Восстание мертвецов: остаться в живых!

— Я вижу, у вас тут проблемы, — встав спиной к спине с Нацу, принял боевую стойку стрелок. — А то, — небрежно вытер рукой измазанный в саже нос Драгнил, — полчаса их вынести не могу. Все лезут и лезут… Лезут и лезут! — закончив последнюю фразу, розововолосый облачился в «огненные доспехи» и с разворота ударил в челюсть очередного подбежавшего к нему каннибала, — Стинг и Роуг на пару с Эльзой пока справляются с обороной. — А Люси где? — Ее на разведку послали, — парень кивнул головой в сторону опустошенной длинной улицы, — из засады истребляет мертвецов, чтобы те близко к нам не подходили. — Ясно, — Грей выстрелил в голову одного из сумасбродов, ринувшегося в его сторону, так, что тот, выгнувшись, отлетел от удара пули в лоб на метр. — Где Гажил и Леви? Фуллбастер явно пришел в смятение после услышанных слов и на секунду замешкался в ответе. — Сказал, что догонит нас, — выпалил брюнет, — не знаю, где он сейчас. — Лады, ребята, пора здесь заканчивать! — крикнув товарищам, Нацу махнул им рукой, чтобы те в свою очередь ускорились. — Окей, поняли, — кивнули друг другу Чени и Юклиф, — закругляемся по-быстрому и валим отсюда…       Они расстреляли из М-16 свою последнюю партию людоедов и, прихватив с собой под руку Эльзу, побежали навстречу напарникам. Тем временем Саламандр, вскинув правую руку вверх, покрыл ее острой чешуей и стал скапливать крупицы своей энергии в крепко сжатом кулаке. Через пару секунд ее окутал небольшой огненный шар, похожий на снаряд для дальнострельной пушки. Чуть-чуть согнув локоть, Нацу тут же выпрямил руку и выпустил из нее пламенный заряд, устремившийся в небо, как сигнальную ракету для его напарницы. — Дурак, ты что делаешь? — тут же ткнул розововолосого в плечо Грей. — Мертвецы же заметят! — Ты предлагаешь вариант получше? — укоризненно пронзил взглядом товарища Саламандр. — Ребята-а-а! — вся команда обернулась на знакомый голос. — Вы уже закончили? — Ого, как быстро, — вылупил глаза на запыхавшуюся Люси Фуллбастер. — Я была неподалеку, поэтому быстро нашла вас, — периодически тяжело вздыхая, сипло произнесла блондинка. — Нужно быстрее уходить, пока не нагрянула толпа зомби, — Титания, готовая в любой момент повести за собой своих друзей, развернувшись в пол оборота, приняла командную стойку. — Наконец все в сборе. Поэтому… живо подбираем свои сопли и валим отсюда к чертям собачьим! — Не так быстро! — в пылу сражения в его смешанные звуки врезался отчетливый женский глас. Шум битвы тут же стих. Команда выживших насторожилась, приняв стойку боевой готовности. По толпе прошлась волна недовольства. Большинство пыталось понять, кто же это был. А точнее, была. Внезапно для себя Эльза кинула взгляд в отдаленные участки собравшейся массы и заметила, как отдельные люди вздрагивали от испуга и тут же уступали дорогу той загадочной личности. Наконец, один за другим, все каннибалы расступились. Из-за их спин сначала показалось дуло винтовки, затем люди узрели кроваво-красную шевелюру одной из используемых «перчаток» глав-командующей людоедами. Это оказалась никто иная как Корона. Всем было предельно ясно, что настроена она весьма не дружелюбно… — Пока я жива, вы отсюда не уйдете! — Я могу исправить эту досадную ошибку, — вспыхнув энтузиазмом, сказал Стинг, разминая кости правого плеча. Его внезапный порыв тут же был пресечен Роугом, остановившего товарища, ладонью стукнув по его грудной клетке. — В любом случае, никому из вас не сойти с места, — продолжила разговор Флер, прислонившись лицом к оптическому прицелу, — иначе тут же будете мною застрелены. — Правда, что ли? — каннибалистка тут же оторвалась от линзы, услышав издевательский баритон с вражеской стороны.       Как только девушка лишь слегка подняла голову, в ее лоб тут же уперлось холодное дуло пистолета Фуллбастера, стоявшего сейчас прямо перед снайпершей. Она, не на шутку перепугавшись, коротко выдохнула и затаила дыхание. Ее глаза расширились до неузнаваемости, а тело по неволе задрожало от «заячьего» страха. Не в силах даже моргнуть, она уставилась на искаженное в ухмылке лицо брюнета, державшего Корону на прицеле.       И, похоже, не только одна людоедка была повергнута в шок от такого маневра… Все остальные вокруг, не исключая спасательной команды, сейчас были не в силах что-либо предпринять из-за ярко выраженного на их лицах недоумевания. Они лишь молча наблюдали за тем, как черноволосый парень непонятным образом в мгновение ока очутился рядом с Флер и взял ту на мушку. — К-как ты это сделал?.. — девичий шепот дрожал настолько, что тот, кому были адресованы эти слова, еле различил их смысл.       Взамен на ответ Грей, нахмурив лоб, щелкнул затвором пистолета, давая всем понять, что оружие снято с предохранителя. Его правая рука с сияющей зеленым цветом татуировкой уверенно держала оружие и вот-вот была готова сорваться на выстрел. Дернувшись, Корона сглотнула слюну и запаниковала еще больше. По лицу стал стекать пот, Отмороженный явно добился желаемого результата. Хмыкнув, он сильнее сжал рукоять своей пушки и приготовился нажать на курок. У перепуганной до чертиков жертвы сперло дыхание, а сердце остановилось, заранее готовясь к фатальному исходу. Палец уже почти зажал спусковой крючок, как вдруг в ушах раздался еще один знакомый женский крик… — Стоять! — Грей повернул голову в сторону, откуда донесся этот звук. Из толпы показалась девушка с развивающимися до пояса синими волнистыми волосами. — Дождия? — рука предательски дернулась, глаза раскрылись. Воспользовавшись случаем, Корона тут же вскинула переднюю часть своей снайперской винтовки, уткнув ее в живот Фуллбастера. — «Вот черт…» — Нет смысла больше сражаться, — покачала головой Локсар. — Это еще почему? — все взгляды устремились на Драгнила, задавшего этот вопрос. — Минерва… мертва, — договорив, молодая красавица вытащила из-за спины испачканный в крови длинный тесак его прежней обладательницы и швырнула тот на асфальт в доказательство собственных слов. — Не может быть, — забыв обо всяких угрозах, Флер отстранилась от вражеского стрелка и, ринувшись в сторону выкинутого атрибута, упала на колени прямо перед ним. Грею оставалось лишь, положившись на подругу, отойти в сторону и молча прекратить свои действия. — Что мы будем делать без нашего лидера? — с разных сторон посыпались встревоженные мужские и женские голоса. Начались волнения. — Кто будет нашим следующим капитаном? — Я стану вашим новым предводителем, — Отмороженный испуганно посмотрел на голубовласку, гордо и громко произнесшую эти слова. — Нет, как же так… — шепотом пробормотал Фуллбастер. — А кто дал тебе право вызываться? — оторвавшись от разглядываемого предмета, вставая на ноги, гневно посмотрела на Дождию Флер. — Я ближе всех была к госпоже, — буквально выплевывала от ярости слова девушка, — и мне положено занять ее место, а затем решить, что делать с непослушными тварями вроде тебя! — У тебя нет того, что есть у меня, Корона, — Локсар, вытащив свое лезвие из чехла, прокрутила то в руке и из рукояти достала небольшую колбочку, завернутую в старую бумагу, с бежевым порошком.       Каннибалы, сразу же поняв, что находится внутри, изменились в лице и, как было видно, приняли сторону этой бледнокожей эксцентричной на вид девушки. Снайперша же сама обомлела от увиденного и вновь испытала ту дрожь, будто от прикосновения смерти. Лишь «не званные гости», оставаясь в неведении внимательно наблюдали за реакцией их соперников и пытались вникнуть в то, какое же содержимое таила эта малехонькая бутыль. — Это последняя! — добавила каннибалистка для тех, кто из людоедов особо туго соображал. — «Да что же в этой гребаной пробирке находится?..» — терзала себя назойливой мыслью Эльза.       Дождия, вскинув подбородок вверх, поставила перед собой свой огромный нож острым концом вниз и сложила обе ладони на его рукоятку, принимая достойную лидера позу. Толпа вновь оживилась и, подняв суматоху, стала собираться вокруг их нового командира. Таким образом, теперь за спиной юной девы красовалась целая дивизия всех недо-людей, покорно принявших ее сторону. Ну или почти всех?..       Обескураженная, в шоковом состоянии, Флер наблюдала, как все «ее куклы» переметнулись на сторону всегда мешавшей, ненавистной напарницы. Ее душу потихоньку стала покидать надежда на то, что хоть что-то изменится в ее пользу. Она не выживет одна посреди этого ада наяву, не хватит сил. Нет больше смысла оставаться здесь. Ведь даже если она пойдет за Локсар, это же все равно не вернет госпожу к жизни… — Лучше сдохнуть, — сквозь зубы прошипела аловолосая.       Тут же, не дав никому из присутствующих фору, чтобы остановить ее, с молниеносной скоростью поднеся дуло винтовки к горлу, снайперша прострелила себе голову, выпустив патрон в челюсть. Пуля прошла насквозь, из макушки и изо рта каннибалистки брызнули капли свежей крови, и уже через мгновение ее мертвое тело вместе с оставленным ею оружием бесполезным грузом упало на асфальт.       Столь внезапный суицид вызвал новую волну беспокойства среди подчиненных. Дождия не знала, как реагировать на это, она просто стояла, широко раскрыв веки. Однако удивлена была не только она. Пораженные не меньше людоедов товарищи все это время с замиранием сердца смотрели за этим «представлением», они ждали действий с ее стороны.       Из шокового состояния весь находившийся здесь народ вывел скрежет железа неприятным звуком, закравшимся в разум. Предводительница сложила обратно в ножны свой меч. Обоснование ее решению пытались найти так же абсолютно все, но это им плохо удавалось. Послышался громкий звук стучащих каблуков. Голубоволосая юная особа не спеша подошла к опешившему коротко стриженному брюнету.       «Фредерик Шопен -Yann Tiersen — Motherʼs Journey- Весенний вальс» — Я… я не понимаю, Дождия, — растерянно произнес Грей, не в силах пошевелиться под взглядом этих глубоких и бездонных синих глаз.       Девушка ничего не ответила юноше. Ее рука медленно поднялась в воздух и потянулась к обнаженному мужскому торсу. По ее каменному лицу Фуллбастер не смог, хотя с легкостью делал это раньше, прочитать ни единой эмоции, ни единой мысли, как будто тяжелый груз, сдерживаемый ее душой, рвался изо всех сил наружу, но все же контролировался его хозяйкой. Бледные тонкие ухоженные пальцы с длинным маникюром слегка прикоснулись к правому боку ее возлюбленного. Ледяная ладонь приятно обожгла кожу молодого человека, отчего по его спине прошлась волна мурашек, а он сам устремил стеклянный взгляд в пустоту, переживая внутри бурю, спектр эмоций.       Но вдруг ногти бордового оттенка впились в бедро Отмороженного. От неожиданности и легкой боли он поморщился и вернулся в реальность, очнувшись от короткого, но такого сладостного забвения. Его взгляд упал сначала на ее руку, затем посмотрел ей в глаза. — «Невозможно!» — единственное, что пронеслось в голове у парня.       Выражение ее лица стало настолько печальным и грустным, что оказалось совершенно не сравнимым с ее недавним состоянием. В этих глазах была такая горечь, такая боль, томимая долгими днями, часами, секундами…       Указательный палец стал потихоньку чертить кровавую полосу по обнаженной коже, оставляя на ней не затягивающийся шрам. Она оторвала руку и незаметно для остальных вложила в нее пузырек с тем самым песком. Затем Локсар провела поперек такую же линию, оставив на теле Грея шрам в виде креста. В этот момент она ловко вложила бутыль в тряпичный ремень, заставив тем самым его обладателя заметно изумиться. Но, чтобы пресечь любые действия с его стороны, голубовласка тут же схватила парня за плечо и слегка подалась вперед. Сердцебиение обоих на мгновение замедлилось, отодвинув на второй план все остальные посторонние шумы. Горячее дыхание опалило кожу вороньей головы, а затем до слуха Фуллбастера донесся ее тихий шепот: — Прощай, — всего лишь одно слово.       По бледной щеке потекла слеза. Он едва заметил это краем глаза, когда девушка, разворачиваясь в противоположную сторону, быстро вытерла ее рукой. — «Она… п-плачет?»       (Конец мелодии) — Отлично, жертва помечена! Можно уходить, — вновь застучав каблучками, направилась к своей команде лидер каннибалов. — А? — откровенно донеслось из толпы подчиненных. — Теперь все будут знать, что это моя добыча, — она бросила последний осторожный взгляд на Грея, — и ничья больше… — А как же наш ужин? — Наши силы не равны, зачем попусту тратить время.       С этими словами Дождия подала сигнал всем своим слугам, чтобы они шли за ней. Процессия, мигом образовав ровный строй, последовала за командиром в открывшееся перед ними подземелье. Свет факелов стал медленно угасать и пропадать из виду, а шумная возня среди людоедов стала постепенно утихать. Так продолжалось, пока пыльная крышка от входа в подвальные помещения не закрылась с глухим хлопком, повергнув всю окружающую среду в гробовое молчание.       Как только Грей пришел в себя, он судорожно вытащил пузырек с неизвестным содержимым и развернул бумагу, которая плотно покрывала стекло. Отмороженный раскрыл упаковку и заметил на ней слегка смазавшиеся буквы. — «Это чернила… Письмо!»       Он тут же принялся разворачивать папирус. На материале были явно видны некрасивые разводы в нескольких местах, говорящие о том, что туда попала вода. А что, кроме слез, может вызвать такое горькое послание любимому?..       Трясущейся рукой, еле сдерживая бумагу в пальцах, юноша начал читать:       Милый Грей…       В колбе, что находится сейчас в твоих руках, находится смесь, которая способна сбивать мертвецов со следа и скрывать людской запах. Совсем недавно мы нашли целый заброшенный склад с тоннами такого порошка и, забрав к себе на базу, осыпали им весь ее периметр. К сожалению, ее эффект оказался недолговечным. А эта бутыль — последняя во всей Америке.       Любой каннибал готов сражаться за нее до потери пульса, поэтому… вопрос о моей смерти, лишь дело времени. А сейчас, пожалуйста, прими эту драгоценную вещь, способную спасти все человечество, от меня в знак бесконечных извинений за то, что произошло сегодня вечером.       Дождия не знала, что этот мужчина — отец Грея. Дождия сожалеет. Ей не будет прощения за то, что она совершила…       Но пока Дождия жива, она пишет это письмо и хочет, чтобы оно достигло своего адресата. И если ты прямо сейчас читаешь его, то знай, что я, хоть и опороченная непростительным грехом… все же я люблю тебя.       И поэтому я говорю «Прощай», чтобы Милый Грей, которому Дождия причинила столько боли и неудобств, жил вместо нее. — Д-дождия… всхлип, — на клочок бумаги упали три слезинки. По щекам брюнета потекли теплые дорожки. В черных блестящих глазах отражался текст, разрывающий сердце на части. — НЕ-Е-ЕТ! — упав на колени и сжав со всей силы это проклятое письмо, он закричал во все горло так, что в небо взлетели все перепуганные вороны, взгромоздившиеся на тушах мертвых тел. Их перья требухой разлетелись по сторонам, словно черный снег, выпавший в непогоду.

***

      Крик души этого юноши эхом отразился от стекл высоких небоскребов и немым вопросом застыл в воздухе: за что?..