"Бабуля, познакомься, это мой жених..."

- Юра, проходи. Ты где так долго был? - тихо сказала Варвара Геннадьевна, открывая входную дверь. Локи неожиданно заявился ранним утром. - Наташа спит? - шепотом спросил он. Бабушка подошла к дверям спальни. - Спит, - произнесла она, вернувшись. Трикстер облегченно вздохнул. - Я уезжаю через два часа. Улетаю обратно в Нью-Йорк. - Как? - Варвара Геннадьевна недоумевающе поднесла руки к щекам. - Надо внучку будить тогда быстрее... - Подождите! - Локи остановил ее, положив руку на плечо. - Не надо ее будить. Я еду один. Лицо Варвары Геннадьевны неожиданно стало серьезным. - Почему один? - Я не хочу, чтобы отношения с вашей внучкой вылились во что-то серьезное, - он устало улыбнулся. - Вы ведь и сами этого не хотели, насколько я помню. Бабушка покачала головой. - Дурной ты парень, Локи. Я, может, и не хотела их когда-то, но все же желаю внученьке счастья. - Поверьте, я это счастье ей дать не в силах, - Лафейсон отвел взгляд в сторону. - Много ты в счастье понимаешь, - старушка переступила с ноги на ногу. - Сам же плакался Алевтинке о том, что влюбился. "Ох уж эти болтливые женщины!" - Мало ли, что я кому говорил, - вздохнул трикстер. - Слово можно как дать, так и взять обратно. - А у нас в России по-другому говорят: "Слово - не воробей. Вылетит - не поймаешь". Лафейсон снова отвел взгляд. - Все не воробей, кроме воробья... Спасибо вам за все, Варвара Геннадьевна. Даже за то, что пытались меня отравить. Бабушка улыбнулась. - Да что я, изверг что-ли какой? Я не пыталась даже. Локи улыбнулся. - Все равно. Спасибо за все. Не говорите Наташе, что я приходил. И, обещаю, мы больше не встретимся, как вы и просили,- он зашагал вниз по лестнице. Варвара Геннадьевна крикнула ему вслед: - Забудь ты про это, дурень! Все ведь уже поменялось! - Слово - не воробей. Вылетит - не поймаешь, - послышалось с нижнего этажа. После того, как старушка закрыла дверь, в дверном проеме появилась Наташа. - Сбежал? - Сбежал. * * * После "побега" Локи Наташа вернулась в постель, но попытка уснуть превратилась в очередную борьбу со своими мыслями. Сердце бешено колотилось, а мозг никак не хотел принимать реальность. Буквально вчера Лафейсон вел себя, как влюбленный неуверенный школьник, нисколько этого не стесняясь. Да, такое поведение было ему совершенно несвойственно, но все же... А ночью все неожиданно поменялось. И теперь этот "школьник" едет в аэропорт, чтобы вернуться в Нью-Йорк и навсегда забыть то, что было. Хотя... Наташа перевернулась на другой бок. А что вообще было? Может, он действительно так хорошо врал, что Романова умудрилась купиться. Может, это все было лишь потому, что она его в первый день ткнула носом в неумение врать? "Господи, ну что за глупость. Теперь уже ничего не узнать и ничего не исправить", - вздохнула Наташа. "Смысла ударяться в рефлексию, по меньшей мере, нет". Однако сердце продолжало упорно стучать. "Давненько вы так не встревали, агент Романофф". И ладно бы это был какой-нибудь обычный мужчина, но Локи!... Этот напыщенный самоуверенный хам с тонкой смазливой мордашкой! Девушка снова вздохнула. Кажется, она уже порядком устала поражаться своему выбору. "Хотя какой, к черту, выбор? Я просто купилась на нелепые ухаживания!" И, будто специально, не могла пропускать мимо ушей его наглые провокации. Романова рассмеялась в подушку. Боже, ну до чего глупо! Столько лет на свете живете, Наталья Альяновна, а все на дешевые трюки ведетесь... - Глупые мы, бабы, создания, - в комнате неожиданно появилась Варвара Геннадьевна с кружкой чая в руках. - Сами себе проблемы находим. И чего нам спокойно на свете не живется? Наташа подняла голову и с улыбкой посмотрела на бабушку. Удивительно, но за эти три дня, эта удивительно бойкая и мудрая старушка стала ей по-настоящему родным человеком. Жизнь без родственников в чем-то, конечно, имеет свои плюсы, но их поддержку все-таки ничто заменить не может. - И так все три дня своего отдыха провозилась с этим странным парнишкой, а теперь еще и лежишь в тоске. Ну что за беда? - бабушка аккуратно поставила кружку на тумбочку у кровати. - Дурная у тебя внучка, - улыбнулась Наташа. - Вроде не пятнадцать лет, а ведет себя... Варвара Геннадьевна села на край кровати. - Вот поживешь с мое, тогда и будешь над этим страдать, - она положила руку на Наташино плечо. - А сейчас делай, что душе угодно. - Ну да, - Романова улыбнулась. - Я хотя бы попыталась. - Все равно, я думаю, что не ускачет этот принц сильно уж далеко. Настроение Наташи резко испортилось. - Ага, подкова у коня отлетит и в лоб рикошетом, - мрачно добавила Наташа. - Бабуль, зачем ты меня все время обнадеживаешь? Знаю я этого принца - как вобьет себе что в голову, так и не выбьешь это потом оттуда! Девушка тихо хихикнула. "Даже Халком". - А ты зря про подковы смеешься! - улыбнулась Варвара Геннадьевна. - Всякое бывает, дорогая моя. - Хотела бы я это увидеть! Романова совершенно четко представила Локи, слетающим с белого сказочного коня. На бледном лбу красуется шишка, на ухе болтается погнутая принцевская корона. - В общем, мой тебе совет: не мучай себя и живи этот день так, как хочется. Когда ты еще к старухе приедешь из своей Америки? Может, меня уже и на свете не будет скоро... - Бабушка! Варвара Геннадьевна засмеялась. - Хотя нет, рано мне умирать. Я еще правнуков дождаться хочу.