Ночной Рыцарь

На крыльце "Волшебных вредилок Уизли" стояли двое. Гермиона сдавленно выдохнула, прижатая к деревянной двери, попыталась вырваться из тесных объятий и зацепилась за медную ручку. Итогом сопротивления стал внушительный треск рукава мантии, на который соизволил обратить внимание Фред. Через пару секунд Гермиона была освобождена, ткань восстановлена, а дверь распахнута настежь. Девушка ужом юркнула в спасительную темноту коридора, пряча пылающее лицо, после чего услышала тихий щелчок. Они были вдвоем. Он приблизился вплотную, касаясь кончиками пальцев ее щек и приоткрытых губ, скользнул по растрепанным кудряшкам и осторожно стал снимать с девушки верхнюю одежду. На полку возле двери по очереди приземлились шапка, шарф и теплая мантия, после - второй такой же комплект, но уже мужской. Фред присел на корточки и аккуратно снял обувь сначала с Гермионы, затем с себя. Все события происходили в абсолютной тишине, словно даже дыхание боялось выдать реакцию любого из них; темнота позволяла чувствовать эти едва ощутимые прикосновения с закрытыми глазами, только обостряя происходящее. Парень осторожно подхватил девушку на руки и направился по лестнице на второй этаж,чувствуя, как сильно и быстро бьется ее сердце возле его груди, как доверчиво она прижимается к нему. Казалось бы, что такая малость не может сделать человека счастливым, однако именно в этот момент Фред понимал, насколько сильно он этого хотел. Еще до этого, когда она жила целую неделю рядом с ним, а он не позволял себе даже мысленно притронуться к ней или поцеловать. Как же, девушка брата.. Хоть и бывшая. Тогда все семейство Уизли считало, что эта короткая размолвка очень быстро забудется, а Гермиона с Роном тихо-мирно поженятся и наплодят пару-тройку прожорливых рыжих детишек. Вспоминая свою глупость, Фред со злостью сжал зубы, ощущая противное сверлящее чувство внутри. Нет, этому не бывать. Он бережно опустил Гермиону в кресло в гостиной и без помощи магии начал разжигать огонь в камине. Да, было бы гораздо проще сделать это одним заклинанием, но в голове у него царила ужасающая пустота. Да, он нашел ее. Перенес домой. А что дальше? Нужно поговорить. Объяснить подоплеку своих предыдущих действий и поступков, постараться не обидеть и в то же время - удержать рядом. Он нуждается в ней. Гермиона сидела, боясь пошевелиться и нарушить тот хрупкий мирок, который образовался здесь под тихое потрескивание поленьев. В комнате было чуть прохладно, из-за чего в итоге девушка поежилась и нащупала под собой теплый пушистый плед, который так полюбила за проведенное здесь ранее время. Невольно она представила, как одинокими вечерами Фред сидел в этом кресле, кутаясь в плед и глядя на бушующую английскую погоду. Впервые за долгое время Грейнджер не знала, о чем говорить. Да и нужно ли это было? Фред закончил разжигать огонь и сел в ногах у Гермионы, положив голову ей на колени. Через несколько секунд он почувствовал практически невесомое прикосновение к волосам, которое вскоре переросло в своеобразную томительную ласку. Девушка перебирала отсвечивающие золотом пряди, пропуская их сквозь пальцы, как песок, иногда проводила по лбу и вискам, забываясь. Фред стряхнул полудрему и решительно подвинул девушку, усевшись рядом в кресло, благо оно было весьма габаритным. Его рука уверенно скользнула на ее плечи, обнимая и притягивая напряженное тело, вторая зарылась в каштановые волосы. "И все же, видимо, слова не нужны были вообще",- подумала Гермиона, просыпаясь практически обнаженной в просторной кровати, не имея ни малейшей возможности выбраться. Разбудив Фреда толчком в бок, она надела подвернувшуюся под руку футболку (не свою, как и ожидалось) и прошла на кухню. Открыв холодильник, отыскала взглядом картонную коробку, достала ее и налила жидкость в высокий прозрачный стакан. Девушка легко села на стол и с наслаждением принялась за апельсиновый сок, медленно смакуя каждый глоточек. Внезапно она уловила какой-то посторонний звук, повернула голову в его сторону и увидела своего бывшего парня. Стакан с грохотом разбился.