Freelove

POV Jonne. -И что? Из-за этого так разрываешься? Да брось ты! Тем более помнишь, как ты называл это в самом начале? Фрилав. А фрилав как начинается спонтанно, так и заканчивается. В этом его принцип, - разводит руками Крис. -Да, действительно, я думал, что это просто интрижка. Просто веселое приключение… но я не думал…не мог предполагать…что…что я настолько полюблю его… - выдыхаю упираясь взглядом в потолок. Наступает пауза. Чувствую на себе ошалевший взгляд Кристуса. -Да друг, тяжелый случай. Почти клинический, - вздыхает он, наконец, и отходит к окну, закуривая. Смотрю на него. Не вижу лица, но скорей всего оно выражает задумчивость. Я прямо вижу морщинку, залегшую между бровей, сосредоточенный взгляд. Он пытается мне помочь, кто знает, может получится. В конце концов, я не один. Подхожу к нему слегка приобняв со спины за плечи. -Спасибо тебе… - шепчу почти на ухо. Кристус поворачивается и заключает меня в свои объятия. Он знает как мне сейчас это нужно. Слегка касаюсь его губ своими, постепенно делая поцелуй более углубленным. Закрываю глаза. Запах сигарет, объятия, волосы спрятаны под шапку. И не важно, черная шапка или розовая, «Мальборо» пахнет или другими сигаретами… Вилле… Я уже почти поверил своему видению, но что-то заставило меня вернуться в реальность. Резко прерываю поцелуй, смотрю в глаза Кристусу. -Хочу напиться! – говорю, освобождаясь от его объятий. -Ок, пошли в бар? – как ни в чем небывало. -Пошли. Мы уже опустошили запасы одного небольшого бара, из второго бара нас выгнали и теперь мы заходим в третий. Вваливаемся в двери, обнявшись, то и дело, взрываясь бессмысленным смехом. Проходим в бар, я практически не различаю дороги. Натыкаемся на чей-то столик, вновь взрываемся смехом. -Ой, sorry… - выдыхаю сквозь смех. Внезапно картинка в моих глазах проясняется. Лучше бы я сразу умер. За столиком сидели музыканты группы HIM, с какими-то второсортными шлюхами. Во главе стола сидел Вилле с крайне недовольным лицом. Кажется, только что моё сердце лопнуло. -Быстро ты утешился… - говорит Вилле. Я тут же осознаю, как это все выглядит. Только с утра мы расстались, а сейчас я уже пьяный, на шее Кристуса в баре… Хотя должен заметить, Вилле тоже тут явно не поминки наших отношений замутил. Иначе, зачем тут бабы?! -Кто это? – требовательно спрашивает брюнетка, сидящая рядом с Вилле. Да. Вот так все и закончится. Сейчас я разревусь, Вилле увидит мои слёзы, его эго будет удовлетворено, а я уйду с позором. И все заново…Нет, не сегодня. В конце концов, что я реально баба что ли? Ничем не отличаюсь от этих фиф? -Привет! Я Йонне! – улыбаюсь во все тридцать два, - Я…знакомый Вилле. Мы как-то на одном фестивале выступали. Все, включая Вилле, смотрят на меня ошалевшими глазами. Еще бы. Я сам в шоке. Смотрю в глаза Вилле. Его эмоции нечитаемые для меня. Сложно определить, что он чувствует, а вот у меня похоже все на лице написано. Хоть бы голос не подвел. Продолжаю улыбаться. -Красивый медальон, - улыбаюсь одной из его шлюх, глядя на какую то хреновину в африканском стиле на её цепочке. Повисает пауза. Не могу больше здесь находиться. Это выше моих сил. -Ну, что, Кристус, - смотрю на своего спутника, - Пойдем что ли. Тут все нормальные столики уже заняты. И не дождавшись ни его ответа, ни реакции других разворачиваюсь и почти бегу к выходу. В горле уже образовался огромный комок. Выхожу из бара, отхожу от входа, что бы не привлекать особо любопытных на такие дела прохожих и сползаю по стене, чувствую, как последние силы это терпеть уходят. -Йонне! Молодец, ты его просто раздавил! Умница…Йонне…ты плачешь? – ко мне подходит Крис и садится на корточки напротив. Я лишь вздыхаю, вытирая рукавом куртки слёзы. Какого черта я вообще должен плакать? Нормальный мужик, когда ему хреново идет и делает хреново другим. Как Вилле. Но я не такой. Я сделаю проще. Я просто напьюсь. Хоть я и понимал, что Вилле ни в каких других заведениях оказаться не может в бары соваться больше не хотелось. Купив в ларьке аж пять бутылок водки мы пошли домой. Автобусы уже не ходят, так что нам идти пёхом целых шесть остановок. Я открываю первую бутылку. Похрен, если окажется паленкой. До дому доползаем уже практически на карачках. Хотя большую часть купленного я принял на себя Кристус тоже был не вполне вменяем, но ему удалось затащить меня на этаж и даже усадить на диван, а не бросить в прихожей, там где я хотел остаться. Сидим в полной тишине. Мне так противно. Так противно понять, что я был для Вилле лишь игрушкой. Развлечением на пару месяцев. Как будто мой срок годности истек и меня положено выбросить… Кажется к горлу опять подкатывает приступ слёз с привкусом водки, которой я выпил слишком много…нет! Это не слёзы…это что то другое! Вскакиваю с дивана и сшибая все на своем пути несусь в туалет. Падаю на колени перед фаянсовым другом. По ванной расходится запах спирта. Все таки водка оказалась паленая…и практически на голодный желудок. POV Ville. В этом баре слишком громкая музыка. Теплое пиво и холодная еда. Еще и «девочки» которых непонятно где откопал Бартон уж что-то больно обнаглели. Кое как вырвавшись из цепких объятий одной из пьяных в дугу «красоток» я вышел на улицу, закурил и уставился куда-то вдаль. Все лучше чем видеть прохожих, их довольные, пьяные лица. Вот так всегда – кому то плохо, а кому то наплевать. Но плохо ли мне? Спорный вопрос. Я должен быть счастлив! -Детка, а ты чего тут стоишь? – ко мне выплыла одна из «девочек». -От вас прячусь, - отвечаю таким же сюсюкающим голосом. -А зачем же ты от нас прячешься? – подходит ближе, начинает лапать моё лицо. -Девочка, ты хочешь, что бы я тебе больно сделал? – убираю её руки с лица. -Оу, а котик что уже хочет сделать мне больно м?? – она естественно все не так поняла. -Я тебе по лицу дать хочу, но ты баба, баб не бью принципиально. Будь ты парнем, давно уже тут без сознания бы валялась с расквашенным еблом! – говорю слишком едко, но это помогает. -Хам… - отзывается фифа и тряхнув блондинистой головой уходит обратно в бар. Терпеть не могу обесцвеченные волосы! Хотя…моё прошлое развлечение было блондинкой. И где оно сейчас… POV Jonne. Практически до самого утра я просидел в обнимку с унитазом, жалея обо всем. Об этом чертовом фрилаве, о выпитой водке, о своей жизни, обо всем! Теперь мне было плохо не только душевно, но и физически. Меня тошнило, жутко болел желудок, голова и горло. Лучше бы я умер сегодня ночью…но по закону подлости я выжил. Около восьми утра я наконец покинул свое пристанище. Кристус сидел в гостиной, в кресле. Решил дождаться меня и заснул. Подхожу к нему и сажусь на корточки перед креслом. Он просыпается. -О, Йонне…ну ты как? - Меня бросил любимый человек, я всю ночь блювал и рыдал в туалете, у меня закончились деньги, хочу сдохнуть. А так все нормально… - говорю практически бесцветно, будто мне все равно. В данную минуту мне действительно все равно…. POV Ville. -Так, ребята, это не дело, - говорит Сеппо, выхаживая по репетиционной, - Нам надо новый материал писать, а где он новый материал то ваш? Те три песенки про смерть и бесконечную ненависть к жизни? -А что тебе не нравится? – угрюмо подаю голос из темного угла. Терпеть не могу когда начальство начинает диктовать свои требования. Песни писать это вам не чертежи чертить! Тут вдохновение нужно! А какое вдохновение может быть если я в полном пролете уже почти две недели?! -Вилле, я все понимаю, ты пытаешься вписываться в формат готической группы, но пойми ты, это перебор. Сам подумай, что фанатки подумают, когда услышат твои «и жизнь ушла из сердца моего»? -Ничего. Фанатки не умеют думать… -Зря ты так, Вилле… - вступает Линде. -Э, Ли-Ли, ты молчал, вот и дальше молчи! – кидаю гитаристу. -Ну подеритесь еще! – пресекает Сеппо, - Вилле, в общем, хочешь не хочешь, а песни писать надо. И не эти идеи суицида, а что-то попроще, полегче…Публика ждет. -Угу. Я понял, нужны песни про счастливую любовь, розовых бабочек и сказочных единорогов, что бы вписаться в формат популярной музыки, я понял. Теперь можно я домой пойду? – встаю, направляюсь к двери, но меня окрикивает менеджер: -А как же репетиция? Вилле, концерт через несколько дней! -А? Репетиция? Какая репетиция? – кошу под дурочка - Мы тут разве что – то репетируем? А не тупо обсуждаем как побольше бобла состричь? -Вилле, прекрати! -Окей - окей, я буду лапочкой, - поднимаю руки вверх а-ля сдаюсь и иду к микрофону. Парни занимают свои места у инструментов. «We are so young, Our lives have just begun, But already we are considering Escape from this world…” Психую и с психу пинаю стойку микрофона. Та падает на пол, микрофон начинает фонить, все кривятся от этого звука. Поднимаю микрофон, адские звуки стихают, поворачиваюсь к клавишнику: -Эй, Барти, тебе что, ночью все пальцы переломали? Нет? Че ж ты тогда играешь так? Ты, дурья башка на полтора такта торопишь! -Нормально он играет! – вступается за Бартона Миже, - Это ты тут стоишь в микрофон ноешь! Когда петь то будем? -Что? Ты хочешь что б я тебя одного играть под счет заставил? Посмотрим, сколько у тебя тогда косяков будет! – начинаю нападать. -Парни, успокоились. Играем дальше, - выглядывает из-за установки Гас. -А ты вообще молчи, ходячий гамбургер! – практически ору. В репетиционной воцаряется тишина. Все смотрят на меня непонимающими взглядами. Да, кажется именно эти лица я вижу каждый день. -Да пошли вы все! – хватаю с дивана куртку и выхожу на улицу. Сажусь на ступеньки перед базой, достаю сигареты. Не понимаю что со мной. В последнее время все словно с рук валится. Песни им не нравятся…это я еще принес самое лучшее…они не видели то что я вчера сжег. В голову одна ерунда лезет. Все время вертится какая то мысль, а оформить её не могу. Словно чего-то не хватает. Как будто пытаюсь без огня сигарету подкурить… Все время в голову лезут глупые стихи про любовь, про одиночество. Исписываю целые тетрадки этим бредом, в результате все сжигаю и пишу про то как я ненавижу эту жизнь. Когда же началось это? Не могу точно сказать…идеи есть, но и они кажутся мне полным бредом. Я слишком привык к этому парню…Йонне… Теперь по утрам в постели жутко холодно, целой кружки кофе слишком много и я оставляю половину на подоконнике. Как будто кто то придет и допьет его. Иногда стою у окна, курю, закрываю глаза и кажется слышу как кто-то босыми ногами крадется по паркету и вот-вот подскочит, обнимет нежно и пожелает доброго утра. Но вместо этого только сигареты и недопитый кофе. Черт, уже почти две недели не могу в себя прийти. Я же сам сказал ему чтоб он ушел. Сам прогнал! И на то причины были. А теперь что, жалею значит? Я не могу долго жить под одной крышей с одним и тем же человеком. Мне нужна свобода. Все просто: этот парень всегда со мной соглашался, не мог сказать «нет». Мне было удобно с ним, удобно управлять им. Делать из него принцессу своего королевства. Принцесса… И зачем ты нужен мне? POV Jonne. В кухне слишком темно. Лампочка слишком слабая для этого помещения. Нашел первую попавшуюся, которая подошла. Глаза режет от сигаретного дыма, что плотным слоем витает почти от потолка до пола. Такое ощущение, что сижу в банке. Наливаю в стакан остатки вина, выпиваю и ставлю пустую бутылку под стол. Окидываю уставшим взглядом внушительную батарею из стеклотары, образовавшуюся у меня под столом. Сколько я уже тут сижу? Что за дата сегодня? Может сейчас раннее утро, а может поздняя ночь. Да, Йонне, докатился. Не помню тебя таким. Не понимаю, что такого случилось… Так, мелочи жизни. Ну бросил тебя Вало! Ну любил ты его! Ну и что теперь? Это еще не повод спиваться…Хотя…вообще-то повод. Достаю новую бутылку белого полусладкого, наливаю стакан до краев, немного перелив на стол. Хотя почему собственно любил? Люблю! Поэтому я сейчас здесь. Потому что противно мне быть где-то в другом месте. Противно даже в зеркало на себя смотреть. Я…глупый Йонне…думал это красивый роман, бегал счастливый, как идиот, и жил от встречи до встречи… Никогда еще не чувствовал себя таким влюбленным и счастливым и тут бабах! Большой бабах - «ты мне», говорит, «надоел». Я что игрушка какая? Или другой девайс для его удовлетворения? Резиновая кукла, так что ли? Любили Йонне, любили, как вдруг в магазин более крутые игрушки завезли и все! Йонне – это уже не круто. Теперь нам подавай грудастых, накрашенных….я между прочим тоже краситься умею! Только в отличии от наборов этих силиконовых я его действительно люблю. А он вот так… И главное понять не могу за какие такие заслуги я его люблю… Он никогда особой нежностью не отличался, никогда не обнимал меня, если я первый обниматься не лез. Правильно говорят – любовь зла, полюбишь и…Вало. Наливаю еще стакан, выпиваю почти залпом. Чувствую покалывание в кончиках пальцев. Так ведь можно и до кровоизлияния допиться. Да и черт с ним. Вот помру, тогда точно всем станет хорошо и весело. POV Ville. Как бы не ненавидела меня моя группа, есть всем надо. Как бы им небыло противно рядом со мной они все равно были обязаны приходить на репетиции и выслушивать каждый раз все что я о них думаю. Но от криков моих никому лучше не становится. Вот и сейчас возвращаюсь с очередной нервотрепки, репетиции так называемой. Опять наорал на Гаса, который уже шевелиться без моего позволения боится, поцапался с Линдэ, а ведь он и так почти всегда молчит, тут я еще… Миже в перекуре выманил меня на откровенный разговор по душам так сказать. Но что я ему сказать могу? Мне бы самому в этом всем разобраться. Миже только сказал в слух то, о чем я думал: «все это началось как только ты Йонне прогнал. С того момента и жизнь не мила и музыка не в кайф и вообще ничего не хочется. Так если любишь так его, зачем расстаться то с ним решил? Так же только больнее и тебе и ему. От Negative вон вообще ничего не слышно, ты бы хоть поинтересовался, жив он там или нет, Йонне твой.» Не знаю я зачем прогнал…вернее зачем прогнал знаю, а почему тоска такая теперь ума не приложу. Любовь… да разве это оправдание? Любить можно музыку, любить можно тишину…все остальное не любовь, так, физические потребности. Но…неужели они так важны? Тогда почему именно Йонне? Обычно для долгосрочных отношений выбирают девушку, женятся на ней, а там брак, дети и прочие вытекающие. С парнями на фестивалях фрилавить, да и только. Но наш с Йонне фрилав затянулся. Причем с осложнениями. Но если вдуматься… Такую девушку надо еще поискать что бы она сравнилась по нежности с ним. Найти такую, которая бы только отдавала и не требовала ничего взамен. Я никогда не видел таких преданных и любящих глаз, как те, льдисто – голубые, которые смотрели на меня вечерами. Те глаза в которых я, казалось, видел свои слезы. Я чувствовал его тепло, я наслаждался им. Он был солнцем в моей бесконечной ночи. А теперь его нет, и меня вновь окутывает тьма…вернее уже окутала. Что имеем, не храним, а потерявши плачем. Йонне, где же ты сейчас? Наверное веселишься с друзьями в каком нибуть баре, или спишь уже, время то за полночь. А я иду по темной улице, и в душе моей так же темно. Потому что ты мне нужен. Потому что я скучаю по тебе. Потому что я люблю тебя… End of second part.