Девочка-бунтарка.

Вечер наступил, и в доме Миллс царило долгожданное спокойствие. Регина выполнила свое обещание — приготовила лазанью, а на десерт испекла вишневый пирог. Юная Эмма и Генри были просто в восторге, они за обе щеки уплетали вкусные блюда. Брюнетка была довольна собой, она смогла порадовать детишек и, тем самым, установить мир в своем доме. Регина видела, что Генри немного побаивается Эмму, ведь он успел понять, насколько непредсказуемой может быть его молодая биологическая мать. Сама Свон смягчилась к мальчику, ей было приятно знать, что младший брат искренне беспокоится за нее и хочет помочь ей сблизиться с матерью. - Спасибо, мам. Очень вкусно, правда, Генри? - с довольной улыбкой сказала Эмма, глядя на не менее довольного мальчика. - Да, просто объедение, - согласился Генри, переглядываясь с блондинкой. - Может еще по кусочку пирога? - Давай, - поддержала парня Эмма и оба взяли с тарелки еще по одному куску. - Смотрите, не лопните, - со смешком ответила Регина. Ей было приятно слышать похвалу, сегодня она впервые услышала ее от Эммы. Невольно Миллс подумала о том, что сказала бы взрослая Эмма, если сидела бы тут вместо своей юной версии. - «И почему я об этом подумала? Верно, Свон никогда не ужинала за этим столом, и кто бы мог ожидать, что сейчас, когда она считает меня своей мамой, мы будем вместе ужинать. Это так непривычно, так... правильно. Словно она - часть этого дома, часть... моей семьи. Черт, что за мысли лезут в голову? Надо как можно скорее вернуть прежнюю Эмму и забыть о том, что случилось». Когда ужин подошел к концу, Эмма встала из-за стола и, подойдя к Регине, поцеловала ее в щеку. Этот невинный жест удивил не только Миллс, но и Генри. Свон не обратила внимания на реакцию матери, она еще раз поблагодарила за вкусный ужин и с довольной улыбкой покинула кухню. Генри первый опомнился, он повторил за Эммой и поспешно покинул помещение, оставив ошарашенную Миллс одну. - И что это было? - спросила в пустоту Регина. Такое поведение Свон было непривычно и нежданно, единственным человеком, к кому Эмма проявляла нежность, был Генри. Отношение блондинки к Регине становилось все более запутанным и непонятным. - Что мне с тобой делать, Эмма? Почему я? Сейчас Миллс не могла ответить, и в данный момент она была слишком измотанной, чтобы думать над своими вопросами. Она встала из-за стола и начала убирать посуду. Помыв ее, она пошла в гостиную и налила себе стаканчик яблочного сидра, почувствовав себя уставшей и вымотанной. Ситуация с Эммой очень напрягала ее, особенно сейчас, когда Зелена все еще на свободе и представляет опасность для всего города. От размышлений Регину отвлек дверной звонок. Миллс поставила стакан на журнальный столик и пошла открывать дверь вечернему гостю. - Робин? - немного удивилась мадам мэр. - Привет, - с нежной улыбкой поздоровался и Гуд. Он крепко обнял женщину и поцеловал. Регина обвила шею разбойника и ответила на поцелуй. - Я соскучился по тебе. - Я рада, что ты пришел, - с улыбкой произнесла Миллс, сильнее прижимаясь к мужской груди. - Как ты? - спросил Робин, когда они прошли в гостиную. - Ужасно, - честно призналась Регина и устало прикрыла глаза. - Сегодня был самый изнуряющий день в моей жизни. Я как выжатый лимон. - Я слышал про Эмму, - увидев удивленное лицо любимой, Гуд пояснил. - По городу ходит слух, что Эмма стала подростком. Это так? - Откуда все всё знают? - нахмурилась Миллс и взяла в руки стакан с сидром. Сделав глоток, она снова посмотрела на Робина. - Да, Эмма сейчас подросток и живет в моем доме. - А почему не с Дэвидом и Мери-Маргарет? - теперь удивился Гуд. - Эмма считает меня своей матерью, - с усмешкой пояснила Миллс. - Своих настоящих родителей она ненавидит и не желает иметь с ними ничего общего. Ты бы слышал, что она сказала Белоснежке. В словах Эммы было столько ненависти, что даже меня это сильно удивило. Генри даже немного побаивается ее теперь, а Дэвид... все очень сложно. - Все будет хорошо, - Робин подошел к Регине и прижал к себе. - Мы вернем прежнюю Эмму. От меня толку мало, но я сделаю все, чтобы помочь тебе. - Спасибо тебе, - Регина обхватила шею мужчины руками и приблизила его лицо к себе. Робин быстро все понял и припал к губам Миллс. Брюнетка ответила на поцелуй и теснее прижалась к своему лесному разбойнику. Для Регины и Робина внешний мир перестал существовать, они чувствовали лишь друг друга. Они не могли видеть с какой жгучей яростью на них смотрела стоящая на пороге гостиной Эмма. Ее всю трясло от злости, руки были сильно сжаты в кулаки, с губ едва слышно вырывался рык. Внутри нее что-то оборвалось, разорвало невидимые цепи, эмоции взяли над ней вверх. - Отойди от нее, - угрожающе прорычала Свон, делая уверенный шаг вперед. Регина первая оторвалась от губ мужчины и непонимающе посмотрела на Свон, услышав ее слова. Увидев злобный взгляд блондинки, Миллс инстинктивно почувствовала исходящую от нее угрозу и опасность. Эмма не сводила холодного взгляда с ничего непонимающего Робина и походкой пантеры подходила к ним. Подросток перед собой видела только Гуда, только его ей хотелось порвать на кусочки, лишь его она ненавидела больше всего в данный момент. - Эмма, что ты здесь делаешь? - первая опомнилась Регина и хотела разрядить обстановку. Она видела, как блондинка смотрит на ее любимого. Такой убийственный взгляд не предвещает ничего хорошего. - Привет, - подал голос Робин и приветливо улыбнулся. - Как дела? - Не твое дело, - огрызнулась Эмма, глядя на Гуда. - И отойди от моей матери. - Вернись в свою комнату, - вежливо попросила Миллс, поведение «дочери» начало сильно раздражать ее. - Моя личная жизнь тебя не касается. - Регина, - предостерег ее Робин. - Все хорошо, успокойся. - Еще как касается! - возразила Эмма, проигнорировав последние слова Гуда. - И мне не нравится, что около тебя ошивается этот тип! Сейчас ты ничем не лучше отца! - Пошла вон из моего дома! - не сдержалась Миллс. - Я не намерена больше терпеть твои выходки! С меня хватит! - Ты всегда меня выгоняешь, как что не так! - повысила голос и Эмма. Про присутствие Робина она забыла, всю свою ярость она направила на брюнетку. Обида с новой силой нахлынула на нее, ей было больно, и это чувство разрывало ей сердце. - Тебе никогда не хватало духу поговорить со мной откровенно! Ты всегда игнорировала меня, мама! - Хватит называть меня мамой! - разозлилась Регина. - Я тебе не мама, а ты мне не дочь! У меня только один ребенок, и это Генри! Ты мне никто, Эмма! Мне надоело терпеть твои выходки, с меня хватит твоих упреков и нытья! - Что? - вся злость Эммы улетучилась, уступая место растерянности и шоку. - Мам, что ты такое говоришь? - Регина, успокойся, - вмешался Робин, пытаясь разрулить неприятную ситуацию. - Ты сейчас можешь наговорить лишнего. - С меня хватит, Робин, - все еще злясь, ответила Миллс. - За один день она вывела меня так, как никогда в жизни! - Прости, - поникла Эмма, виновато опустив голову. - Убирайся из моего дома! - Регина кинула в сторону Свон злобный взгляд. - И не смей больше возвращаться сюда! Возвращайся в свой дом к своим родителям, а меня оставь в покое! Эмма ошарашенно начала отходить назад. Она сильно побледнела, внутри все оборвалось. Слова матери больно резанули по сердцу блондинки. На глазах невольно начали выступать слезы, которые беззвучно потекли по щекам: - Почему? Робин сочувственно посмотрел на подростка, услышав в одном слове столько боли и непонимания. Ему было жаль Эмму, он мало что понимал в данной ситуации, но хотел помочь этой девочке. Он с осуждением посмотрел на Регину и начал делать первые шаги в сторону блондинки. Эмма не замечала его приближения, она все так же ошарашенно смотрела на тяжело дышащую от злости Миллс. - Послушай, - Эмма вздрогнула, когда услышала близко голос Гуда. Она быстро перевела свои глаза на него. - Тебе лучше вернуться в комнату и пока не попадаться Регине на глаза. Дай ей время успокоиться. Эмма смотрела на Робина и молчала. В ней снова поднялась волна злости и агрессии. Слезы в момент высохли, руки сжались в кулаки. Не задумываясь о последствиях, Свон изо всех сил ударила Робина по лицу. Мужчина от неожиданности оступился и упал на пол, держась рукой за нос. Между его пальцев сочилась кровь. Эмма вложила столько сил в один удар, что сломала Робину нос. Регина подскочила к разбойнику и опустилась на колени. Свон стояла на месте и тяжело дышала. Ей стало немного легче, о своем поступке она ничуть не жалела. Миллс на мгновение бросила в сторону блондинки испепеляющий взгляд и полностью сосредоточилась на Робине. Безразличие матери к ней задело Эмму за живое. За сегодняшний день она проявила заботу и любовь только к Генри и к этому мужчине, которого Свон считала чужаком. Сейчас она остро ощутила себя ненужной и неродной. Эмма поняла и осознала, что для своей матери.... она ничего не значит, для нее она - пустое место. Ничего не говоря, Свон развернулась и выбежала из дома, громко хлопнув дверью. Робин с осуждением посмотрел на Регину, продолжая зажимать нос рукой: - И чего ты добилась? - Не надо было выводить меня из себя, - оправдывалась Миллс, прикладывая лед к разбитому носу разбойника. - Она же ребенок, - добавил Гуд, наслаждаясь приятной прохладой. Боль немного поутихла. - Знаешь, а у нее тяжелая рука. Крюк рассказал мне, что в Зачарованном лесу он дрался с Эммой и она с одного удара уложила его на лопатки. Регина, тебе стоит извиниться перед ней. - Не сегодня, - устало ответила Миллс. - Завтра я займусь зельем. Чем быстрее она станет собой, тем быстрее я избавлюсь от ее общества. - Зря ты так с ней, - признался Робин. - У тебя появился шанс лучше узнать и понять Эмму. Я знаю, что ее в городе все любят и уважают, но мало кто видит, что у нее в душе творится. Никто не понимает, какую ношу она несет на своих хрупких плечах. Я, конечно, плохо знаю Эмму, но много наслышан о ней. Она — герой Сторибрука, но в тоже время она - человек, как и все. То, что она сегодня вытворяла... это не просто так. Даже ударив меня, это было проявлением ее эмоций, высвобождением чувств из клетки. Слишком долго она все держала в себе, она просто... сорвалась. - Откуда у тебя такие познания в психологии? - удивилась Регина. - Я просто много повидал в своей жизни, - с усмешкой ответил Гуд. - Да и у Эммы все на лице написано. К тому же все подростки в ее возрасте были неуправляемыми бунтарями. Ты себя вспомни в ее возрасте. - Давай не будем об этом, - попросила Миллс. Регине не хотелось вспоминать прошлое, не хотелось прокручивать в голове события многолетней давности. Она хорошо помнила себя в том возрасте, в который сейчас впала Эмма. Тогда она любила и тогда же ей жестоко разбили сердце. Собственная мать разрушила счастье дочери, убив на ее глазах Дэниэля. - Хорошо, - почувствовав перемены в настроении Миллс, Робин решил закрыть тему. Он не знал, что сказал не так, но понял, что его слова задели Регину за живое. - Пойду проверю, как там Генри, - поднимаясь на ноги, сказала мадам мэр. Робин не стал ее останавливать, просто проводил ее молчаливым взглядом. Регина была благодарна Робину за понимание, сейчас ей было просто необходимо остаться одной и подумать о том, что делать с Эммой. Как быть с ней дальше. Она вспылила, сказала много лишних слов, которые больно ранили подростка. Миллс видела слезы Эммы, но в тот момент они ничуть не тронули ее, но сейчас.... ей было стыдно перед блондинкой. Одно дело сказать такие слова взрослому человеку, а совсем другое — так срываться на ни в чем неповинном ребенке. - Прости меня, Эмма. Прости....