Атлант (Atlas)

П/п: Ну что, хэппи энд?

* * * * *

Два целых три десятых дня спустя, когда почти весь медперсонал спал, и рядом с ним был только Спок, Джим пришел в себя. Его веки задрожали, приоткрывая тонкие щелочки грозовой синевы, и взгляд, медленно пройдя по комнате, остановился на Споке. Он облизнул губы, слабо сжал крепкую ладонь вулканца и хрипло прошептал: - Привет. Спок, который знал, что его t’hy’la медленно просыпался уже почти час, поднес чашку с водой и ледяной стружкой к его пересохшим губам. - Тебе нужно отдохнуть подольше, если можешь. Джим вяло покачал головой. - Не устал. - Это не так. Но я отвечу на твои вопросы, – он дал Джиму сделать еще несколько медленных глотков, следя за его реакцией на каждый холодный кусочек льда через сильное теплое мурлыканье их связи. – Команда беспокоится о твоем здоровье, но относительно всего остального волноваться не о чем - все в порядке. Мы возвращаемся в Управление Звездного флота для доклада, после чего нам будет предоставлена длинная увольнительная. - Ура, – прохрипел Джим, его глаза начали закрываться против его воли. Спок изогнул бровь. - Действительно, – когда веки Джима сомкнулись окончательно, он поставил чашку обратно на прикроватный столик. Другая его рука все так же крепко обхватывала ладонь Джима. – Что касается Питерс, ее пса и первого заместителя доктора Никсон, то они были схвачены и доставлены на суд отрядом специальных оперативников более известных как «Гончие Арчера». У Джима вырвался короткий смешок. - Отлично. Готов поспорить, эмблема их команды это… ну… лучник и… охотничьи псы и, может… сокол или… кот… - Их признали виновными в огромном количестве преступлений, включая покушение на убийство капитана Звездного флота и заговора с целью совершения государственной измены. - Ох как скверно-то, а, – прошептал капитан, уже наполовину заснув. – Колония рядом с… тем местом с… той штукой… Спок позволил мысленной улыбке скользнуть по их узам, укутывая теплом погружающиеся в дрему мысли Джима. - По крайней мере, все закончилось, – тихо сказал Джим, сжав пальцы Спока. – Все наконец-то закончилось. - Да, – согласился Спок, убирая пряди волос со лба капитана. Он наклонился поближе и оставил легкий поцелуй на потрескавшихся губах. - Это уже дважды. - Что дважды, t’hy’la? – мягко спросил вулканец, поглаживая теплую нежную кожу. - Ты снова спас мой разум, а потом… мое тело… Думаю, я теперь тебе нехило так должен… - Я сделал это для тебя в той же мере, сколь и для себя, – признался Спок, пробежав подушечками пальцев по краешкам рта Джима. – Я люблю тебя. Я не смогу без тебя выжить, – он почувствовал, как губы чуть дернулись в улыбке. – Спи. И впервые за всю свою жизнь Джим подчинился беспрекословно.

* * * * *

Настоящее «испытание», состоявшее в том, чтобы успешно начать увольнительную Джима, который все еще восстанавливался, было не из легких. Первую неделю, что «Энтерпрайз» провела в доках, МакКой отказывался выпускать Джима из больницы Звездного флота. Джим попытался выписаться несмотря на его медицинские рекомендации, и ему пришлось наблюдать, как его лучший друг преспокойно разрывает официальные бумаги прямо у него на глазах. Он бы посмеялся над этим, если бы что-то такое в МакКое не орало бы безмолвно о нанесении тяжкого вреда здоровью. (И ублюдок прекрасно знал, какие места на его теле могли выдержать длительное избиение; он был раздражающе тщателен в таких деталях.) Когда его наконец отпустили, МакКой вместе с Джимом и Споком пришел в шикарный пентхаус с великолепным видом на Тихий океан – эту квартиру им выделил Звездный флот в качестве извинения за случившееся, и так Джим по-прежнему оставался крайне близко к больнице, ну и по совместительству, к своему другу. - Это просто нелепо, – ворчал Джим, пока МакКой шерстил все комнаты в поисках потенциальных аллергенов, которые он собирал в большой пакет, бормоча о своем желании поскорее вывалить их на стол адмирала Пайка. («Подальше от моей южной задницы!») – У тебя есть дочка, Боунс. Иди тискать ее! - Я тебя не слушаю, – напомнил ему МакКой. Спок помог Джиму опуститься в большое, обитое, мягкое кресло. - Тоже мне новости, няня МакКой. Боунс кинул в него диванную подушку, но ничего не сказал. Вместо этого он переместился в ванную; почти сразу же оттуда раздался его победный вопль: - Масло чайного дерева! Ха! - Он что, играет в Анафилактическое Бинго? – риторически поинтересовался Джим. – А что он получит, если выиграет? И что, вообще никто не находит это жутким? Спок мягко провел пальцами по изгибу уха Джима, чуть потянув мочку, будто делая замечание. - Он твой друг. - И он нелогично обеспокоен. - Его поведение было бы нелогичным лишь в том случае, если бы пакет, который он носит при себе, не был заполнен предметами, почти наверняка вызвавшими бы отеки и закрытие твоих уже скомпрометированных ранее дыхательных путей. Джим вздохнул, подпирая спину диванной подушкой с выражением смирившегося раздражения. - Я хочу, чтобы ты знал, – твердо заявил он Споку, – что это моя самая свирепая недовольная гримаса. - И все равно она слабее, чем у Чехова, – крикнул из ванной Боунс. Терминал связи пиликнул, оповещая о новом сообщении и вызвав у Спока иррациональный всплеск тревоги, прежде чем он успел подавить его. - Я сейчас вернусь, – сказал он Джиму. – Не шевелись. - Не буду, – согласился Джим, закрывая глаза. Когда Спок прочитал текст, он сперва предположил, что это была ошибка. МакКой вышел из ванны как раз вовремя, чтобы заметить, как неестественно замер Спок. Он потеснил его, чтобы самому увидеть сообщение; его лицо исказило торжество, с губ сорвалось короткое рычание. - Так им и надо, – выплюнул он. – Я собираюсь передать это и пакет Пайку. А ты - будь паинькой, – приказал он капитану, после чего выскользнул из квартиры. К тому моменту Джим уже выпрямился, обеспокоенный. - Что случилось? Спок пересек комнату и сел рядом с ним. - Питерс мертва, Джим, – произнес он. – Альфа и доктор Никсон тоже. Джим моргнул. - …Что? Вулканец наклонил голову. - Согласно словам адмирала Арчера, они сбежали из колонии на шаттле с малой дальностью полета, который не был построен или когда-либо использован для любых путешествий в глубоком космосе. Их преследовали, когда их корабль попал на орбиту красного гиганта. Им не удалось достичь скорости освобождения, и они не сумели вырваться из ее поля. Они мертвы. - Мертвы… – бездумно повторил Джим. Он облизнул губы. – Насколько они в этом уверены? - Степень вероятности - стопроцентная. Питерс, Альфа и Никсон были на шаттле. Шаттл затянуло к солнцу. Они либо сгорели, либо умерли от теплового удара и сгорели. Но, Джим, они совершенно определенно мертвы. Джим схватил руку Спока, его глаза были закрыты, черты лица разгладились. - Вот, значит, какая она… – пробормотал он. - Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Спок. Капитан повернулся к своему первому офицеру с широкой и немного безумной улыбкой. - Свобода, – он притянул Спока поближе, прижимаясь к теплу вулканского тела. – Я наконец-то свободен, Спок. Ты должен помочь мне отпраздновать. - Как пожелаешь, – выдохнул ему в губы Спок и больше уже не говорил ничего важного в течение следующих часов.

* * * * *

Питерс не упала на звезду и не сгорела. Она шла по ее украденному кораблю с мрачной уверенностью в нелегкой победе, уже планируя следующие три шага, мысленно организовывая лагерь, который она построит для своих новобранцев. Даже если слухи о невозможном воскрешении Кирка и были правдой, у нее все еще была полученная от него информация. Вообще-то то, что он был жив, было почти подарком. Она будет использовать испытания, основанные на результатах его собственного, чтобы обучить оперативников, которые убьют его и захватят «Энтерпрайз» специально для ее нового флота. И что лучше всего: он даже не увидит, как она придет за ним. - Текущий отчет, – приказала она, ступая в машинный отсек, чтобы проверить, как продвигается Альфа в своем начинании превратить шаттл для перевозок в маленький крейсер. Когда она нашла его, он был мертв. Кто-то сломал ему руки, ноги и свернул шею. Это было тихо. Это было безжалостно. Это было послание. - Никсон, – крикнула она в свой коммуникатор, несясь по низким коридорам к временной лаборатории, где ее доктор обрабатывала данные. – Никсон, на нас напали, ты должна… Слишком поздно. Никсон была мертва; ее рот был заткнут, а глаза – ослеплены ее же собственным оборудованием для наблюдения. Ее повесили на кабелях от записывающих устройств, которые она использовала во время испытания Кирка. Ее файлы были уничтожены, ПАДДы с резервным копиями были систематично вскрыты и разложены. Еще одно послание. Питерс впечатала рукоять своего фазера в панель, которая отвечала за освещение. На корабль упала тьма. Она крадучись шмыгнула в проход, направляясь к мостику, который был единственным местом, где стоило попытаться забаррикадироваться. Она все еще сможет построить армию без своего Альфы. Даже без Никсон. Все, что ей было нужно, это выжить, как она делала многие годы. На мостике никого не было, консоли пиликали тихо, ритмично, в такт старательно ровному биению ее сердца и выверенным вздохам ее легких. Она заперла двери, разбив панели так, чтобы никто не смог последовать за ней. Затем, стоя спиной к мониторам и лицом к обоим входам, она ждала. - Найдите ее, – прошептал низкий мрачный голос, исходящий из мрака, который она сама же и создала. Она отдернулась от консоли, крепко сжимая пальцами фазер, ища что-то – хоть что-нибудь в этой темноте, во что могла бы прицелиться. Но там ничто не шевелилось. Не было шелеста дыхания, шороха движущегося тела. Одна лишь мгла. - Не дайте ей достичь ее целей. Разрушьте ее планы. Ее корабль резко свернул с намеченного курса, и она упала на пол с громким проклятьем. Поднявшись на ноги, Питерс не смогла найти свой фазер. - Кто ты? – закричала она. – Покажись! - Убейте ее пса. Экран позади нее моргнул, почернев, прежде чем показал зацикленную видеозапись пыток и убийства ее лучшего и последнего оперативника фигурами, которые ни разу толком не показались на виду. - Уничтожьте всех, кто стоит подле нее. Загорелся второй монитор: жестокая методичная казнь ее доктора. - Позаботьтесь, чтобы она пожалела о том, что однажды просто услышала имя… Наконец ее враги вышли на слабый свет – группа из трех высоких крепко сбитых мужчин. Они были одеты в черное, но поверх их жизненно-важных органов крепилась стратегически расположенная броня. Это обмундирование было снято с используемых теперь костюмов оперативников, но его вес был значительно уменьшен, а почти все элементы аппаратуры для постоянного наблюдения отсутствовали. У каждого из них над сердцем тускло переливалась черная эмблема Звездного флота, что немедленно исключало их из рядов официальных бойцов отделения тайных оперативников, которые никогда не допустили бы ношения подобных знаков отличия из предосторожности в случае плена. Эти люди появились здесь не по приказу генерала. Они не были командой, выполнявшей миссию. Капитаном этих троих был… - Джеймс Тиберий Кирк. Их лица были сокрыты безликими черными масками, состоявшими из двух частей. Верхняя половина закрыла все ото лба до носа и щек. Нижняя лежала поверх рта и челюсти, но ее можно было снять, потому что говоривший держал ее в закованной в перчатку руке. Никаких следов или отпечатков, если кто-то решит озаботиться расследованием. Она взглянула на новую траекторию ее корабля и ощутила волну того, что могло бы быть отчаянием. Не будет никакого расследования, если она, ее нестабильное судно и убитая команда упадут прямо на звезду. О, это и правда было очень умно. - Будете следить за моей частотой? – спросила она их, злобно шипя в своем поражении. – Будете слушать мои крики, пока мой корабль будет плавиться вокруг меня? Она почувствовала резкую боль и посмотрела вниз. Кровь полилась из раны в ее животе от луча фазера, который пришел не от трех мужчин, но от двух других, которые, незамеченные ею, таились до той секунды во мраке. Она подняла глаза на их лидера. - Это убийство, – прошептала она, алая струйка с металлическим привкусом медленно хлынула через уголок ее рта. - Я - офицер службы безопасности на борту флагмана Звездного флота «Энтерпрайз», – ответил он, – чьего капитана ты будешь пытаться лишить жизни до тех пор, пока будешь дышать. Так что поверь мне, когда я скажу: это входит в описание моей работы. Без какой-либо дальнейшей команды все оперативники нажали на курки. Она никогда не узнала, кто из них убил ее.

* * * * *

Несколько месяцев спустя Джим лежал на своей кровати на борту «Энтерпрайз», изучая список потенциальных приказов и безо всякого успеха пытаясь заставить Спока назвать тот, который ему больше всего понравился. - Я бы выбрал исследования глубокого космоса, – сказал Джим, приподняв голову достаточно, чтобы увидеть, как Спок закрепляет последние из их вещей, готовясь к отлету. – Ну, знаешь, космос - это же последний рубеж, да? Если мы отправимся в полет, то вот в чем должен быть его смысл. Мы же флагманский звездолет. Так? - Это заявление верно. Джим закатил глаза. - С тех пор как я поправился, ты стал совсем скучным. Спок поднял бровь и смотрел на него, пока он с улыбкой не откинулся обратно. Через пару секунд ПАДД Джима запиликал. - Приказы! – выкрикнул он, молниеносно садясь на кровати. Он пролистал сообщения, чтобы добраться до нового. – А, черт, это не приказы, это просто сообщение… Эй, оно от Томаса! – Спок бросил на него взгляд и увидел, что Джим радостно улыбается. – Его приняли на интенсивные медкурсы. Круто, так он сможет попасть на «Энтерпрайз» всего через пять лет. Мы ж потерпим, да? – добавил Джим, обращаясь к своему супругу. - Действительно, – мягко произнес Спок. – Я с нетерпением жду того дня, когда он станет постоянным дополнением к команде доктора МакКоя, где он начнет устраивать ловушки и создавать физические проблемы, главным смыслом которых будет заставить твоего НМС уйти в отставку раньше времени. Вместо того чтобы обидеться, Джим, казалось, был в полнейшем восторге. Он рассмеялся и покачал головой. - Боже, это будет что-то! - Посмотрим, как ты воспримешь эту потенциальную анархию через пять лет. - Да, за это время куча всего может измениться, – согласился Джим, рассеянно набирая ответ Томасу. Когда пришло еще одно сообщение, он проигнорировал его, пока не отписался Томасу, а потом открыл новое письмо. – Да! – воскликнул он, спрыгивая с кровати и одновременно читая официальный документ. – Наша пятилетняя миссия: исследовать странные новые миры, искать новые расы и цивилизации, смело идти туда, где не ступала нога человека, – он снова улыбнулся Споку. – Мне это нравится. - Почему-то, – проговорил вулканец, холодно и ровно, сарказм легким покалыванием ощутимо скользнул по их связи, – я не особо удивлен, – он протянул Джиму его золотую форменку. - После первых двух лет, – продолжил капитан, не реагируя на подколку своего первого офицера и натягивая свитер через голову, – это будет детской забавой. Никаких одержимых манией величия адмиралов, никаких пиратов, никаких сумасшедших виновных в геноциде. Только милый расслабляющий круиз по неизученным и потенциально враждебным местам. И только представь: когда мы вернемся, Томас уже будет готов присоединиться к нам! Спок задумчиво наклонил голову и сомкнул руки за спиной, борясь с желанием привести встрепанные золотистые вихры Джима обратно в приличное состояние. - Как ты полагаешь, уже поздно подавать прошение о переводе? Джим рассмеялся, как Спок и рассчитывал, и притянул Спока поближе, прежде чем сказал: - Ты знаешь, что если ты сделаешь это, то слишком сильно будешь по мне скучать. Кроме того, кто ж будет спасать меня от самого себя, если тебя рядом не будет? Вулканец поддался совершенно логичному порыву позаботиться о том, чтобы его капитан и дальше производил впечатление профессионального человека, и пригладил его волосы. - Еще одно верное замечание. - Зануда, – подразнил Джим. Он оправил все складки и помятости на форменке, пока она идеально на нем не села, и пропустил ладонь через волосы, нечаянно и даже не осознавая этого, разрушив все усилия Спока. – Ну ладно, – наконец произнес он, – готов? - Да, – отозвался он, следуя за Джимом к двери. Джим выступил из их каюты в коридор, повернулся с улыбкой к Споку и протянул ему руку. - Ты со мной? – спросил он. Вулканец переплел их пальцы, в его глазах светилась теплота. - Всегда.

Конец.