Мой милый мишка

      В моей жизни нет ничего примечательного. Многие могут сказать: «Ты слабак, Дэхён, бери себя в руки — и вперёд!». Может, они в чём-то правы, но я устал. Да. Это странно: как в двадцать пять можно устать от жизни? Возможно, я не совсем правильно выразился. Желания прервать её не возникает. Просто мои дни проходят до боли одинаково. Об этом ли я грезил в детстве? Конечно, нет. Мне, как и многим, казалось, что я буду директором крупной фирмы, с красавицей-женой и прекрасными детьми. Ну или хотя бы путешествовать. Но я обычный офисный планктон, дрейфующий в толще жизни. Медленно и неторопливо. Я, как и сотни других, смотрю на солнце где-то там наверху и мечтаю быть выше. Над всей этой толщей. А ещё молюсь, чтобы не быть съеденным. Не попасть в челюсти жизни и не оказаться однажды на самом дне.       Когда я только устроился на работу, то брал какие-то дополнительные задания, оставался до ночи в надежде показать себя. Думал искренне, что ещё немного — и меня позовёт директор, мило улыбнётся и предложит кресло повыше. Но этого не произошло. И сейчас я стараюсь не высовываться. Нет, свою работу я люблю и выполняю обязанности с полной отдачей, выжимая всё возможное, только лишнего не беру. Больше не хочется гоняться за призрачной мечтой. Ради чего? Сейчас, оглядываясь назад, на эти пару лет сверхурочной работы, ничего, кроме неё, не могу вспомнить. Мне кажется, я совсем не жил, и сейчас боюсь упустить жизнь, ту самую пресловутую молодость. Не хочу через пять лет посмотреть в зеркало и увидеть там уставшего и измученного старика. Вот только совершенно непонятно, к чему идти теперь.       У друзей свои жизни, и мы не так часто видимся. Да и к чему сводится всё общение: к разговорам о работе и поиске девушки или рассказах о любовных похождениях. Даже здесь мне нечем похвастаться. Той единственной — или того — со мной рядом нет. Да, я би. В наше время это, кажется, уже никого не удивляет, хотя меня уверяют, что пройдёт. Просто мне нужно найти хорошенькую девчушку, способную подарить мне детей, и не париться. Жить как все. Встраиваться в поток. Дом. Семья. Работа. Это счастье?       В какой-то момент поймал себя на мысли, что не знаю, какой сегодня день. Я сел на кровати и закрыл лицо руками. Неужели так и пройдёт моя жизнь? Тот день был как в тумане, и именно тогда пришло решение не брать на себя лишнего, а отдавать себя работе только в строго отведённое время.       Я иногда пропускаю стаканчик после работы в небольшой кафешке около дома, чтобы расслабиться и подумать. Сегодня, выйдя из офиса, решил нарушить это правило. А что? Хоть в чём-то побуду бунтарём. Я зашёл в кафе неподалеку от офиса и выпил пару бокалов пива. Стало легче. Теперь пора домой. Я тихонечко брёл по улице, пока не увидел его.       Знаете, ростовые куклы всегда казались мне какой-то квинтэссенцией детства. Большие и мягкие герои сказок. Неосознанно я побрёл в его сторону. Хотелось просто обнять и почувствовать себя маленьким ребёнком, у которого всё впереди.       Я подошёл поближе и почувствовал, как из груди поднимается комок невысказанных слов. Это не то место и время, но сдержаться невозможно.       — Знаешь, если тебе когда-то будут говорить, что ты ничего и никому не должен... не верь. Это один из самых больших обманов. Ты всегда должен. В первую очередь себе, родителям, окружающим. Знаешь, если так разобраться, то ты должен всем и всегда. Это называют другими словами, но... Короче, всё равно должен.       Мишка повернул ко мне голову. Это даже смешно. Сейчас мне кажется, что алкоголь подействовал сильнее, чем мне хотелось. К сожалению, даже поняв, что пора бы заткнуться и пойти домой, остановиться я уже не мог. И, получив внимание к своей персоне, начал говорить охотнее.       — Понимаешь, — я даже предпринял попытку жестикулировать, хотя это получилось до ужаса неуклюже, — в детстве ты должен ходить в школу, потом поступить в институт, найти работу. Всегда и всем. Подростком я хотел вырваться из этого, показать, какой я настоящий, но это было так глупо. А сейчас хожу на работу, потому что должен: должен заработать на еду, развлечения, девушку. Понимаешь, даже её я должен завести, чтобы быть полноценной частью социума. Ты должен работать сверхурочно, должен стараться попасть в высшее общество, стать богатым. Везде эти «должен». Как же бесит всё.       Я закрыл лицо руками и попытался отдышаться. Завожусь. Ещё не хватало вспылить и начать что-то доказывать прямо здесь, на улице. Да и кому?.. А он молчал. Может, у меня и правда глюки, и разговаривал я со своим сознанием. Мой медведь не пытался меня выгнать или вызвать полицию, он просто стоял, иногда посматривая на меня. Было не так много посетителей, может, это меня и спасло.       — Нам говорят, что есть право выбора и мы решаем сами. Но это не так. Ты же тоже не хотел ходить в школу. — Я посмотрел на своего собеседника. Он молчал. — Никто не хочет. При этом каждый день ты шёл туда, потому что должен был. Ведь ты хороший сын... или дочь. Ты должен строить своё будущее, соблюдать правила и радовать родителей. Теоретически можно от этого всего отказаться, но сколько ты получишь осуждения… Тебя просто сломают, пока ты наконец не поймёшь, что должен. Львы — хищники, они раздирают и съедают антилоп. Люди — животные социальные. Они всем должны. Вот так.       Поток моих мыслей неожиданно иссяк. Ещё недавно я был готов покорять мир, а в тот момент чувствовал себя ничтожеством. Я оглянулся по сторонам: люди бежали по своим делам, никому не было дела до меня и моих рассуждений.Только он почему-то смотрел на меня. Милый мишка.       — Я просто устал. Всегда мечтал, что буду сам строить свою жизнь, решать, с кем мне по пути. Я думал, что никому и ничего не должен. Но без этого никак. И сейчас я должен идти домой. Я пьян. У тебя могут быть проблемы. Видишь, даже сейчас я должен, хотя хочу совсем другого.       Я горько усмехнулся и попытался посмотреть в его глаза. Глупо. Я пытался что-то найти в глазах медведя, а не человека. Они ничего мне не скажут, в них нет ответов на мои вопросы. Я собрался уже двигаться в сторону дома, как мишка неожиданно подошёл ко мне и раскинул руки, приглашая в свои объятия. Такой милый. Я прижался к нему, обнял. Стало так хорошо, тепло и радостно. Не хотелось никуда уходить — к чёрту дом, к чёрту всё. Почувствовал себя маленьким ребёнком, которому в магазине дали огромную игрушку. Как жаль, что её нельзя забрать домой. Отстранился и попрощался, сделав характерный жест рукой. Медленно побрёл домой. Как глупо получилось. Завтра новый день. Утром я снова встану по звонку будильника и пойду на работу. Ты будешь стоять там, мишка.       ***       Мне нравилось знакомиться с новыми людьми. Или не совсем так. Нравился первый момент знакомства, когда спрашивают: «Кто ты, чем занимаешься?». Почему? Люблю реакцию людей на мою работу. Многие, конечно, догадывались, но и различных любопытных вариантов хватало. Меня зовут Ю Ёнджэ, и я медведь. После этих слов лица многих новых знакомых вытягивались, старые приятели тихонечко хихикали. Из интересных вариантов было предположение, что моя работа похожа на фильм «Игрушка» с Пьером Ришаром в главной роли. Человек очень серьёзно интересовался, как я дошёл до жизни такой и сколько зарабатываю. Ещё был вариант про мальчика лёгкого поведения. Что я — милый медвежонок какой-нибудь яркой блондиночки с богатым папиком. Ошибочные варианты, всё гораздо прозаичнее.       Я просто был ростовой куклой Рилаккума и работал около небольшого магазинчика, совмещённого с кафе. Привлекал и развлекал посетителей. Хотя чаще всего первое: в магазинчике есть на что поглазеть, и я уже не так актуален. По своему основному занятию я — студент, но это скорее стиль жизни, а мишкой подрабатывал летом, уже не первый год, с понедельника по пятницу. За выходные платили больше, но эти дни мне хотелось проводить с друзьями или семьёй. Снимал небольшую квартирку, даже закуток, но холостому парню этого хватает. Из родительского дома съехал ещё на первом курсе. Они, конечно, прекрасные люди, и я их безмерно люблю, но чрезмерная опека очень обременительна. Оплату делили с родителями пополам. Они считали, что таким образом как-то влияют на мою жизнь, а я просто был рад, что платить нужно меньше. Работу очень любил, мишкой быть приятно. Не спорю, минусов хватало, но на духоту в костюме не жаловался, спокойно переношу высокие температуры. И с остальным тоже можно мириться.       Вы бы видели глаза детей! Как они тянули ко мне ручки — маленькие ангелочки. Безумно приятно знать, что ты даришь кому-то толику счастья. Некоторые стояли очень долго, ощупывали или просто обнимали, уткнувшись головой в мой живот. Родители чаще всего не отрывали, а спокойно шли в магазинчик и заказывали что-то вкусненькое: маленькие сладкоежки всё равно вскоре соблазнялись ароматами и шли вслед за ними. Хотя были и маленькие исчадия ада — с такими нельзя расслабляться. Знаете, есть дети, которые всё подвергают сомнению, наличие всякого сказочного в жизни особенно. Интересно, что им мешало просто радоваться? Они старались меня укусить, ущипнуть, потянуть за что-нибудь, оторвать лапу, пнуть по колену и много как ещё достать. Вот таких родители оттаскивали почти сразу, за что я, признаться, им премного благодарен.       В моей работе, как и в жизни, больше нет ничего примечательного. Совершенно стандартная жизнь совершенно стандартного студента. Всё так обычно, что иногда даже бесило. Хотелось ярких событий, которые переворачивают жизнь, как в фильмах. В жизни такого не происходит. Скоро я закончу институт, найду серьёзную работу, потом девушку и присоединюсь к этой толпе людей, которая каждый день проходит мимо меня. Многих я уже узнавал. Они каждый день спешили на работу и с неё. Утром я шёл в их потоке, а вечером наблюдал через глаза медведя. Магазинчик закрывался позже обычного окончания рабочего дня. После службы многие заходили к нам за подарками, перекусить или ещё что-нибудь, и это давало мне возможность наблюдать два момента жизни, незначительных и коротких. Кто-то всегда примерно с одним выражением лица, кто-то всегда погружён в музыку и свои мысли, кто-то тихонечко проговаривал дела, чтобы ничего не забыть, а кто-то вечно опаздывал. Интересно, какой я со стороны? Иногда мне хотелось обнять кого-то из них, просто так, чтобы придать уверенности в себе, подарить немного детства. Неужели я тоже стану таким же, загруженным и уставшим? Не хочется в это верить.       Иногда они меня удивляли. Вот, например, вчера. В моей работе много курьёзных случаев, со мной часто говорили, что-то спрашивали, чаще всего: «Ты настоящий?». Что можно ответить в такой ситуации, когда на тебя смотрят восторженные детские глаза, полные надежды? Это глупо, но я всегда говорил: «Да» и обнимал покрепче. Взрослые редко со мной говорили, если только иногда кидали «спасибо» или просто улыбались. Иногда я танцевал что-нибудь несуразное и смешное, танцор из меня так себе. Это привлекало людей, они останавливались, бывало, фотографировали и снимали. Тогда улыбок было больше, особенно умилялись молоденькие девушки и школьницы. В конце я распахивал руки для объятий, но бежали ко мне только дети. Они ещё верят в чудо, в то, что большой медведь может быть настоящим.       Вчерашний вечер был самым странным за всё время моей работы. К магазинчику подошёл парень. Я видел его каждый день — он работал неподалёку в офисном центре, что там у него и как, не имею понятия. Совершенно обычный, приходил утром и уходил вечером, дополнительно не оставался. Может, семья? Дети? Вчера он появился позже обычного и подошёл ко мне. Я не придал этому значения, мало ли что, может, решил уточнить что-то или попросить сделать фотографию для ребёнка. Иногда родители так делали, чтобы завлечь малыша в магазинчик. У нас очень вкусно и уютно. Я не хвастаюсь, просто так и есть. Но он улыбнулся, сел на скамью у магазина и заговорил. Я сначала не придал этому значения, думал, что по телефону. Парень говорил что-то о долге, и это привлекло моё внимание. Видно было, что он выпил, но немного. Всё говорил и говорил. По идее нужно было выгнать его, но я не мог. Даже хозяев звать не стал. Он был таким потерянным и одиноким, таким… настоящим. Парень вдруг резко стал отличаться от тех людей, что проходят мимо меня каждый день. Он был одним из них до вчерашнего дня. Я выслушал его и распахнул руки для объятий. Ожидал, если честно, чего угодно: что он оттолкнёт или рассмеётся, только не ответных объятий. Мы постояли так несколько минут. Я хотел что-то сказать, поддержать, но промолчал. Не смог подобрать слов. Боялся спугнуть?       Он ушёл. Ещё какое-то время я смотрел ему вслед. До конца моего рабочего дня оставалось не так много времени. Стало как-то странно и одиноко. Я просто простоял на улице оставшееся время, народу было немного, и ничего особенного от меня не требовалось. Идя по улице домой, я размышлял, как теперь реагировать на него. Ведь завтра он снова пойдёт на работу и выпил не так много, чтобы забыть этот разговор. Хотя... Какой, к чёрту, разговор — я не сказал ни слова, а может, следовало бы. Помахать ему рукой при встрече — как-то глупо, может, он жалеет о своём поступке и будет прятать глаза. Проигнорировать? Так будет правильнее, мы ведь даже не знакомы, просто парню захотелось высказаться, а я оказался рядом.