Жесть.

Макс позвонил поздним вечером, после того, как мама уже ушла. Визит следователей, состоявшийся ещё при Татьяне Ивановне, был долгим и изматывающим. Они тщательно зафиксировали побои, снятые врачами и нанесённые Денису нападавшими подонками, затем последовал допрос. Парень ответил на все вопросы подробно и абсолютно правдиво. Он рассказал также и о Яне, её участии в этой истории. Оперативники сказали, что, если вину девушки докажут, то она тоже может оказаться за решёткой, как подстрекатель к активным действиям нападавших. А вот виновников «торжества» ожидает срок от двух до десяти лет, если будет доказана их вина. Мама спросила, как скоро будет судебное разбирательство, и полицейские ответили, что как только злодеев возьмут под стражу, их нужно будет «расколоть», а для этого нужны свидетели происшествия. В общей сложности, дело может занять от одного до трёх месяцев. После этого мужчины ушли, а мама ещё некоторое время поплакала, но, совершенно устав за эти три дня от ожидания в больничных стенах, когда её сын очнётся, отправилась домой. И вот теперь звонил Макс, и Денис, с трудом двигая правой, почти целой, рукой дотянулся до сотового. Он поморщился от боли, шевеля пальцами, но, наконец, ему удалось нажать на кнопку: - Алло? - Привет, Денис! Куда пропал? Я тебе уже три дня звоню, никак не отвечаешь! Может быть, я тебе уже надоел со своим общением? - Ты что, Максим, ты мне не надоел! Говоришь, как девчонка! Просто на меня напали в воскресенье вечером и очень сильно избили. Я сейчас в нашей больнице весь в гипсе и бинтах. - О, Господи! И кто этот или эти козлы? Да и за что? И Денис рассказал своему другу все подробности истории, произошедшей с ним. Макс долго сокрушался, особенно потому, что из-за работы не может тотчас примчаться проведать друга. Он в подробностях расспросил, какие фрукты любит есть Денис, обещал принести ему много сладенького и вкусненького и кучу сюрпризов, для того, чтобы парню не было скучно в больнице. После долгого разговора Денис поймал себя на том, что улыбается, глядя в потолок и держась правой рукой за рёбра. Он почувствовал, что крепко привязался к Максиму, настолько крепко, что самого пугало. Эта привязанность спустя полтора месяца знакомства была так необычна для всегда спокойного и рассудительного Дениса, что он даже начал пугаться таких отношений. Иногда он не мог себе объяснить, почему тянется к семнадцатилетнему юнцу, почему парень стал ему так дорог. Но потом мужчина оправдывал их отношения тем, что просто встретились два одиночества, подходящих друг другу по темпераменту, по характеру, по интересам. Вообще, с Максом было гораздо проще и веселее, чем с той же Яной, например. * Тяжелей всего было привыкнуть к утке. Денис каждый раз ужасно стеснялся этой процедуры, и даже после того, как пожилая медсестра уже подсовывала ему судно под заднее место, подолгу не мог сходить в туалет, хотя сердобольная женщина тактично выходила из палаты. Но хуже всего было ходить по-большому, ведь это действо сопровождалось запахом и непередаваемыми ощущениями по извлечению из-под себя утки и вытиранию задницы почти не работавшей правой рукой. Но человек ко всему привыкает, и Денис оказался не исключением из этого правила. Он перестал стесняться тёти Раи, как просила себя называть медсестра. Стул наладился, кишечник начал работать нормально, и Денис, потерявший в первый месяц несколько килограммов, начал опять набирать вес. За этот месяц его один раз навестили сотрудники с работы, заверили его, что директор не собирается увольнять любимого шофёра и готов ждать его несколько месяцев с больничного. Денис был несказанно рад, что не потерял работу. Сотрудники принесли целый пакет разнообразных фруктов и ещё один всевозможных йогуртов, которые парень очень любил. Мужчины и женщины пожелали бедолаге скорейшего выздоровления и крепкого здоровья, после чего на этом визиты с работы закончились. Также один раз пришли Серёга с Гошей, его друзья по спортклубу, оба женатые и с детьми, одним словом, совершенно семейные люди. Принесли пакеты домашних пирожков и долго просидели рядом с больным, рассказывая кучу новостей обо всём на свете и радуя парня новыми анекдотами. Но время их визита тоже подошло к концу, и Денис остался один на один со своими мыслями. Он изо всех сил старался не впасть в депрессию из-за произошедшего с ним, но ноги и левая рука беспрестанно ныли, особенно сильно болели рёбра. Боль отступала только под воздействием медикаментов, от которых мужчину клонило в сон. Он целыми днями спал и даже не заметил, как настали выходные. В субботу прямо с утра примчался Макс, румяный и запыхавшийся, пахнущий морозом и с первым снегом на пушистом воротнике аляски, за ним следом вбежала медсестра, причитавшая, что посетителям надо раздеваться ещё в холле и сдавать в раздевалку верхнюю одежду. Денис рассмеялся, а Макс скинул свою красную куртку на руки тёте Рае, задорно похохатывая и одновременно отодвигая женщину мощным плечом в коридор. Он подтащил стул поближе к кровати больного, взгромоздился на него и начал торжественно извлекать из своего рюкзака многочисленные вещи для друга. На свет появились книги, пакет фруктов и, самое главное, ноутбук с вставленной в него флешкой, дающей доступ к интернету. - Теперь ты можешь без конца смотреть фильмы или читать что-то новое, если мои книги тебе не понравятся! – с гордостью произнёс Максим. - Спасибо тебе огромное! – от души поблагодарил Денис. Он с упоением слушал не обязывающую ни к чему болтовню юноши и думал о том, что Макс, наверное, единственный человек в его жизни, которому ничего от него не нужно, который не просит помощи, заботы, опеки или чего-то другого. Тем временем парень, отсмеявшись очередной своей шутке, переключил внимание на больного и внезапно предложил: - А давай тебе проколем нос? Ты в больнице будешь долго, как раз успеет зажить. Будешь вообще красавчик, я тебе в подарок серёжку куплю! - Извини, Максим, но я против пирсинга. Вот ты носишь на лице кучу железа и думаешь, что тебя это украшает. Не обижайся, пожалуйста, но мне это не нравится. Я считаю, что пирсинг – для девчонок, да и то только в ушах понимаю это дело. Совершенно не представляю, что заставляет протыкать себе лицо парням. Неблагодарное занятие, да и выглядит как-то по-педерастически. Только без обид. Максим сразу как-то сжался, широкие плечи поникли, он немного подумал над тирадой Дениса и тихим голосом сказал: - Я не гей!!! И вообще, я и сам об этом задумывался в последнее время… Ты прав. Я выну все серёжки, пусть дырки зарастают. Несерьёзно. Через неделю юноша сдержал обещание и пришёл навестить Дениса без своих украшений. Максим ужасно хотел понравиться мужчине, но Денису это было совершенно невдомёк.