Шестая

Ночка выдалась более, чем долгой. Находясь под одной крышей, им пришлось бороться каждому со своими демонами. Хатаке корил себя за то, что единственное, что выпадало на его долю - это причинять боль другим. Не иметь возможности насладиться собственным счастьем. И единственное, чем он себя тешил, так это тем, что, возможно, с Обито Сакура будет наконец счастлива. Наверное, многие бы подумали о том, как глуп и безрассуден его поступок. Вот так просто взять и отказаться от своей любимой, когда она сама готова плыть тебе в руки. И, наверное, многие бы забыли о том, что он совсем недавно очнулся ото сна. Для него три года пролетели как один миг, скрывая за своей скоростью новую историю нового мира. Ему было так сложно свыкнуться с новой реальностью и понять, что люди, окружающие его, сильно изменились, как и изменились его чувства к ним. Сакура же вела отчаянную борьбу с обидой и злостью. В кой-то веки девушку довели до состояния, когда ещё немного и она перестанет контролировать свои силы. До глубины души её возмутили скверные слова о том, что с другим ей может быть лучше. Скажите мне, а как бы отреагировали вы? Вы признаётесь в своей любви, а вам в ответ: «Полюби другого». Возмутительно, больно и слишком сложно. Так и не заснув до самого утра, Шестая на рассвете тайком отправилась в свой кабинет в личной резиденции, чтобы поскорее забыться в работе. Однако отворив дверь в свою личную обитель, она с неожиданностью обнаружила за соседним столом Обито, который уже вплотную занимался работой. Оторвав взгляд от бумажек, мужчина с удивлением обнаружил уставшую и раздраженную Хокагэ. - Доброе утро, Сакура-сан, - медленно сказал он, наблюдая за тем, как она, волоча ноги, проходит за свой стол. – Как вы… - Давай без формальностей, - обессилено падая на своё большое кресло, махнула она, рукой призывая к простому общению. - Ты всё ещё никак не угомонишься после вчерашнего? Сакура, я же тебе сказал, пусть думают, что хотят… - начал было он и тут же был перебит. - Нет, вообще-то я решила вчера последовать твоему совету и сказать Какаши всё, как есть. В результате получила отказ и рекомендации обратить своё внимание на мужчин, меня окружающих, - нервно бросив эти слова, Харуно зарылась в бумажки, истерично перебирая их из одной стопки в другую. От такого нестабильного состояния девушку трясло, и пару важных документов она умудрилась даже повредить. Наблюдая за её реакцией и пытаясь проанализировать её слова, Обито старательно прокручивал в голове вчерашний разговор с Сакурой и Какаши. Где он просчитался? Где он допустил ошибку, которая сейчас влечёт за собой эти глупости? - Не понял, - честно признался парень, задним числом припоминая всё то, что произошло. - Вот и я не поняла, что или кого он имел в виду, - буркнула девушка, разбрасывая документы. - Идиот! Не нужно было хорошо знать Шестую, чтобы понять, что сейчас к ней лучше не приближаться. Невооружённым глазом было видно, что её колотило от безудержной злости, которую она с трудом в себе подавляла. Конечно, многие бы возгордились, увидев такую реакцию. Ведь многие подумают, что они не такие, но тут-то люди и ошибаются. Всех женщин одолевает злость в таких ситуациях, и у каждой продолжительность своя. Кому-то хватает дня, чтобы остыть, а кому-то и года мало. - Может, с ним поговорить стоит? Уверен, что он что-то неправильно понял, - пытаясь хоть как-то прояснять ситуацию, спросил Учиха, что, собственно, и стало последней каплей. Яростно стукнув по столу, Харуно смерила его раздражённым взглядом. - Обито, ты что, действительно думаешь, что можно неправильно понять признание в любви? Я понятия не имею, что творится в голове у этого седого козла, и даже не уверена, что хочу знать! Тема закрыта! Не усмиряя пыл, девушка перевела свой взгляд на документы, истерично бегая глазами по символам, пытаясь вникнуть в написанное. Конечно же, ей не удавалось вникнуть в смысл, так как в голове крутился один человек. Она понимала, что зря накричала на Обито, что, возможно, зря так поспешила огорошить Какаши со своим признанием. Наверное, она просто испугалась того, что у неё больше не будет возможности с ним поговорить так, как это было все эти три года. Вот под давлением своих мыслей, да подогретая словами поддержки Обито, она и поспешила. Дальнейшее время прошло без единого слова с обеих сторон. Сакура не горела желанием что-то обсуждать, а Учиха не стремился свести счеты с жизнью, заговорив с ней. Когда солнце покинуло зенитное положение, её помощник попросил разрешения удалиться по срочным делам, и она, не желая разговаривать, кивнула ему в знак согласия. Спустя всего каких-то пять минут она вновь почувствовала себя одинокой. Так тошно было осознавать, что она опять осталась одна. А поскольку перспектива сидеть и злиться её не прельщала, она решила пойти и проверить старого друга, который уж точно сможет её выслушать. Оказавшись на пороге его палаты, Сакура осторожно приоткрыла дверь. Не обнаружив в помещении никого, она быстро проскользнула внутрь, на замок запирая вход. Подойдя к кровати и присев напротив Наруто, Харуно устало выдохнула, почувствовав абстрагированность от всех внешних забот. - Я дура, - устало констатировала она, зарываясь руками в розовые локоны. – Обрадовалась его пробуждению, поспешила с признанием, а теперь вот плакать хочется. Помнишь, я говорила тебе, что рядом с ним веду себя как подросток? Так вот, это была ложь, рядом с ним я вообще имбецилом выгляжу. Вся моя наигранная стать не помогает держать свои чувства в узде. На глаза напрашивались слёзы, но, стараясь сдержаться, Шестая взяла в свои руки прядь длинных золотистых волос друга. Пленённая их сиянием, она пропала где-то глубоко даже от своего подсознания на минут пять и снова решила продолжить свой монолог: - Наверное, нужно перед ним извиниться. В конце концов, нам жить в одной деревне. Правда, я пока не представляю себе, как это будет, но надеюсь, что я справлюсь. Шестая… - грустно выдохнула она, сфокусировав свой взгляд на стене. – Мне кажется, этот титул обязывает меня выносить всё. Ты бы знал, как плакать хочется, но я просто не могу… Какая-то нерадостная участь… Ты прав, стоит извиниться, - сказала она, словно услышала какие-то слова от Узумаки, мирно спящего всё это время. - Глупо надеяться на то, что он придёт сюда и скажет не то, что чувствует, а то, что я хочу услышать. Усмехнувшись собственным словам, девушка услышала, как с характерным звуком выбивается закрытая доселе дверь. Пробираясь через разломы, в палату вошёл Обито, а следом за ним волочился никто иной, как сам Копирующий ниндзя. По виду второго можно было понять, что он мало понимает о происходящем, а вот первый был полон решимости. - Учиха Обито, ты что себе позволяешь в палате больницы?! – возмутилась Шестая, глядя на балаган, что устроил её подчинённый. - Спокойно, малому всё равно на то, что здесь происходит, - отмахнулся он. – А вам двоим надо прийти к единому знаменателю. Увидев, как тот указывает на неё пальцем, в груди Сакуры стало просыпаться ранее неведомое ей чувство. Что делать, как поступить в такой ситуации? Она не из тех, кто смиренно подчинится таким хаотичным действиям. Ведь так? - Обито, что ты задумал? – похоже, Хатаке оказался в такой же ситуации, что и Сакура, поэтому и решил включиться в эту увлекательную беседу. - Вам ещё в одной деревне жить, а вы в глаза друг другу смотреть не можете. Объясните мне, наконец, что между вами происходит? – обладатель шарингана был настроен более, чем решительно. После того, как он покинул свою Хокагэ, он долго бродил по окраине, пытаясь связать концы с концами. Он точно знал, что Сакура неровно дышит к Хатаке, и точно смог уловить вечером, после ужина в ресторане, в глазах друга ту же заинтересованность в Харуно. Но что же тогда не получалось? Когда он, наконец, прокрутил в своей голове тысячный раз разговор с Сакурой и уделил особое внимание словам о том, что Какаши порекомендовал ей обратить внимание на того, кто рядом, он был вне себя от возмущения. «Да как этот больной на голову человек мог такое подумать?!» - подумалось ему тогда, и он тут же, не теряя ни минуты, направился в дом к Шестой за виновником. Обито знал: нужно было действовать, пока всё находилось на пике, а иначе потом было бы сложно что-то собрать из осколков. Поэтому, вломившись в дом и ухватив ничего не понимающего Хатаке за шкирку, он вместе с ним ввалился в кабинет к Кагэ. Не обнаружив её там, упрямо игнорируя все попытки друга прояснить ситуацию, Учиха направился в больницу. Он знал, что Шестая может быть только тут. Ураганом ворвавшись в палату к Наруто, Обито был готов к тому, чтобы расставить всё по своим местам. Его чрезвычайно волновал тот факт, что два близких ему человека никак не могут найти точки соприкосновения, несмотря на один и тот же интерес друг к другу. - Жить надоело?! – возмутилась Сакура, крепко сжимая кулак, готовая в любой момент размазать по стенке человека, что нагло ковыряется в глубинах её души. - Я же сказал, вам есть, что обсудить. Мне кажется, вы неправильно друг друга поняли, - пытаясь начать душещипательную тему, осторожно подбирая каждое слово, говорил Учиха. - Нечего тут обсуждать, - не желая ввязываться в пустые, по её мнению, разговоры, ответила Харуно, стараясь не смотреть в глаза Хатаке. В комнате, где находились герои, повисла томящая пауза. Каждый пытался проанализировать что-то своё. Однако при этом Хатаке и Сакура, как побитые псинки, опускали глаза вниз. Казалось, они начинают о чем-то сожалеть: о действиях, о словах и, возможно, даже о мыслях. Только вот опять стоит вопрос: с чего начать разговор? - Да посмотрите же вы уже друг на друга! Долго собираетесь себя мучить? – вскрикнул мужчина, но на его агитационные речи не спешили вестись. Обречённо оглядев своих друзей, он решил не сдерживаться и вытащить последний козырь из рукава. В конце концов, хуже он уже не сделает. - Всё с вами ясно. Дуетесь, как малые дети. Мне один вопрос хочется задать тебе, Хатаке. Я не понял сначала, когда Сакура рассказала мне о том, что ты ей вчера сказал. Но когда до меня дошло, я удивился твоей логике. Хатаке! Ей-богу, ты меня почти до греха довел! Ты что, реально думаешь, что я смогу стать для неё тобой? - Не понял? – слова друга заставили джоунина сфокусировать свое внимание на нём. - Может быть, ты и хороший шиноби, друг и наставник, но ты чертовски плохо разбираешься в женщинах, - отмахнувшись руками, Обито перевел свой взор на Сакуру. – А ты. Чего ты на него так злишься? Сделай ему скидку хотя бы на то, что человек три года в коме пробыл. Это ты жила, вынашивала и каждый день осознавала свою любовь к нему понемногу. А он проснулся только, и тут ты уже повзрослела, похорошела, да и в него влюбилась! Нет причин для злости. Я сказал, вам надо поговорить! В словах мужчины Харуно нашла отражение той реальности, в которой она по факту и находилась. Как бы ей ни хотелось сейчас вмазать ему, да посильнее, этот гадёныш был прав. Причем абсолютно во всем, что бесило её ещё больше. Из-за его слов ей даже расхотелось поднимать панику и закатывать новый скандал из-за того, что она услышала от Обито. «Он задумал меня с Учихой свести? Но почему?» - Кажется, теперь вы тут и без меня справитесь. Но учтите, что не выйдете от сюда, пока точку не поставите! – грозно сообщив им свои условия, Обито вышел через дверной проем, не забывая поставить какой-то барьер. Сразу было понятно – сказанное им было не шуткой. Оставшись в неловком уединении, парочка впервые за эту встречу рискнула переглянуться. Встретившись виноватыми взглядами, они поняли, сколько успели начудить за столь короткий срок. Причинить друг другу боль, да, пусть неосознанно, но суть от этого не меняется. Безмолвная тишь так по-озорному щекочет нервы, даже понятие не имеешь: осилишь ли ты выдержать её нрав. В голове Какаши каруселью крутились отнюдь не радужные мысли. Оглянувшись назад, он смог понять, как глупо поступил по отношению к своей Сакуре. Не разобрался, наговорил брехни, а теперь стоит, как маленький мальчик, и теряется в своих догадках. Обито бесспорно был прав: ему сложно переносить подобный скачок. Эта вымышленная любовь к розоволосой оказалась былью, а он, как последний глупец, был готов подарить её другу, которому она и не нужна оказалась. - Тот поцелуй, - несмело заговорил он, пряча руки в карманы, – он был на самом деле? - Какая теперь разница? – устало спросила она, возвращаясь в исходное положение на кресло. – Ты уже сказал, что думаешь, разве то, что было, имеет сейчас какой-то вес? Холодная, усталая Шестая. Сейчас перед ним предстала именно она. Потухший взгляд, который подчеркивали сиреневые полосы, расслабленные от бессилия плечи. Она была прекрасней, чем в его снах, и эту красоту он позволил себе удалить от себя. - Для меня имеет значение, - коротко изрек он, делая нерешительный шаг навстречу. - Прости, - прервав его, она немного повернула голову в его сторону так, что было видно ее изящный профиль. – Я не должна была вываливать на тебя все свои чувства. Я так обрадовалась твоему пробуждению, что даже не подумала о том, как тяжело тебе. В итоге получила то, что заслужила. Освободила свои плечи от тяжкого груза. Грусть в голосе Харуно отражалась от стен больничной палаты. Её речь лишь изредка прерывал аппарат жизнеобеспечения, к которому был подключён Наруто. Но, освобождая свою душу, она чувствовала, как и ему становится легче. - Не извиняйся, - сделав глубокий вдох, ответил ей Хатаке, стягивая маску с лица, подходя к зашторенному окну, не пропускающему дневной свет. – Я сам запутался. Я не был до конца откровенным с тобой. Пока я спал, я слышал твой голос, иногда даже видел тебя. Думал, что это всё сон… Чёртов сон, в который я влюбился… - Что? – резко посмотрев на него, спросила Харуно, когда услышала его последнее слово. - Я не понимал, что происходит, я думал, что та ты, из моего сна, нереальна, а я стал испытывать к тебе другие чувства. Потом я очнулся, и тот поцелуй показался мне бредом. Увидел тебя… ха… ты так изменилась. Ты кардинально отличалась от той Сакуры, что я видел во сне. Мне показалось, что ты реальная не смогла бы так плакать и жаловаться. Узнал о том, что проспал три года и никак не мог свести концы с концами в своей голове. Мой мир словно поделился на две половины. Какая из них реальная - стало для меня загадкой, - Хатаке выбрасывал слова в пустоту. Хоть они и были обращены к ней одной, но говорились исключительно в окно. Это было похоже на рассуждения вслух, за которыми чутко следила Сакура. - Я тебя не понимаю, - потерянно ответила девушка, поднимаясь с кресла. - Я сам себя не понимаю, - сделав глубокий вдох, сказал Какаши. - Ещё и Обито сюда приплел, как глупо, - усмехнулся он. – Ты стольких потеряла, столько лишилась, а я в мире иллюзий затерялся. Реальность ведь жестока, я не думал, что ты и правда сможешь меня полюбить именно тогда, когда я влюбился в тебя в своих мечтах. Глупо, наверное, звучит, да? Повернувшись к ней, он оглядел ее слегка испуганное лицо каким-то наивным взглядом. Все карты раскрыты, цепи разрушены, нервы оголены. Что делать тогда, когда скрывать уже нечего? Подойдя вплотную к своему бывшему учителю, Сакура уничтожила расстояние между ними, пальцем прикоснувшись к его руке. Небольшой разряд тока пробежался по их телам, подвергая все обостренные эмоции сильному резонансу. Вглядываясь в его серые глаза, она пыталась отыскать неведомую ей истину. Но так ничего и не обнаружив, она сказала: - Когда ты заснул, ты был сенсеем обычной девушки, проснулся ты сенсеем Шестой. Неважно в каких иллюзорных мирах мы жили, жизнь при этом не останавливалась. Да, твоя и моя реальности оказались жестоки. Но разве конечный результат не важнее пути? – запрокинув голову так, чтобы вновь встретиться с ним взглядом, спросила она, утопая в пелене чарующего взгляда. - Как-то по-дурацки все получилось, - в очередной раз усмехнулся мужчина, чувствуя, как губы девушки неумолимо приближаются к его. – И что нам теперь с тобой делать, Госпожа Хокагэ? - Не знаю, что будешь делать ты, но я намерена воспользоваться правами Хокагэ и пренебречь субординацией с подчиненным, - улыбнулась девушка, осторожно сжимая в своей ладони ворот его одежды. - И когда же? – улыбнулся он. Он не боялся того, что сейчас должно было произойти. Напротив, он этого желал. Возможно, именно этот шаг и поможет мятежной душе определиться. Поможет понять, что это не сон и пора начинать радоваться своему положению. - Прямо сейчас. С озорной улыбкой на своих губах Харуно резко притянула к себе Какаши, сливаясь в опасном поцелуе противоречий. Сейчас их чувства достигли друг друга и разрушили все те границы невозможного, что они пытались преодолеть по одиночке. Истина коварна. Она не спешит показаться на всеобщее обозрение, когда её так ждут. Её больше прельщает играть в скверные игры, путая в человеке два естества. К примеру, иллюзию и реальность, явь и сон. - Так, я не понял, кто-то сказал Шестой Хокагэ?! – неожиданно прозвучал такой родной и немного забытый голос, которого никто никак не думал услышать в столь щекотливый момент. - Наруто?! – в один голос сказали влюбленные, глядя на то, как парень лежит с открытыми глазами. - А я не понял, вы сейчас что делали? Целовались? – не нужно было быть мудрецом или докой в языке жестов, чтобы понять, какое неподдельное удивление заиграло на лице длинноволосого блондина. – Ты кто вообще такая? Как ты стала Хокагэ?! Где Сакура?! - Наруто-кун? – послышался несмелый голос Хинаты, стоявшей по ту сторону барьера, установленного Обито. Тогда, когда сам зачинщик облокотился о дверной косяк, с упоением наблюдая за ситуацией. Им ещё многое предстоит сказать друг другу, объяснить Наруто, что произошло, откачать Хинату от обморока и постепенно начинать открывать друг другу сердца. Этот сложный путь и кропотливую работу они проделают вместе, рука об руку помогая себе справиться с любой преградой. Она с радостью передаст свой пост, когда придет время, и с неземным счастьем окунется в любовь своего мужа и в воспитание будущих детей. А он, не ведая больше страха и не поддаваясь сомнению, решительно будет делать каждый день своей реальности счастливым рядом с ней.

Да, реальность по-прежнему остается жестокой. Только вот жестокость её в усложнении простых вещей. Как много можно избежать, если не прятаться за обстоятельствами и страхами и размеренно идти навстречу истине, не торопя её? Задумайтесь об этом на досуге.