Кукла в цепях.

Тихое тиканье часов. За окном ветер аккуратно перебирал золотящиеся на солнце листья деревьев. Мужчина с черными длинными торчащими в разные стороны волосами и челкой, закрывающей один глаз, спал в кресле. Поздняя осень действовала на Мадару усыпляюще. В дверь скользнула белой тенью девушка в брюках и майке с широкими рукавами. Волосы забраны в высокий хвост (удивительно, как она смогла его сама завязать). В руках у него был поднос с несколькими чашками и шоколадом. Девушка хитро улыбнулась и, поставив поднос на тумбочку около двери, на цыпочках прошла к креслу. Мужчина ее не заметил или просто сделал вид, что не заметил, но главное не то. Главное то, что беловолосой удалось незаметно подобраться к нему. Она встала за спинкой массивного кресла и положила руки на плечи, проведя по рукам, останавливаясь на локтях и кладя голову на верх кресла. -Люблю тебя, - вся задорность пропала, уступив место нежности и чувственности. Улыбка стала мечтательной: она вдыхала запах мужчины. -Микото, - прошептал во сне глава клана, поднимая голову, касаясь подбородка девушки. Клео вздрогнула, а потом задрожала, пытаясь вырвать руки из захвата мужчины. – Клео, а ты что тут делаешь? - Мадара задрал голову, смотря за девушку. Челка упала на бок, открывая вид на другой глаз светло-серого цвета с тремя кольцами в нем. -Сволочь, подлюга, кабелина похотливый, - вся грусть ушла, сменившись чистой яростью. Губы дрожат от напряжения, но говорила темноглазая тихо, но четко. -Эй, да что с тобой случилось, Клео? - Учиха встал с кресла, поворачиваясь к беловолосой лицом на всякий случай. -Спрашиваешь, что случилось, - глаза смотрят прямо в чужие, в них играют нехорошие искорки. - Что со мной случилось? - не глядя, девушка хватает первую попавшуюся вещь, ею оказалась настольная лампа массивная и явно тяжелая с крепким и плотным абажуром. Этот предмет мгновенно был отправлен в полет, чиркнув в нескольких миллиметрах от виска мужчины и разбиваясь вдребезги о стену. Учиха в страхе смотрит на остатки лампы на полу, понимая, что его реакция не спасла и еще чуть-чуть, и он прощался бы с жизнью. А в это время под руку попадает ваза и так же летит в брюнета. Черноглазый приседает, и сей предмет пролетает над его головой так же разбиваясь о стенку и осколками валится на пол рядом с разбитой вазой. - Клео, что случилось? Я не понимаю, - с боку просвистел массивный том (интересно, как хрупкая девушка подняла его, да еще и швырнула с такой силой на приличное расстояние). - Что с тобой происходит, - увернувшись от оружия массового поражения, продолжил глава клана. -Не понимает он, что происходит, - шепчет под нос беловолосая так, чтобы Учиха слышал, беря очередной снаряд. - Как меня зовут? – снаряд, а именно какой-то шарик неизвестного происхождения, но явно тяжелый подбрасывается в руках. -Что? - не понял смысла Мадара за что и получил очередную бомбу, от которой еле увернулся, а девушка уже примирялась к кружкам с чаем. -Что тут не понятного? – бац, чашка столкнулась со стеной, разбиваясь, оставляя на обоях и на всем пути полета чайные подтеки. – Скажи, сволочь, как меня зовут? - Клео, - ответил он, не понимая сути очевидного вопроса. -Тогда какого ты меня называешь некой Микото? - заорала она, отправляя в полет еще одну книгу. -Ты все не так поняла. Она жена моего брата… - замахал руками, пытаясь остановить бушующего белого демона он. -Ага, у все то сестра, то жена, а потом раз и мать ребенка, - нахмурилась темноглазая, но кидать очередной снаряд пока не стала. -Иди сюда, - внезапно ее оторвали от пола, устраивая под мышкой мужчины, и куда-то понесли от места побоища. -Поставь, где взял, кабель, - замахала руками Клео, но Учиха с упорством тарана продолжал куда-то идти. Слуги разбегались по сторонам, слыша и видя такую странную пару. Так они и дошли до зала, где Клео еще не разу не была. Дверь Мадара открыл с ноги, ставя свою ношу на пол, и, хватая за руку, потащил к портретам. -Знакомься, Учиха Микото-жена моего брата Учихи Фугаку, - кивок на соседний портрет. – Сестренка, познакомься моя любимая Клео, надеюсь, в скором будущем Учиха, - улыбнулся Мадара. Клео разглядывала портрет женщины, которую ревновала к мужчине, но в голове эхом, как в колокол, билась мысль о том, что только что ее представили пусть и портрету, но все же как любимую. – Да, глупая, я люблю тебя, - нежно проговорил брюнет. - А назвал я тебя ее именем так, как сегодня мы все ненормальные. Сегодня годовщина их смерти. -Прости. Меня, - сглотнула темноглазая, смотря в глаза главы клана. - Я думала, а тут так вышло. Прости за подозрение, любимый, - она ответила в точно такой же манере, как и ей. -Любишь? - спросил Учиха, делая шаг к девушке. -Люблю, - ответила она, замечая сокращение расстояние, внутри все рвалось навстречу, но она держала себя, позволяя брюнету сделать то, что нужно и что хотел сделать он. -Моя? - еще шаг к ней. Теперь уже Клео улыбалась открыто и прямо. -Твоя, - Мадара оказался вплотную к ней, приподнимая над землей, собираясь поцеловать. – Но, - остановила она поцелуй, поставив между ними ладонь. - И ты-мой, не забывай это. Я жуткая собственница, - она сама прислонилась губами к губам мужчины. -Не забуду, обещаю, - он не дал ей сильно отстраниться. Быстрый выпад вперед, и он касается мягких и сладких губ девушки, проникая языком в теплый рот любимой и заигрывая с отвечающим на ласки чужим юрким язычком. За дверью в оставленную щелку внимательно слушали весь разговор троица сводников. Конан оперлась на спину Хидана, стоящего на четвереньках, и сбоку стоял Изуна, скрестив руки на груди. -Может за выпивкой? Мне кажется, дальше они сами, - младший посмотрел на друзей. – Кстати, Хидан, а что это с вами? -Проспорил Конан вот отдуваюсь. Реально, пошли за выпивкой, - пропыхтел пепельный блондин. И трио поспешило уйти, чтобы не нарушать такой трогательный момент. *** Саске сидел на полу в комнате. Ему все еще было больно двигаться, но жизни ничего не угрожало. Он сидел в окружении подушек, на плечи накинут хаори, а руки спрятаны в широкие рукава кимоно. -Саске, тебе же Сакура сказала соблюдать постельный режим, пока все полностью не заживет, - в комнате появилась брюнетка с подносом чая. Сев на колени около мужчины, поставила поднос на низенький столик: чайник оказался в профессиональных руках. Легкое движение и она оказалась прижата к груди брюнета, горячий напиток расплескался по татами. – Саске, аккуратнее, - покраснела Хината, стараясь придать чайнику равновесие, чтобы не вылить его содержимое на колени черноглазого. -Я так тебя люблю. Ты разорвала мои цепи, любимая куколка, - поцеловал бывшую пленницу в макушку Учиха. Отчаянно краснея, Хьюго потерлась легонько о грудь любимого. Так в жизни часто бывает. Человек окутан настолько прочными цепями, что даже самые сильные люди не способны порвать их в одиночку. Эти цепи могут быть разного происхождения и вида, но ясно сразу, что они сковывают движения. И не обязательно подчиняться этим цепями, плывя по течению, достаточно тепла и нежных рук, которые одним прикосновениям превратят цепи в ржавые и с легкостью разорвут их, выпуская чувства на волю.