Кукла в цепях.

Хината медленно открыла глаза, света в комнате было очень мало, а еще все было темным. Девушка тихо пошевелила ногами, не замечая боли, и спустила их на пол, потом, оттолкнувшись от дивана, оказалась на ногах. -Надо уходить, - одними губами прошептала брюнетка и сделала шаг к дверям. С плеч к ногам упала черная теплая ткань с алым узором. Неужели сюда приходила Ино или Сакура? Светлоглазая подняла ткань с пола и быстро, но точно сложила ее и положила на спинку дивана, на котором спала. Шаг в сторону двери, еще один маленький шажок, несколько таких движений и вот она свобода. Там подруги, с которыми не так страшно. Вот и ручка сжать, опустить, толкнуть дверь и....остаться в комнате. Дверь не поддалась. Хьюго развернулась и сползла по двери, чуть ли не плача, глотая злые слезы. Она, пленница, навсегда должна остаться тут. В тишине послышалось сопение. Девушка подняла голову и увидела спящего в кресле своего пленителя. Почему-то в спящем состоянии он не выглядел таким ужасающим, а наоборот беззащитным страдающим и настолько одиноким, что слезы все же покатились из светлых глаз. Она подошла к креслу, прижимая руки к груди, наклонилась, проведя по холодной щеке пальчиками, потом аккуратно провела по волосам и, поддаваясь мимолетному порыву, прислонилась губами к бесцветным сжатым в тонкую линию чужим губам. Саске вздохнул, чуть расслабляясь, и открыл глаза, немного затуманенные сном. -Мамочка? - хрипло спросил брюнет, обнимая Хьюго за талию и притягивая к себе. Хината видела портрет матери Учихи. Эта было женщина, в которой чувствовалась власть и сила, а еще она была очень красивая: темные прямые волосы с синим отливом и черно-серебряными глазами. Но самое главное в Микото было не это. Ее глаза лучились пониманием и теплом, а улыбка была настолько добрая, что даже не верилось, что она хозяйка клана. Художник смог передать на бесчувственном холсте все эти черты. Хьюго выдохнула и прижала голову мужчины к себе. -Сволочь, - зашипели рядом. - Отпусти меня, кукла, - светловолосая растерялась и поэтому не отпустила брюнета. - Ты меня не слышала? Отпусти, - холодные руки сжались на шее, Учиха одним плавным движением встал с кресла и резким движением метнулся вперед, продолжая сжимать руки на шее и больно прижал ее спиной к стеклянному шкафу. Было удивительно, как он не разбился от такого напора. Хината застонала, цепляясь за сильные руки, сжимающие горло, жмурясь и стараясь вдохнуть. -Я...я боюсь тебя, но не отстану, - брюнетка приоткрыла один глаз, которые были зажмурены от боли. - Я знаю, как больно терять родителей, - почти закричала она. -Да что ты знаешь, сволочь? - пальцы впились в шею, душа еще больше и причиняя боль. Хината захрипела (видимо, это был крик) и вцепилась в руки. - Моих родителей убили. Убили из-за того, что они были главами клана. Просто из-за этого, - в черных глазах заметались искры боли. -Нет. Я знаю. Мою маму убили потому, что она была женой отца, - руки ослабли, повиснув по бокам тела. В глазах мужчины продолжала гореть ярость. – Пусти, о чем я вообще думала? Ты ненавидишь меня, нет, ты всех ненавидишь, у тебя никогда не пройдет боль потери, если продолжишь в том же духе, - черные глаза удивленно расширились, хватка на шее ослабла, а потом Учиха резко упал на колени, утягивая Хинату за собой на пол, притягивая к себе. Руки с шее переместились на талию девушки, и брюнет прижал голову к груди Хьюго. Черные глаза потускнели и быстро наполнились слезами. - Прости. Хината, прости меня за все, что я сделал. Я...я ужасен, моя мама была бы не довольна моим поведением. Прости, прости, прости, - шептал как заведенный, качая головой и лишь сильнее сжимая тело в объятиях. - Я причинил тебе столько боли. Прости, - кимоно на груди намокло от слез, голос брюнета дрожал. - Саске, не плач, - Хината робко дотронулась до встрепанных на затылке волос, чуть поглаживая. Кимоно упало с плеч, открывая вид на симпатичный вырез, но Саске было абсолютно все равно. Сейчас он видел лишь теплую душу Хинаты и хотел полностью погрузиться в нее. Его холодная прогнившая насквозь душа нуждалась в лечении, и лишь Хината могла дать ему это. Как он мог раньше не замечать это лечащий свет. Он больше не хотел причинять боль этому свету. Никому не хотел. -Саске, ведь сегодня умерла твоя семья? - Хьюго схватила мужчину за плечи, придерживая и поглаживая, даря то тепло, которое тому не хватало. -Да. Прошу не оставляй меня, - руки еще сильнее прижали девушку к себе. - Давай начнем все сначала? - глаза полные надежды посмотрели в глаза девушки. -Хорошо, - ненадолго задумавшись, ответила пленница уже бывшая. -Приятно познакомится, меня зовут Учиха Саске, - брюнет продолжая сидеть, но уже отпустил девушку из своих объятий и смотрел в ее глаза, чуть улыбаясь. Он протянул ей руку, которую она тут же пожала. -Мне тоже. Меня зовут Хината Хьюго, - улыбнулась девушка нежно и ярко. Оба рассмеялись. *** Несколько месяцев спустя. Блондинка с длинными распущенными волосами и серо-голубыми глазами, один из которых был закрыт челкой, сидела на деревянной широкой скамейке с узорчатой спинкой. Это был очень редкий случай. Дейдара сидела не в своих любимых брюках, а в кимоно цвета клубничного морса и поясом-оби цвета шампанского. Пожалуй, тот, кто ее давно знает, был бы очень удивлен, увидев ее в таком образе. Женщина была очень спокойна и легко улыбалась, наблюдая как тихо и медленно на воду в маленьком пруду падают лепестки цветущей сакуры. А всему виной был маленький сверток на руках. Малыш, которому было всего несколько недель, не спал, а своими черными глазами наблюдал, как и мама, за падающими лепестками. Он уже сейчас был похож на своего отца и лишь золотые, чуть темнее, чем у своей матери, волосы он унаследовал от Тсукури. -Дейдара, вот ты просила, - во дворе появилась Хината со стаканом в руках. Там была чистая вода чуть теплая, размешанная с лимоном именно так, как и любила блондинка. -Хината, милая, могла бы не ходить, - глаза светились нежностью. Она взяла из рук почти сестры стакан и, выпив почти половину, поставила на скамейку. -Нет. Мне приятно твое общество и общество Катсуны, - брюнетка улыбнулась малышу, тот смерил ее внимательным и пронзительным черным взглядом. -Итачи говорит, что он станет истинным Учихой, несмотря на цвет волос, - Дейдара потерлась носом о носик малыша, тот маленькими ладошками схватил за свисающую почти до груди челку. Голубоглазая засмеялась, мягко выпутывая прядь из цепких лапок. - Он полностью посвящает все свое свободное время Катсуне и мне. Итачи хочет, чтобы малыш вырос лучшим Учихой за всю историю клана, но он решил, что не будет заставлять его делать этого. - Дейдара, скажи, - голубые глаза оторвались от разглядывания маленького любимого существа, части ее и ее любимого. - Ты счастлива? - женщина рассмеялась. -Как никогда. Я самый счастливая женщина в мире, - она обернулась, чтобы сразу же встретиться с черными любящими глазами. Итачи подошел к своей жене, накидывая свой плащ на ее плечи, чуть приобнимая и целуя в щеку, а потом наклоняясь и проводя пальцами по мягким волосам сына. Мальчик всем телом потянулся к родным рукам. Хината поняла, что является лишней и встала, стараясь уйти бесшумно. Возле входа в здание стоял Саске, держась за косяк. На нем была полностью расстегнутая белая рубашка, из которой был виден обмотанный бинтом торс, на животе уже расползлось алое пятно. Он был еще бледнее чем обычно, а глаза потускнели, став светло-серыми. -Саске, зачем ты встал, тебе же хуже стало, - метнулась к мужчине, придерживая его и возвращая в дом. Руки сразу намокли от крови на животе. -Хината, не волнуйся. Со мной все хорошо, я тебя хотел увидеть, - хрипло произнес брюнет, из уголка губ потекла кровь. Несмотря на то, что девушка покраснела, в глазах был страх за его жизнь. Несколько дней назад возвращающиеся в особняк братья подверглись нападению. Итачи отделался парой несерьезных ран, а вот Саске получил катаной в живот, а чтобы хоть как-то отвести удар от сердца, использовал много сил шарингана. Страшная рана не заживала и гноилась, а Сакура была только на подъезде. Светлоглазая привела брюнета в его комнату, укладывая на кровать и разрезав намокшие бинты поменяла повязку. -Хината, ты меня не оставишь? - легонько сжал лежащую рядом с его руками ладошку девушки, смотря прямо в глаза мужчина. -Не оставлю. Обещаю, не оставлю, - ответила на пожатие Хината. -Наклонилась, я скажу кое-что, - бывшая пленница послушно наклонилась и ее притянули за затылок к чужому лицу и поцеловали. Нежно и одновременно страстно, как пьют ледяную воду чистейшего родника после нескольких дней без влаги. Это был их первый поцелуй. - Люблю тебя, - улыбнулся слабо, но искренне черноглазый. По щекам Хьюго потекли слезы, стекая на руки такого родного человека. Чужие глаза начали тускнеть, а она схватила его лицо руками, и сама поцеловала в губы. Поцелуй получил лишь слабый отклик. -Люблю, люблю тебя, только Сакуру дождись. -Постараюсь, - и в этот момент дверь открылась, врезаясь в косяк. В комнату ворвалась розоволосая, сразу зажигая лечащее пламя. Брюнетка вздохнула: теперь все будет хорошо. Лучащиеся оживающие с каждой секундой и расцветающие глаза лишь доказывали это.