Ложный блеск

*** - Я уже решил, что ты передумал! – надменный голос прорезал томный полумрак. Лишь пара свечей рассеивала ночную тьму и окрашивала волосы и кожу лесного правителя в золотистый цвет. Глубже пролегли тени от неверного света, лицо Трандуила внушало сейчас эльфу лишь страх. - Мой лорд, простите, что я… - Мне не нужны твои извинения. Ты пришел сюда не за этим! – зло прозвучали слова. – Ты пришел, чтобы оскорбить меня. Кем ты меня считаешь, раз смеешь требовать подобное? Эльф сглотнул ком в горле, дрожь пробежала по телу. Статная фигура короля, скрытая широким шелковистым плащом, расшитом серебряными нитями, возвышалась над ним, требовательно глядя в глаза. - Отвечай мне! - Я не смею ничего требовать от вас, мой лорд… Я всего лишь… всего лишь смею надеяться… на ваше расположение ко мне. На вашу милость. Трандуил усмехнулся. Он и не ожидал услышать ничего другого от этого воришки. И как же он смог украсть ожерелье, если сейчас так робеет и трясется? - Значит, смел надеяться, - проговорил он медленно. – Как же тебя зовут? Я должен знать, с кем делю ложе. - У меня больше нет имени, мой повелитель. Никто не зовет меня никак. Я один. И я отказался от имени, оно не нужно мне. И снова усмешка. Король наклоняет голову, пристально вглядываясь в робкого воришку. Забавный. И есть что-то, что он скрывает. - Ты расскажешь мне, как украл ожерелье. Не вопрос, скорее приказ. Требование. - Нет, милорд. - Тогда хотя бы сними маску! Я желаю видеть твое лицо, - воришка снова трясет головой. Его лицо под маской, его руки в перчатках, а шелковые одеяния скрывают все его тело. – Как же ты будешь ласкать меня, маленький вор? – смеется Трандуил. – Уж не взглядом ли? Лучше приблизься ко мне и помоги мне снять мантию. Руки дрожат, когда эльф робко касается причудливых застежек в форме листьев. Осторожно распутывает крючки и завязки, постепенно обнажая все больше золотистой гладкой кожи. Дрожь сотрясает его тело, в висках стучит, а в груди мучительно медленно растет и тлеет теплым огнем предвкушение. Но вот последний крючок сдается дрожащим рукам, полы мантии распахиваются, и эльф выдыхает, глядя на высокого стройного короля Лихолесья. Длинные пряди волос спускались на грудь, и воришка осторожно отвел их рукой, обнажая горошинки сосков, пропустил длинные прямые пряди сквозь пальцы, любуясь ими в неверном тусклом свете. Сильная рука оттолкнула его, так что воришка споткнулся о край ковра и упал. - Ты так и будешь прикасаться ко мне своими грязными перчатками? – разозлился Трандуил. Воришка поднялся. Он нехотя, опустив голову, потянул перчатки с рук. Трандуил отвернулся. Жалкое зрелище. Эльф дрожал и трясся, тяжело дышал и чего-то очень сильно боялся. Можно подумать, он пришел на поле брани, а не в спальню короля, чтобы заняться любовью. Трандуил разлил по кубкам вино и поднял один, протягивая гостю. - Выпей! – приказал он. – Может, хоть это позволит тебе расслабиться. Но рука, протянувшаяся за кубком, едва не заставила Трандуила вскрикнуть. Пальцы были обожжены, так что кожа местами покраснела и вздулась, почерневшие шрамы пересекали ладонь, текли дальше, на запястье, и исчезали под одеждой. - Разве твоей магии не достаточно, чтобы вылечить себя? – поморщился король. Эльф принял кубок из рук Трандуила и стянул нижнюю часть маски, обнажая губы и линию челюсти. Кожа и здесь была неестественного цвета. Будто когда-то ее коснулся огонь. Шрам рассекал губы. - Нет, владыка, - тихо проговорил эльф. – Я вылечил бы тело, у меня много сил. Но это магия дракона и драконье пламя оставили на мне следы. Когда я выкрал ожерелье. Вот, значит, какая цена уже была уплачена. Трандуил взял за подбородок юношу, заставляя посмотреть на себя. - И ты настолько сильно влюблен в меня, что рискнул своей жизнью за ожерелье? – усмехнулся он. – Ты настолько безумен? Считаешь, что всю твою боль искупит ночь со мной? – он улыбнулся. – Значит, ты действительно любишь меня. Скажи же, насколько сильно! Король эльфов вздрогнул, когда изуродованная рука коснулась его груди, гладкая кожа ощутила шероховатость ладони воришки. - Мой король… - он потянулся, чтобы губами дотронуться до светлой кожи шеи, лесной король вздрогнул от поцелуя, рука его вплелась в светлые волосы воришки и привлекла ближе, голова откинулась назад, позволяя тому ласкать свою шею. Сладкая дрожь прошла по телу, а губы эльфа чертили влажные дорожки на коже, спуская к ключицам. – Когда я впервые увидел вас, я поверить не мог, что существует такая красота и что моим глазам дозволено любоваться ею. И каждое слово, слетающее с ваших прекрасных губ, будило во мне тоску по вам. Я мечтал прикоснуться к вам. И боялся, что если дотронусь, то все вдруг окажется сном. Эльфийский владыка усмехнулся. - Да ты поэт, мой храбрый воришка! Он позволил стащить мантию со своих плеч и сам потянулся губами, осторожно коснувшись губ эльфа. Тот вздрогнул под руками, подался вперед, оплетая руки вокруг талии короля и прижимаясь к нему всем телом. Кубок в руке покачнулся, и едва не выпал из ослабевших пальцев. - Милорд… - выдохнул он, выгибаясь в руках короля. – Позвольте… позвольте мне… Трандуил бедром ощутил возбуждение эльфа, сжал руками его бедра и качнулся навстречу, чтобы напряженная плоть, скрытая брюками, потерлась о его бедро. Эльф сдавленно застонал. Хорошо. Трандуил отступил назад. - Выпей вино. И иди сюда, - улыбнулся он, отходя к кровати. Промялись белоснежные простыни под весом тела, волосы разметались по подушке, а пальцы короля уже расстегивали застежку на его брюках. Эльф сглотнул. Он залпом опрокинул в себя вино и отставил дорогой серебряный кубок. Во рту разлилась горечь, по телу потекло тепло. «Странный привкус», - успел удивиться эльф, падая в объятия короля на постели. И забыл обо всем, оказавшись в крепких объятиях. Губы Трандуила завладели его ртом, а он сам, перекатившись, оседлал его бедра, чтобы стянутые тканью члены коснулись друг друга, качнул бедрами, вызывая стон из губ любовника, откинул назад прекрасные волосы. Эльф метался по постели, руки ласкали грудь и бедра эльфийского короля, а от его поцелуев кружилась голова. В глазах темнело, и когда рука Трандуила стиснула член через ткань брюк, эльф закричал от наслаждения, и сознание покинуло его. Он продолжал еще двигаться навстречу желанному телу, губы шевелились, шепча слова любви, но глаза затуманились и почернели. Словно жизнь шла из них. Словно эльф больше не осознавал себя. Трандуил поймал расфокусированный взгляд и улыбнулся одними уголками губ. Он наклонился ниже, чтобы его волосы шелковой волной прошлись обнаженной груди воришки, и едва касаясь губами его уха, прошептал: - Отдай его мне!.. Воришка обхватил его тело обеими руками, прижимая к своей груди. Он терся бедрами, страстно желая разрядки, а взгляд рассеянно блуждал по комнате. - Отдай его мне! – повторил Трандуил. Все тело его сводило от напряжения, член уже болезненно ныл, желая прикосновений эльфа. – Отдай, и я подарю тебе блаженство, которого ты не знал никогда! Тяжело дыша, эльф тряхнул головой, словно пытаясь сбросить оцепенение. Губы Трандуила растянулись в улыбке. Нет, не выйдет. Это дурман, добавленный в вино, злое и безумное зелье, отравляющее разум. Юноша не вспомнит эту ночь. И он так уязвим сейчас и податлив! Пальцы эльфа нырнули под свою рубашку, нашарили во внутреннем кармане что-то и потянули. Серебряные завитки цеплялись за ткань, но вот ожерелье полностью показалось на свет. - Отдай, - зашептал Трандуил, сплетая свои пальцы с пальцами воришки, сжимавшими драгоценность. – Отдай. Это. Мне. Теплый от жара чужого тела металл коснулся рук. - Отдай же… Давай… Трандуил наклонился, чтобы губами захватить горошинку соска. Воришка выгнулся от наслаждения, когда горячий язык огладил маленький комочек плоти, а после зубы осторожно, чтобы не причинить боль, сжались, посылая по телу дрожь. - Давай же… Пальцы воришки разжались, и ожерелье тут же перешло в руки короля. Камни сверкали в неверном тусклом свете, горели ярче свечей. Усмехнувшись, Трандуил опустил драгоценность в карман и отпрянул от воришки, распростертого на его постели. Он выпрямился, с презрением глядя на изуродованное огнем дракона тело. Руки эльфа шарили вокруг, не находя теперь рядом теплого прекрасного тела, пока не наткнулись на собственный возбужденный член. Руки лихорадочно стянули брюки, обнажая крепкий ствол, налитый кровью. Рука воришки обхватила возбужденное достоинство, быстро лаская себя. - Отлично, - изогнув в презрении губы эльфийский король. – Ты вполне можешь позаботиться о себе сам. Он подобрал с пола свою мантию, старательно игнорируя собственное возбуждение, и скрылся в соседней комнате, захлопнув за собой дверь. Ожерелье приятной тяжестью оттягивало карман. Неужели? Неужели оно все-таки у него? Трандуил блаженно улыбнулся. Это стоило того, стоило позволить этому наглецу коснуться своего тела, чтобы получить желаемое, ну а дурман доделал остальное. В комнате его ждала ванна с горячей водой, и, сбросив одежду, Трандуил с наслаждением опустился в воду, смывая с себя прикосновения изуродованного тела воришки. *** Утро застало лесного владыку на балконе, и едва первые лучи окрасили розовым светом верхушки деревьев, он вернулся в свою спальню. Воришка спал, разметавшись по постели. Его смятая одежда валялась на полу, на бедрах были видны следы высохшей спермы. Трандуил поморщился. Отвратителен. Он абсолютно отвратителен, хоть и эльф. И так жалок. Единственное, что еще хотелось лесному владыке, это узнать имя наглеца. И он нагнулся, чтобы снять с лица эльфа железную маску. Холодные пальцы перехватили запястье. Но после сна да еще и после дурмана эльф был слаб, и Трандуил легко высвободил руку и все же сорвал маску, отбросив ее в сторону. Металл гулко ударился об пол, но ни король, ни его гость не обратили на это внимания. Лучистые глаза короля встретились с запавшими серыми и дикими. - Я помню тебя, - проговорил Трандуил. – Ты был моим слугой. Значит, ты покинул службу и решил украсть ожерелье у дракона. Чтобы сметь ставить мне условия! Лицо владыки исказилось от гнева, а воришка, приподнявшись на постели, нашарил свою рубашку и ощупал потайной карман. - Не ищи, - презрительно фыркнул Трандуил. - Оно у меня! Серые запавшие глаза вспыхнули гневом. - Ты обманул меня, владыка! - Обманул? – обманчиво ласково проговорил Трандуил. – Обманул? Ты явился ко мне, требуя то, что тебе не положено! Ты думаешь, что я позволю тебе касаться своего тела? Мне лишь нужно было, чтобы ты выпил вино и отдал мне ожерелье. Сам! Ведь ты же наложил на него заклятье! И смел надеяться, что это тебе поможет! – рассмеялся он. – Прочь! Ты больше не придешь в мой дворец и не оскорбишь меня подобными предложениями. Ты должен был знать, что я никогда не разделю ложе с таким, как ты! Трандуил отвернулся, не видя, как глаза эльфа наливаются слезами обиды. Потом холодная ярость исказила черты. - Да будет так, как вы пожелаете, владыка, - тихо проговорил он. *** Трандуил поднял со стола ожерелье. Солнечные лучи играли в камнях. Как же оно прекрасно! Воришку уже выпроводили из замка вместе с его волком. Животное тащило в зубах тюк с железной маской и плащом мальчишки. Сейчас они уже должны были быть далеко. И это к лучшему. Трандуил растянул губы в улыбке и погладил рукой прекрасное ожерелье. Сколько он ждал его. Сколько надеялся. Он отпустил свою магию, чтобы почувствовать камни всем своим существом, чтобы насладиться их прелестью и силой. И ощутил лишь пустоту. Ничего. Ничего?! Он поднял ожерелье, вглядываясь в него на свет. В серебро были оправлены стекляшки. Стекляшки! Ярость исказила черты лица лесного короля. Он отшвырнул прочь побрякушку, обернувшись к застывшей у порога страже. - Найдите его! – зашипел он, стискивая руки в кулаки. – Найдите этого мальчишку! *** Железная маска снова была вынута из тюка и снова закрыла его лицо, плащ обернулся вокруг плеч, а из тряпицы было аккуратно вынуто сверкающее на солнце ожерелье. Эльф расправил на коленке серебряные завитки, любуясь эльфийской драгоценностью. Визит во дворец оставил лишь горечь и болезненно сладкие воспоминания о прикосновениях и поцелуях лесного короля. Тому осталась лишь подделка, жалкие стекляшки, и он скоро обнаружит обман. А настоящую драгоценность воришка спрятал у сердца. Лесной король все еще жаждет ее заполучить. И кто знает, может, в другой раз все будет совсем по-другому. И ему совсем не стоит терять надежды завоевать сердце ледяного короля.