Водоворот Листа

- И я скажу тебе, наверное, что мир прекраснее всего, когда в окно стучится новый день, - Наруто негромко мурлыкала песню, поливая цветы на окне. После миссии на озере ее отстранили от всех практических дел, позволили взять на себя только документацию, договоры и другие бумажные дела госпиталя. До полного восстановления. Так что у Узумаки начались первые в жизни полноценные каникулы. Раньше она даже не представляла, как переделать все задания за один день, ей не хватало часов в сутках, а теперь - не знала, как потратить свободное время. Дел по-прежнему хватало, но без операций и процедур она управлялась с ними за одну смену. Пискнул таймер, говоря, что запеканку пора вынимать из духовки. Выпечка поднялась, покрылась аппетитной золотисто-румяной корочкой. Наруто вдохнула сладкий аромат изюма и яблок, которые смешала с творогом. Все же, побыть время от времени домохозяйкой не так уж и плохо. Особенно, если рядом Итачи, который помогал потратить свободные часы. Пирог перекочевал на подоконник остывать, а Наруто присела на краешек кровати, на которой как раз крепко спал Итачи. Ей нравилось наблюдать за ним спящим. Во сне в нем не оставалось ничего от гордого клана, он расслаблялся. Черты лица становились мягче, он забавно морщился, когда солнечный зайчик прыгал по его лицу. Девушка осторожно гладила его по щеке, касалась волос, не боясь разбудить. Потому что однажды он признался ей, что только у нее дома, когда она рядом, он отдыхает и не ждет срочного вызова или тревоги. И пахло от него чем-то домашним, уютным. В дверь кто-то громко постучал, судя по всему, ногой. Итачи завозился, с трудом выбираясь из цепких объятий сна. Наруто поправила одеяло, легонько поцеловала его в щеку. - Спи, - шепнула тихо, - ничего серьезного. И пошла открывать. Она знала только одного человека, который мог столь бесцеремонно ломиться к ней в подобное время. Джирайя открыл было рот, чтобы громко поприветствовать девушку, но та приложила палец к губам, призывая к молчанию. Тихо провела на кухню, предварительно поставив на спальню звуконепроницаемый барьер. Со своей миссией, ее ранением и обязанностями в клане Итачи так мало отдыхает, пусть поспит. За плечом нарисовалась любопытствующая физиономия саннина, он внимательно оглядел обнаженного Учиха, до половины прикрытого тонким одеялом, приподнятую вопросительно бровь крестницы и направился на кухню. Наруто с трудом сдержала смешок: она тоже поначалу жутко смущалась, когда узнала, что Итачи привык спать голым. Саннин уже разлил чай и даже разрезал пирог. - Знаешь, иногда мне кажется, что ты заглядываешь ко мне только чтобы поесть, - улыбнулась Наруто. Джирайя совсем не изменился, не постарел ни на грамм. Все тот же красный плащ, повязка с кандзи и растрепанная пышная копна абсолютно белых волос, разве что в уголках глаз прибавилось смешливых морщинок от улыбок, которые тот безостановочно расточал прекрасным дамам. Но смотрел он по-прежнему пытливо, пронзительно, хоть и скрывался под маской балагура и раздолбая. Пока его не увидела, Наруто не понимала, как же соскучилась по крестному, по веселым пикировкам и беседам с ним. По простому общению с человеком, который знал ее родителей. Соскучилась по его историям, подглядываниям, легким тренировкам, во время которых она демонстрировала, чему успела научиться. Просто соскучилась. Мужчина возмущенно помотал головой - говорить он не мог из-за пирога. - Так вкусно же, - развел он руками, проглотив кусок. Наруто засмеялась, подлила ему еще чая. - Может, тебе что-нибудь посерьезнее предложить? - она заглянула в холодильник. - Есть салаты, котлеты, ребрышки, суши, онигири. Что-то еще, - перечисляла она. - Нет, спасибо, - Джирайя умял половину пирога, залил сверху чаем и откинулся на стену, блаженно улыбаясь и поглаживая живот. - Восхитительно, - выдохнул он. Мужчина несколько секунд сверлил крестницу взглядом, после чего поднялся. - Прогуляемся? - Конечно, - кивнула Наруто. Оставила записку Итачи, чтобы не искал, приколола на видное место, быстро переобулась и вышла из квартиры, притворив за собой дверь. Они неторопливо шли по маленьким улочкам Конохи, смотрели на пробегавших мимо детей, игравших в шиноби и прятки. На смешно зевающую кошку на пороге цветочного магазина, на женщину, что давала подзатыльник обиженно надувшемуся сорванцу. - У вас все серьезно? - они как раз проходили мимо магазина, когда Джирайя наконец задал волнующий его вопрос. Наруто повернулась и просто кивнула. И заметила, что уже доросла до плеча крестного, хотя раньше тонула в его медвежьих объятиях где-то на уровне груди. - Я люблю его, крестный, очень-очень люблю. Джирайя усмехнулся, устремил взгляд вперед, в проплывающие вдали облака. - Мне всегда тяжело давались искренние признания. Самые важные слова в своей жизни... я так и не смог произнести. - Трудно только в первый раз, - Наруто посмотрела туда же. - С каждым разом становится все легче. Они перешли через мост, накрывающий маленькую речку, спустились под него и укрылись в тени раскидистого дерева растущего на берегу. Джирая достал из свитка парное мороженое, разломил его, как когда-то, когда их знакомство только начиналось. Наруто до сих пор помнила вкус того льда, его небесно-синий цвет. Она прислонилась к плечу мужчины, задумчиво смотря на сверкающую в солнечных лучах реку. На языке таяла мелкая ледяная крошка, у нее был вкус яблок и почему-то сливы. Ветер уносил громкие голоса детей, их матерей, приветственные крики торговцев и просто знакомых и возмущенные вопли животных, которых будущие шиноби не обделили своим вниманием. Здесь было тихо, спокойно. Маленькое уединение посреди повседневной жизни Конохи. - Как ты? Вроде бы простой вопрос. Но Джирайя был настоящим мастером слова и интонации. Его тревога, его забота, волнения, его знания о неудачно окончившейся миссии - Наруто все это ощутила на себе. И улыбнулась: так приятно, когда о тебе заботятся. - В порядке, датебайо. Хотя сейчас чувствую себя бесполезной. Ни потренироваться с техниками, ни помочь в операциях. Даже приготовить смесь или какую-нибудь мазь не могу, потому что в них нужно вкладывать чакру, а ее у меня пока недостаточно, по мнению ба-чан. И как мне доказать, что даже это "недостаточно" - больше, чем у всех остальных? Джирайя мягко рассмеялся, потрепал девушку по голове. - Цунаде беспокоится о тебе, разумеется, будет оберегать до последнего. Ведь ты ее любимая внучка. - И твоя крестница. Надеюсь, любимая? - прищурилась девушка. - Любимая-любимая, - поднял руки саннин. Девушка удовлетворенно кивнула, снова вернула голову на плечо мужчины. - У меня нехорошее предчувствие. Что-то должно произойти. Итачи сказал, что они уже поймали всех хвостатых, кроме меня. Я - последняя цель. - Хм, Наруто, - Джирайя смущенно почесал нос. - Об этом я и хотел поговорить. Я собираюсь на миссию в Деревню Дождя, чтобы узнать побольше о лидере Акацуки, Пейне. Наруто сжала кулаки, опустила глаза. Тревога, съедавшая ее, нашла свое объяснение. - Дождь почти всегда разрывается внутренними революциями, борьбой за власть. Туда практически невозможно пробраться. К тому же, Пейн будет на своей территории. Может, не стоит идти, Джирайя? Саннин усмехнулся. - Ты говоришь совсем как Цунаде, - он посмотрел на дома за рекой. - Но я хочу. Это мой долг. Я прожил чудесную, насыщенную жизнь и хочу оставить что-то своим потомкам. Хочу, чтобы мою жизнь приводили в пример. Для чего еще нужна тогда старость? Наруто прерывисто вздохнула, преодолела комок в горле и обняла крестного, обхватила его за талию со всей силы. - Только возвращайся, слышишь? Возвращайся, - прошептала она. Джирайя обнял ее в ответ. - Вернусь, конечно, я же еще не дописал свою книгу. Поверь, она прославит меня. А пока... - он достал и протянул девушке стопку листов. - Пусть пока черновики побудут у тебя. Наруто кивнула. Они еще долго сидели в обнимку на берегу реки, пока Джирайе не пришла пора отправляться за последними указаниями к Цунаде. Наруто не спеша побрела домой. Тревожное предчувствие никуда не делось. Джирая не вернулся и через неделю. Итачи видел, что это грызет Наруто, но она не позволяла себе расслабляться. После работы сразу же бежала на тренировочное поле, где тайком от всех тренировалась вновь использовать техники, разрабатывала собственные каналы и очаг. Учиха лишь удалось выбить из нее условие, что заниматься она станет не каждый день, и рядом всегда будет находиться кто-то из ее друзей, чтобы в случае чего позвать на помощь. Наруто поморщила носик, но согласилась. Мужчина посмотрел на окна квартиры девушки. В них виднелись неяркие отсветы настольной лампы. Не спит, ждет. У него был родительский особняк в клановом квартале, собственный небольшой домик там же, подаренный родителями не без далеко идущих планов, но в какой-то момент он стал замечать, что ноги сами несут его в маленькую квартирку в стареньком общежитии. Как-то Наруто сказала, что дом там, где ждут человека. И она ждала, а он неизменно возвращался. К ней. - Я дома. Итачи снял и аккуратно поставил ботинки, втянул носом запах тушеного мяса и овощей и еще какой-то сладкой выпечки. Наруто явно задалась идеей откормить его до состояния Акимичи, потому что каждый вечер его ждал сытный ужин с обязательным десертом. Из душа он вышел бодрым, посвежевшим. Даже сил прибавилось. Взял тарелку, положил себе ужин и направился в маленькую гостиную, служившую заодно и спальней. Наруто лежала на полу в стареньком сарафане, болтала ногами и при свете лампы рассматривала крупную карту Конохи с какими-то пометками и чертежами. Настолько увлеченно, что даже не слышала его прихода. Распущенные волосы струились по спине, стекали на пол, шуршали по разложенным веером бумагам, когда девушка шевелилась и тянулась за карандашом. - Чем занимаешься? - Итачи присел рядом, активно жуя. Наруто повернула голову. Ее глаза тут же засияли, она подтянулась и поцеловала мужчину в щеку. - С возвращением! Извини, заработалась, вот и не услышала тебя. Но, вижу, ты и сам разобрался, где можно в этой квартире добыть еду. - Еще в первые месяцы общения с тобой, - гордо кивнул Итачи. И понизил голос, опустив его до таинственного шепота: - Скажу больше - ты сама выдала мне ее местоположение. Наруто весело засмеялась, прижалась боком к бедру Учиха и снова уткнулась в карту. - Коноху окружает сферический барьер, установленный еще мастерами Узумаки. Я просматриваю их расчеты, ищу то, что они могли не учесть. Особенно при нынешней ситуации. А еще хочу поставить барьеры на подземные убежища и запасные генераторы, склады госпиталя. Итачи улыбнулся. Наруто всегда становилась такой серьезной, такой... взрослой, совсем не похожей на ту девчонку, что гоняла его веером по полигону. И что так радовалась попаданию в Цукиеми. Она стала еще прекрасней. - Ты меня совсем не слушаешь, датебайо! - Наруто подняла бровь. - Что тебе сделала несчастная тушеная морковка, что ты ее так зверски расчленяешь взглядом? Итачи заметил, что уже минуты две крутит нанизанный на палочку кусочек морковки и никак не может его съесть. Посмотрел на девушку, щелкнул ее по носу. - Просто я знаю, что ты справишься со всем, что задумала. Ну а я помогу тебе, Наруто. Девушка улыбнулась и тут же подскочила. - У меня появилась идея! Ты позволишь мне сегодня покапризничать? - лукаво подмигнула она. - Тебе - все, что угодно, - привычно ответил Учиха, уголки губ приподнялись. Наруто дала ему доесть ужин, впихнула даже два куска яблочного пирога, залакировала сверху домашним компотом и потащила за собой на полигон Учиха. На Коноху уже опустилась ночь, полная луна сияла на темных небесах. Изредка ее закрывали проплывающие мимо облака, но они быстро улетучивались, подгоняемые теплым ветром. Итачи с интересом смотрел на Наруто. Он никогда не знал, чего от нее можно ожидать. Вот уж действительно, самая непредсказуемая. И такая очаровательная. - Ты можешь создать покров Сусаноо, чтобы мы оказались внутри него? - повернулась к нему девушка. Итачи молча прижал ее к себе спиной, активируя шаринган. Оранжевые доспехи вспыхнули вокруг, окутывая пару непробиваемой защитой. С Наруто воин выглядел не таким устрашающим, более человечным. А может, все дело в апогее любви его создателя? Наруто восхищенно прикоснулась ладошкой к доспехам изнутри, погладила воина. - Всегда мечтала узнать, какой он - твой Сусаноо, - поделилась она. Ее щеки пылали румянцем, а глаза - сияли. Впервые Итачи понял сравнение - словно звезды. Она не стала заплетать волосы, и ветер ласкал их, перебирал пряди, как дорогое шелковое полотно. Сейчас Наруто как никогда напоминала прекрасного лесного духа, екая, а не человека. Итачи сделал шаг вперед. Оказывается, целоваться и поддерживать Сусаноо одновременно - так просто. Когда рядом Наруто. Утром посланник Хокаге оторвал Наруто от обследования Юхи Куренай. Потихоньку девушка вновь втягивалась в работу. Вернее, шантажом заставила разрешить ей начать проводить обследования. Как всегда, ирьенины зашивались, и помощь еще одного медика высокого ранга не была лишней. Скрепив сердце, Минори-сан согласился, а Сакура обещала прикрыть перед наставницей. После чего Наруто сразу же отправила измученную подругу отдыхать. Все это время именно Сакура тянула на себе сложные операции, не давала себе ни минуты отдыха. Стычки на границах участились, словно их прощупывали, искали слабину в защите патрулей. Харуно практически поселилась в ординаторской, и Наруто великодушно напомнила ей место ее настоящего проживания, под конвоем отправив домой. И снова мрачная атмосфера в кабинете Хокаге. Рядом со столом Цунаде сидели две большие, яркие жабы. На спине одной из них располагалась деревянная колыбель, в которой, на белом одеяле, сидел седой жаб в плаще. - Наруто, - начала Цунаде, - Джирайя погиб. Девушке показалось, что она резко оглохла и ослепла. Мир закружился вокруг нее, и она лишь чудом сумела устоять. - Этого... этого не может быть, ба-чан. Датебайо! - она растерянно посмотрела на присутствующих. Шизуне отвела взгляд, жабы смотрели с жалостью. - Ба-чан... - Мне очень жаль, Наруто, - в голосе женщины - неприкрытая горечь. Она знала, что друг и старый товарищ не вернется, чувствовала что-то заранее, но ничего не говорила. Боялась сглазить. - Его убил Пейн, лидер Акацуки. Фукасаку-сан, - она показала на старенького жаба, - второй старейшина Деревни жаб. Он дрался вместе с Джирайей и лично видел его смерть. Наруто обхватила себя руками. Крестный - единственное, что оставалось от ее семьи, от ее родителей. Даже если Джирайи не было в Деревне, она знала, что всегда может на него положиться, может рассказать ему все-все. Может услышать от него о маме и папе, о том, какими они были в молодости, как любили друг друга. Как жили и выбирали ей имя. Крестный был реальным свидетельством того, что родители любили ее и не желали делать джинчурики по собственной воле. Он... он ведь тоже... любил ее. - Перед своей смертью Джирайя оставил послание, - старенький жаб развернулся и стянул плащ. На его спине чакрой были вырезаны ряды цифр. - В нем скрыт секрет Пейна. У Джирайи были повреждено горло, и он не мог говорить, поэтому написал. Наруто подошла, пальцами провела по цифрам. Остатки знакомой чакры кольнули ее. Так привычно. Она вновь увидела, как громогласно хохочет высокий мужчина с копной растрепанных белоснежных волос. - Простите, - голос впервые подвел ее. - Мне надо выйти. С прямой, несгибаемой спиной она вышла и аккуратно притворила за собой дверь. Итачи помогал отстраивать здание, разрушенное во время одной из тренировок детей клана. Товарищи, родичи весело переговаривались, обсуждая виновников происшествия, которые трудились уровнем ниже. Уши подростков пламенели, почти как шаринганы. Но в веселых шутках не было злости, все в свое время проходили подобный этап, когда еще толком не можешь контролировать уровень своей силы. Даже радует, что в клане рождаются такие талантливые шиноби. Но от ответственности это не освобождает. Если навредил, будь добр, помоги исправить. Самая лучшая методика, чтобы дети поняли все последствия своих действий. - Итачи, - Саске, трудившийся рядом, аккуратно дернул за рукав. И кивком показал в сторону. По дороге шагала Наруто. Вроде бы, все как всегда - ровный, уверенный голос, приветствия, спокойное выражение лица... Но Итачи видел, как напряжена ее спина, как побелели костяшки сжатых в кулаки пальцев. Видел фальшь в ее действиях. Сердце перевернулось - что-то случилось. В доли секунды он оказался возле любимой. Тронул за плечо. Что послужило сигналом для девушки. Больше она не имела сил сдерживаться. Наруто прижалась к Итачи, уткнулась ему в грудь. И заплакала. Горько, почти беззвучно. Сжимаясь в комочек, чтобы стать еще меньше, незаметнее. Она тихонько всхлипывала, давилась слезами, но с ее губ не слетело ни звука. Итачи гладил ее по голове, по трясущимся плечам, а сердце разрывалось от ее боли. Наруто могла быть сильной, предпочитала скрывать свои переживания ото всех. Значит, случилось нечто, что заставило ее искать спасения в том месте, которое она считала своим домом. У тех людей, которым доверяла. Кто-то принес воды вместе с успокоительным. Итачи благодарно кивнул помощнику, протянул стакан Наруто. Девушка выпила его залпом, постепенно успокаиваясь. Возвращалась прежняя Узумаки. Только что-то изменилось в ее взгляде, пропала беспечность, легкость. Она стала еще тверже. - Джирайя мертв, - просто произнесла она. Вокруг последовали вздохи, сдавленные шепотки. Не было никого, кто бы не знал Жабьего отшельника. Наруто спрятала лицо на шее Итачи, обняла его, лишь после этого отпустила. - Я прошу вас пока что сохранить это в секрете. И будьте готовы уйти в подземные убежища. На всякий случай, - громко проговорила она. Учиха стали переглядываться, кивать. - Наруто, - к ним подошел Фугаку. - Что ты собираешься делать сейчас? - Я должна вернуться и помочь разобраться в том, что оставил нам Джирайя, - девушка слегка улыбнулась. - Простите за мое поведение, я... - Мы все понимаем, - Фугаку выражал мнение всего клана. Учиха улыбались, по-своему, почти незаметно, но Наруто не могла не улыбнуться в ответ. Чуть позже, когда она договорилась с Фугаку, что Учиха будут настороже, чтобы отправить женщин и детей в убежища и помочь остальным жителям Деревни, Итачи вызвался проводить девушку до Цунаде. - Ты думаешь... - Да, - Наруто отрывисто кивнула. - Пейн придет за мной. И лучше бы мне находиться в это время вне Деревни, но Цунаде не отпустит. Да и ты тоже. - Не отпущу, - подтвердил мужчина. - Итачи... погибнут люди, много людей. - Наруто, мы не знаем, когда нападет Пейн. И нападет ли вообще. Может, он предпочтет выманить тебя из Конохи, - они почти дошли до кабинета Хокаге, и Учиха развернулся обнял девушку, подняв ее лицо за подбородок. - Ты для меня важнее всего, и я сделаю все и даже больше, чтобы защитить тебя. - Я не допущу твоей смерти, - прошептала она в ответ. - Только не твоей, датебайо. Неожиданно Наруто сменила направление, пошла в боковую комнату, сделав Итачи знак оставаться на месте. - Цунаде там, - тихонько сказала она и скрылась в комнате. Сегодня не только Наруто испытала горечь потери. Цунаде лишилась друга, которого знала почти всю свою жизнь. Человека, который знал ее лучше кого бы то ни было. Ей сейчас очень нужна Наруто. Цунаде просто сидела на диване, смотрела в окно, а по ее щекам текли слезы. Она словно резко постарела, смерть Джирайи почти сломила ее. Этого нельзя было допустить. Наруто села рядом, обняла ее за плечи, и женщина склонила голову. - Я не должна плакать, я же Хокаге, - тихо прошептала она. - Можно побыть просто человеком, - произнесла Наруто. - Всем можно. Я расплакалась перед Учиха, ты - передо мной. Как говорится, в мире должна быть гармония. Цунаде хрипло рассмеялась. - Ты предупредила Учиха? - Да, на всякий случай. - Правильно, - кивнула женщина. - Остальные не поверят или будут изрядно паниковать, да и Старейшины не дадут нам привлечь излишнее внимание. Так пусть хоть один клан будет готов. Уверена, Фугаку сумеет предостеречь остальных. - Что еще оставил Джирайя, кроме записки? - Пленника из Дождя, я отправлю его на допрос к Ибики, дам полную свободу действий нашему палачу, - саннин нехорошо усмехнулась. - И еще есть одно из тел Пейна, его - на вскрытие. Выдели мне лучших шиноби из всех. И я заберу у тебя Сакуру. Справишься без нее? - Не волнуйся. Все будет хорошо, - Наруто легко поцеловала ба-чан в щеку. - Мы со всем справимся и отстоим нашу Деревню. Женщины кивнули друг другу и вместе направились на выход. От слез не осталось даже следа. Снова стук в дверь. Итачи бросил взгляд на спящую возле него Наруто. Глаза девушки покраснели и опухли, а ресницы слиплись, стали жесткими. Девушка проплакала половину ночи. Тогда, днем, она прибежала в клан, чтобы обрести душевное спокойствие, которое ей необходимо было для выполнения собственной работы. Но с наступлением ночи все жесткие рамки, которыми она себя ограничивала, слетели, и в объятиях Итачи оказалась простая смертная женщина, слабая, нуждающаяся в защите. Пусть и ненадолго. Наруто могла убить своими техниками, могла покалечить медицинским ниндзюцу, но ничего не могла поделать со смертью дорогого ей человека. Это убивало ее. Она успокоилась лишь к утру, затихла, все еще изредка всхлипывая во сне. Еще один стук, более требовательный, и Итачи выпутался из длинных прядей, пошел к двери. Что-то он уже заснуть не может без этого тонкого, почти паутинного плена. Снаружи стоял Шикамару, парень нервно притоптывал ногой, что на него совсем было не похоже. - Что-то такие встречи становятся привычными, - усмехнулся он, проходя внутрь. Пока Итачи заваривал чай, Шикамару достал сигарету и закурил. - Нервы, - пояснил он на вопросительный взгляд Учиха. Тот кивнул. - Мне нужна Наруто. - Она спит. - Очень нужна, - гений покачал головой. - Хокаге приказала расшифровать послание Джирайи, но мы даже не знаем, где искать ключ к шифру. Перепробовали все его книги, даже перечитали их, - передернул плечами. - Ничего не нашли. Это не номер страницы, строки или предложения. Мы спрашивали всех, кто хорошо знал Джирайю-сана - Какаши-сенсея, Хокаге-сан. Никто не может помочь. Осталась только Наруто. Возможно, он что-то говорил ей или оставлял. - Оставлял, - раздался хриплый голос. На пороге кухни стояла заспанная, мрачная Наруто. Но ее истерика уже прошла, оставив лишь горький осадок. Со временем, забудется и он. Девушка прошла внутрь и прислонилась к плечу Итачи. - Прости. - Ничего, - он ласково коснулся губами пушистой макушки. Наруто улыбнулась и внезапно наставила указательный палец на Шикамару. - Шика, завидуй молча! - Больно надо, - фыркнул гений. - Так что тебе оставил Джирайя-сан. - Через полчаса приду в шифровальный отдел, принесу все с собой. - Понял, - Нара демонстративно отпил чай. Наруто насмешливо фыркнула и направилась в душ, Итачи пошел за своей одеждой, оставив гения наедине с чаем и выпечкой. Через полчаса они уже были в шифровальном отделе. Навстречу им выбежала девчушка в очках с толстыми линзами. При взгляде на Шикамару она мило покраснела. - Привет! - улыбнулась. - Ты нашел еще книги Джирайи? - Они есть у Наруто, - лениво произнес гений, самоустранившись. - Вот, - девушка подала фотографию спины старого жаба. - Это точная копия шифра господина Джирайи, но мы так и не сумели найти к нему ключ. Наруто посмотрела на цифры, написанные знакомым до боли почерком. Сколько раз крестный пытался заставить прочесть ее хотя бы одну свою книгу, но дальше десятой страницы Наруто никогда не шла - ранимая детская психика не выдерживала. Девушка улыбнулась воспоминаниям. Больше не болело в груди, лишь покалывало слегка. Джирайя вряд ли хотел бы, чтобы она расстраивалась и лила слезы, потому что сам он не жалел ни о чем и гордился своей жизнью. Цифры, наверняка номера страниц. Цифры? Наруто присмотрелась. Первая больше напоминала букву "та". Они с крестным еще долго смеялись, когда Наруто сетовала на его неразборчивый почерк, говоря, что он хуже, чем у медиков с длительным стажем работы. А ведь им полагается писать коряво рецепты лекарств! - Это не цифра, это буква. Посмотрите в образцах почерка, - она ткнула в первый верхний символ. Девушка зашуршала листами папки, кивнула. - Да, больше напоминает "та" в написании рукой мастера Джирайи. - Та... та... - теперь уже Наруто зашуршала страницами. Кажется, она начала понимать, почему крестный пометил страницы переданных ей черновиков буквами, а не цифрами. Он просто не надеялся вернуться. - Вот она, датебайо! - достала страницу, передала шифровальщикам. Девушка увлеченно принялась читать, пробегать глазами и что-то выписывать. - Это самая объемная страница, не так ли? Если взять номера предложений, учитывая оборотную сторону... выписать... выделить верхние буквы. Получается - настоящего нет. Наруто посмотрела на присутствующих. - И что это значит? Настоящего нет. Настоящего нет. Настоящего нет... И что это значит? Джирайя всегда умел задавать загадки, играть словами. Что он имел в виду? Ведь крестный уже умирал, значит, потратил все свои силы на написание этого шифра. Что он хотел сказать? Наруто смотрела в окно на оживленные улицы Конохи. Пока нет результатов вскрытия и анализов, над которыми бьются Шизуне и Сакура, бесполезно делать выводы. Может, их исследования дадут подсказку к словам Джирайи? В висках болезненно заколотили сотни крохотных молоточков. Наруто поморщилась, но она не имела привычки игнорировать свою интуицию. Быстро сложила печати, позволяющие получать данные с защитной сферы над Листом. В Деревню кто-то проник, сверху. По данным - один человек. Но Узумаки обладала достаточно развитой паранойей и считала, лучше перестараться с защитой, чем потом убиваться из-за ее недостаточности. Она распахнула дверь и громко свистнула. Через минуту с топотом табуна лошадей перед ней навытяжку выстроилась мышиная армия Конохи. - Все по кланам. Началось. Мыши кивнули и умчались. Фугаку удалось убедить некоторые кланы в правоте Наруто, и девушка договорилась с ними, что как только что-то почувствует, узнает, сразу же отправит к ним незаметных посланников. Большая мышь без письма на спине станет для них сигналом к эвакуации. - Минори-сан - перед ней тут же оказался помощник, - подготовь все к массовому приему пациентов. - Слушаюсь, - мужчина развернулся и умчался отдавать приказы. Наруто же поспешила к ограде госпиталя Конохи. Там она, сразу после того, как узнала о смерти Джирайи, установила по углам небольшие каменные столбы. Пользуясь образцами работ Узумаки из учебников и дневником бабушки, вырезала на них символы печатей, подпитывая их силой и кровью. Оставалось только заполнить все четыре столба своей чакрой, чтобы барьер окружил госпиталь. Пропуском она сделала символ Листа или Водоворота. Так или иначе, но либо повязка, либо мон на жилете у человека сохранится. Если же нет, она предупредила медиков, что нужно сделать, чтобы барьер пропустил пациента. Снова тратишь чакру неразумно, глупый детеныш. - Я не могу по-другому, Ку, прости, датебайо, - улыбнулась девушка, вливая чакру в последний из столбов. Над госпиталем заколыхался призрачный круглый барьер. Но Наруто знала, что он способен выдержать даже прямое попадание нескольких расен-сюрикенов. Сама она осталась за пределами барьера. Минори выбежал из здания. - Все предупреждены об особенностях нашей защиты? - строго спросила девушка. - Да. - Тогда вперед! Я - к Хокаге! Лавина медиков вылилась из госпиталя на улицы Деревни. Наруто же вскочила на крыши и поспешила к Цунаде. В Деревне царил переполох. Фигуры в черных плащах, на пару с гигантскими животными со странными глазами и штырями по всему телу, разносили дома, убивали людей. Наруто спрыгнула на улицу, когда заметила оставшуюся без присмотра маленькую девочку. К ней как раз устремилась огромная механическая сороконожка. - Никогда не любила гусениц, датебайо! - фыркнула Наруто, когда разнесла ее расен-сюрикеном на части. Затем подхватила малышку на руки и продолжила свой маршрут, попутно залечивая пораненную руку. - Ничего страшного, - улыбнулась она, передала девочку на руки одному из ирьенинов. Тот кивнул. Цунаде находилась на крыше, раздавая указания. - Мы должны выяснить, какие способности имеет Пейн. Докладывать мне незамедлительно! - Есть! - шиноби прыснули во все стороны, а женщина повернулась к Наруто. - Я... - Нет, это сделаю я. Глава Деревни не может бездействовать, датебайо, - возразила девушка. Цунаде кивнула, расстелила печать, на которую уселась Наруто. Призвала Кацую. - Кацую, присоединись к каждому шиноби. С помощью своей чакры я вылечу их. - Поняла, - тонко пропел призыв. Слизни заскользили по улицам, залезая на плечи взрослым и детям, военным и гражданским. Наруто чувствовала каждого, делилась чакрой каждым. Ненадолго прервала технику, чтобы сделать теневого клона, после чего сразу же возобновила ее. - Он будет собирать для меня сен-чакру, - пояснила она свои действия Цунаде. - Ты уверена, что справишься? - нахмурилась женщина. Наруто подняла глаза, серьезно взглянула на наставницу. - Я почти сняла печать с клетки, - прошептала она, чтобы не слышали охранники Хокаге. - Она ослаблена максимально. К тому же, ни клон, ни я не должны двигаться, так что... оптимальная тактика для нас. - Пейн не знает имени джинчурики, не знает его пола, - тихо проговорила Цунаде. - Твои медики тебя не выдадут, остальная деревня не особо в курсе, что глава госпиталя и джинчурики - одно лицо. Только те, что помнят еще вторжение Кьюби. Таких мало осталось из-за стычек. - Не волнуйся, - улыбнулась Наруто. - Иди, делай то, что должна. Эту работу оставь на меня. Сидеть на месте и бездействовать - мучительно, когда на твоих глазах рушится твой собственный дом, умирают дорогие люди. От слизней Наруто узнала, что погиб Какаши-сан, Акимичи-старший, многие были серьезно ранены. Еще один клон, который она сделала в очередной перерыв, контролировал работу госпиталя. Пострадавших уже не было где складывать, они лежали на полу, прикрытые лишь тоненькими простынями, в срочном порядке принесенными со склада. Вокруг Наруто, по приказу Хокаге, дежурило трое АНБУ из бывшего Корня. Наверняка она давала им какое-то задание из "трудотерапии", но за масками было сложно понять, кто есть кто. Она видела Сусаноо Шисуи и оранжевого воина Итачи. Учиха прикрывали отход жителей в безопасное место. Как хорошо, что она успела предупредить их заранее. Но сидеть на месте и бездействовать - мучительно, когда на твоих глазах рушится твоя собственная жизнь. На улицах Конохи творился хаос. Люди с плачем и криком мчались к безопасному убежищу. Им ничего не объясняли, нападение стало полной неожиданностью. И тем страшнее было видеть, как гибли знакомые, друзья и близкие люди. А шиноби, призванные защищать, бессильны против внезапной угрозы. Сусаноо снова отмахнулся от пса с несколькими головами, Итачи посмотрел на такого же замученного Шисуи неподалеку. Использование Мангекьо никогда не давалось легко, особенно кузену, которому так пока и не удалось подобрать донора для пересадки. Все Учиха уже были в убежище, оборудованном специальными печатями Узумаки. Наруто постаралась - работала, как проклятая, чтобы обеспечить им защиту. И никогда не унывала, всегда находила силы для ободряющей улыбки. При мысли о девушке в груди зародилось тепло. Как она там? На плечо заполз небольшой слизень. - С ней все в порядке, - полился в уши утешающий тоненький голос. Итачи приподнял бровь. - О наших отношениях знают все призывные миры? - спокойно спросил он, загоняя пса в специальную ловушку бывших членов Корня. Те попросту заключили животное в огромную кастрюлю из каменных столбов и поджарили заживо. - Нет, только слизни и лягушки. Ну, еще и вороны переживают, - ответила Кацую, передавая энергию Наруто. Пейн - шесть тел в черных плащах с красными облаками. С рыжими волосами и ужасными штырями на лице и руках. У каждого свои способности, свои силы, но у всех в глазах - риненган. Откуда в таком количестве? Шаринган не спасал, он давал лишь небольшой шанс на выживание. Тоненькая девушка с заколотыми на макушке огненно-рыжими волосами подошла к нему почти вплотную. Но прежде, чем она успела атаковать Сусаноо, между ними в землю воткнулась искрящаяся молниями катана. - Ты долго, - заметил Итачи брату. - Эвакуировал сиротский приют, - буркнул Саске, подбирая собственное оружие. - Используй Мангекьо! - крикнул Шисуи. - Для чего ты вообще его тогда пробудил? - Я еще недостаточно с ним освоился, - зло огрызнулся самый младший Учиха. Итачи отметил, что брата тоже потрепали. Рукав в подпалинах, кисть почти полностью сожжена, но Кацую на плече исправно делится с ним энергией. Странное дело - на них слабо действовали даже самые сильные гендзюцу. Что вообще происходит? Итачи пристальнее взглянул на рыжую девушку. Чакра в ней циркулировала как-то неправильно, точнее вообще не двигалась, собираясь вокруг определенных мест на теле. - Саске, мне нужно, чтобы ты ее раздел! - Что?! - воспоминание об ошеломленном лице братишки с приоткрытым ртом определенно будет согревать Итачи на старости лет. Если доживет. - Живо! - рявкнул он, удерживая щит вокруг группы беженцев. И запустил своих воронов, прикрывая брата. Саске с помощью чидори удалось прорвать бок одеяния девушки, обнажив мертвенно бледную кожу, из которой торчал уродливый черный шип. Итачи вновь пригляделся. Так и есть, чакра концентрируется вокруг этого штыря. - Саске, беги к Хокаге. Передай, что кто-то на расстоянии передает им энергию, как марионеткам. Поэтому иллюзии срабатывают плохо - ими управляют. - И пульса у них нет, - поделилась Кацую. - Что?! - все трое Учиха повернулись к своим слизням. Поясняла копия с плеча Итачи. - Наруто сказала, что не чувствует в них никакой энергии, пульса и прочего. А Иноичи-сану удалось узнать, что тело, которое повредил в бою Джирайя, было восстановлено из трупа. - То есть... их на самом деле может быть больше? - Именно, - качнула рожками слизень. Голос ее вдруг стал обеспокоенным. - Кажется, они обнаружили Наруто. Мне пора. Техника восстановления прервалась, значит, Наруто и в самом деле обнаружили. Но броситься к ней сейчас - значит дать Пейну жертв для шантажа. Узумаки в любом случае сумеет за себя постоять, спрятаться или сбежать, но если возьмут в заложники кого-то из них... - Саске, ты к Хокаге, Шисуи, прикрывай отход. Я к госпиталю. Итачи убрал Сусаноо и помчался к зданию за барьером. Сейчас он должен защитить людей. - Так ты и есть Наруто Узумаки, джинчурики Девятихвостого? Наруто подняла глаза. На крыше напротив нее стоял высокий мужчина в черном плаще и с короткими рыжими волосами. Его лицо украшали странные черные штыри. Передатчики, как сообщила ей Ино. - Ты даже не представляешь, сколько людей мне пришлось убить ради того, чтобы просто узнать твое имя, - холодным голосом продолжал он. Наруто скривилась, вскочила и быстро убрала печать. - Ничем не могу помочь, датебайо! Много дел, пора бежать! - Ты отправишься с нами, Наруто Узумаки. - Зачем? Мужчина сделал шаг вперед, члены Корня - навстречу ему. - Бегите, Наруто-сан, мы его задержим. Укройтесь где-нибудь, - прошептал один из них. Девушка сделала шаг к краю крыши. - Даже не думай, - предостерег ее Пейн. - Остальные хвостатые у нас. Больше нет смысла удерживать и защищать тебя здесь. Очаги войны уже вспыхивают по всему миру, и вскоре она разгорится повсюду. Единственный способ спасти людей - очистить их через боль. Только познавая боль, человек становится чище, выше, преодолевает сам себя. Наруто уже занесла ногу, когда следующие слова Пейна остановили ее. - Разве с тобой было не так, Наруто? Разве не преодолела ты людскую ненависть и собственную боль, чтобы добиться того, что имеешь сейчас. Узумаки прикусила губу, вспоминая, как относились к ней в том же госпитале, когда она была маленькой. Как шпыняли и ненавидели, как пугали детей ее именем, отчего с ней никто не хотел играть. Но ведь в этом нет их вины. И нет ее. Она сумела перешагнуть через собственное прошлое, пойти дальше. Не одна. - Нет, датебайо, - спокойно проговорила. - Мне помогла выжить не боль, а друзья. Моя семья, которую ты сейчас разрушаешь. - Значит, тебя держат здесь только друзья? - в голосе появился намек на интерес. Но и он пропал. - Значит, мы избавим тебя от этих уз. Мужчина взлетел вверх, к самому солнцу. Проговорил что-то. И посреди Конохи стала зарождаться взрывная волна. Она расширялась, расходилась кругами. Как ребенок раздвигает песок в песочнице, чтобы найти влажный, так и она разрушала дома, ломала людей и сдвигала их всех к воротам Деревни. - Нет! Наруто бросилась к госпиталю, туда, где видела оранжевого Сусаноо. Она бежала, задыхалась, перепрыгивала через летящие в нее камни, обломки деревянных балок. Она мчалась мимо сломанных человеческих фигур, уворачивалась от всех случайных снарядов, некоторые отбивая тессеном, что вернул ей после озера Саске. И не видела больше ничего. Все ее зрение сосредоточилось на оранжевом пятне впереди. Волна прошла, оставила лишь голую местность в окружении обломков и мусора. А посреди этого стоял абсолютно целый госпиталь Конохи. Даже барьер сохранился. Потому что вокруг него медленно опадал оранжевый покров Сусаноо. Дыхание прервалось, сердце заледенело. Постоянно спотыкаясь и падая, Наруто помчалась к воротам госпиталя, возле которых лежала, раскинув руки, черноволосая мужская фигура. - Нет-нет-нет! - девушка задыхалась, когда опустилась возле него на колени. Разорвала водолазку, принялась делать искусственное дыхание, использовала медицинские техники. - Ты не умер, слышишь, Итачи? Ты не умер! Не мог умереть! Ты же.. ты же гений, датебайо, у тебя всегда есть план... всегда... Итачи, пожалуйста, прошу тебя, Итачи, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... прошу тебя... Итачи... Дорогие черты расплывались перед глазами, Наруто содрогалась, пытаясь сдержать слезы. Итачи не умер, не мог умереть. Не мог... Она гладила тонкие морщинки у носа, перебирала грязные, полные пыли волосы, убирала мелкие камешки. Проводила кончиками пальцев по губам, закрыла глаза. Такой красивый. И мертвый. А на лице застыло довольное выражение, как будто он все сделал правильно. - Итачи, - Наруто заплакала, скомкав порванную водолазку. - Итачи... Она не видела, как из обломков поднимаются уцелевшие люди, как выжившие медики толпятся у входа, позабыв о больных. Она плакала и не могла остановиться. - Теперь у тебя больше нет никаких уз, Наруто Узумаки. Ничто не привязывает тебя к Деревне. Наруто обернулась, посмотрела на приблизившегося Пейна. - Я все равно не собираюсь сдаваться, - рыкнула она. - Я буду сражаться! - Как тебе угодно. - Не здесь. Там, - ткнула она пальцем в площадку в отдалении. - Дай мне минуту. - Если не придешь, я убью тех, кто умудрился выжить. Наруто ничего не сказала. Ее жизнь, смысл самого ее существования умер здесь и сейчас, защищая ее мечту. В свое Сусаноо Итачи вложил всю энергию, что имел, абсолютно всю. И теперь внутри у девушки воцарилась страшная, мертвенная пустота. Апогей любви Узумаки. Без Итачи она не собиралась жить, потому что не была готова его потерять. - Так или иначе, но мы вскоре увидимся, Ита. И тогда ты не отвертишься! - Наруто улыбнулась, поцеловала тонкие, остывающие губы. - Я люблю тебя. Всегда. Отведенное ей время подходило к концу, она не собиралась обманывать Пейна. Если она проиграет, изъятие биджу убьет ее. Если выиграет, все равно не сможет пережить большинство своих техник. Да и не собирается переживать. Без Итачи... больно. - Наруто, ты же не собираешься!.. - подошла, прихрамывая, Цунаде. Девушка улыбнулась, обняла женщину. - Спасибо тебе за все, ба-чан. Но не пристало Хокаге сражаться самой. Позаботься о людях, а я буду биться за вас там. Датебайо, - ее голос предательски сорвался. - Мы идем с тобой, - за ее спиной как из воздуха возникли Саске и Шисуи. Старший прикрывал глаз, из которого сочилась кровь, младший тер глубокую ссадину на лбу. - Вылечу по дороге, - кивнула девушка. Они побежали на указанный пустырь. Наруто не позволила себе обернуться. Лучше будет думать, что Итачи лишь спит или потерял сознание. И ждет ее. Ведь они обязательно встретятся. Обязательно. Пейн не стал размениваться на пустяки, сразу призвал животных. Носорог, собака и бык помчались на шиноби Листа. Клон развеялся, передав девушке всю накопленную природную чакру. Наруто улыбнулась, схватив носорога за рог и перебросив через себя. В следующее мгновение его разрезало на части несколько золотистых цепей. Тени, как татуировки, под глазами, Кацую на плече - таков был режим Отшельника Наруто. И как же приятно чувствовать эту силу, энергию, переполняющую ее. Девушка создала еще пару клонов и отправила их подальше, собирать природную энергию. Использовать сенчакру в бою можно было не больше пяти минут. Считалось, что дальше требуется накапливать ее вновь, для чего приходилось замирать и не шевелиться. В поединке это могло стоить жизни. Наруто нашла способ обойти эту маленькую проблему. С помощью своих Сусаноо Шисуи разрезал пса, а Саске нашпиговал стрелами быка. На их лицах - та же мрачная обреченность, что и у Наруто. Девушка бросилась вперед, ей навстречу вышел крупный тип с прилизанными рыжими волосами. - Наруто, против него ниндзюцу бесполезны, - прошептала Кацую. - Он может впитать их. И пока хотя бы один Пейн видит твои движения, их видят все. Девушка усмехнулась. Разум как никогда был ясным и чистым, энергия струилась вместе с кровью. А сердце замерло, заледенело. Осталось там, вместе с Итачи. Поэтому ничто не мешало ей уничтожить противника. Никакой жалости или пощады. Бабушкина внучка, - урчащий тон, как поглаживание по голове. Пейн уворачивался, изгибался, пытался наносить удары, но Наруто не зря тренировалась в клане Учиха. Она использовала все ресурсы своего тела. Ее кулак прошел в миллиметре от щеки противника, не задев его. Он увернулся. На что Узумаки ухмыльнулась. Если нельзя использовать ниндзюцу, кто мешает ей нарастить что-то поверх кожи. Цепи чакры - не простая техника, это действительно цепи, самые настоящие. И следующий удар она нанесла уже утяжеленным кулаком. Добила это тело Пейна стрела Сусаноо Саске. Главный лишь поднял бровь. - Ты зря сопротивляешься, Наруто Узумаки. После твоей смерти наступит мир. - Такой мир? В котором ученик убивает учителя? - Джирайя рассказывал ей про троицу из Дождя, про риненган одного из них, Нагато, но Наруто сейчас била наугад. - В котором нужно стереть с лица земли Деревню с мирным населением? Если да, то такого мира я не хочу. За спиной чертыхнулся Саске - собаки размножились, превратились в стаю отдельных особей. - Занимайся ими, - Наруто повернулась к Пейну. - Обо мне не беспокойся. Кацую, мне понадобится море кислоты. - Хорошо, Наруто. Печать призыва, и слизень увеличилась до своих стандартных размеров. Из ее рта полилась на землю ядовитая кислота, камни зашипели. Девушка распахнула тессен и направила на противников пыльную завесу, настолько густую, чтобы они ничего не видели. В одной руке создала расен-сюрикен, а другую... другую окунула в кислоту, которую выплюнула Кацую. Благодаря склонности к Воде, она могла подчинить себе практически любую жидкость, но для этого необходимо было окунуть в нее руку, почувствовать ее. На руке сформировался шар кислоты, чем-то напоминающий водяную тюрьму. И Наруто помчалась внутрь завесы. Длинноволосое тело Пейна угодило под расен-сюрикен, но вот вторую технику Узумаки приберегла специально для девушки. Если она хочет освободить Саске и Шисуи, нужно убрать то тело, что организует эти призывы. Пыль развеялась как раз вовремя, чтобы Пейн увидел, как два его тела растворяются в техниках Наруто. Как шипит кислота, поглощая рыжеволосую девушку, как разрывается Ветром на части мужчина. Узумаки отскочила, режим Отшельника прекратился. Рука жутко болела и дымилась после купания в кислоте. - Ты израсходовала весь свой режим Отшельника, - констатировал главный. - У тебя почти не действуют руки... - Инфуин Кай: снятие, - девушка с трудом сложила пальцы, то и дело морщась. По телу побежали татуировки, идущие от груди. Раны начали затягиваться на глазах. Странная апатия, напавшая на нее после смерти Итачи, никак не хотела проходить. И девушка была ей благодарна: она служила прекрасной анестезией, как телу, так и душе. Ее главная задача - уничтожить Пейна и обезопасить Коноху. Она оплачет любимого потом. Тем более, осталось всего два... три?! тела Пейна. - Какого? Датебайо? - Наруто уставилась на гиганта, которого убрала самым первым. Он... воскрес? - Что здесь происходит? - Один из Пейнов способен воскрешать свои тела. Судя по всему, тот дальний, возле странной головы, и есть он, - проинформировала Кацую. - Ну, потрясающе! Лезвия ветра! Взмах тессена поглотил воскресший Пейн, на что Наруто ухмыльнулась и кивнула подобравшемуся Саске. Огненный шар, подкрепленный Ветром, устремился к врагам. Снова Пейн принялся поглощать чакру, но когда шар погас, за ним оказалась Наруто. Острая кромка огромного веера снесла голову Пейну. Тому, что умел воскрешать. Наруто, метнувшая для этого тессен, дернула за леску, возвращая себе оружие. После чего отпрыгнула назад. Оставшиеся два тела помчались на нее, откинули Учиха далеко назад. Девушка уворачивалась, как могла. Техника Цунаде залечивала все полученные травмы, часть ударов она блокировала веером. Противник не давал ей возможности применить техники, втягивая в жесткий контактный поединок. Кацую снова плюнула кислотой, затянув девушку под защиту в собственное тело. Наруто развеяла одного из клонов, забрав себе природную чакру, и вновь создала расен-сюрикен. Его поглотили, и следующий, и еще два за ним. Но вот саму Наруто, появившуюся сверху, предусмотреть не могли. Девушка отрубила одну из рук Пейну-помощнику. За что тот связал ее оставшейся, почти полностью парализовав. Веер отлетел вбок, беспомощно звякнув. - Я не убью тебя сразу, ведь ты очень важный джинчурики, - почти ласково произнес главный Пейн, подходя вплотную. - Люди слишком полны ненависти. Друг к другу и ко всему. Моя Страна... если бы не мы, ее уже давно бы захлестнул голод. Люди в ней постоянно дерутся за власть, за богатства, забывая обо всем. Как ты будешь бороться с ненавистью, Наруто? Ведь ты сама сейчас ненавидишь меня. - Нет, - девушка покачала головой, находясь в жестком захвате из руки и удлинившихся штырей. - Я на удивление спокойна. Бороться с ненавистью? - она улыбнулась, горько, слабо, посмотрев прямо в глаза своему мучителю. - Я считаю, что люди способны найти общий язык друг с другом. Надо только помочь им в этом. Как и Джирайя, я верю в это. Кацую, давай! Кислота полностью уничтожила тело Пейна, державшее Наруто. Но и сама она была задета ею. Кожа, волосы и местами даже кости плавились от ядовитой жидкости. Но девушка улыбалась. Бьякуго работала исправно, исцеляя поврежденные участки. - Ты остался один, Я-Хи-Ко, - нараспев произнесла она. - Джирайя описывал мне каждого из вас. Подробно описывал. Ты говоришь о ненависти, но кому помогли вы, установив диктатуру? Забравшись на самый верх, спускались ли вы вниз, чтобы посмотреть на людей, живущих там. Вы убиваете, шантажируете, уничтожаете. Чем вы лучше тех, кого ненавидите? Чем ты лучше Ханзо или Данзо? - она почти кричала. - Ты разлучаешь семьи, убиваешь возлюбленных. Ты уничтожил мой мир и хочешь, чтобы я помогла тебе создать твой? Саске попытался подняться, но Пейн пришпилил его штырем к земле. Учиха дернулся раз, другой, третий... и замер неподвижно. Барьер апатии прорвался. Наруто оказалась в своем внутреннем мире. - Курама, ты готов? Лис заволновался. - Ты сошла с ума, девчонка! Не смей снимать барьер! Не в таком нестабильном состоянии! Наруто горько рассмеялась. - Он уничтожил мой дом, убил Итачи. А теперь еще - и моего брата. И хочет отнять тебя. Помоги мне, Ку. Лис закатил глаза. - От этих Учиха одни неприятности. - Я знаю, - девушка прошла между прутьев клетки, обняла Лиса за острую морду, вдохнула аромат раскаленных на огне специй. - Спасибо, что был со мной, Ку. Даже если это наша последняя встреча, я должна защитить своих друзей. Девушка вернулась, водоворот поднял ее к печати, и она потянула за листок. Ее тут же отбросило сильным ударом обратно в воду. Путь к печати преграждал мужской силуэт в белом плаще. - Не стоит этого делать. - Четвертый! - взревел Лис и внезапно успокоился, дальше он говорил уже нормальным тоном. - Объясни ты ей, что изменять печать можно только в спокойном состоянии. Иначе может погибнуть. Блондин был в шоке. - Ты меня ненавидишь? - осторожно прощупал почву. - Трудно ненавидеть ее отца, - Лис ткнул острым когтем в сторону ошеломленной Наруто. - Детеныш, это твой непутевый папашка, который запер меня в тебе. И обрек тебя на долгие годы ненависти, страданий, без друзей, без помощи. От каждого слова плечи мужчины вздрагивали, как от удара плетью. - Па... па? - Наруто попробовала слово на вкус. - Папа. Папа. Папа, - ей понравилось. Она побежала к отцу, тот распахнул руки, но вместо объятий получил удар ногой с разворота в живот. - Теперь я счастлив, - захохотал Лис в клетке. - Почему? Почему, датебайо? - закричала Наруто. - Почему именно я? Почему все так? Даже имея силу, я не могу ее использовать. А мои друзья умирают, и я... Четвертый подошел и обнял девушку. - Прости, прости меня за то, что тебе пришлось пережить, Наруто. Я плохой отец, но я сделал это потому, что верил: ты справишься. Только у тебя хватит сил обуздать демона, даже подружиться с ним. И дело не только в крови или генетике, дело в самом твоем духе, дочка, - отец приложил руку напротив сердца Наруто. - При жизни я хотел, чтобы ты создала мир, в котором люди поняли бы друг друга, но сейчас... сейчас я хочу, чтобы ты была счастлива. Просто живи и улыбайся. Я желаю тебе счастья, дочка, - прощальный поцелуй в лоб, и Четвертый начал таять в воздухе. - Постой, подожди, папа! - Наруто протянула руку, чтобы ухватить край белого плаща, но не успела. - Папа... Вытерев слезы, девушка посмотрела на Лиса. - Добился своего, - кивнула с мрачной удовлетворенностью. - И что нам теперь делать с Пейном? - Этим я как раз занимаюсь, - Кьюби оскалился. - Раз ты здесь, то я там. Меня как раз пытались заточить в какой-то каменный шар. Глупо, - пожал плечами. - И вообще, тебе пора возвращаться. Надо уже заканчивать с этими марионетками и искать кукловода. Девушка улыбнулась. - Спасибо, Ку. Она очнулась как раз вовремя, когда начала рушиться каменная ловушка, о которой говорил Курама. Прыгая с камня на камень, девушка ошеломленно взирала на изменившийся ландшафт. Это все она в режиме Кьюби сделала? Понятно, почему Лис поспешил ее выставить. Разрушенные скалы, каменные глыбы, непонятные конструкции из камней и деревьев... Сила Курамы поражала. Зато в полной мере вернулась утраченная было эмоциональность. Наруто не позволила себе зацикливаться на неприятностях. Она все сделает потом, Курама прав: надо разобраться с Пейном. - А он здорово тебя потрепал, - заметила она Пейну в порванном плаще. Ударила руками о землю, складывая печати техники. - Я знаю, однажды люди смогут понять друг друга. С каждым можно найти общий язык. Почему ты этого не понимаешь? Из груди вырвались цепи, ушли под землю, чтобы вынырнуть в метре от Пейна, обвить его, как гусеницу и раздавить. Наруто сдула мокрую челку со лба. Волосы, сожженные кислотой, восстанавливать она не стала, и теперь они рваными прядями лезли в лицо. Все тело болело, несмотря на то, что техника Цунаде еще работала. Без нее гарантировано было бы хуже. Все почти закончилось, осталось лишь найти кукловода. Наруто подошла к остаткам тела главного Пейна, активировала режим Отшельника и вогнала себе в руку один из штырей. Природная энергия помогла ей выследить местоположение главного Пейна. Девушка бросилась туда без раздумий. Еще немного, Итачи, совсем чуть-чуть. Подожди. Их было двое - изможденный, тощий мужчина в странном кресле и со штырями в спине и женщина в плаще Акацуки. Она бросилась вперед, но Наруто просто пригвоздила ее к стене цепью чакры, стала высасывать ее энергию. Сама же направилась к мужчине. Красные волосы падали на лицо, открывая лишь один глаз с риненганом, кожа обтягивала кости настолько плотно, что он напоминал скелет. - Я не могу тебя простить, - Наруто говорила спокойно. - И больше всего на свете желала бы убить, но... те, кого ты меня лишил... Итачи, Саске, Джирайя... они бы не захотели, чтобы я лишь подтверждала твои слова. Все люди разные, у каждого свое мнение. Большинство ненавидели меня, но я сумела найти тех, кто понял, услышал мои слова. И я искренне уважаю мечту крестного, всей душой желаю, чтобы она осуществилась. Я... я хочу сделать этот мир хоть немного лучше, - девушка беспомощно развела руками. Посмотрела прямо в глаза Нагато. - Если мир возможен, то я добьюсь его. Я не сдамся! Это слова из первой книги Джирайи. Он посвятил ее тебе, сказал, что именно ты вдохновил его на эту историю. Благодаря тебе, он поверил в возможность существования такого мира. Глаза Нагато расширились. Он хрипло рассмеялся. - Ученики одного учителя всегда поймут друг друга. - Именно так. У тебя был выбор, Нагато, ты просто не сумел им воспользоваться. Скорее всего, не верил в себя. И до сих пор продолжаешь прятаться за чужими словами, преследуя не свою мечту, - Наруто отвернулась. - Я не стану тебя убивать, потому что слишком уважаю крестного. Он... он бы хотел, чтобы ты жил. Нагато склонил голову. Девушка знала его историю и говорила, исходя из этих знаний. Перед ним стоял пример того, каким бы шиноби он мог стать. Наруто Узумаки... сделала совсем другой выбор в тех же ситуациях, что и он. У него ведь тоже был выбор. Она пошла на выход. - Постой! - надтреснутый голос мужчины остановил ее. Наруто обернулась. - Ты права, я не смог сделать правильный выбор, потому что боялся. Не верил в себя. Но сейчас, - он поднял голову, - сейчас я хочу поступить, как ученик Джирайи. Он сложил печати, улыбнулся окровавленными губами, тяжело и прерывисто дыша. - Седьмой путь Пейна. Мой подарок тебе, Наруто Узумаки. Сделай этот мир хоть чуточку лучше. Он бессильно повис на своем сидении, женщина вынула его, собираясь закутать в бумагу. - Подожди, - Наруто подошла и вынула из глаз Нагато риненган. Убрала в свиток. - Скажешь об этом остальным Акацуки, и вас не будут преследовать. Его могилу не потревожат. Женщина кивнула. - Иди, - она положила руку девушке на плечо, - там тебя уже ждут те, кого ты любишь. И, Наруто... следуй только за своей мечтой. Девушка кивнула и убежала, зная, что женщина скроется с места быстрее, чем ее обнаружат остатки АНБУ Конохи. Посреди Деревни возникла статуя. Она распахнула рот, из него во все стороны полетели зеленоватые сгустки. Наруто схватилась за грудь, чувствуя, как сердце бешено застучало. Она бежала по Деревне, снова падая, обессилевшая, уставшая, побитая. Многие каналы были порваны, тенкецу - выбиты, но ее гнала вперед безумная, нечеловеческая надежда. У ворот госпиталя по-прежнему лежал труп длинноволосого брюнета. Наруто осторожно опустилась рядом с ним на колени, ее руки дрожали. Она не сразу смогла нащупать пульс и долго не верила, что ощущает сердцебиение Итачи, пока тот не открыл глаза. Наруто задохнулась, хрипло закашлялась, бросившись на шею ничего не понимающему мужчине. Учиха обнял ее, прижал к себе. - Не плачь, прошу тебя. Наруто уткнулась в его шею, не сдерживая себя. - Теперь... ты... точно не отвертишься... датебайо! - между всхлипами проговорила она. Итачи ласково улыбнулся, отвел почерневшую прядь с испачканного лица, заглянул в синие глаза. - И не собираюсь, Наруто. Они целовались посреди разрушенной Деревни, возле единственного уцелевшего здания. И не знали, что ждет их в будущем. Им предстояло восстанавливать Деревню, поднимая ее буквально из руин. Им предстоял Совет Каге и создание общей армии шиноби. Им предстояло сражение с Акацуки и Мадарой Учиха. Им предстояло победить в войне. Но сейчас они целовались посреди разрушенной Деревни, возле единственного уцелевшего здания, на глазах у всех. И были просто счастливы.