Cemetery Drive

- Ты веришь в чудо? Его спокойный и тихий голос вырвал меня из раздумий. Какого чёрта? Что за странный вопрос?! Я повернулся и посмотрел на него с удивлением, но потом, немного придя в себя, от так называемой неожиданности, ответил, кратко и ясно: - Нет. - Почему? Бесит. Нет, я убью его. К черту всё, вот сейчас просто возьму и убью! - Джи, не молчи, пожалуйста… - Не называй меня Джи. Не надо. - Почему? - Я перестал верить в чудо, когда умер мой брат. Твоя очередь.- сказал я с лёгкой, наигранной улыбкой на губах. - Что, прости,- растерявшись, сказал Фрэнк. - Ты веришь в чудо? - Это глупый вопрос,- с серьёзным лицом, сказал Фрэнк. - А мне тогда зачем было его задавать?- с таким же серьёзным выражением спросил я. - Ладно… До 10 класса я верил в Санта- Клауса. - А сейчас? - Джерард, отстань а? - Ты не ответил… - Не верю! Доволен?! - Вполне… - Это был риторический вопрос,- сказал Фрэнк и отвернулся от меня. Всё. Разговор не продолжится, я это знаю. Каждый день он приходит в мой дом, каждый божий день, на протяжении 2 недель он приходит и пялится в моё окно! Ужасно! Достал, честное слово. Я, конечно, понимаю, что ему одиноко в своей квартире, но всё же. Если признаться, то это мне на руку. Если продолжать в том же духе, то через несколько недель он начнёт мне доверять и тогда начнётся. Мои коварный мысли, прервал голос Фрэнка: - Почему наши разговоры всегда такие? - О чём ты?- спросил я, хотя понимал, к чему он ведёт. - Короткие и…странные что ли? - Ты всегда первым прекращаешь со мной разговаривать, так что это я должен тебя об этом спрашивать,- ответил я и посмотрел в уже, полюбившееся нами, французское окно. Вид завораживал своей красотой. Закат над Лос-Анджелесом просто великолепен. Признаюсь, мне начинает нравиться этот город, вот только ночной. Когда нет жары и духоты, и воздух кажется более свежим. Людей становится меньше, но всё равно на улицах их полным-полно и это немного удручает. Ненавижу людей, хотя когда-то был таким же, как они. Я жил в неведении, как и они сейчас. Люди не знают, что за каждым углом, в каждой тёмной подворотне может находиться смертельная опасность виде вампира. Но иногда некоторые люди не уступают вампирам в жестокости. Взять, того же Адольфа Гитлера. Убил столько людей, что даже самый старый и кровожадный вампир позавидовал бы. Мы с ним похожи. Как это ни мерзко признать, но мы похожи. Вспомнить мою и его молодость, мы оба хотели стать художниками, но наши мечты не осуществились. Я стал монстром, хоть и насильно, но всё же. Гитлер, разозлившись на весь мир, начал его порабощать и совместно уничтожать. Мы - два урода, две бородавки на лице этого, прекрасного точнее, когда-то прекрасного мира. Прискорбно и обидно настолько, что хочется плакать. Таких бородавок как я, сотни и ни один врач-косметолог не сможет убрать этот изъян, не сможет вылечить кожу и придать ей здоровый цвет, свежесть и упругость. Никто не сможет спасти землю, потому что никто этого не хочет. Никто не хочет ввязываться в переделки, создавать себе лишние проблемы, поэтому-то все и сидят, сложа руки и ничего не делая. В скором времени люди сами себя уничтожат. А нам, вампирам, приходится смотреть, как изменяется этот мир. Люди называют технологии, войны, смертельные оружия эволюцией. Мы же называем её деградацией. Люди говорят, что они знают почти всё на свете, а на деле оказывается, что их смартфон в несколько раз умнее их. Печально, ничего не скажешь. Хочется вернуться домой. Домой, не по какому-то адресу, а в свои времена. Вернуться назад. Хочу вернуться в 1872 год и не поехать в эту чёртову Америку и не встретить этого вампира. Хочу снова увидеть, так когда-то ненавистных мне родителей. Увидеть Майки…моего Майки. Снова хочется прикоснуться к нему, поцеловать его, а потом… Я издал стон от нахлынувшей боли. Эта боль просто невообразима, она охватывает твоё сердце, сжимает его, а потом расползается по всему твоему телу и тебе становиться настолько плохо, что пошевелить пальцем не предоставляется возможным. - Ты вспомнил её? Любимую…верно?- тихо спросил Фрэнк. В точку. В яблочко. В десятку. Как там ещё можно назвать? Складывается такое ощущение, что он читает мои мысли. - Можешь не отвечать, я понял- всё так же тихо говорил Фрэнк- Мне тоже становится больно, когда я вспоминаю её. Но, когда ты рядом, то мне немного становиться легче. От его слов, мои глаза поползли на лоб. Моё удивление дошло до пика, а потом понимание того, что мой план понемногу начинает работать, заставил меня улыбнуться. Фрэнк сидел в метрах пяти от меня и всё так же неотрывно смотрел в окно. Он не поворачивался и не смотрел на меня. Он был абсолютно спокоен. Я посмотрел на него минут пять, а затем заново начал разглядывать мой любимый потолок. - Ты скучаешь по ней? - Очень сильно,- полушепотом проговорил я. - А что с ней случилось?- спросил Фрэнк- Вы расстались с ней? С ней. Я улыбнулся. Я вспомнил, как часто я называл Майки девчонкой, вспомнил, как он злился и вспомнил наши примирительные поцелуи. - Нет. Она умерла. - А как, если не секрет?- спросил Фрэнк. Мне не хотелось ему это рассказывать, переживать это снова, но сердце требовало этого. Моим накопившемся эмоциям нужен был выход, и я рассказал ему самую маленькую часть боли, которую я испытываю. - Мы встречались два года, втайне от родителей. Они бы этого не одобрили,- я слегка улыбнулся и продолжил рассказ,- Мы любили друг друга очень сильно. Это просто невозможно передать словами. Ты как уже знаешь, я родился и жил в Англии. Но потом, когда мне исполнилось 18, мои родители отправили меня в институт, в Америку. Здесь я проучился 2 года. Я жил в Америке два, чёртовых года и не подавал никаких признаков жизни… Ну знаешь, типа не заходил в интернет, не писал письма. В один прекрасный день, на весенних каникулах, я решил поехать навестить родных. Но когда я приехал, меня ждал не приятный сюрприз. Умерли два самых близких мне человека. Мой брат и моя любимая. Оба покончили жизнь самоубийством. Родители были убиты горем, а я был сломлен. Я не смог находиться дома и поэтому через неделю пребывания в Англии я вернулся в Америку. Потом через полгода мне пришло письмо, что моих родителей убили… Фрэнк молчал, но по его сердцебиению можно было понять, что он потрясён. Он смотрел в окно, а потом резко встал, подошёл ко мне и лег рядом со мной. - И как ты справился с этим?- спросил Фрэнки. - Блэк- Джэк и шлюхи- отличное лекарство,- сказал я. Я пытался перевести всё в шутку. Хотел казаться весёлым, но на душе скребли кошки. - А мне поможет? - Что? Я так сильно погрузился в свои мысли, что сначала не понял смысл слов, сказанных Фрэнком. - А мне поможет?- повторил свой вопрос Фрэнк. Я повернул свою голову в его сторону и посмотрел в его глаза. Красивые. Наши лица были совсем рядом, но меня это не смутило, а Фрэнка, кажется, что да, но он всё равно не отводил взгляд. Не отрывая взгляда, я сказал: - Нет, не поможет. Слишком правильный. Фрэнк ухмыльнулся, а потом снова посмотрел на мои губы…мило…но блять!!! - Я, кажется, знаю, что мне поможет…- сказал Фрэнк и стал медленно, но верно приближаться к моим губам. Простите за задержку. Вдохновение - стерва. Долго оно ко мне не приходило. Надеюсь, я не растеряла всех своих читателей. Если вы это читаете, то спасибо вам ОГРОМНОЕ. Люблю вас всех! Ваш автор.