Heartbreaker

Lost my faith and trust You and I know Gold don't turn to rust I still swear that we can reign Like the kings and queens of better yesterdays © Rihanna - Towards the Sun Питер всё так же сидел на коленях Джонса, перебирая тонкими пальцами тёмные волосы на затылке пирата, и глубоко вдыхал запах морского бриза и солёной воды, которыми Киллиан пропитался, казалось, насквозь. Сам капитан при этом осторожно поглаживал мальчика по спине, не намекая на большее. Сейчас это было бы лишним, а столь хрупкий момент зарождающегося доверия могло разрушить любое неосторожное слово или действие. Казалось, они могли бы просидеть в этой уютной тишине весь остаток отмерянной им вечности, так и не сказав друг другу ни слова, но прекрасно понимая всё. Впрочем, вечность кончилась быстрее, чем они надеялись. Питер встрепенулся, сбрасывая с себя расслабленное состояние, и вновь надел свою привычную личину Демона Всея Неверлэнда. Он приложил палец к губам Джонса, как раз собиравшегося спросить, в чём дело. Теперь и Киллиан расслышал тихий шорох листьев и приближающийся хруст веточек – кто-то шёл прямо к ним. - Продолжай играть в доброго пирата перед ними. Если дойдёт до второго плана, мне понадобится свой человек в их рядах, – тихо прошептал Пэн ему на ухо и беззвучно исчез, задев пальцами напоследок изумрудную серьгу в ухе капитана. - Приятель! Вот ты где. Заблудился что ли? – продрался, наконец, сквозь кусты Бэйлфаер. Тут Джонс вспомнил, что, в общем-то, сказал всем, что пойдёт за дровами... о которых благополучно забыл, озаботившись более важными проблемами. Вот только как оправдаться теперь перед Бэем, как объяснить, где он шлялся столько времени? Его могут заподозрить... - Устал? Хочешь, помогу дотащить? – неожиданно участливо спросил Нил, кивая куда-то вправо от пирата. Повернув голову в указанном направлении, Киллиан узрел приличную такую гору хвороста для костра. Джонс мысленно горячо поблагодарил Питера за подобную осмотрительность. - Буду благодарен, – усмехнулся капитан и потянулся к фляге с ромом. Нужно было немного прийти в себя после всего сказанного Пэном. Если Питеру надо, чтобы Светлые считали, что Киллиан на их стороне, то он использует свой актёрский талант по максимуму, чтобы даже Эмма не почувствовала неладное своим «радаром». Они вернулись в лагерь и сразу попали под взволнованный взгляд Свон, которая, похоже, втайне боялась, что Крюк и Нил поубивают друг друга из-за неё. Киллиан усмехнулся и подмигнул блондинке. Да, набить морду Бэю хотелось. Хотя бы за то, что разбил сердце красавице. Но фирменная промывка мозгов от Питера всегда работала безупречно, и теперь Джонс мог сосредоточиться на главном – помочь Пэну спасти остров и его обитателей любой ценой. - Тебя долго не было, – подозрительно прищурившись, произнесла Снежка, подкидывая веточки в костёр. - Прошу простить, миледи, если заставил волноваться, – Джонс обворожительно улыбнулся. – Не хотел мешать уединению любящих сердец. Чарминги дружно закатили глаза. Так-то лучше. Киллиан похвалил себя за выбранную тактику. Подобное поведение даже Питера выбешивало порой, что уж говорить о неподготовленных героях. - Итак, на повестке дня у нас побег с острова, – Эмма протянула руки к костру. – Слушаю ваши предложения, господа. - Тень Пэна, – усмехнулся Нил. - Это твой путь с острова? – недоверчиво нахмурилась Спасительница. - К сожалению, это единственный нелегальный способ выбраться отсюда, – вздохнул Бэйлфаер, прекрасно помня, как тяжело ему дался побег в тот раз. Джонс слушал их и с тревогой понимал, что компания светлых имеет уже вполне реальные шансы выбраться отсюда. А если Питеру не удалось вывести из игры Крокодила, то и Генри они могут спасти. И уж тогда-то придётся совсем тяжко... всем им. - Мы думали, ты умеешь ориентироваться по звёздам, – тоже нахмурился Дэвид. - Я умею ориентироваться по звёздам, но не умею летать, – пояснил Бэй. - Для этого нужна Тень Пэна? – догадалась Белоснежка. - Но как мы её добудем, если Пэн подпускал нас к себе достаточно близко, только когда сам того хотел? – поинтересовалась Эмма с нотками отчаяния в голосе. Киллиан мысленно похвалил девушку. Похоже, она начинала в полной мере осознавать суть Питера. Как же. Пока сам на грабли не наступишь, на чужие шишки будешь смотреть свысока. А ведь Киллиан предупреждал их не раз и не два. – Подобраться к нему незаметно... это просто безумная идея. - Вот только Тень гуляет сама по себе, – решил вмешаться Джонс. Пора было зарабатывать очки полезности для себя на будущее. – Она выполняет его приказы издалека. - И что это даёт нам? – уточнил Прекрасный. - Это значит, мы сможем заполучить Тень, не приближаясь к Пэну, – предвкушающе усмехнулся Нил. – При условии, что мы знаем, где искать. А я знаю. Киллиан сжал зубы так, что заиграли желваки. Он тоже знал, где обитает Тень. Не зря же Питер в своё время строго настрого запретил кому-либо соваться в Тёмную Лощину и огородил ещё непроходимыми зарослями. Никто на острове не рисковал туда соваться, кроме самого Пэна, потому что тени подчиняются только ему и его Тени. И никому более, с радостью убивая любого, кто ослушается их Хозяина. - Ладно, значит, мы займёмся Тенью, – Эмма решительно поднялась. - Я иду с вами, – заявил Джонс. Не хватало ещё, чтобы оба родителя Генри погибли в первую же секунду пребывания в Лощине. А так, Тень Пэна не тронет его без прямого приказа, а значит и остальные нападать не будут без нужды. Киллиан сыграет роль живого щита. - Спасибо, друг, – искренне поблагодарил Бэй. Киллиан лишь грустно улыбнулся. Сын Тёмного как был наивным ребёнком, так им и остался в душе. Даже несколько десятилетий в Неверлэнде его ничему не научили. - А мы пойдём уговаривать Тинкербэлл помочь нам, – поддержала Снежка план дочери. - Значит, встретимся у её дома, – кивнула Эмма, и команда разделилась, отправившись выполнять каждый свою часть спасательной миссии. В пещере Бэя Киллиан придумал, как напрочь отбить у героев подозрения в его пособничестве Пэну. Питер ревновать теперь уже точно не станет, зная истину, так что можно немного и поиграть... в лучших традициях Неверлэнда. Джонсу даже врать особо не пришлось, лишь правда, поданная под нужным углом – Питер в этом деле был лучшим из лучших, но и у Джонса получилось неплохо – и вот Бэй старательно ревнует Эмму к нему, а сама Спасительница в недоумении мечется между мужчинами, что ещё не так давно прекрасно ладили. По пути в Лощину капитан ещё немного подлил масла в огонь, поиграв на чувствах девушки. Да, это было подло с его стороны, но высшая цель стоила любых жертв. И Киллиан просто задушил в себе любые сочувственные порывы, становясь тем, кого так старательно создавал Питер из простого запутавшегося в себе пирата, причалившего когда-то в полном отчаянии к берегам его острова.

***

Венди Дарлинг. Питер чуть поморщился, как от зубной боли. Эта девчонка, даже сидя в клетке, умудрялась подпортить ему настроение – одним только фактом своего пребывания в Неверлэнде. Пусть даже пребывание и было не по её воле. Но кто она такая, чтобы спрашивать её мнение? Никто. Наивная дура из богатой семьи, росшая в окружении толпы нянек и не знающая, что такое нужда. У неё было всё, но она захотела больше. Ей хотелось приключений и свободы от семьи... и Питер с радостью предоставил ей и то и другое. Обоих её братьев он отправил на Большую землю с запасом воды из волшебного источника, чтобы они не повзрослели слишком быстро, а саму Венди запер в клетке, периодически выпуская, чтобы девчонка сыграла свою роль добычи, которую Потерянные с удовольствием гоняли по всему острову. Или, например, роль больной умирающей девушки, зависящей от острова – что было почти правдой. Питер подошёл к клетке, которую уже отнесли в указанное место, и открыл дверцу. - Я свободна? – с наивной надеждой спросила Венди, принимая поданную Пэном руку. - Ещё нет, – многообещающе улыбнулся Питер и кивнул на деревянную лестницу, ведущую в пещеру. – Ты должна сделать для меня ещё кое-что. И сейчас от твоего актёрского мастерства будет зависеть очень многое. Особенно судьба твоих братьев. - Я понимаю, – смиренно кивнула девочка и послушно поднялась по лестнице, вживаясь в нужную роль. Пэн довольно улыбнулся и отправился обратно в лагерь. Феликс раздавал последние указания мальчикам, а Генри сидел в стороне, с видом надутой на крупу мыши и пытался незаметно следить за всеми. Получалось у него из рук вон плохо, и Питер внезапно поймал себя на мысли, что потенциал у Избранного всё же есть и при должном обучении, которое тот мог бы пройти здесь, в Неверлэнде, из мальчишки вышел бы неплохой разведчик и следопыт, но... Пэн тряхнул головой, отгоняя эти внезапные радужные мысли. Противная девчонка плохо влияла на него – видимо взгляд на мир сквозь розовую дымку был заразен и передавался по воздуху. Всё же не зря он держал её в клетке подальше от лагеря. Генри, конечно же, повёлся на их с Феликсом небольшой, но показательный «тайный заговор» и почти незаметно последовал за помощником Питера. Феликс бросил мешок у лестницы и мастерски растворился в джунглях. Генри, как послушный и довольно предсказуемый мальчик, мешок подобрал и полез в пещеру, где уже был создан полный антураж для будущей драмы, которую теперь должна была старательно разыграть Венди. Питер контролировал весь этот спектакль из-за ширмы и почти готов был аплодировать девчонке, когда она сама того не зная, задела больную для Избранного тему – Бэйлфаер. После этого Генри поплыл окончательно, и Питеру оставалось лишь направить его неустойчивый разум в нужное русло. - Пэн, я не знал... извини, что сомневался в тебе. – Искренне покаялся мальчик и поднял горящие глаза на местного Хозяина. – Насколько всё плохо? - Венди с каждым днём всё хуже. Она зависит от этого острова, так же как и все мы, Генри, – с почти искренней грустью в голосе произнёс Пэн. – Теперь всё зависит только от тебя, Генри. Ты Избранный и только ты можешь спасти магию и всех нас. - Что я должен делать? – решительно спросил Генри. - Идём, я покажу, – Питер повёл мальчика на обрыв, с которого была видна Пещера-Череп. – Видишь вон там заводь? Там находится магический источник. Нам нужно туда. Только вот сможешь ли ты? Это потребует полной отдачи. - Я смогу, – отрывисто кивнул Генри и сжал кулаки. - И помни, ты должен верить всем сердцем в успех, иначе мы все погибнем, – предупредил Пэн. - Я верю, – воодушевлённо ответил Избранный, приняв окончательное решение. Питер за его спиной расплылся в предвкушающей улыбке. - Это хорошо. Потому что у нас осталось мало времени. Идём. – Он повёл мальчика обратно в лагерь и обратился к Потерянным. – Братья мои! Сегодня сердце Истинного Верующего выполнит своё предназначение! Сегодня Генри спасёт магию! Подопечные Пэна одобрительно закричали и засвистели, наконец-то их миссия подходит к своему успешному завершению. Наконец-то они смогут избавиться от этих ужасных взрослых, чьё присутствие они вынуждены были терпеть на своём острове. По кивку Питера Потерянные окружили Генри, одобрительно похлопывая по спине и поздравляя новоиспечённого Героя. В это время Пэн незаметно отошёл в сторону и возле него тут же, словно из воздуха, бесшумно появился Феликс. - Все младшие в безопасности. Дэвин с ребятами остались с ними. – Отчитался блондин, мрачно усмехаясь в сторону радостной суматохи, которую старательно разводили Потерянные вокруг Генри. - Хорошо. – Сосредоточенно кивнул Питер, так же не отрываясь от Избранного. – Будьте готовы быстро перебросить всех на «Роджер». Он на старом месте. - Что с Крюком? – покосился Феликс на своего предводителя. - Он с нами, – спокойно улыбнулся Пэн и чуть сжал шершавую ладонь верного помощника, когда тот презрительно поморщился. – Верь мне. - Всегда, – глубоко вздохнув, Феликс сжал тонкую ладонь в ответ и свистнул мальчишкам, отвлекая их от Генри и возвращая к прерванному занятию по сворачиванию лагеря. Питер каждой клеточкой своего тела чувствовал, как остров жадно высасывает из него последние крохи магии, заходясь в предсмертных судорогах. Время – то, что никогда не было властно над Неверлэндом – теперь неумолимо утекало, как вода сквозь пальцы, заставляя дорожить каждой минутой. Пэн посадил Избранного в лодку и погрёб в сторону Пещеры-Черепа. Там он торопливо нарисовал защитный контур, зная, что только Румпельштильцхен сможет его пересечь. Впрочем, Питер на это и рассчитывал. У семейства Тёмных завелась нехорошая традиция – вмешиваться в размеренную жизнь обитателей Неверлэнда и старательно усложнять жизнь самому Пэну. Питер решил, что давал Румпелю достаточно вторых шансов, и теперь пора избавиться от назойливого мага. И как замечательно, что они смогли достать Ящик Пандоры... Пэн мрачно усмехнулся и повёл Генри в зал с Часами, где осталось уже так мало волшебного песка, имевшего золотистый цвет, характерный для концентрированной магии. Сердце Неверлэнда.

***

В это время компания горе-спасателей воссоединилась, наконец, со своими двумя магами и под руководством Тинкербэлл направилась в сторону лагеря Потерянных. Киллиан старательно пытался мысленно связаться с Питером, но тот, судя по всему, находился слишком далеко. С одной стороны Джонс радовался этому – значит Пэн уже как минимум на пути в Пещеру, но с другой стороны он не мог предупредить его о том, насколько близко их группа подобралась к лагерю. В своих душевных метаниях Киллиан едва не вздрогнул, когда ладонь Спасительницы тяжело опустилась ему на плечо, вынуждая притормозить. - Нам нужно поговорить, – максимально серьёзным тоном заявила она. - Жизнь научила меня, что когда так говорят, ничего хорошего мне не светит, – тяжело вздохнул Джонс, но послушно сбавил темп. Он примерно догадывался, что за идея засела в голове Эммы и совершенно не горел желанием затрагивать эту тему. - Должен быть какой-то способ для Дэвида покинуть остров, – заговорщицки начала девушка и Киллиан едва не застонал от бессильной злости. - Нет, нету, – сквозь зубы процедил пират и яростно рассёк крюком некстати выросший тут куст... благо что не мор-шиповника. - Дэвид рассказал мне, что случилось с твоим братом, – продолжила танцевать на больной мозоли Спасительница, и Джонс в очередной раз проклял не в меру любопытных, наивных и болтливых Чармингов, всех сразу. – Я знаю, тебе не просто об этом говорить, но... - Ну так давай и не будем, ладно? – максимально мягко послал Крюк девушку, пока ещё держа себя в руках. Память о Лиаме он не позволит осквернять никому. Что характерно, за всё время их с Пэном тесного знакомство, Киллиан не смог сейчас вспомнить ни одного раза, когда Питер хотя бы вскользь упоминал о старшем Джонсе... что было довольно странно, ведь такой рычаг воздействия на своего пирата коварный мальчишка точно не упустил бы. Киллиан пообещал себе расспросить Питера об этом при случае. - Вода, вылечившая Дэвида от яда мор-шиповника, связала его с островом, – продолжил Джонс, чуть успокоившись. – Если он уплывёт, связь разорвётся, и яд убьёт его. - А если взять с собой воды? – не сдавалась Эмма. – Связь останется. Он сможет жить в Сторибруке. - Как долго? – в лоб спросил Киллиан, которого стала утомлять вся эта наследственная непробиваемая наивность Чармингов. – Рано или поздно вода закончится, и яд заберёт его жизнь. - Только если не найдётся противоядия, – внезапно раздался голос Тёмного позади них. – Что, вам вдруг стало интересно меня послушать? Вы же мне не доверяете. - А я рискну, – парировала Спасительница его ядовитые выпады. - Как вы помните, я тоже был отравлен трусливым пиратом с ядом мор-шиповника, – Киллиан самодовольно улыбнулся на этот снисходительный наезд. Питер его задевал куда как сильнее буквально парой фраз. Тёмному до уровня Пэна было ещё пыжиться и пыжиться. – И всё же... - Да, мы помним, как ты выжил. Дэвид не настолько эгоистичен, – отмахнулась блондинка. - Как благородно, – насмешливо вздохнул Румпельштильцхен. – Однако суть в том, что побывав одной ногой в могиле, я многое узнал об этом яде. Думаю я смогу создать эликсир, когда вернусь в свой магазин. Киллиан внутри насторожился, оставаясь расслабленным с виду. Если Тёмному яд больше не страшен даже в концентрированном виде, то надо сообщить об этом Пэну – они должны придумать что-то новое. Далее произошло удивительное – под давлением сына, Тёмный даже отказался от оплаты столь серьёзной услуги. Киллиан отметил растущее влияние Бэя на своего отца. Это не могло не радовать. Секунду спустя из кустов обратно вынырнула Тинь. - Мы у границы лагеря, – воодушевлённо сообщила фея. - Отлично, – немного нервно вдохнула Спасительница. – Мы хватаем Генри и сразу обратно. Всё просто. Зашли и вышли. Киллиан упустил момент когда Голд подкрался к нему слишком близко, а потому не смог вовремя среагировать на то, что маг попросту выхватил саблю из его ножен, издевательски бросив: - Я одолжу вот это? – Тёмный повернулся к напрягшимся Бэю и Принцу. – Ты сказал «никакой магии» и я согласился. Но я не сунусь туда, если моим единственным оружием будет моё обаяние. - Ну, тогда я могу быть спокоен, – не менее язвительно отозвался Джонс, хотя внутри всё сжалось от осознания того, что с такой же лёгкостью Тёмный мог вырвать у него сердце из груди и раздавить. Киллиан мысленно выдал себе пинка за излишнюю неосмотрительность и расслабленность. Хорошо хоть Чарминг поделился своим кинжалом. Впрочем, пират знал, что в действительности оружие ему не понадобится вообще. Вся команда спасателей затаилась в кустах, пересчитывая Потерянных, что остались в лагере. Киллиан насчитал с десяток самых старших. Остальных не было видно. Где-то возле самого костра мелькнула взлохмаченная голова с перьями в блондинистых прядях – значит Питера здесь нет, раз Феликс остался за старшего. А значит и Генри они здесь тоже не найдут... Но не успел Джонс порадоваться этой мысли, как Реджина усыпила всех мальчишек взмахом руки и вся компания ворвалась в лагерь. Киллиан старательно отмалчивался, пока Эмма искала Питера или Генри среди усыплённых, и ещё раз пересчитывал спящих Потерянных. Феликс, трое его лучших охотников, двое из последнего заплыва на Большую землю, трое разведчиков... и ни одного младшего. Джонс чуть нахмурился. Наверняка Питер спрятал их в пещеру под Источником, значит, он готовится к запасному плану и переброске всех Потерянных в Сторибрук. Киллиан отдельно порадовался, что трюм и каюты экипажа были пусты и всем мальчишкам хватит места, да ещё и спрятать их можно будет так, что даже команда героев-спасателей их не отыщет, шастая по кораблю. - Помогите! – раздался голос откуда-то из кустов позади лагеря. Эмма не раздумывая бросилась туда. Джонс только успел подумать, как же легко заманить её в ловушку, если она бросается очертя голову на каждый крик о помощи. Киллиан ничуть не удивился, когда Эмма вернулась, ведя за собой девочку из семьи Дарлингов, что прибыла когда-то вслед за юным Бэйлфаером. Эту девочку – Венди – Питер не переносил совершенно. С одной стороны Джонс его понимал – из-за таких вот богачей и появлялись в итоге такие дети как Потерянные... И как сам Киллиан. Ему, правда, повезло больше, чем остальным жителям Неверлэнда. У них не было старших братьев, таких как Лиам, которые отдали всё ради того, чтобы обеспечить им достаточно светлое будущее. Тем временем девочку пытался разговорить Нил. Венди хоть и была излишне наивной, но до полной дуры всё же не дотягивала. Она включила весь свой актёрский талант, который в ней всё это время мотивировал Питер, и старательно хлопала глазами. - Пэну нужно сердце моего сына. Генри, – объяснил Бэй. - Он что-нибудь говорил про сердце Истинного Верующего? – подхватила Эмма. - Нет, – ответила Венди. Слишком быстро ответила. – Он ничего не упоминал о сердце. Простите. Я ничего не знаю. И, конечно же, фальшь в её словах заметил не только пират. - Она лжёт, – презрительно сплюнул Тёмный. И пошёл на девочку с саблей наперевес. – Где он? Я слышал много лжи за свою жизнь, и я могу легко распознать её. Она знает, где Генри. - Это правда? – обернулся Нил к подруге детства. Киллиан неслышно фыркнул. Вот уж действительно – идеальная пара. Наивность просто зашкаливает. - Вы не поймёте, – тут же принялась защищаться Венди. Джонс презрительно покосился на неё. Слабая. Слишком слабая для этого острова. Если бы не Питер, она бы здесь не выжила. - Ты помогаешь Пэну?! – шокированно произнесла Белоснежка. - Мои братья, Джон и Майкл, погибнут, если я ослушаюсь его, – со слезами на глазах принялась объяснять девочка. - Чем бы он ни грозил, он не сдержит своё слово. Поверь мне, – процедил Тёмный. - И почему я должна верить человеку, который бросил собственного сына? – вопросом на вопрос ответила Венди, и в эту секунду Джонс хотел ей аплодировать. Она специально не смогла бы сделать больнее магу, чем сделала сейчас, задав почти невинный вопрос. - Потому что твои братья поверили, – вмешалась Реджина. – Они помогли нам достать один волшебный ящик. - Они живы? – тут же встрепенулась Дарлинг. - Пока что, – мстительно припечатал Голд, – и только если мы преуспеем. - Венди, мы спасём твоих братьев, клянусь богом, – принялся давить на жалость Бэйлфаер. – Но прямо сейчас нам очень нужна твоя помощь. Пожалуйста. Киллиан видел, как девочка сдалась по общим напором и мысленно проклял тот миг, когда Питер вообще решил её оставить на острове. Надо было её отправить домой сразу, как улеглась история с «побегом» Бэя. - Пэн сказал Генри, что сердце нужно для спасения магии, – как на духу, выложила девчонка. И только Джонс успел подивиться тому, что Питер рассказал ей об истинных мотивах, но тут Венди продолжила, и Киллиан понял, что она ничего не знала и сделала только свои выводы, которыми и делилась сейчас со всеми. – Но это ложь. Ему нужно это сердце, чтобы спасти себя. Пэн умирает и ему нужно сердце Истинного Верующего, чтобы поглотить всю магию Неверлэнда. И когда он это сделает, он станет бессмертным и всемогущим. «Да если бы не проклятый род Тёмных, всё бы так и было до сих пор!» – мысленно орал Джонс, с силой сжав кулаки, чтобы сдержаться. – «Глупая девчонка!..» - А что будет с Генри?.. – настороженно уточнила Снежка. - Ну, – немного замялась Венди, – это своего рода обмен. Чтобы Пэн выжил, Генри должен умереть. Киллиан усмехнулся, команда спасения подорвалась на ноги в глубоком негодовании. - Как нам остановить Пэна? – подал голос Дэвид. - Он повёз Генри на остров в форме черепа. – Охотно отозвалась девочка. – Но у вас мало времени. - Тогда мы останемся, – начал придумывать план действий принц. – Кто-то должен остаться в лагере, чтобы охранять Потерянных мальчиков, когда они проснутся. Затем Киллиан старательно пропускал мимо ушей очередное трогательное выяснение отношений в семье Чармингов. - Вы пойдёте на Пик Мертвеца за волшебной водой, – в итоге возразила Эмма, оставив за собой решающее слово. – В Сторибруке Голд сделает противоядие. Вы должны просто запастись водой. Наблюдая за семейными обнимашками Чармингов после озвучивания столь прекрасной для них новости, Киллиан поймал себя на том, что точно так же хотел бы обнять Питера после того, как они выберутся из этой переделки живыми. Но Джонс так же прекрасно понимал, что за подобное разведение соплей Пэн вздёрнет его на самой высокой рее «Весёлого Роджера», предварительно хорошенько отпинав. Но Киллиан отвлёкся, а горе-спасатели тем временем продолжили распределение ролей. - Мы с Тинь тут со всем разберёмся, – подал голос пират, пока его не отправили ещё куда. Он адекватно понимал, что Пэну в пещере он помочь не сможет ничем, только помешает. А вот присмотреть за очухивающимися мальчишками было бы полезно. А заодно переговорить с одним пернатым блондином. – Встретимся на «Весёлом Роджере», когда найдёте Генри. На том и порешили. Когда все разошлись, Киллиан на пару с феей принялся связывать руки Потерянным крепко, но осторожно, чтобы не поранить. Постепенно они начали просыпаться и пытались понять, что произошло. Джонс в душе рвал и метал от того, что не может успокоить их, сказать, что скоро всё закончиться и всё будет как раньше, потому что... потому что хрен его знает, когда это закончится и чем. Слишком много факторов Питеру приходилось учитывать в этой Игре. Слишком велик был шанс ошибиться, сделав неосторожный ход. Поэтому пират сейчас смотрел на растерянные лица мальчишек и ненавидел весь род Тёмных из-за которых всё это началось. - Тинь, сходи глянь периметр. Может Пэн разослал охотников. Будет неприятно, если они вдруг свалятся нам на головы. – Попросил Киллиан, на ходу выдумав близкую к реальной причину удалить из лагеря фею на время. - Я быстро, – кивнула Тинкербэлл, – не спускай с них глаз. Она исчезла в кустах, а Джонс подбежал к Феликсу, сидевшему с таким видом, словно собрался убить всех силой своей ненависти. Впрочем, он мог бы и преуспеть в этом, окажись на месте Крюка сердобольная Белоснежка. Киллиану же достался плевок под ноги и прямой взгляд серых глаз, обещающий все муки ада на голову проклятого пирата. - Предатель! – процедил блондин и попытался пнуть неугодного взрослого. - Феликс, я знаю, что ты с радостью убил бы меня за каждое моё действие и слово, что я сказал поперёк Питеру, но сейчас ты ошибаешься, – как можно спокойней возразил Киллиан и, присев на пенёк позади парня, наклонился к его уху. - Питер говорил, что ты с нами, а ты... – презрительно продолжал гнуть Феликс. - Если ты сомневаешься во мне, то хоть в нём не сомневайся, – пощёчиной прозвучали слова пирата и блондин заметно успокоился. Джонс продолжил. – Я ведь знаю, что Питер поручил тебе доставить младших на мой корабль, если первый план провалится. Феликс вздрогнул и насупился, но промолчал. - На ваше счастье трюм и отсеки для контрабанды пусты, – начал излагать свой план Киллиан. – Есть ещё каюты экипажа. Тоже пустые. Там разместишь самых мелких. Потом в Сторибруке найдём, где всех спрятать. - Питер в курсе? – подозрительно уточнил блондин. - Ещё нет, но, думаю, он тоже об этом подумает, – усмехнулся Джонс и хлопнул ладонью по плечу Феликса. – А ты пока продолжай разыгрывать поруганную честь и плеваться в мою сторону ядом. - С удовольствием, – мрачно оскалился в ответ парень. - Не сомневался, – хмыкнул пират и добавил. – Передай остальным, чтобы не боялись. Пусть разыгрывают то же, что и ты. Мы все сейчас должны выложиться на полную, чтобы помочь Питеру. Феликс коротко кивнул и покосился на кусты справа. Джонс тут же замолчал и отстранился. Спустя пару секунд из зарослей показалась фея. - Всё чисто. Патрулей нет, – доложила Динь и уселась рядом с пиратом у костра, не обращая внимания на то, как по цепочке Потерянные что-то передают друг другу шёпотом.

***

Тем временем в Сердце Неверлэнда Питер усадил Генри на выступ в пещере и незаметно поставил вокруг него звуконепроницаемый купол. Пэн почувствовал, как сквозь его барьер прошёл Тёмный, и теперь нужно было встретить его как следует. Питер вышел в соседний зал и попытался мысленно дотянуться до Феликса или Киллиана, чтобы узнать обстановку, но магии уже не хватало на такую дальность, и Пэн лишь досадливо поморщился. Гадство. Нужно было торопиться, пока остров не высосал из него всю магию, иначе потом он переключится на ближайшие источники магии, а опустошив и их, начнёт поглощать всех, в ком есть хоть частичка Неверлэнда – всех, кто пил воду из Источника, пока не поглотит сам себя. Уйдя в мрачные мысли, Пэн обернулся лишь на шаги за спиной. - Здравствуй, – вежливо, но прохладно улыбнулся Питер и кивнул на ящик в руках мага. – Вижу, ты пришёл с подарком. Голд промолчал, обходя мальчика по дуге. - Ты так и не сказал им, что исправляешь свою же ошибку? Это ведь ты привёл сюда своего отца, – безжалостно продолжил Пэн. - В том, что произошло, виноват только ты, – процедил сквозь зубы Румпель. - Мы оба знаем, что будь это правдой, я бы уже сидел в этом ящике, – вкрадчиво произнёс Питер и снисходительно посмотрел на мага. - Думаешь, я не смогу этого сделать? – повёлся Голд на скрытую уловку. – Ты впустил меня, чтобы просто насмехаться? - Не только, – усмехнулся мальчик. – Я хотел дать тебе последний шанс. - Я не смогу жить спокойно, пока не отомщу тебе за отца, – упорствовал Тёмный. - Я разочарован, Румпель, – Питер отвернулся от него и проводил взглядом очередную порцию волшебного песка, ускользнувшего в нижнюю чашу невозврата. – Столько лет прошло... Я думал ты отнесёшься ко всему бОльшим пониманием. Учитывая, что ты сделал то же самое со своим сыном. Ты обменял Бэйлфаера на власть кинжала, а Малкольм обменял тебя на молодость. Ты не хочешь этого признавать, но вы похожи... - Мы не похожи, – прорычал Голд в ответ. - Ещё как похожи, – усмехнулся Пэн. – Из вас обоих вышли ужасные отцы. - Поэтому я хочу начать всё с чистого листа, – угрожающе-тихим голосом ответил Тёмный. – Но только без тебя на горизонте. Румпель провёл рукой над ящиком, но ничего не произошло. Питер снисходительно усмехнулся. Маг тем временем судорожно водил рукой над ящиком снова и снова, но ничего не происходило. - Я не понимаю... – беспомощно произнёс он и с запоздалым страхом вновь взглянул на Пэна. - Это потому что у тебя его не было, – Питер извлёк из-за спины точно такой же ящик. Только настоящий. – У тебя всё ещё проблемы с верой. В Неверлэнде, чтобы что-то получить, достаточно просто подумать об этом. А теперь посмотрим, на что он способен... Пэн провёл рукой над своим ящиком, и красный туман принялся жадно обволакивать Тёмного, затаскивая в магическое нутро Ящика Пандоры. - Нет! – успел крикнуть маг и начал растворяться в тумане. - Прости, Румпель, но я давал тебе слишком много вторых шансов. Ты сам сделал свой выбор. – В последний момент Питер заметил кое-что на поясе Голда – саблю Киллиана – и забрал себе, попросту разрезав пояс на крокодиловом костюме. – А это я, пожалуй, верну законному владельцу. Красный туман всосался вместе с поглощённым магом обратно в ящик и Питер победно усмехнулся. Одним противником меньше. Потом можно будет отдать Румпельштильцхена поиграться Потерянным и Киллиану. Неплохая охота получится... Пэн тряхнул головой, прекращая делить шкуру непойманного кракена. Питер вернулся в зал с Часами и снял купол с Генри, тот подошёл ближе, зачарованный переливами золотистого магического песка. - Пора, Генри, – возвестил Пэн. – Время спасти магию и спасти Неверлэнд. - Что я должен делать? – собранно поинтересовался мальчик. - Ты должен отдать мне своё сердце, – озвучил условия Питер и попытался успокоить поднимающуюся внутри панику. Остров требовал магии. Времени совсем не осталось. – Сердце Истинного Верующего. - Но... что будет со мной? – немного растерялся Избранный. - Ты станешь величайшим героем, – попытался увильнуть Пэн, но Генри оказался сыном своих родителей. - Можешь сказать мне правду. Я знаю, что любая магия имеет цену, – проговорил заученные с детства слова мальчик. – И чтобы её спасти, придётся тоже заплатить. - Я бы никогда не солгал тебе, Генри, – почти искренне покаялся Питер и как можно печальнее вздохнул, – и ты прав. Цена есть. Тебе придётся остаться на острове со мной. Неверлэнд станет твоим новым домом. Я понимаю, что это большая жертва, но разве оно того не стоит? - Герои постоянно должны чем-то жертвовать, – согласно кивнул Избранный, и Пэн облегчённо вздохнул. Этот этап Игры был чрезвычайно хрупким, и любое неосторожное слово могло разрушить всё. - Если бы твои родители сейчас видели тебя, они бы тобой гордились, – это Питер произнёс уже совершенно искренне. Чарминги действительно могли гордиться своим отпрыском, ведущим себя точно как светлейший из светлых героев. – Сейчас ты спасаешь всех нас. Готов? - Да, – решительно выдохнул Генри и подошёл ближе к магу. - Позволь я помогу тебе, – Питера внутри буквально колотило от предвкушения, но он не мог сейчас выдать себя и постарался максимально спокойно наложить на ладонь мальчика чары. С замиранием собственного умирающего сердца, Пэн наблюдал, как Избранный решительно достаёт сердце из своей груди. Такое же золотое, как песок в Часах. Концентрация магии. У Питера дрожали руки. И тут в пещеру ворвались все трое родителей Генри. - О чём бы Пэн не просил, не делай этого! – закричал Бэйлфаер с ходу. Никто, впрочем, не решился подойти ближе, справедливо опасаясь. - Папа? Ты жив? – недоверчиво обернулся к ним мальчик. Питер постарался успокоить сбившееся дыхание. - Да, приятель, – мёдом изливался горе-отец. – А теперь послушай меня. Пэн лжёт тебе... - Рад снова видеть тебя, Бэйлфаер, – немного нервно оскалился Питер, нагло перебивая этот поток ереси, а заодно напоминая Избранному какие двуличные у него родители, – не говоря уже о Спасительнице и Злой Королеве. - Генри, сейчас же отойди от него, – едва дыша от страха и волнения, проговорила Эмма. – Он хочет тебе навредить. - Нет! – истово возразил мальчик, чем неимоверно порадовал Питера и одновременно вверг в ещё больший ужас своих родителей. – Сердце Истинного Верующего спасёт магию! Оно спасёт всех! - Нет, всё не так, – попыталась возразить Спасительница. - Дело никогда не касалось магии, Генри, – вмешалась не менее бледная от страха Реджина. – Ты должен верить нам. Единственное, что интересует Пэна – это он сам. Выслушав этот поток бреда, Питер понял, кто сдал его. Впрочем, это не вызывало большого удивления – лишь сожаление, что он продержал эту чёртову девчонку на острове так долго. Надо было давно скормить её русалкам или хотя бы домой отправить. - Это неправда! – уверенно воскликнул Генри, и Питер решил вмешаться, пока психика Избранного ещё не пошатнулась. - Конечно, неправда, – Пэн взял мальчика за плечи, отгораживая его от родителей и заглядывая в глаза. - Нет, правда! – выкрикнул Бэй, и Питер пожалел, что и его не скормил русалкам давным-давно. – Пэн выживет, только если ты умрёшь. Если ты отдашь ему своё сердце, это убьёт тебя. - Они хотят, чтобы ты перестал верить, – тихо начал наговаривать Питер на ухо мальчику. – Но не позволяй им этого. Помни, каждый герой проходит проверку. Генри посмотрел на родителей, потом на Пэна и облизнул пересохшие губы. Питер увидел в его глазах то, что ему было нужно – решительность. - Генри, – предприняла последнюю попытку Эмма. – Я знаю, что значит быть героем. Сейчас не тот случай. - Зачем им врать? – с долей сомнения спросил Избранный. - Потому что взрослые делают это постоянно, – проникновенно ответил Питер с максимальной уверенностью в голосе, на которую был сейчас способен. – Ты это знаешь лучше, чем кто-либо. Твоим родителям плевать на Неверлэнд. Они знают, что отдав своё сердце, чтобы спасти остров, ты должен будешь остаться. Они эгоистичны, потому что не хотят потерять тебя. - Генри, ты должен доверять нам, – взмолилась Эмма. - Доверять? – презрительно скривился Питер, переведя на мгновение взгляд на них. – Я единственный, кто был всегда честен с тобой, Генри. Единственный, кто верил в тебя. Это твой выбор. Не их. Питер почувствовал, как сердце в груди начало биться всё медленнее. - И ты должен выбрать немедленно, – с отчаянием произнёс Пэн, глядя на остатки золотого песка в верхней части Часов. – У нас заканчивается время. - Мы верим в тебя, Генри, – подал голос Нил. - Потому что любим тебя, – поддержала его Эмма. - Больше всего на свете, – не осталась в стороне Реджина. - Я тоже люблю вас, – улыбнулся им Генри, и на мгновение страх поднялся в душе Питера. – Но я должен спасти магию. - Нет-нет-нет! – закричали взрослые, а Избранный с силой вдавил золотое сердце в грудь вечно-юного мага. Зелёная магическая волна разошлась от Питера по всему острову. Генри упал на пол пещеры, а золотой песок в Часах торопливо начал подниматься из нижнего сосуда в верхний. Пэн взлетел под потолок, чувствуя, как стремительно возвращается к нему прежний уровень магии. Родители бросились к своему обездвиженному чаду. Питер снисходительно наблюдал за ними, не стремясь подсказывать способы спасения мальчика, а знал он их много. Но он ведь обещал отомстить за сердце Дэвина. Он отомстил. Кстати о сердце. Питер вытянул руку перед собой и пожелал, чтобы сердце оказалось у него. В тот же миг его ладонь согрелась под пульсацией ярко-красного сердца одного из самых верных помощников. - Что ты сделал с ним? – в отчаянии кричала Спасительница. - О, я ничего не сделал с ним, Эмма. – Питер спустился чуть ниже и положил отобранное сердце в сумку на поясе. – Он всё сделал сам. Он по доброй воле отдал мне своё сердце. - Я заберу его у тебя! – пригрозила девушка и махнула саблей. Питер с лёгкостью увернулся, попросту исчезнув с того места и оказавшись у Ящика Пандоры, который положил на один из выступов до того. Он забрал артефакт и не удержался от поддразнивания. - Не думаю, что у тебя получится, – усмехнулся он. – Румпельштильцхен не смог. Почему ты думаешь, что у тебя получится? - Что ты с ним сделал? – опомнился Нил. - Он в этом самом ящике, – Питер играючи перекинул артефакт из одной руки с другую, – в сохранности и безопасности. Только выйти не может. И к несчастью для вас, мне он больше не помешает. И вы тоже. - Сейчас узнаем, – рыкнула Эмма и внезапным выпадом, явно подсмотренным у Джонса, всё же достала кончиком лезвия по предплечью мага. - Ну как? – ощерилась девушка. - Как щекотка, – оскалился в ответ Пэн и с коротким смешком вылетел из пещеры. Ох, как же давно ему не доводилось летать. Это отнимало слишком много магии, но теперь... теперь можно было разровнять весь остров и заново его обустроить. О, сколько идей уже было у Питера на этот счёт. Но сначала... Сначала Питер полетел в пещеры под Источником. Нужно было вернуть то, что украли эти варвары-взрослые. Питер спустился прямо по водопаду в большой котлован пещеры, где на гладкой поверхности прозрачной воды отражались звёзды ночного неба. Из укрытия показались Дэвин и два его друга, что остались сторожить младших. - Пэн! – воскликнули Потерянные радостным шёпотом, чтобы не разбудить уснувших чуть дальше у костра малышей. - Дэвин, я вернул твоё сердце и отомстил за тебя, – сообщил радостные вести Питер, приземлившись у входа в убежище. Потерянные победно переглянулись. Всё начинало налаживаться. Пэн подошёл к Дэвину и усадил его напротив себя. - Это не самая приятная процедура, – предупредил он. - Я готов, – кивнул охотник и глухо застонал сквозь зубы, когда сердце с силой вернули на своё место. Слёзы навернулись ему на глаза, и он молча обнял Пэна, чуть вздрагивая от пережитых ужасов последних дней. - Хэй-хэй, всё позади, – потрепал его по вихрам Питер, дождавшись, когда сойдёт волна эмоций от возвращённого сердца, и обратился уже ко всем троим. – Дождитесь утра, чтобы не будить мелких посреди ночи. Перебросите их в лагерь, что у Русалочьей Бухты. Я думаю заняться переустройством острова... Питер резко замолчал, пытаясь понять, кто только что пытался с ним связаться. Всплеск повторился. Это оказался Джонс. В его мысленном сигнале звучала паника. «Киллиан! Успокойся и повтори ещё раз медленнее!» – осадил его маг. Эмоции пирата создавали сильные помехи в телепатическом канале. «Эмма и Реджина уже в лагере. Они готовы на всё, чтобы найти тебя. Они даже применяют магию. Питер... она залезла к ним в мозги и они почти готовы тебя сдать... и сдать где ты прячешь остальных» – сбиваясь от сильного волнения, повторил Киллиан. «Я сейчас узнаю, кто почти сдался и внушу ему нужные сведения. Младших сейчас вывезем, а ты пока будь готов...» «К чему именно?» «Ко всему». «Питер, пожалуйста, не рискуй...» – маг отключился от канала, не дослушав наставлений. Это было лишним. Отношения они могут выяснить и потом. - Пэн? – настороженно смотрели на него Дэвин с ребятами. – Что-то не так? - Да, похоже, от наших гостей не так-то легко избавиться, – процедил Питер, одновременно внушая Кудряшке – одному из последних мальчиков, которых он спас с Большой земли – мысли о Древе Сожалений. - Что нам делать? – тут же подскочили охотники. - Будите младших. Начинайте перевозить их на корабль. Там пустуют каюты экипажа, заприте их там, а сами спрячьтесь в трюме. И прихватите с собой еды. Если со мной что-то случится – в Сторибруке нам понадобится пара дней, чтобы всё подготовить. Охотники принялись осторожно, но настойчиво расталкивать спящих мальчиков, а Питер уже летел встречать назойливых гостей к Древу.

***

Едва зелёная волна магии пронеслась по лагерю, Киллиан и Феликс победно переглянулись. Питеру удалось. Джонс слышал, как герои обсуждали состояние Генри. Ему осталось около часа. Киллиан помнил, как Питер говорил, что можно спасти человека без сердца, отдав половину своего. Почему же они не спасают Генри? Или Питер не сказал им? Но почему? Месть? Все эти вопросы остались без ответа, едва Реджина рывком поднялась на ноги и буквально подлетела к ухмыляющемуся Феликсу. - Где он? – яростно кричала Королева, схватив парня за грудки. - Улетел, – лениво, но крайне самодовольно произнёс блондин. – Вы уже ничего не сможете сделать. Он выиграл. Питер Пэн никогда не проигрывает. Последнюю фразу Киллиан повторил одними губами вслед за Феликсом и осторожно усмехнулся за спинами героев. - Не хочешь говорить? – прошипела разозлённая волшебница. – Я заставлю тебя говорить... Королева занесла светящуюся чёрно-фиолетовым руку, намереваясь вырвать сердце непокорного мальчишки. - Реджина, подожди, – вмешалась Эмма, перехватывая запястье женщины. - Некогда ждать! – рычала и вырывалась та. - Думаю, пытки – это не лучший выход, – попыталась достучаться Спасительница до остатков здравого смысла волшебницы. – Посмотри на них. Они прошли через такие ужасы. Мы должны попробовать что-то ещё. - Мы пробовали метод пряника, – язвила в ответ Королева. – На доводы они не реагируют. Что ещё ты можешь им предложить? - То, что нужно каждому ребёнку, – произнесла Эмма, осенённая новой идеей. Киллиан проследил за её взглядом и вздрогнул от ужаса осознания. – Мать. Джонс подошёл к Феликсу со спины и сжал его плечо здоровой рукой. Он чувствовал, как блондин напрягся при последних словах Спасительницы. Остальные Потерянные её не слышали и не подозревали, что сейчас им будут предлагать. - Ребята, послушайте, мы не причиним вам вреда, – вкрадчиво и очень мягко начала Эмма, словно обволакивая своим голосом. Джонс почувствовал, как Феликс напрягся ещё сильнее. Они оба ощущали идущую от девушки магию. Она туманила мозги мальчикам, но Феликса и Киллиана не затрагивала почему-то. Этим пират и воспользовался, попытавшись докричаться до Питера. Нужно было срочно что-то делать, но выдавать себя раньше времени Джонс не мог. - Знаю, вы преданы Пэну. И я понимаю это, – продолжала тем временем Спасительница, всё усиляя своё влияние на мальчиков. – Но вы совершаете ужасную ошибку. Долгое время я думала, что никогда не смогу найти свою семью. Я была сиротой, как все вы. Потерянной девочкой. Пока Эмма занималась неосознанным внушением, Джонс успел переговорить с Питером и теперь отчётливо видел как двое новых мальчиков – Кудряшка, он же Олли, и Мэтью – основательно поплыли под воздействием магии Спасительницы. Они были тут ещё совсем недолго, относительно других старших, поэтому и иммунитет к чужеродной магии у них был слабее – после их прибытия было слишком мало Ночей Удовольствий, и потому Олли с Мэтью были наиболее податливы. - Но сегодня мне напомнили, что я не одна, – говорила меж тем Эмма, – что рядом со мной много людей, которые меня любят. А я думала, что это никогда не произойдёт. Если это случилось со мной, то случится и с вами. Киллиан с трудом подавлял в себе желание попросту подойти и заткнуть детям уши. Каждое слово девушки попадало точно в цель, но эффект вызывало у пирата прямо противоположный. В нём всплывали воспоминания о пережитом в глубоком детстве. Воспоминания, которые он когда-то запрятал так глубоко, чтобы никогда больше не видеть. - Пэн – единственная семья, которая нам нужна, – медленно и непоколебимо проговорил Феликс, пытаясь помешать запудриванию мозгов остальным. - Нет, родные не делают такие вещи, которые делал он, – не менее уверенно возразила Эмма, для которой представление о семье складывалось из стандартной схемы «два родителя и ребёнок» и никак иначе. Она жила в другом мире. – Пэн лгал вам и заставлял делать ужасные вещи. Он лгал Генри и убедил его отказаться от собственного сердца. - Чтобы спасти нас и остров, – подал голос Кудряшка. - Нет, чтобы спасти себя! – пламенно возразила Эмма, и Киллиан почувствовал, как целая волна магии хлынула из девушки, затмевая любые мысли, кроме нужных ей. И в тот же миг он заметил слабое зеленоватое сияние в районе затылка Олли. Питер вмешался как нельзя вовремя. - Не слушайте её, – снова вмешался Феликс, тоже заметивший спасительный зелёный свет. – Пэн заботится обо всех нас. - Нет, не заботится, – опять возразила девушка, почувствовав, что смогла достучаться до некоторых Потерянных. – А мы переживаем. «Да вы же ничего о них не знаете!» – почти кричал в душе Киллиан, не смея шелохнуться, только продолжал сжимать плечо Феликса, придавая им обоим уверенности. - И мы можем спасти вас! – вдохновенно продолжила Спасительница, поднявшись на ноги. – Мы можем забрать вас в наш мир. Вам больше не нужно будет бояться Пэна. Пока он не поглотил всю магию, его ещё можно остановить. Просто скажите, где он. - Уходите сейчас. Пока Пэн ещё позволяет вам дышать, – угрожающе протянул Феликс, поднимаясь на ноги. Киллиан торопливо усадил его обратно. Ещё не хватало нарываться. Феликс должен был оставаться на свободе, живым и невредимым, чтобы Джонс мог вместе с ним провернуть всё в Сторибруке. – Это всё, чем мы можем вам помочь. - Где Пэн? – проникновенно спросила у него Эмма. - Не скажу, – точно копируя её интонацию, ответил блондин. - Вы правда можете забрать нас домой? – тихий голос Кудряшки, заставил Киллиана и Феликса судорожно обернуться к нему. - Закрой свой рот! – рыкнул на него блондин, призывая к дисциплине. Но тщетно. - Да. С вашей помощью, – тут же подсела к Олли Спасительница. - Он у Древа Сожалений, – так же тихо ответил мальчик. Киллиан незаметно пихнул Феликса, призывая подыграть. - Нет! – тут же послушно вызверился парень. - Да. Он у Древа, – Мэтью, тоже попавший под полное влияние волшебницы. - Прекратите! – почти правдоподобно задёргался Феликс. Впрочем, Спасительница купилась и на эту импровизацию. - Что это за Древо? – жадно спросила она у мальчиков. - Это место, куда он идёт, когда хочет побыть один, – послушно воле Пэна отвечал Олли. - Вы найдёте его там. Это недалеко, – поддержал товарища Мэтью. - Не верьте им! – снова рыпнулся блондин. - Можете рассказать, где это? – продолжала расспросы Эмма, подогреваемая паникой, которую старательно изображал Феликс. - Да. Но вы должны поклясться, – тихим голосом продолжил Кудряшка. – Поклянитесь, что заберёте нас с собой. - Я обещаю, – заверила мальчика Спасительница. – Мы вернёмся домой. Все вместе. Чувствуя как Феликс смотрит на неё, не скрывая желания мучительно убить несколько раз, Венди поднялась с места и пошла менять компресс Генри. Олли тем временем просвещал героев, как добраться до Древа. - Ты знаешь, где этот Лес Фей? – обратилась Эмма к Киллиану. - Да. Этот лес опустел, – честно ответил пират, но не говоря больше, чем надо. Феликс, повернув голову, пристально следил за Джонсом. – Веками туда ходил только Пэн. «Потому что не доделал там некоторые ловушки, и для всех остальных, кроме него, туда соваться крайне опасно» – закончил про себя Киллиан. - Значит, пора это изменить, – решительно произнёс Бэй. - Ты должен остаться здесь, – возразила Эмма. – Когда мы получим сердце Генри, мы помчимся сюда. Кто-то должен нас встретить здесь. - Хорошо, – согласился сын Тёмного. - Что делать нам? – подал голос Дэвид. - Соберём Потерянных и отведём на «Весёлый Роджер», – начал раздавать указания Бэйлфаер. – Подготовим корабль к отлёту. Овеянные чарами Эммы, мальчики начали радостно переглядываться. Феликс и Киллиан мысленно уже готовились к тому, что будет, когда чары развеются. - Надеюсь, у вас есть парус из перьев пегаса, – вмешался во всеобщую радость чуть более реалистичный пират. – Иначе мы сможем полагаться только на попутный ветер. - У нас есть Тень Пэна, она доставит нас домой, – самодовольно улыбнулся Нил и язвительно добавил. – Главное, чтобы твой корабль выдержал. Это был уже удар ниже пояса. За оскорбление «Весёлого Роджера» Киллиан в своё время без раздумий отрывал смельчакам языки. А иногда и другие конечности. - Если твой план сработает, – не менее язвительно откликнулся он, – корабль выдержит. Женщины пошли отбирать у Пэна сердце, а Киллиан с Нилом и Дэвидом принялись развязывать Потерянных и строить их в шеренгу. Первым шёл Пират, за ним мальчишки и замыкал процессию Принц. Феликс шёл прямиком за Джонсом и тот слышал напряжённое сопение блондина. Им обоим было не по душе всё происходящее. Неизвестность пугала больше всего. Уже выйдя на берег к шлюпкам, Киллиан вдруг почувствовал, как его грудь сдавливает стальной обруч, не позволяя сердцу нормально биться. Дыхание перехватило, а затем отпустило так же внезапно. Он торопливо обернулся на Феликса. Тот стоял бледный как смерть и с немым ужасом смотрел на зелёные заросли. Произошло что-то ужасное.

***

Чуть ранее Питер подлетел к Древу, положил в качестве приманки Ящик Пандоры на камень и слился с местностью, поджидая матерей-героинь. - Осторожно, – предупредила Королева Белоснежку, потянувшуюся к ящику. – Пэн бы просто так это здесь не оставил. - Но только Голд может вернуть Дэвида домой, – буквально взмолилась Мэри-Маргарет. – Без него мы застрянем тут... Питеру надоело и он махнул рукой, позволяя оголодавшему Древу обвить свои жертвы лианами и начать питаться их эмоциями. - Вы всё никак не успокоитесь, – с наигранной усталостью в голосе посетовал маг, появляясь перед спасательной командой. – Разве вы ещё не уяснили? Питер Пэн никогда не проигрывает. Впрочем, вы же матери, помешанные на собственных детях. Хотите верьте, хотите нет, но я вас понимаю. Однако если вы хотите снова увидеть Генри, то я должен сообщить, что воссоединиться вы сможете только в одном случае... в случае смерти. Питер поднял выпавшую у Спасительницы из руки саблю – одну из тех, что висели в каюте Киллиана – и насмешливо направил на героинь. - Что? Тяжело двигаться? – преувеличенно участливо поинтересовался он. – Неудивительно, учитывая, где вы находитесь. Здесь каждое ваше сожаление приближает вас к кончине. - О чём это ты? – не поняла Эмма. - Возле этого Древа произошло одно судьбоносное для меня событие, – решил немного просвятить их Питер. Напоследок, так сказать. – Здесь отец Румпельштильцхена отказался от сына в обмен на вечную молодость и тем самым начал разрушать Неверлэнд. - Его отец? – не поверила Реджина. – Но сколько тебе... - Я старше, чем выгляжу, – уклончиво ответил Пэн. - Он сожалел, что бросил сына? – наивно спросила Эмма. - Отнюдь, – пожал плечом Питер. – Зато Я сожалел, что позволил ему остаться. - Но как это возможно? – недоумевала Белоснежка. – Ты же... - Моложе Румпельштильцхена? – закончил её мысль Пэн и сам же ответил. – Вообще-то нет. Это почти как у вас с дочкой. - Ты мошенник, – презрительно бросила Королева, видимо надеясь, вывести его из себя. – Твоя магия ослабла. Ты не можешь навредить нам, не говоря уже о Румпеле. - Ты права, – не без сожаления покивал Питер. – Поэтому я и привёл вас сюда. Мне нужно лишь немного времени, пока я не восстановлюсь. И вот тогда-то и начнётся самое веселье. И мне больше не придётся волноваться о докучливых Тёмных или о вас. Эмма попробовала рыпнуться, но лианы лишь крепче прижали её к дереву. - Должен быть способ, – простонала она, чувствуя, как ноют сжатые рёбра. - Вы меня не достанете, – усмехнулся Питер. – Это Древо атакует любого, кто приходит сюда с сожалениями. И вы полны ими. Две матери-неудачницы, которые подводили своих детей раз за разом... - Ты закончил? – высокомерно поинтересовалась Реджина. - Оу, последнее слово Королевы на смертном одре, – не мог не съязвить Пэн. – Та, у кого больше всех сожалений. - Да, только вот есть одна проблема, – лениво протянула волшебница. – Я наложила проклятье, которое уничтожило целое королевство. Я пытала и убивала. Я совершала ужасные вещи. Меня должны переполнять сожаления, но... это не так. Потому что это дало мне моего сына. Королева разорвала лианы и, пока Питер не успел осознать, что произошло, выбросила вперёд руку и вырвала у него из груди сердце Генри. Пэн почувствовал, как тело стремительно покидает тот небольшой запас магии, что он успел впитать, благодаря новому сердцу. Он упал на землю, его тело сводило судорогами – остров требовал больше. Питер с ужасом понимал, что ему остались считанные часы. Он видел, как проклятая волшебница забирает Ящик Пандоры и уходит со всеми трофеями. Они бросили его умирать. Спустя минуту, когда судороги чуть отпустили задеревеневшие мышцы вечно юного тела, Питер почувствовал, как его плеча что-то осторожно касается. Это была одна из лиан Древа. Они осторожно обвили его недвижимое тело и принялись щедро делиться всей накопленной за века магией, преобразованной из впитанных сожалений. Питер понимал, что и этого надолго не хватит, но всё же даст ему необходимую отсрочку в пару дней. Искренне поблагодарив заметно пожелтевшее Древо, Пэн торопливо перенёсся на отплывающий «Весёлый Роджер».

***

Киллиан помог разместить на палубе последних Потерянных и выруливал корабль по курсу нужного созвездия. Феликса небрежно запихнули в дальний угол, но парень лишь презрительно зыркал на всех, закутавшись в плащ почти полностью. Реджина успешно вернула Генри его сердце, под тоскливым полным боли взглядом Джонса. - Простите, – покаялся мальчик. – Я хотел спасти магию. «И спас бы, если бы не твои родители» – подумал про себя Киллиан, а вслух произнёс совсем другое. – Добро пожаловать на борт. Почётному гостю – лучшие места. Как на счёт капитанской каюты? «Если Питер окажется на корабле, то только там» – добавил мысленно пират. – «Прости, Генри, но у меня свои приоритеты». Джонс оставил Бэя за рулевого и пошёл проведать Потерянных в трюме. - Дэвин? – тихо окликнул он и трижды постучал по балке. - Киллиан? – так же тихо раздалось в ответ из отсека для контрабанды, а спустя секунду оттуда выглянул парень со шрамом на щеке. – Что происходит? - Мы покидаем Неверлэнд, – с сожалением ответил пират. Дэвин был одним из тех, кого он лично забрал с Большой земли без прямой просьбы Питера и привёз на благословенный остров. – Вы взяли воду и еду? - Да, всё с собой. Пэн нас предупредил, что мы задержимся в том городе на пару дней, пока всё не уладится, – кивнул парень. - Младшие как? – поинтересовался Киллиан. - Спят, – мягко усмехнулся Дэвин. – Они даже не поняли толком, что произошло, когда мы среди ночи их на корабль доставляли. - Спасительница магией внушила остальным, что отвезёт их к родителям, – предупредил пират. - Только не это, – заметно побледнел парень. - Она внушила им, что это хорошо, – добавил Киллиан. – Так что будь готов их успокаивать. Феликса это не коснулось, поэтому он у вас теперь за главного. - Я понял тебя, – кивнул Дэвин и скрылся в запаснике трюма, после того как пират потрепал его по волосам. Киллиан вышел за дверь и тут же столкнулся с самим Хозяином Неверлэнда. - Питер! – тихо воскликнул Джонс и придержал за плечи пошатнувшегося парня. – Насколько всё плохо? - Пару дней я протяну, – неуверенно ответил маг, устало прислоняясь к ближайшей стене, – но не больше. Я вижу, ты держишь всё под контролем. - Мы все стараемся облегчить тебе задачу как можем, – чуть усмехнулся Киллиан. - Позаботься о них, – вдруг попросил Пэн глядя прямо в глаза мужчине. – Поклянись, что сделаешь для них всё. - Клянусь, Питер. Ты же знаешь, что я бы и так это сделал, – недоумевал Джонс, подозрительно глядя на мага. – Что ты задумал? У нас же есть план... - Плану это никак не повредит, – успокоил его Пэн, проведя ладонью по груди пирата. – Просто одна авантюра, которая может увенчаться успехом... а может и нет. - Вот это меня и пугает, – тяжело вздохнул Джонс. - Тебе не хватает веры, Киллиан, – вновь усмехнулся Питер, а затем вдруг коротко поцеловал его в губы и прошептал на самое ухо. – Тебя скоро хватятся. Иди... и помни – ты поклялся. - Питер... – но Джонс уже обращался к пустоте. Мальчишка испарился, а на бедре пирата снова висела его верная сабля. Джонс догадывался, что за авантюру затеял Пэн. Не зря же он положил Генри именно в своей каюте. Вернувшись на мостик, Киллиан нервно сжимал штурвал, пока команда героев выпускала Тёмного из Ящика Пандоры. Джонс был бы совсем не против, если бы маг просидел в той коробке подольше. Дальше началось трогательно воссоединение всего немалочисленного семейства Чармингов и Тёмных. Но в какой-то момент Румпельштильцхен внезапно напрягся и словно прислушался к чему-то. Киллиан старательно изобразил удивление, хотя прекрасно знал, кто, что и с кем сейчас делает прямо в капитанской каюте. Румпель рванул туда вместе с артефактом, следом за ним метнулась Реджина, а Джонс лишь сильнее сжал штурвал, от чего пальцы буквально сводило. Тёмный вернулся через несколько минут вместе с волшебницей с довольными улыбками, и Киллиан понял, что вот теперь всё совсем плохо. Если они заточили Питера, то сам он оттуда точно не выберется, а никто из Потерянных, и Киллиан в том числе, магией не владеют, чтобы выпустить его. Нил тем временем выстрелил из палубной пушки в парус Тенью, а Реджина надёжно запечатала её, сделав белоснежную ткань иссиня-чёрной. Через некоторое время Снежка принялась ходить с котелком и выдавать порции супа Потерянным на палубе. Тогда же из каюты Киллиана вылез на звёздный свет Генри. Он немного пошатывался, но держался уверенно. Джонс с холодной отстранённостью, после отшумевшей бури эмоций в связи с потерей Пэна, наблюдал, как мальчик разговаривает с Нилом, обнимает его, а затем берёт одну из тарелок с пайком и подходит к Феликсу. Вот тут Джонс несколько опешил и присмотрелся к ним повнимательнее, готовясь, если понадобится, оттаскивать разъярённого и убитого горем Феликса от Генри. Избранный что-то сказал блондину, тот неверяще посмотрел на него, затем медленно ответил и буквально ожил. Затем оба обернулись к Киллиану и усмехнулись. В глубине глаз Генри Джонс заметил до боли знакомые зелёные демонические огоньки и на мгновение забыл, как дышать. Питер... Питер чёртов Пэн нашёл-таки выход даже в этой ситуации. Киллиан отзеркалил хищную усмешку. Жди, Сторибрук. Скоро начнётся веселье.