Парижское чудовище

На моем балконе, на самом высоком этаже самого роскошного пентхауса Парижа стояла та самая сморщенная, сгорбленная старушка, которой я вчера отказал в помощи. - Ч-что ты здесь делаешь? – неожиданно хриплым голосом произнес я, чувствуя, как от страха начинают трястись руки, а сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки, словно я только что пробежал марафон. Она молчала и улыбалась, выпучив свои блеклые глаза на меня, и совершенно не моргая. - Что ты здесь делаешь? – вновь громко произнес я, надеясь скрыть дрожь в голосе, чувствуя, как между лопаток скользнула холодная капелька пота. Она улыбнулась еще шире, и в этот момент я заметил в её руках небольшое зеркальце с резной ручкой и помятую алую розу… Стоп, а это случайно не та роза, которая вчера весь вечер украшала карман моего пиджака, и которую я, позже, заходя в дом, выкинул в мусорное ведро? Бред, не может быть, не могла же эта сумасшедшая специально рыться в мусорном баке, что бы откапать какую-то несчастную розу… - Время платить по заслугам, Франциск. Что?! Господи, эта ненормальная еще и имя моё знает?! Что здесь вообще происходит?! - По заслугам? Что ты имеешь ввиду? - Настал час возмездия. Это значит, что ты потерпишь заслуженное наказание. - О чём ты? – я отступил на шаг назад, боясь, что старуха сейчас вытащит из-за пазухи какой-нибудь там нож, да и зарежет меня ко всем чертям. Внезапно она рассмеялась, подходя поближе ко мне, и протягивая свою морщинистую руку к моему прекрасному лицу. Не знаю почему, но в тот момент я не сопротивлялся, просто позволил её костлявым пальцам поглаживать меня по нежной щеке. - Успокойся, я не собираюсь тебя убивать, я приберегла для тебя кое что получше. Внезапно моё тело пронзила адская боль, и я, скорчившись, упал на пол. Дыхание сперло, тело будто бы горело в огне. Глазами, полными слез, я взглянул на старуху, но на её лице не дрогнул не один мускул. Она стояла и наблюдала за моими мучениями, широко улыбаясь. - Франциск, - серьезным голосом произнесла она, глядя мне прямо в глаза, и, как показалось мне, этим самым взглядом она выворачивала мою душу наизнанку, заставляя меня еще сильнее корчиться от жуткой, нестерпимой боли. – Вспомни всё содеянные тобою грехи, и покайся! - Каюсь! – надрывным голосом произнес я, стараясь не кричать от прожигающих тело мук. – Умоляю, прекрати это всё! - Франциск Бонфуа – ты совершил в своей жизни много деяний, и, увы, чаща с плохими поступками перевешивает чашу с хорошими. Вчера, когда я просила тебя помочь мне с деньгами, проводить домой или подарить розу – я давала тебе последний шанс, что бы избежать наказания, но, увы, ты этот шанс не использовал. - Умоляю! – прокричал я. – Ты права, я был сволочью и ублюдком, но избавь меня от этих мук, дай мне еще один шанс исправиться, и я… - Нет, Франциск. – холодно произнесла она. – Ты не заслуживаешь второго шанса. Ты ведь знаешь, что раньше за воровство вору отрезали руки, а за ложь лгуну в горло заливали расплавленный свинец? Короче говоря, у провинившегося отбирали то, с помощью чего он совершил свой проступок. Сейчас и я отберу у тебя то, с помощью чего ты многие века разбивал сердца невинных девушек и юношей, ломая им судьбу, и обрекая на вечное одиночество. Я почувствовал, как боль резко выпустила меня из своих цепких объятий. Привстав на локтях, я кинул на старуху вопросительный взгляд. В этот момент на её лице появилась легкая, умиротворенная улыбка, и она протянула мне в руки зеркало, которое держала в руках. - Познакомься со своим истинным обликом, Франциск. То, что я увидел в зеркале в следующую секунду, повергло меня в настоящий шок. - Что ты сделала со мной? – мой голос из звонкого и прекрасного превратился в хриплый и низкий, словно у курильщика с 50-летним стажем. - Я всего лишь изменила твою внешность подстать твоей уродливой душе. Ну как, нравится свой внутренний мир? Из зеркала на меня смотрел монстр. Из зеркала на меня смотрел монстр. Вместо моего прекрасного лица, там было лицо человека, побывавшего в автомобильной аварии как минимум раз десять, и при этом после этих аварий над ним еще поработал хирург-извращенец с явными психологическими проблемами. Белая, словно у мертвеца, кожа во многих местах шелушилась, а всю правую половину лица покрывал сморщенный, красный ожог. Нос, левую бровь и скулу рассекали неаккуратные шрамы. Волосы были сальными, тонкими и седыми. Тело моё было также бледным, покрытым шрамами и ожогами, ногти на руках слоились, благо фигура осталась такой же накачанной и красивой, но уродство, создаваемое шрамами и ожогами, подавляли всю оставшуюся красоту. Открыв рот, я обнаружил, что от моей «голливудской улыбки» не осталось и следа. Рот был полон желтых, кривых зубов, а клыки стали длинными и острыми, будто я был вампиром. Так же из моей головы росли небольшие, но заметные рожки, из такой же сморщенной кожи, как и ожог на лице. Я открыл рот и закричал, но крик мой был нечеловеческим, звериным, будто вой волка или рев медведя. - Что ты сделала со мной?! Верни всё обратно сейчас же, или, клянусь, ты пожалеешь, что появилась на свет! Старуха рассмеялась холодным, режущим барабанные перепонки смехом. - Ты не сможешь убить меня, Франциск. Я – ведьма. Даже если ты убьешь меня, в скором времени я восстановлюсь вновь. И, кстати говоря, заклятие я снять тоже не могу, это можешь сделать только ты. Это всё ложь, ложь, ложь! Этого не может быть! Это не может происходить со мной! Сон, это просто дурной сон, и мне всего лишь нужно проснуться! - Это всё сон, – дрожащим голосом выдавил из себя я. Ведьма проигнорировала мою реплику, и продолжила смотреть на меня сверху вниз, словно госпожа на провинившегося раба, которого вот-вот должны казнить. - Всю свою жизнь ты был самовлюбленным и жестоким. Тебе чужды такие чувства как «сострадание», «преданность» и «любовь». Но, тем не менее, в твоем прогнившем сердце все еще теплиться нежность к одному человеку, и именно благодаря этому я подарю тебе последний шанс вернуть всё назад. Что? О чём она говорит? В сердце теплиться нежность к одному человеку… Но кто этот человек? Не может быть, что бы я испытывал к кому-то светлые чувства, сам не зная об этом! И неужели это единственное хорошее, что осталось во мне на данный момент? Если это так, то дела у меня и вправду обстоят хреновее некуда. Ведьма будто бы прочла мои мысли, после чего сказала: - Да, Франциск, ты прав, дела у тебя обстоят неважно. Но поблагодари меня за доброту душевную – лишь благодаря ей я даю тебе последний, крохотный шанс, что бы всё исправить, - она положила на подоконник ту самую помятую розу, которую до недавнего времени держала в руке. – У тебя есть время всё исправить, пока с этой розы не упадет последний лепесток. Ты должен найти человека, который подарит тебе поцелуй истинной любви. Сон, просто дурной сон, сон… - Никто не сможет полюбить монстра. - Ты и вправду думаешь, что если у тебя не будет смазливой мордашки, то никто не сможет тебя полюбить? – старуха криво усмехнулась. - Да, - кивнул головой я, чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слезы. – Никто во всем мире не сможет полюбить такого урода, как я. Ты дала мне ничтожный шанс, что бы всё исправить, у меня ничего не выйдет… Ведьма неожиданно мягко улыбнулась. - Ну-ну, не плачь. Я ведь не превратила тебя в волка или медведя, или, например, в кентавра? По крайней мере, ты можешь выполнять все действия, которые ты выполнял в обыденной жизни до того, как я наложила на тебя проклятие. - Прошу тебя, сделай меня прежним. - Я не могу, - пожала плечами женщина. – Поищи того, кто откроет тебе глаза и полюбит тебя не за внешность, а за внутренний мир. - Ну да, за внутренний мир, - я усмехнулся. – Часто ты видишь, что девушки бросаются на шею уродам-добрячкам только потому, что у них охрененно богатый внутренний мир? Ведьма пропустила мою фразу мимо ушей. - Человек, которого ты выберешь, должен полюбить тебя таким, какой ты есть. И помни – ты должен полюбить его в ответ. Это будет трудно, но вполне выполнимо. Что бы снять заклятие, ты должен доказать вашу любовь поцелуем. Ага, bien*, попробуй найти дурочку, которая влюбиться в такого урода, как я, да еще и поцелует. - Послушай, - я наконец соизволил встать с пола, так как почувствовал, что от холода у меня начинает неметь тело. – Всё это, конечно, очень забавно, но я прошу тебя, хватит устраивать спектакль – немедленно преврати меня обратно! Старуха покачала головой и произнесла. - Помни - у тебя есть время, пока с розы не упадет последний лепесток. И, кстати, зеркало, которое я тебе дала, тоже не простое – с помощью него ты сможешь наблюдать за любым человеком в любой точке мира, стоит тебе только о нём подумать. Я удивленно покосился на зеркало, которое держал в руках. Ну что ж, если бы это был не сон, то я бы даже порадовался тому, что теперь у меня есть такая полезная вещица. - Удачи, Франциск. Затем она исчезла. *отлично