У каждого свои... мыши в шкафу

Откупоривая третью по счету бутылку виски в собственной каюте, старший медицинский работник USS Энтерпрайз доктор Леонард МакКой пришел-таки к выводу, что свою жизнь он бездарно просрал. Личную жизнь уж точно. Сначала не смог удержать когда-то любимую жену, теперь… Теперь упустил самое милое создание на всем корабле. Юный (не так чтобы, почти стукнуло 19 – но доктор этого в упор не замечал) энсин Павел Чехов со званием «самого милого» согласился бы навряд ли, но разве докажешь что-то внезапно, как подростку, влюбившемуся доктору? Самое ужасное во всей истории, что до недавних пор опытный, умудренный житейскими проблемами врач полагал, что чувство взаимно. Хотя нет, не так – оно и было взаимно, а «самое ужасное» заключалось в том факте, что МакКой даже не заметил момента, когда все изменилось. Снова. На те же грабли. Как и в случае с бывшей женой, все прошло мимо него. В один миг все было хорошо, а в следующий Паша уже проводит вечера в каюте своего, блять, «друга» Хикару Сулу. Друг, как же. Только слепой не увидит, как расцветает в ответ на шальную улыбку рулевого энсин. Или как они шушукаются по углам корабля. А еще… Леонарду МакКою некого было винить в случившемся, кроме самого себя. Занятый своими больными непомерно, он частенько либо не обращал внимания на крутившегося около него в свободное время паренька, либо вообще мягко выпроваживал прочь. Каждый раз у Паши были глаза побитого злыми хозяевами щенка, но доктор твердил себе про долг и, сжимая зубы, продолжал действовать, как действовал. Доигрался. Почти неделю назад Чехов перестал приходить. Они не ссорились, нет, даже наоборот – в выходной доктора русскому удалось получить МакКоя в полное свое пользование. О том дне по сей час Леонарду жарко вспоминать. А потом Паша пропал. И врач глупо прошляпил этот момент. Когда даже его развитая на уровне табуретки чуткость начала бить тревогу, оказалось слишком поздно. Сулу перехватил то, что МакКою оказалось не нужно. А ему нужно, черт возьми! Ему нужен его навигатор, как никто и никогда в жизни – да разве ж теперь докажешь… Леонард плеснул янтарной жидкости из контрабандной бутылки в бокал и, поморщившись, опрокинул в себя. Именно поэтому, когда корабль сегодня утром пристал к мирной планете для очередной увольнительной, доктор вызвался остаться на дежурство вместе с М’Бенгой (чем едва не вызвал у Джима сердечный приступ – по крайней мере, он выглядел так - МакКой уже занес руку над трикодером, но пронесло). Паша тоже казался слегка обеспокоенным, но ничего не сказал и лишь тяжело вздохнул, становясь на платформу транспортатора вместе с Сулу. Развлекайтесь, мальчики. Дежурства, впрочем, не получилось – М’Бенга окинул его внимательным взглядом, а потом ненавязчиво выставил за дверь лазарета, посоветовав пойти отдохнуть. Злой, как дворовый пес, МакКой фыркнул и ушел. В собственную каюту, напиваться до посинения. И в тот момент ему было абсолютно начхать, что Джим на поверхности планеты – это почти стопроцентная вероятность если не развязанной войны, так каких-нибудь травм точно. Успокаивало только то, что Спок спустился с ним. А значит, война отложится хотя бы до утра. Ему хватит. Стук, а точнее, барабанная дробь в дверь, заставила МакКоя вздрогнуть. Да не дай Бог… - Что случилось?! – рявкнул он, подскакивая на ноги и едва не теряя равновесие от внезапно начавшегося головокружения. Все же, две бутылки – это много даже для такого, как он. - Эй, Боунс, открой! – голос был веселым, и доктор облегченно выдохнул. - Чего тебе надо, Джим? - Ну открой! Ага, сейчас. - Джим, у меня законный выходной, иди поболтай со своим гоблином! - Боунс, - вкрадчиво начал голос, - или ты открываешь, или я зайду сам. Два слова, доктор. Ка-пи-тан-ские ко-ды! МакКой закатил глаза. Если неугомонному Кирку что-то взбрело в голову, от этого не сбежать. - Он что здесь делает? – доктор откинулся в кресле, недобрым взглядом окидывая застывшего за спиной Джима старпома. - Обеспечиваю безопасность капитана. Доктор удивленно приподнял бровь. Джим подмигнул: - Ни на секунду меня не оставляет. Он верная собачка, не правда ли, Боунс? - Капитан, - меланхолично начал вулканец, - я не считаю, что каким-то образом связан с земными представителями рода… - Спок, остынь, - махнул рукой Кирк. МакКой хмыкнул – старпом даже не двинулся, так и стоял, будто палку проглотив, но все же брови у него были гораздо выразительней, чем у доктора. - Боунс, у меня один вопрос к тебе. – Джим с размаху уселся на подлокотник второго кресла. Повисла тишина. Доктор фыркнул: - Ну? - Что с тобой такое? - Ровным счетом ничего, Джим, - устало потер виски МакКой. - Вот именно! – синие глаза в сумерках каюты светились праведным гневом и решимостью узнать все подробности. – Ты ходишь, как в воду опущенный! Стал раздражительнее! Судя по вздернувшейся брови вулканца, он явно скептически отнесся к последнему предположению – видимо, еще раздражительнее, чем обычно, МакКоя трудно было представить. Доктор спрятал улыбку в кулак, которым подпер голову. - И? - И еще! – Джим точно разошелся не на шутку. – Еще две недели назад ты ждал этой увольнительной, как манны небесной, а сегодня взял и остался на борту! Две недели назад у него еще были планы. Теперь нет. Он рассчитывал провести свободное время с тем, кто ждал его. И не дождался. В затянувшейся тишине Джим хохотнул: - Если бы я не знал тебя, подумал бы, что ты безответно влюбился! МакКой кинул на него самый хмурый из своих взглядов. Кирк осекся, моргнул и тихо выдохнул: - Воу, Боунс… Что, серьезно? Кто она?! - Джим, - выцедил доктор, мысленно прикидывая, какой силы выговор он получит, если пошлет капитана Звездного Флота куда подальше, - давай… - Это из-за нее ты… - Кирк выразительно кивнул на пустую тару, которую доктор даже не удосужился убрать, - нарушаешь хрензнаеткакуюогромную кучу правил? - …Давай закончим этот разговор, - врач-таки завершил фразу. - Но Боунс! - Джим. - Боунс! - Джим! Спок едва заметно вздохнул, но так удачно попал в момент тишины, что услышали все. Неожиданно Кирк хрюкнул и захохотал. МакКой последовал за ним – несмотря ни на что, ситуация была довольно комична. Отсмеявшись, капитан сполз с кресла прямо на пол, а потом посерьезнел: - Все так плохо? - Как обычно, - доктор пожал плечами. – Сулу перехватил то, что я не удержал. Проклятый язык, молчи! - Сулу? – удивленно хлопнул ресницами Джим. – Да он только с Чеховым залипает постоянно. Леонарду захотелось прикрыть глаза ладонью. Что он и не преминул сделать, ожидая бурю. Она разразилась. - Стоп. Стоп, стоп, стоп. Боунс! Чехов?! Ты что, моего навигатора… - ДЖИМ! - Знаю, молчу. – Капитан вздохнул и протянул ему второй стакан. – Налей, что ли. Под неприязненным взглядом Спока (доктор готов был поклясться, что тот был именно неприязненным!) светлая жидкость с тихим звоном ударила о стекло. - А теперь рассказывай, - Джим зачем-то бросил быстрый взгляд на старпома, но виски все-таки пригубил. Доктор обреченно вздохнул. - Мда… Дела… - Кирк помотал рукой, разгоняя так и не выпитое виски – что на него, кстати, было совсем не похоже. Видно, присутствие Спока действительно как-то влияет на капитана. – Что скажешь, Спок? Вулканец, не моргнув, посмотрел на него сверху вниз: - Не думаю, капитан, что я что-то могу сказать по поводу. - Да брось ты! Ты отлично решаешь все проблемы, посоветуй что-нибудь! Вот уж от кого доктор помощи точно не хотел, так это от Спока. - Я считаю нелогичным давать советы в сфере, которой мало интересуюсь. - Ты? Мало? – Кирк ожег старпома каким-то неясным взглядом. МакКой почувствовал, что чего-то в этой жизни не понимает. Или понимает иногда слишком много. - Короче, Боунс, слушай меня! Нужно… Но узнать план всемогущего и всезнающего капитана доктору не удалось. Бравую речь прервал легкий стук в дверь. - Лео… - доктор вскочил и замер на полусогнутых ногах, потому что этот голос он меньше всего ожидал сегодня услышать. – Лео, доктор М’Бенга сказал, ты у себя. Кирк округлил глаза и прошептал одними губами «Лео?». МакКой зашипел на него, словно разъяренный кот. - Ты там? – голос звучал глухо и грустно. - Да, - выдавил из себя доктор. – Да, что ты хотел? - Я могу с тобой поговор’ить? Кирк едва не всплеснул руками, словно сплетничающая кумушка. Врач замахнулся на него, совершенно, однако, бесшумно. - Обязательно сейчас? – Кирк воздел руки к небу, гневно смотря на доктора. В его глазах плескалось явное «Ты идиот, Боунс!» - Я… немного занят… За дверью наступила недолгая тишина. А потом случилось то, чего МакКой совсем не ждал – Чехов стал настаивать. - Обязательно. Прошу, Лео. Нам надо поговорить. Нам надо поговорить. Испокон веков все начинается… кончается этой фразой. Леонард знал это не понаслышке и теперь – именно теперь – ему поплохело совсем. МакКой схватился за голову – алкоголь мешал думать логически, но затуманенный разум четко подсказывал только одно: если Паша увидит офицеров в его комнате, то точно перенесет весь этот разговор на потом. Вот, вот то, что нужно! Все будет, но позже. Лишь бы отсрочить сейчас… Найти время, чтобы подготовиться хотя бы морально… - Сейчас открою. Капитан вытаращил глаза, вопросительно глядя на доктора. «А мы?» МакКой мотнул головой и направился к двери. Сзади он услышал какой-то шорох и свистящий шепот Джима, что-то упорно втолковывающий Споку. Ответы старпома звучали явно неодобрительно, но доктору некогда было задумываться об этом. Дверь каюты отъехала в сторону с тихим шипением, открывая обзор на мнущегося за ней и нахмурившегося энсина. - Пр’ивет, - Чехов нервно помялся, одергивая край формы. - Привет, - в горле вдруг пересохло, и доктор как никогда явно почувствовал себя неопытным подростком. – Я же видел, как ты спускался. Что-то случилось? - Это ты мне скажи, - МакКой лишь удивленно моргнул на такую реплику от обычно стеснительного русского, но ничего не ответил, так как энсин продолжал, - мы же хотели отпр’авиться вместе, но… Чехов немного помялся: - Я знаю, как ты занят. Я почти не заходил к тебе последнее время, надеюсь, ты понимаешь, почему. Понимаю. Потому что я гребанный эгоист. - В общем, я р’ешил, что так неправильно. И пришел поговорить. Доктор застыл в проеме, судорожно сжимая пальцы на сверхпрочной дверной оболочке. И вздрогнул, когда Паша тяжело вздохнул и уточнил: - Пустишь? - Д-да, - Леонард нервно кивнул, отходя в сторону и пропуская парнишку внутрь. Он неожиданно вспомнил свой «план» по откладыванию разговора на потом. – Только… Понимаешь, я не хотел тебя пускать, потому что у меня тут… МакКой прошел вслед за навигатором в комнату… и замер. Потом потер глаза и помотал головой – не помогло. Помещение все равно оставалось вопиюще пустынным, не хватало только земного перекати-поле. Какого…? Паша неодобрительно глянул на пустые бутылки и лишь потом спохватился: - Пр’ости, что ты говорил? - Н-ничего… Мысли, одна другой страннее, лихорадочно носились в гудящем черепе, как потревоженные светом летучие мыши. Может, он допился до галлюцинаций? МакКой машинально нащупал пальцами привычные формы трикодера на поясе – нет, не может такого быть. Тогда… где? Доктор окинул тяжелым взглядом собственную каюту. Если Спок не владеет техникой мгновенной массовой телепортации – а он не владеет! – то… Черт, тут и спрятаться-то негде… Если только… Мужчина тупо уставился на собственный шкаф. Стандартный звезднофлотский гардероб с системой автоматического закрытия по команде. С немного заедающей дверью и не срабатывающим огоньком электронного замка – доктору некогда было этим заняться. Заставить его светиться правильно-зеленым можно было только поддев пальцем барахлящий механизм и быстро вытащив руку обратно. Обычно доктор этим не заморачивался и давным-давно привык к красноватому отсвету «неправильного» замка. Сейчас лампочка, чуть помигивая, исправно горела светло-зеленым. Да быть не может. Нет, такое вполне было в стиле Джима, но… Во имя Господа, как ему удалось заставить Спока плясать под свою дудку? Впрочем, МакКой вполне мог предположить. Корысть, может, нелогична и не присуща вулканцам, но если Джим наобещал что-то вроде «я стопроцентно выбью Вам новейшее оборудование для лаборатории, мистер Спок», сураковскими принципами старпом вполне мог и поступиться. А может, у капитана есть тайный рычаг давления на сурового непробиваемого гоблина, от которого у того в голове щелкает выключатель логичности. Доктор предпочитает не задумываться сильно. У него другая проблема – слегка обеспокоенно, но требовательно смотрящий на него энсин и, мать их, руководящие офицеры в шкафу. Театр абсурда. Господи, да плевать. - Ну что ж… - МакКой сильно, натужно втолкнул в легкие воздух, и плавно опустился в свое кресло.