Silentium

Песня к главе: Red - already over. "Неожиданности всегда рядом с нами" (с) Праздник любви.

***

Я всегда опасалась чего-либо: попасть под машину, если не дождусь зеленого света, отчисления из студии, если буду филонить на занятиях, неодобрения учителя, если прогуляю урок. Все это были разного рода вещи, никак не связанные между собой, но для меня имеющие огромное значение. О гулях я слышала, читала некоторые статьи, смотрела про них репортажи по телевизору... Но я никогда, никогда их не воспринимала, как реальную угрозу. А стоило бы.

***

- Представляешь, Изуми, я все-таки съела пятнадцать шариков мороженого с тремя латте, как мы и собирались сделать три месяца назад... Только ты могла что-нибудь такое придумать, я больше не знаю подобных людей, честно. Мне не хватает тебя, Изуми, я могу бесконечно есть мороженое, читать "Тетрадь Смерти" и уходить с головой в учебу, но я никогда, слышишь, никогда не смогу тебя забыть. Думаешь, легко стереть из памяти те десять лет,которые мы провели бок о бок? Те неприятности, в которые мы умудрялись попасть, те подколки, которые ты вечно отпускала в мою сторону? Изуми-Изуми... Что мне теперь делать без тебя? Помнишь, мы хотели вместе пойти в Академию Искусств, Сато! Как я пойду туда без тебя!? - Девушка, это кладбище, - раздался чей-то сухой голос за спиной у Нэоко и девушка повернулась, чтобы посмотреть на того, кто прервал ее монолог над могилой лучшей подруги. Вытерев подступившие слезы, балерина пригляделась и увидела грозного и достаточно хмурого вида мужчину лет сорока, в строгом костюме и с чемоданом в руке. Он стоял с невозмутимым видом и, судя по всему, ждал, когда девушка ему ответит. - Простите, я не хотела распаляться. Так вышло... - Впредь, сдерживайте свои эмоции, обратное к добру не приведет, - заметил мужчина и пошел дальше, будто он и не говорил секундой ранее с Мори. Девушка встала с земли еще раз окинула печальным взглядом надгробие, рядом с которым она положила букет цветов, и быстрым шагом ушла с кладбища по узкой дорожке. Нэоко вставила в уши наушники и включила музыку на полную громкость, чтобы заглушить собственные мысли, душившие балерину уже целую неделю после выступления в парке. Мори включила особенно громкую песню и не заметила, как над ней пронесся темный силуэт и приземлился позади того самого мужчины.

***

- Нет, мам, я не хочу ехать к вам. Нет, мам, я не собираюсь забрасывать школу. Нет, мам, я отлично себя чувствую. Нет, мам, я не пью ночами... МАМА! Я твоя дочь, в конце концов! Как ты могла подумать такое? Ладно, всем привет, люблю, целую, пока. - Содержательный разговор, - усмехнулся Ута, откинувшись на спинку дивана с чашкой кофе в руках. Парень немного нагло улыбался и внимательно взирал на то, как Нэоко расхаживала взад-вперед по квартире, гневно высказываясь в адрес матери, которая, как оказалось, подумала, что ее дочь, Нэоко Мори, отличница и лучшая балерина студии, бросила все и отправилась работать официанткой в какой-нибудь грязный паб. - Кстати, - вдруг остановилась балерина, - у меня же для тебя подарок есть. - Подарок? - искренне удивился мастер и даже сел ровно, выпрямив спину. Мори улыбнулась, увидев такое воодушевление и быстрыми шагами ушла в свою комнату, чтобы достать то, что целую неделю делала для друга - фенечку с названием любимой группы Уты. Обыскав все полки, шкафы, кровать (и даже под ней), Нэоко так и не смогла найти фенечку. Полазив под столом еще минут пять, но уже с фонариком на телефоне, балерина все-таки нашла браслет и обрадованная выбежала на кухню. И не застала там никого. Входная дверь была захлопнута с той стороны, а на столе лежала салфетка с корявой надписью: "Срочные дела в студии, поэтому пришлось уйти. Прости, пожалуйста". Нэоко тяжело вздохнула и села на диван, на котором еще пару минут назад сидел Ута. Взяв чашку с недопитым кофе, Мори стала рассматривать ее содержимое, как будто это была страница из какой-нибудь интересной книги. Прошло десять-двадцать-тридцать минут, а балерина все сидела на диване, поджав ноги и вглядывалась в уже остывшую коричневую жидкость. Когда часы показали половину десятого, девушка резко подскочила с дивана и, положив фенечку в карман куртки, вышла из дома и направилась в сторону студии Уты. - Ой, не случится же ничего, - чуть слышно сказала сама себе Нэоко и ускорила шаг, чтобы побыстрее вручить мастеру браслет. Весь путь девушка преодолела за двадцать минут - для нее это был рекордный срок, обычно она доходила до студии за тридцать пять. Балерина почти дошла до HySy ArtMask Studio, оставалось только за угол завернуть и пройти пять метров, как вдруг в сторону девушки вылетело нечто с крыльями, которые кровоточили и вообще выглядели весьма жалко. Через долю секунды до Нэоко дошло - у человека не может быть крыльев, еще через одну - это кагуне, через две - это был гуль. Словно прочитав мысли Мори, монстр повернул в ее сторону голову и хрипло, отхаркивая алую кровь, рассмеялся. - А вот и закуска! Безликий, думаю мы еще потягаемся с тобой! - заявил гуль и, шатаясь, пошел в сторону балерины, которая от страха застыла на месте и не могла ничего сделать. Нэоко сжала руки в карманах в кулаки, в одном из которых была та злополучная фенечка, из-за которой Мори и пошла поздно вечером к Уте. Вдруг, позади крылатого раздался знакомый до боли голос: - Эй, не трогай ее. Она моя, - в голосе брюнета звучал металл. Сначала девушка обрадовалась - она спасена! Но только потом до нее дошло, что Ута в опасности. - Ута, беги! - крикнула Нэоко парню и заглянула через плечо монстру, что медленно, прихрамывая на левую ногу, надвигался на девушку. Лучше бы она этого не делала. Глаза ее друга были самыми настоящими глазами гуля - их выдавал не только необычный цвет белка и зрачка, они просто сверкали жаждой крови и убийства, - нет... Ута даже внимания на ее слова не обратил - с невероятной скоростью, причем не выпуская кагуне, он бросился на того гуля, что собирался поужинать Нэоко и, схватив за плечо, дернул к себе. Того бедолагу, а наблюдая за этим неравным сражением, назвать того мужчину можно было именно так, мастер швырнул в стену, а потом подбежал к нему и, не дав упасть на землю, проткнул насквозь двумя руками. Девушка застыла, ожидая, что же будет делать Ута дальше. А он, не обращая внимания на слабые стоны противника, развел руки в стороны, тем самым, разрывая тело пополам. С уст Нэоко сорвался вскрик и девушка поднесла ладони ко рту, выронив подарок. Девушка неотрывно смотрела на парня, который со спокойным видом вытер руки о кофту и повернулся к Мори. - Нэоко... - начал было Ута, но балерина не дала ему закончить. - Не приближайся ко мне! Ты гуль, ты монстр! Ты убьешь меня также, как и своего сородича! Ты убийца! - Нэоко, если бы не я, то он сожрал бы тебя! - возразил парень. - Лучше бы он действительно меня сожрал! - воскликнула Нэоко и, развернувшись, кинулась бежать с максимальной скоростью, на которую только была способна. У Мори в голове проскочила мысль, что, если бы Ута захотел, то он бы уже давно поймал балерину, но девушка откинула ее и, вытирая, хлынувшие ручьем слезы, постаралась бежать еще быстрее. Домой она примчалась за тринадцать минут. Захлопнув дверь и закрыв ее на все замки, Нэоко побежала к окнам на кухне - плотно закрыла их и зашторила, то же самое она проделала в гостевой и своей комнатах. Девушка зажалась в уголок дивана и стала слушать. На улице начал накрапывать дождик, который перерос в сильный ливень уже через пару минут. На крыльце, ведущем к входной двери Мори, послышались шаги, а через пару секунд раздался громкий и такой знакомый голос мастера: - Нэоко, открой! Ответа не было. - Открой немедленно! Нэоко, я не причиню тебе вреда! Снова молчание. - Нэоко, я выбью дверь. Ты хочешь проверить, правдивы ли мои слова? В этот раз угроза была воспринята всерьез. Но и сейчас девушка сидела на диване, сжавшись в комочек, пытаясь унять учащенное сердцебиение. - Я считаю до трех. Один... Два... Три! Послышался оглушительный треск и дверь слетела с петель. Перед балериной предстал мокрый и весь в крови гуль, Ута, которого, как казалось Мори, она неплохо знала. Видимо, на лице девушки отобразился невероятный ужас, потому что парень вдруг поднял руки вверх и медленно, очень медленно, начал приближаться к Нэоко. - Нэоко... Прошу, успокойся. Это я, Ута, я твой друг... - тихим и спокойным голосом говорил мастер. Мори же старалась вжаться в спинку дивана, как можно больше. - У-уходи! Сейчас же! - воскликнула девушка, практически, переходя на визг. Она замотала головой из стороны в сторону, и начала махать руками, словно, если она будет так делать, Ута развернется и уйдет. Но он не собирался уходить. Мастер только печально взглянул на Нэоко, у которой уже началась истерика и нежно, но достаточно крепко схватил ее кисти, прижимая к мягкой обивке дивана. - Нэоко... - УБИРАЙСЯ!!! - Мори еще хотела что-то крикнуть, возможно, даже позвать на помощь, но Ута не дал ей этого сделать. Тяжело вздохнув, гуль еще сильнее вдавил руки девушки в сиденья и, приблизившись на максимальное расстояние, накрыл губы Нэоко своими. Балерина замерла от такой неожиданности и в изумлении открыла рот, чтобы возмутиться, но парень нагло воспользовался этим и проник языком к ней в рот. Этот рваный, вязкий и абсолютно безумный поцелуй Ута прервал первым. Девушка уже успокоилась и теперь остекленелыми глазами смотрела на гуля. Тот только пожал плечами и,словно оправдываясь, сказал: - При истерике советуют задерживать дыхание... - Оригинальный способ, - чуть усмехнулась Мори и опустила взгляд, - ты ее нашел... Я уже думала, что она так и потеряется на улице, - сказала девушка, глядя на фенечку. - Ты думаешь, что я дал бы твоему подарку валяться в грязи? - Ну, я много чего про тебя раньше не думала, - балерина подняла голову и посмотрела прямо в глаза Уте,прямо в глаза гуля.

***

- Это неважно, Нэоко, сейчас это не важно.