Оранжевые лилии

Яркое, ослепляющее солнце будто насмехалось над Хранителем Урагана, который только благодаря чуду еще не сорвался искать и убивать причину слез его Донны. Десятая была не из тех девушек, что могут расплакаться по любому поводу. Если сейчас спросить кого-нибудь из Хранителей, никто не вспомнит, когда в последний раз плакала их обожаемый босс с тех пор, как они перебрались в Италию. И то, что Гокудера понятия не имел о случившемся, его злило еще сильнее. А все из-за приказа Десятой: всем строго-настрого запрещалось вмешиваться в ее студенческую жизнь и слишком близко подходить к университету. Чего уж говорить о выяснении личности ее возлюбленного. Никто из мужчин, проживающих в особняке, не знал о личности "пассии" наследницы Примо, а девушки не выдавали секрета подруги — женская солидарность. Естественно, представителям сильной половины человечества не нравился такой расклад, но если Десятая была счастлива, и интуиция подтверждала непричастность мистера "Х" к мафии, то можно было и смириться с этим. До сегодняшнего дня. Пока Хаято пытался успокоиться, они уже приехали к особняку, что некогда был выбран лично Тсунаеши. Сам по себе он казался не таким большим, по сравнению с величественной резиденцией Вонголы, но именно это и искала Десятая. Милое уютное местечко на окраине леса. Светло-кремовый цвет стен фасада отлично сочетался с белыми колоннами и блоками по периметру. Но больше всего Тсуне понравились балкончики, ограждения которых были сделаны из простого чугуна. Небольшие клумбочки перед особняком только добавляли некой гармонии этому уединенному месту. То, что искала Савада - уютное место, куда она могла вернуться с друзьями и насладиться тишиной и отсутствием членов мафии. Поэтому у особняка сразу же появилось название - "Тихая гавань". И именно поэтому Гокудера поехал в этот особняк, а не в резиденцию, где они жили до сегодняшнего дня. Переезд был обоснован не только наличием Варии, но и тем, что Тсуна хочет больше проводить времени с возлюбленным, а до ее любимого особняка слишком долго добираться. Но их "Тихая гавань" не осталась без присмотра, время от времени сюда приезжали специально нанятые люди и поддерживали порядок, чтобы хозяева в любой момент могли вернуться. Хотя в данный момент для Хаято это "долго" превратилось в несколько минут из-за бешеной скорости. А во всем виноват Принц-потрошитель, которому было скучно без соперника на трассе, а кто больше всего подходил на роль безбашенного гонщика два года назад? Правильно - Ураган Вонголы, который в то время очень быстро в запале драки согласился на такую авантюру. Припарковавшись недалеко от особняка, Гокудера шумно выдохнул и опустил голову на руль. Слишком тяжело ему было видеть свою Донну в таком состоянии. Он просидел так несколько минут, вслушиваясь в тихое сопение Савады. Им определенно нужно взять отпуск и побыть в их "Гавани", потому что уже почти полгода они не могут собраться даже за завтраком всем составом, а ведь всего год назад они и представить себе не могли такое начало дня. Хаято резко выпрямился и помотал головой в разные стороны, отгоняя сопливые, по его мнению, мысли. Взглянув на умиротворенное лицо босса и удостоверившись, что кошмары больше ей не сняться, Гокудера вышел из машины, чтобы отыскать аптечку в багажнике - даже если царапина не серьезной и не сильно кровоточила, обработать ее необходимо. Хаято обрабатывал нежную кожу Десятой как можно более аккуратно и безболезненно, боясь потревожить покой девушки. В первую очередь по тому, что не знал, как правильно успокаивать девушек. Свою-то женщину успокоить легко, хотя ее слез он тоже давно не видел. - Хаято, думаю, бинты будут лишними, - прошептала Миура на ухо Урагану, что от такой неожиданности, чуть не начал материться. Но причина возмущения юноши быстро зажала его рот ладонью. - Долго, - недовольно пробурчал Гокудера, обнимая девушку, тем самым пытаясь унять свою бурю, которая давно уже хочет обрушиться на виновника слез босса. - Ши-ши-ши, Принц сообщил Боссу, что с нашей донной обошлись совсем не по-королевски, - и хоть было совершенно незаметно, но Ураган Варии ужасно был зол. И это не смог не заметить его "соперник". Скорее всего, он разглядел часть заляпанного платья из-под пледа и заплаканное лицо Тсунаеши. - Пойдем домой, - тихо прошептала Хару, поднимая свою голову и пытаясь улыбнуться окружающим. - Тсу-чан нужно переодеть, да и вон уже Бьянки с Киоко приехали. Остальных девочек мы ждать не будем: И-пин сейчас в Китае, а Хром освободится только ближе к ночи. И спустя несколько минут к любимому внедорожнику Урагана Вонголы подскочили две обеспокоенные девушки, которые жаждали объяснений. Как раз в этот момент Хаято, кивнув девушке, аккуратно взял на руки Десятую. И увидев состояние подруги, все вопросы отпали на задний план - они все узнают, но позже. Спустя несколько часов, когда Савада была переодета, как заверили представительницы слабой половины человечества, и оставлена на их же попечение, в гостиной "Тихой гавани" были собраны все Хранители Вонголы, за исключением Ламбо, и несколько варийцев на тайный, военный совет по уничтожению смертника, что посмел покуситься на самое дорогое для этих мужчин - Саваду Тсунаеши. Почему же был не полный состав Варии? Все просто, Занзас решил, что его присутствия будет достаточно. Тем более в особняке были его Туман и Ураган. А остальных он сначала просто послал по конкретному адресу, а потом уже на тренировки и задания. Да и особо старший офицерский состав Варии, хоть и недавно начали немного уважать Десятую, но в отличие от Хранителей Вонголы, не сдували с нее пылинки. "И слава Будде", - мысленно радовалась Савада. Гостиная, где все собрались, была выполнена в зеленых тонах. Ее главной особенностью было отсутствие диванов. Их заменяли кресла-мешки и огромное количество подушек, которые легко могли быть перенесены и расположены как каждый пожелает, а еще специальные полочки с разными безделушками, привезенными с разных концов Земли, и цветами, названия которых разве что Гокудера знает. - Что случилось? - вопрос, который мучил всех, был озвучен Ламбо, который влетел в гостиную на первой космической скорости. От жесткого столкновения его носа с полом спасло кресло-мешок нежно-салатового цвета, "заботливо" предоставленный Хибари. Но не один он боялся скоропостижного пробуждения Донны, поэтому бедного Бовино заткнули десятком мягких подушек разных размеров зеленых оттенков, а все тот же заботливый Кея не поленился запустить еще одно кресло-мешок, только уже насыщенно-зеленого цвета. Чтоб наверняка. - Кто-то довел нашу Донну до слез, - мрачно ввел в суть дела Правая рука. - И нам нужно выяснить, что именно повлияло на это. - Могу пробраться... - хотел было начать Мукуро, но быстро заткнулся, заметив несколько злобных и скептических взглядов. - Но разве Тсунаеши-чан не запретила лезть в личную жизнь? - напомнил про табу Ямомото, вгоняя в легкий ступор всех находящихся в гостиной мужчин. - В студенческую, - поправил хитрый Мукуро, что несколько изменил свое отношение к Небу Вонголы, после своего проигрыша. - Именно, - довольно кивнул Хаято. - Работаем все пока поодиночке или в парах, через неделю встретимся здесь. Было бы неплохо наведаться в университет, но запрет Десятой, - начал рассуждать Гокудера. - Разумно, - вставил свои пять копеек Хибари. - Я звонил травоядному, что сегодня отвозил ее, он подтвердил, что "довез Донну до ворот университета, так как был слишком сильный дождь. В машине она была в задумчивом состоянии, но довольно бодрой и веселой", - передал слова водителя Хранитель Облака. - Но Тсуна же могла и не заходить в университет, или, допустим, получить плохое сообщение, - Ямамото решил немного сбить настрой собравшихся пойти громить храм знаний - от этого их обожаемый босс точно в восторге не будет. - Тоже верно, - устало выдохнули юноши. Мозговой штурм прервали тихие шаги девушек. - Она проснулась, - оповестила всех Ядовитый Скорпион. - Тсу-чан не хочет никого видеть и попросила дать ей время побыть одной, - тихо продолжила Киоко, останавливая некоторых, что собирались проведать Донну. - Тогда через неделю, - все с той же слащавой улыбочкой подытожил Мукуро, направляясь к выходу. - Так, Хару, помоги мне раздать задания, - Гокудера быстро начал перебирать документы в ноутбуке. - Занзас, - он окликнул Босса Варии, когда он уже почти покинул гостиную. - Задания для Варии пришлю с посыльным к Скуало. Он будет завтра утром, - продолжил Правая рука, заметив, что его услышали. Скайрини лишь что-то фыркнул про какой-то мусор и величественно скрылся. - Кто останется с Тсуной? - поинтересовался Ямомото, замечая, что на рабочем столе у Гокудеры множество папок с именем каждого Хранителя, за исключением Ламбо. А значит, задание будет у каждого. - Первые два-три дня девочки, периметр уже снова начали охранять люди Вонголы, - хмуро отозвался Хаято, вручая девушке флешку с документами, которые необходимо было распечатать. Благо у предусмотрительного Гокудеры в комнате стоял заправленный принтер. - А там по очереди будем сменять друг друга, как только узнают, что Босс беззащитна, могут возобновиться нападения. А пока Правая рука взял на себя ответственность за Хранителей и Вонголу, до приезда Внешнего советника, что должен был в случае чего возглавить Вонголу, если преемница Примо в скором времени не придет в себя. Тсунаеши же свернулась в небольшой "клубочек" под теплым одеялом и тихо плакала. Да, она понимала, что чем-то подобным все и закончится. Гиперинтуиция Вонголы не давала осечек. Но это же была ее первая любовь, несмотря на ее возраст. Да и какая любовь могла быть до этого, когда сначала она была Неумехой Тсуной, потом разборки мафии, а там уже и сверхопека Хранителей. И как это бывает в разных женских романах, она хотела верить в лучшие стороны своего парня. Она хотела верить в то, что сможет изменить его. Она хотела верить в светлое будущее с ним. Но сегодняшнее утро разбило ее розовые очки и лишь в очередной раз доказало неоспоримость решения интуиции. "Я не буду устраивать истерик и скандалов: это его выбор, пусть будет так, как хочет он", - мысленно повторяла Савада, не пытаясь остановить слезы и успокоиться. " Я не держу его, да и, скорее всего, никогда не держала", - горько ухмыльнулась девушка, всхлипнув. "Я благодарна ему за все", - хотелось, чтобы хотя бы в ее голове это звучало, так как она желает, но, кажется, эти слова Тсуна не скоро сможет произнести от чистого сердца. Ей мешали обида и боль, которые не спешили покидать ее сердце. "Я просто поплачу немного", - мысленно пыталась успокоить себя Тсунаеши. - "Поплачу, потом выпью чаю, посидим с девочками". Медленно истерика затихала. " Они обязательно распишут и докажут какой он глупый и плохой", - на лице появилась слабая улыбка. "Я ведь еще найду именно ту любовь, а не влюбленность, того человека, который будет моим. Ведь если мы расстались, значит он не мой человек, да? А значит и зацикливаться на этом не надо. А еще нужно заниматься делами семьи, да и ребята, наверное, жутко переживают... Но это все завтра", - отступившая истерика вновь вернулась, и слезы потекли сильнее. " А сейчас мне просто нужно поплакать... Да, я поплачу и будет лучше.... И пусть мне больно, и на душе скребут кошки, и все это до такой степени, что хочется выть от боли; я все равно буду улыбаться всем, просто потому что не хочу, чтобы они волновались... Просто потому что Реборн воспитал во мне гордость... Потому что сейчас я слишком гордая и пытаюсь быть сильной и независимой... Но все это будет завтра. А сейчас я просто хочу полежать вот так и поплакать. А все потому что, несмотря на гиперинтуицию, я не ожидала от него такого удара... Просто потому что сейчас мне больно.... Но это все пройдет. И через некоторое время я может, и вовсе не буду вспоминать о нем..."