен, Железный прокурор, нет оснований не доверять его свидетельству.       - Мисс Алда – не моя невеста, ребенок мой, - адвокат выругался про себя. Больше всего неприятностей случалось, когда в его дела лезли родственники.       - Простите, - парень остановился у каких-то очередных дверей. – Вам нельзя дальше. Подождите в коридоре, там есть место для ожидания. Как только операцию завершат, вам сразу сообщат.       Вместо отдыха с Элем Кальду пришлось сидеть в коридоре, пить невкусный кофе и отгавкиваться от Колума, донимающего по телефону. Он пытался представить, чем чревата эта ситуация. Поль приехал в «Чэрети-Хоспитал» почти следом, Кэл прислал его присмотреть, чтобы Фентон не отколол ничего неожиданного.       Ребенок беспокоил их всех, кроме Фэна. Эта ситуация выносила мозг, судя по рассказам Сиси, ее родители никогда не приняли бы ее внебрачного ребенка, в отличие от его родственников. Хотелось послать всех к чертовой матери и уйти, но, скорее всего, потребуются еще какие-то бумаги и нужно дождаться конца операции…       Доктор подошел к ним выразить сочувствие, отчитаться об операции и утрясти вопросы опеки.       Фентон от смеха просто сполз по стене. Он должен забрать еще и ребенка, в нагрузку к Элю. У отца на телефоне висел Колум, и о том, чтобы тихо подписать бумаги об отказе от отцовства речь не шла. Малыша продержат в больнице дня три, максимум пять, удостоверятся, что он здоров и все, его можно забирать домой. Фэну мало сумасшедшего Эля, теперь еще это. Судьба, кажется, задалась целью его добить.       - Мистер Кальд, мистер Кальд, - медсестра и доктор склонились над Фентоном.       - Пошли вы все… - Фентон сидел на полу и давился смехом. А ведь еще недавно жизнь казалась прекрасной, до того, как все рухнуло. Ребенок был прямо вишенкой на этом торте. Контрольным в голову.       - Мистер Кальд, мы понимаем, какая это трагедия для вас, но вы должны найти утешение в малыше. У вас прекрасный мальчик, кажется, успели вовремя. Он здоровенький, тем более для семимесячного…       - Фентон, прекрати истерику, это не похоже на тебя. Колум прилетит утренним рейсом…       Голова просто трещала, Фэн принял от медсестры стакан воды.       - Я еду домой.       - Вы не посмотрите на малыша? – это спросил доктор, участливо заглядывающий Фентону в глаза.       - Нет. Сейчас я еду домой.       - Пусть едет, - Поль задумчиво смотрел на сына. – Я останусь тут, можно?       - Мы постараемся устроить вас удобнее, мистер Кальд, - кивнула медсестра.       - Завтра приедет мой старший сын…       Фэнтон не слушал, уходил по коридору и думал о своем. Все-таки первое решение самое очевидное, он просто откажется от отцовства. Младенцев легко усыновляют, а с него хватит Элиша.