Черно-белая эпоха

Илья пытался наслаждаться красотами города. Машины лениво двигались по проезжей части, щедро одаривая брызгами тротуары и неудачно прошедших людей. Солнце решило напоследок порадовать народ, а потому вылезло из-за туч и теперь наслаждалось своим отражением в лужах. Какие-то детки, явно сбежавшие с уроков, пытались извалять друг друга в грязи, превращая свою одежду и лица в однообразное серое месиво. Черная дворняжка радостно бежала, гордо таща в зубах найденную где-то кость. Мэддисон недовольно хмыкнул, слишком много людей оказалось на улицах и многие даже находили в себе наглость радоваться каким-то пустякам. Нет, чтоб всем дружно начать решать проблемы вселенского масштаба или хотя бы подбодрить парня тем, что он не сошел ума. Нет, все слишком радовались теплому осеннему дню и не замечали терзаний парня. Задумчиво пиная попавшуюся по пути банку, Илья шел в сторону парка, где договорился увидеться с Русланом. Тащиться через весь город было слишком напряжно, а потому Мэд добрых полчаса убеждал несговорчивого Руса, что встречаться лучше там, куда ближе идти Илье. По-правде говоря, Мэд с радостью остался бы дома, но мистер алые штанишки заявил, что погода стоит прекрасная и он жаждет гулять и вдыхать ароматы осени. Предсказуемо. До парка оставалась пара минут ходьбы, когда в руку все еще мучавшегося похмельем Мэддисона буквально впихнули листовку, где сообщалось, что давно закрытый на реконструкцию зоопарк вновь рад приветствовать посетителей, благо зверушкам теперь не холодно в крытом и заново покрашенном доме. Илья молча сунул бумажку в карман куртки, не заметив по близости лучшей урны. Культурный как-никак. Легкий ветер трепал волосы и приподнимал листья, кружа их в каком-то странном танце. Илье было похрен. Он пытался отыскать в привычно сером хоть что-то отдаленно напоминающее цвет неправильных глаз слишком несговорчивого парня или хотя бы что-то, что обожгло сетчатку, как штаны все того же Руслана. Все было как всегда. Вроде бы факт этого должен был бы радовать Илью, мол, еще не совсем с катушек слетел, но почему-то его дичайше бесил и нервировал привычный серо-белый мир. Порывшись в карманах, Илья выудил телефон и позвонил человеку, занимавшему так много мыслей и почему так сильно раздражающему. Спустя томительных четыре гудка, раздался запыхавшийся голос парня: - Да подхожу я уже. - Не беги уж, горная лань, - милостиво предложил Мэд, - я так и быть подожду тебя у входа. – На его милое предложение ничего не ответили, а только сбросили вызов. Дав небольшой круг, не выпуская из поля зрения вход в парк, Илье стало казаться, что он похож на школьника, ожидающего девушку перед первым свиданием. Такой расклад событий его не радовал, а потому он уселся на ближайшую ко входу лавку и за не именем ничего более интересного, вытащил из кармана все ту же листовку и заинтересованно стал рассматривать жирафа и пингвинов, которые находились подле слона. Их маркетологу явно было куда стремиться, ибо оформление и кривоприфотошопленные животные оставляли желать лучшего. «Будто они свинкой переболели» - пронеслось в голове у парня. - Я немного задержался. – Неожиданно рядом на скамейку упал Руслан, протягивая руку для приветствия. - Ничего, - Илья был на удивление мил, вертя в руках бумажку. – Давай сразу к делу, может быть? Руслан, не особо до сих пор понимая, что волнует Илью, аккуратно приподнял бровь. - Мои глаза снова посерели. – Без обиняков заявил Мэд, до сих пор не смотря на Руслана. - Радуйся, - посоветовал Рус, - тебе же не нравились все эти изменения. Теперь вернешься к нормальной жизни. - Сука, - Илья все-таки посмотрел на собеседника, - я-то посерел, а вот твои глаза такими и остались. – Он перевел взгляд на штаны, - что за херня? - А что не так-то? – Руслан удивленно смотрел на него, помня, что перед выходом решил сменить слишком яркие штаны на привычно серые. - Они точно не алые, но и не… - Мэд в который раз воззвал ко всем богам сравнений и описаний, но ничего не вышло, - они опять не серые. - А какие? – Кажется, Усачева забавлял весь этот разговор, - какого они, по-твоему, цвета? - Цвета жирафов, - буркнул Илья, не особо понимая, почему решил выбрать именно этих милых и немного неуклюжих зверей, наверное, из-за отдаленного сходства с Русланом. И даже не пытайтесь спросить у Мэда, чем Руслан напомнил ему длинношеее животное. Кажется, кто-то закатил глаза. Кажется, это был Руслан. - Окей, а жирафы какого цвета? Всегда были серыми. – Разговаривая как с ребенком, поинтересовался все же Руслан. – Ведь так? - Сдается мне, что нет. – Парень на секунду задумался и, вскочив с лавки, потянул за собой и Руслана, - пойдем! - Куда? – стараясь высвободить свою руку, поинтересовался владелец очередных необычных штанов. - В зоопарк, - рассмеялся Мэд, все еще удерживая руку парня, - будем жирафов смотреть. - Вообще-то я спешу, - вглядываясь в снова светлеющие глаза Ильи, попытался отказаться от столь, безусловно, интригующего предложения Рус, - Черт! Твои глаза снова светлеют. – Он на пару секунд замолчал, - и волосы, кажется, тоже. Илья тут же провел по волосам рукой, пытаясь на ощупь определить, до какого предела изменился цвет. - И какого же, мать их, они у меня цвета? – Рыкнул он. Руслану удалось наконец-таки высвободить свою руку из стальной хватки, и теперь он чувствовал себя куда увереннее. - Пользуясь твоей терминологией, - он подавил смешок, - не серые. На сей раз не сдержался Илья, потому пришел его черед закатить глаза и воззвать к кому-то свыше, он посмотрел на солнце. - Ты тоже это видишь? – не отводя взгляда, от пылающего осеннего солнца, спросил он. - Что именно? – проследив за взглядом Ильи, Руслан тоже посмотрел на небо. – Да что не так с этим миром… - простонал он и, щурясь, стал разглядывать пылающее на сером небе явно несерое солнце. - Видишь, нам придется с этим разбираться, - как бы невзначай протянул Илья, - зоопарк в той стороне, - махнул он рукой в сторону выхода из парка. Руслан был в некоем ступоре, если поначалу он решил, что раз он и этот странный парень меняют цвета, то быть может это какая-то новая страшная болезнь и уже мысленно составлял список с кем нужно проститься, но вряд ли вирусы распространяются и на все вокруг, есть повод для радости. Наверное. Он посмотрел на шагающего подле него Илью. Глаза горели так, будто он как минимум идет на встречу к бесплатному бухлу. Мэд явно спешил поскорее попасть в зоопарк, а потому несчастному Руслану приходилось временами чуть ли не переходить на бег, но попросить идти медленнее Усачев почему-то стеснялся. Благо идти было не слишком далеко, потому в скором времени ребята заходили в заново окрашенный, но все так же пахнущий детством зоопарк. - Ты видел, в кассе брелок с солнышком висел? – хватая за руку и останавливая Илью, поинтересовался Рус. - Нет, а что? – Мэддисону не нравилось, что его трогают за руки, из-за этого в Усачева полетел коронный вселюбящий взгляд Мэда, от которого было не по себе даже Хованскому. - Ничего, просто оно того же цвета, что и настоящее солнце, - как бы между делом заявил Руслан, пожимая плечами. Уже в следующую секунду парень наблюдал, как Илья бежит назад к кассам и пытается там что-то рассмотреть. Однако ему не повезло: очередь вокруг кассы собралась приличная и просто-напросто загородила своими серыми спинами несерый брелок, пиная какой-то камень, Мэд вернулся назад. - Увидел? - Нет, - отчаянно тряхнув головой, отозвался парень, - мы как в дурном кино. – Он задумчиво посмотрел по сторонам, - если мне не изменяет память, жирафы были рядом с бегемотами и кенгуру. Где-то в глубине. - Гид из тебя так себе, - хмыкнул Рус, - пойдем просто везде походим, давненько я тут не бывал. - Как ребенок, честное слово, - засмеялся Илья и вдруг замолчал, молча указывая на вольер, где мирно щипали траву пара лошадей. - Что такое? – Разглядывая коней, не понял Рус. - Кажется, трава окрашивается. – Илья попытался удержать непроизвольно падающую челюсть, дабы не потерять последние толики самоуважения. – Мамочки, - совсем не по-мужски выдавил из себя Илья. Слишком много изменений ежесекундно происходило перед парнями, от новых ярких цветов дико рябило в глазах, а каждое новое открытие вызывало дикий восторг. Однако бурно выражать эмоции парни повременили, на каком-то клеточном уровне они понимали, что никто кроме них не видит этих изменений. - Я кстати понял, какого цвета твои волосы, - внезапно прошептал Руслан. - Твою мать, я надеюсь это не цвет травы, - в который раз ощупывая голову, рыкнул Илья. - Нет, - довольно усмехнулся Рус, - цвета конской гривы. - Она серая, - расстроено протянул Мэд, глядя на двух обычных серых коней и только что вышедшего к ним угольного. - Да нет же, - Руслан расстроено всплеснул руками, случайно попав куда-то в район глаза Ильи, - прости, я не хотел, - проводя прохладными пальцами по внезапно полыхнувшей щеке, извинился Руслан, и, поняв, как странно они выглядят, резко отстранился, хватаясь руками за ограждение вольера, - они, правда, не серые. Илья ничего не ответил, странно косясь на Руслана, он потянулся к своей щеке, зачем-то запоминая прохладу пальцев чудаковатого парня в штанах цвета жирафов - Нам срочно нужны жирафы. – Заявил он и уверенно пошел между рядов, рассекая потоки детей и взбалмошных мамочек. Руслан едва поспевал за ним, попутно разглядывая клетки с попугайчиками и какими-то неизвестными ему птицами. - Жалко, конечно, что они хотя бы не цвета травы, - задумчиво протянул он и поспешил за удаляющейся спиной Ильи. – Упрямый баран, - выдохнул он, прожигая самым своим суровым взглядом парня. Руслан так спешил догнать Илью, что незаметно для себя слишком уж разогнался и, не рассчитав скорость, почти пролетел мимо остановившегося Мэда, грустно смотревшего на абсолютно серых в черные пятна жирафов. Усачев хотел подойти было к Илье, однако на него налетели какие-то детишки, убегающие от разъяренной, аки фурии, маман. И если дети не нанесли особого вреда, то суровая женщина направила не особо мускулистое тело Руслана точно в цель, а вернее в распростертые объятия Ильи, который развернулся, чтобы поглядеть на источник ора и криков. Едва Руслана подхватили сильные руки Ильи, что-то пошло не так. Вокруг полыхнуло ярким светом и парням пришлось прикрыть глаза, точно спасаясь от жаркого летнего солнца. - Я же говорил, что они не серые, - радостно повернул Усачева к жирафам Илья, все еще не выпуская его из своих медвежьих объятий. Руслан сам заворожено наблюдал за тем, как две трети жирафов утратили серую окраску, приобретая действительно цвет его новых штанов, чем-то отдаленно напоминающее цвет солнца. Соседствующие кенгуру больше напоминали чуть более темное солнце, а попугаи сливались с посветлевшими листьями тропических деревьев. И только стая фламинго оставалась своего привычного серого цвета, заставляя Руслана проникнуться всей своей мужицкой жалостью. Он, наконец, выбрался из объятий застывшего Ильи и подошел к пруду с птицами. - Почему же вы не меняете цвет? – Шепотом поинтересовался он у них. – Парни, ну что вам стоит стать алыми или цвета травы или, - парень насмешливо хмыкнул, - цвета жирафов? – Руслана явно веселила новая игра, под названием «а цвета чего эта новая хрень?». Кажется, Усачева очень расстраивал факт того, что фламинго не меняют цвета, а потому он даже не заметил, как рядом оказался пришедший в себя Илья. - Твою ж мать, а эти чего серые? Все же поменяли цвета, - задумчиво почесал лоб парень. - Не знаю, - как-то слишком разочарованно протянул Руслан, - пойду я, наверное, - расстроено заявил он, протягивая руку, чтоб попрощаться, отвечая на рукопожатие, Илья краем глаза заметил, как выбившийся из общей стаи пернатый серый фламинго вдруг стал наливаться цветом, едва не доходящим до первых, столь полюбившихся штанов Руслана. - Кажется, они твои братья. – Усмехнулся Илья, прерывая явно затянувшееся рукопожатие. - Ой, а не пошел бы ты, - устало махнув рукой, ответил на едкий выпад Руслан, защищаться, а тем более отвечать не было никаких сил. - Вот и пойду, - пробубнил Илья, почему-то обидевшись на то, что парень его прогоняет. - Вот и иди, - тихо пробормотал Руслан. Мэд почему-то не спешит уходить, продолжая стоять возле Усачева, раскачиваясь на носках и кидая взгляд то на фламинго, которые слишком долго думали, чтобы поменять цвет, то себе под ноги, рассматривая, безусловно, интереснейший серый асфальт. Парень со штанами цвета жирафов уж было хотел что-то сказать, но Илья неожиданно, резко развернувшись на носках, удалился, оставляя Усачева наедине с птицами. Наверное, обоим было что обдумать.