Полагаясь на судьбу

Оттори-Сент-Коул полыхал в огне. Пожиратели после недолгого затишья снова вышли "в свет", неся с собой лишь разрушения. Снейп стоял между двумя домами, стараясь не принимать участия в карательной операции. А он ведь знал, что если Темный Лорд узнает хоть об одном маге, состоящем в Ордене Феникса, то он обязательно постарается избавиться от него. Но Дамблдор утверждал, что все будут предупреждены. И что теперь? Лорд не идиот, чтобы убивать самих магов. Сначала он расправится с их семьями, а потом избавится от тех, кто ему мешает. Именно поэтому Молли и Артур Уизли вместе с детьми теперь были в опасности. Лишь чудом защита их дома еще не пала. Видимо над ней постарались не только Фабиан и Гидеон, но еще и Аластор Грюм, если не сам директор. Северус сам себе поклялся, что больше никогда в жизни не пойдет на поводу у Альбуса, поскольку обычно это имеет неприятные последствия для самого Северуса. У парня не было никакого желания убивать ни в чем неповинных людей. Ему более чем достаточно того, что он варит для Лорда зелья и яды. Северус метнул невербальное заклинание в пробегающего мимо Пожирателя. Тот неловко упал, ударившись головой об дверь дома. Та распахнулась, громко ударившись о стену, и где-то в глубине дома раздался испуганный женский крик, а за ним детский плач. Снейп насторожился и, взмахнув палочкой, открыл окно. Послышалась возня и чей-то взволнованный шепот. - Аарон, прошу, тише! - Мне страшно, Сара! Давай уйдем! - захныкал маленький мальчик. Северус увидел его в другом конце комнаты. девушка примерно одного возраста с Северусом пыталась успокоить мальчика. Она испуганно озиралась на дверь, которая, как решил Снейп, вела в коридор. Про окно она даже и не вспоминала, хотя опасность могла прийти и оттуда. Но это знал Пожиратель Снейп, а не напуганная девушка. - Идите сюда!, - наложив на ребят мощное Селенцио, позвал Северус. Парень соображал с невообразимой скоростью, надеясь вытащить этих двоих из кровавой бойни. Девушка, услышав чей-то голос, резко развернулась и, задвинув брата за свою спину, выставила перед собой палочку. Ее глаза горели решимостью, хоть руки и дрожали. Снейп чертыхнулся. Только этого ему не хватало. Стоит полыхнуть хотя бы одному заклинанию, и все пойдет мантикоре под хвост. - Идите сюда! - повторил Северус. - Я вытащу вас! - мальчишка дернулся к Снейпу, не замечая черную мантию Пожирателя, но сестра его остановила. - Я клянусь, что не причиню вам никакого вреда, Сара! Девушка медленно опустила палочку и, взяв мальчика за руку, сделала шаг к окну. В ее глазах было сумасшедшее отчаяние, страх, но и надежда на спасение. Первым делом Северус помог вылезти мальчику, после чего подхватил на руки его сестру и аккуратно поставил ее на землю. Сара была высокой девушкой, но весила очень мало. По ее волосам, имени, а так же небольшой подвеске в виде звезды Давида, Северус понял, что девушка - еврейка. Она что-то хотела сказать, но заклинание ей мешало, поэтому Северус его снял. - Спасибо. Я Сара Ливерман. Если будет нужна моя помощь, найди меня, я помогу тебе. У меня перед тобой теперь Долг Жизни, - быстро и негромко заговорила девушка. - Где ваши родители? - спросил Снейп, не представляясь. - В Лондоне. У них важная встреча, - пояснила девушка. - Координаты знаешь? Я попробую настроить портал, - оглядываясь по сторонам, произнес Северус. Наконец, его взгляд зацепился за какую-то деревяшку, и парень достал палочку, которую дал ему Лорд, ведь на палочке Снейпа, как на палочках и других несовершеннолетних, был Надзор. Сара назвала координаты, и слизеринец начал колдовать. Вскоре деревянный обломок засиял неярким голубым светом, и Северус протянул его девушке. - Спасибо, - выдохнула Сара и отрывисто обняла Снейпа, после чего она и Аарон исчезли, утянутые порталом. Уже ринувшись в битву, Северус понял, что координаты, которые дала ему Сара, это координаты Лондонской Гильдии зельеваров, да и фамилия показалась ему знакомой. Не знал же Снейп того, что Сара, дочь одного из лучших зельеваров Израиля, отлично запоминала запахи, и что чуть горьковатый запах полыни и имбиря, исходивший от Северуса, навсегда впечатался в ее память и еще долго не давал покоя, дурманя по ночам, не оставляя ее ни во сне, ни наяву. *** В тот день, когда от МакГонагалл вернулись Сириус и Джеймс, Римус расстроился. Парень понимал, что в скором времени декан вызовет и его, но ему сказать было нечего. Люпин отлично понимал, что у него нет будущего, и пытался с этим смириться. В такие моменты его накрывало отчаяние, страх, а в душе образовывалась сосущая пустота. Лунатик стал более раздражительным. Пару раз отчитал второкурсника с Хаффлпаффа, который просто попался ему под руку. Джеймс и Сириус получали двойную дозу сарказма и иронии, перья ломались с невыразимой скоростью. Парень плохо спал, ходил понурый и отчужденный. А после того, как МакГонагалл назначила ему день, когда он должен к ней прийти, Римус и вовсе как с цепи сорвался. Гриффиндорец дважды не сделал домашнее задание на урок Рун, заработав отработку и удвоенное задание. Неизвестно, сколько бы еще продолжалась эта нервотрепка, если бы Сириус и Джеймс не отловили Лунатика по пути в библиотеку. - Что с тобой происходит, Рем? - с лету задал вопрос Поттер, внимательно глядя в медовые глаза друга. - МакГонагалл назначила дату, - ответил Люпин. - И? - протянул Сириус вопрсительно. - И я не хотел бы слышать слова "Мистер Люпин, простите, но для Вас ничего нет", - раздраженно ответил Римус, стараясь не встречаться взглядами с ребятами. - И почему же ты считаешь, что услышишь эти слова? - задал очередной вопрос Джеймс. - Действительно, - взвился Римус, - почему еще грязный оборотень может это услышать?! Давай вместе подумаем! Джим, ты реально этого не понимаешь или просто так дураком прикидываешься? Внутри Римуса разгорался яростный пожар. Хотелось плакать, но глаза оставались сухими. Меньше всего Люпин хотел расставаться со своими друзьями, но после школы Поттер и Блэк станут аврорами, а он, Римус, останется за бортом жизни. Если повезет, он сможет время от времени зарабатывать на жизнь, находя временный заработок. Но только до тех пор, пока не узнают, что он оборотень. Лунатик очень живо видел перед глазами картину, как его спускают с лестницы или вышвыривают из дверей. Римус пытался смириться с этим, зная, что это лишь его проблемы. Достаточно того, что Мародеры ради него рисковали своей жизнью, когда начали заниматься анимагией без наставника. Римус не понял как и когда оказался прижатым к стене. Все, что он мог видеть, это серые глаза Блэка и яростный блеск в них. - А теперь слушай меня, друг. Еще раз ты хоть подумаешь, что мы тебя бросим, я из тебя всю душу вытрясу! - в подтверждение своих слов Сириус ощутимо встряхнул Римуса. - Бродяга, тише, - успокоил друга Поттер. - Но Сиря прав, Лунатик. Учти, что я буду стоять рядом с Сириусом и трясти твою душу. А еще я сделаю тебе трепанацию черепа и собственноручно промою твой дурной мозг. Лунатик не знал, откуда Джеймс знает такие умные слова, но важнее было то, что Римус верил угрозам друзей. В глазах странно защипало, а в горле неожиданно появился ком. Гриффиндорец глубоко вздохнул и зажмурил глаза. Сириус его давно отпустил, и теперь лишь сжимал его плечо, выражая так свою поддержку. - Спасибо, ребята, - прохрипел осипшим голосом Люпин. - Не за что, Лунатик. Мы же друзья, - улыбнулся ему Джеймс. - Идемте. Хватит стоять, как истуканы, - позвал их Сириус. - Куда? - недоуменно спросил Римус. - К МакГонагалл, - ответил Сириус, тоже улыбаясь. - Хватит бояться, Рем. Мы же гриффиндорцы, Мордред это все подери! Путь до кабинета декана прошли очень быстро, но у Лунатика несколько раз возникало малодушное желание сбежать, но он мужественно подавлял его. К тому же Сириус и Джеймс не позволили бы ему это сделать. В кабинете никого не оказалось, и Римус хотел уже уйти, как из неприметной двери вышла МакГонагалл. - Мистер Люпин, - мягко произнесла женщина, - я уже и не чаяла Вас увидеть. Присаживайтесь, - указала на стул профессор. - Спасибо, профессор МакГонагалл. Я хотел сказать, - чуть замявшись начал парень. - Я знаю, что Вы хотели мне сказать, Римус, - перебила парня женщина. - Я позволю себе грубость и попрошу Вас замолчать. - Да, профессор, - ошарашенно произнес Лунатик. - Я знаю, что Вы считаете, будто недостойны нормальной жизни, работы, семьи и будущего. Я знаю Вас с первого курса, поэтому могу с уверенностью Вам сказать, что это не так. Вы самый добрый и светлый человек, кого я знаю, и Ваша жизнь должна быть такой же. Я считаю, что Вы один из тех, кто заслуживает место преподавателя в Хогвартсе. - Что... Профессор... Я... Профессор МакГонагалл, я ведь опасен для окружающих, - парень даже вскочил со стула. - Сядьте, мистер Люпин. Еще раз вспомните о своей мнимой опасности для окружающих, я клянусь, я Вас прокляну! - гриффиндорец послушно сел. Да и невозможно было не послушаться эту женщину, в голосе которой звучали металлические нотки, а в глазах была решимость и уверенность в своих словах и действиях. - Полнолуние бывает лишь раз в месяц, поэтому я решила, что в будущем можно будет скорректировать расписание так, что у Вас будет два-три свободных дня. - Профессор, я же не смогу преподавать просто так, без образования, а академия не позволит, чтобы среди учащихся был оборотень. - За Вас поручатся два сильных и уважаемых мага: я и директор Дамблдор. Но должна предупредить, что пока Вы будете учиться, за Вами пристально будут следить. Вы должны будете держать себя в руках. Всегда. - Не страшно, я привык, - пожал плечами парень, желая поскорее заполнить министерский формуляр. Казалось, что декан может передумать, поэтому Римус так торопился. Но ничего не произошло. Минерва лишь улыбнулась и помогла с бланком, после чего собрала еще несколько бумажек и вышла из кабинета вместе с Люпином. Женщина кивнула Поттеру с Блэком и ушла в сторону кабинета директора Дамблдора. Уже вечером, лежа в кровати, Римус, счастливый до безобразия, слушал тихое и спокойное дыхание друзей и с замирающим сердцем думал о том, что в его жизни еще не все потеряно. Теперь у него есть будущее, за которое он будет упорно бороться. У него есть шанс на счастье, как и у остальных. Это непривычное чувство заставляло его улыбаться и не пропало, даже когда Лунатик уснул, утомленный сложным, но несомненно самым счастливым днем в его жизни. *** В Большом зале обед был в самом разгаре, когда туда вошли Мародеры. Парни, переговариваясь между собой, направились в сторону стола Гриффиндора. Неугомонные Мародеры с восторгом обсуждали новость о том, что Люпин будет преподавать. Вчера Римус мало что смог сказать, слишком сильной была его радость, но сегодня после того, как закончились уроки, парень рассказал друзьям все. Джеймс и Сириус были рады за друга и не уставали повторять "А мы тебе говорили, что все будет хорошо!" Они повторяли эту фразу с завидным постоянством, словно пытались отомстить Римусу за все его высказывания и лекции о том, что он опасен. Люпин на все это лишь улыбался, а из его глаз не исчезал мягкий и счастливый блеск. - Луни, я рад больше всех этому, ведь мой ребенок будет получать лучшие оценки по твоему предмету, - произнес Сириус. - И не дождешься, Бродяга! Я не собираюсь давать кому-то поблажки только потому, что он ребенок моего друга. - Фи, как низменно! - возмутился Сириус, хотя было видно, что возмущение шутливое. - Мой ребенок будет преуспевать по твоему предмету только потому, что он будет его хорошо знать! А ты подумал о том, что я буду использовать нашу дружбу? Рем, как ты мог так обо мне подумать. Я человек чести! - Ты посмотри как быстро выкрутился, - фыркнул Джеймс, вонзая вилку в котлету. На разговоры парень мало отвлекался, скоро у него была тренировка по квиддичу, поэтому стоило поторопиться. Единственный человек, для которого он мог сделать исключение, это была Лили, которая именно в этот момент влетела в зал. Раскрасневшаяся, яркая, веселая. От старосты так и веяло жизнью, энергией, которой она щедро одаривала окружающих. Девушка в мгновение ока оказалась рядом с Поттером, взъерошила и без того лохматые волосы и бесцеремонно чмокнула его в щеку. - Лилз, с чего такая нежность? - удивленно спросил Поттер, зная, что Лили не любит выставлять личное напоказ. Джеймсу пришлось потратить не одну неделю на то, чтобы девушка перестала дергаться и вырываться, когда он обнимал ее в гостиной факультета или на перемене, поэтому ее такое любвеобилие... настораживало, но не могло не радовать. - Просто так, Джим! Кстати, я была у Хагрида. Он заявляет, что вы совсем оголтели с этими экзаменами, к нему не заходите. - Дай подумать, Цветочек, - вмешался Бродяга. - Кто именно засадил нас за эти экзамены? Часом не ты ли с Римусом? - Лично тебя засадила за них Маргарита, Блэк, - ответила Эванс. - Кстати, на счет этого.... Маргарита попросила тебе передать, чтобы ты ее не искал. Если я правильно поняла, они с Северусом куда-то ушли. Ладно, вы как хотите, а я пойду к Алисе и Мэри. Приятного аппетита, - девушка еще раз чмокнула Поттера и убежала к подругам. Уже через несколько минут от их небольшой компании доносился звонкий смех. Сириус же потерял всякий аппетит. Парню совершенно не нравилось, что Маргарита исчезла в неизвестном направлении в компании ненавистного слизеринца. Снейп был Пожирателем, и что бы ни говорили директор и Кроусвелл, Сириус ему не доверял. Нет, он мог относиться с Снейпу как к пустому месту, но только если тот не имел никакого отношения к его друзьям. Но так сложилось, что к Снейпу хорошо относилась Маргарита, да и Лили простила ему обидные слова, поэтому как минимум два его близких человека постоянно находились рядом со слизеринцем. - Сириус, все нормально? - спросил Джеймс, заметив, что его друг помрачнел. - Да, порядок, - ответил Блэк, но спустя мгновение снова заговорил: - Ничерта не порядок. Кроусвел куда-то унеслась в компании Нюниуса. Мерлин Великий, у меня иногда руки чешутся от желания задушить его! Меня ревность изнутри разрывает! - Теперь понятно, что я чувствовал все время, когда видел Лили и Снейпа? С той лишь разницей, что я тогда не имел никаких прав на Лили, поскольку она меня терпеть не могла, а ты с Маргаритой встречаешься. - Встречаешься... Официально я ей этого не предлагал. - вздохнул Сириус. - Официально.... По-моему, достаточно того, что она чувствует себя твоей, а остальное неважно. У тебя на нее гораздо больше прав, чем у Снейпа. Больше прав... Сириус фыркнул. Почему-то ему казалось, что единственный, у кого были на нее реальные права, это ее парень. И он погиб, а больше на нее ни у кого нет прав. От этих мыслей парень сник еще больше и, встав из-за стола, сказал Джеймсу, что пойдет прогуляется. Уроки закончились, от книг и библиотеки уже голова болела и глаз дергался, поэтому Сириус направился к озеру. Это место было любимым у многих учеников, а Сириус с Джеймсом еще на первом курсе любили забраться на дерево и кидать в воду камни, раздражая чувствительного кальмара, живущего в озере. Однако долго парень не смог сидеть в одиночестве. Становилось совсем тошно от различных мыслей, поэтому гриффиндорец отправился на квиддичное поле. Тренировка была в самом разгаре, о чем свидетельствовали весьма эпичные замечания Поттера. Именно по ним можно было определить стадию тренировки. На первой стадии Поттер лишь подгонял команду, прося не расслабляться и помнить, что если они не постараются, то проиграют кубок. Это была самая мирная стадия, которая длилась не очень долго, потому что в конечном итоге Джеймс Поттер оставался чем-то недовольным, и мирная тренировка превращалась в настоящую эпопею, а то и минное поле. На второй он начинал закипать, если команда никак себя не проявляла и начинал кричать на все поле. В особо тормознутых он начинал бросать квоффл или отнимал у загонщиков биты и прицельно запускал бладжерами. Но, к его чести, стоило сказать, что ни один игрок не пострадал во время тренировки от этих приемов, лишь ускорялись, не желая более попадать под горячую руку капитана. А на третьей он начинал ругаться самыми непечатными выражениями. Мата не было, воспитание не позволяло, но порой от капитана команды Гриффиндора можно было услышать такие фразеологизмы и метафоры, что невольно заслушаешься столь поэтичным слогом и почувствуешь себя самым последним придурком, независимо от того, где ты находишься: в воздухе на метле или на трибунах. Окинув игроков взглядом, Сириус перевел взгляд на трибуны. Там сидела Лили, задумчиво листая книгу. Сириус направился к ней. Подойдя ближе, парень заметил, что Эванс листает книгу, совсем не глядя на страницы. - Чем-то расстроена, Цветочек? А ведь еще недавно так и сверкала весельем. - Для начала привет, Сириус, - подняла голову гриффиндорка. - Я не грущу. Я поражаюсь тем метаморфозам, что происходят с людьми в тех или иных обстоятельствах. Никогда бы не подумала, что Джеймс знает такие выражения. Тоже мне, аристократ... - В его защиту могу сказать, что он так ругается только на поле, в остальном ты не услышишь от него ругани, только если ситуация не подходит под описание "Нам каюк, все пропало". К тому же, ты еще меня не слышала. - Слышала я вас. И тебя, и Маргариту. Как может девушка так ругаться? - Блэк лишь пожал плечами и промолчал. На это ему нечего было сказать. - Мне кажется, что среди вас самый приличный - Римус! - Наш пушистый староста конечно не ругается как сапожник, но иногда так скажет, что ты потом еще часами ходишь в прострации. Рем только выглядит таким безобидным. - Ага, а еще я их голодом морю, - раздался за спиной насмешливый голос Люпина. Сириус и Лили обернулись, а Лунатик тем временем продолжил: - А так же запираю в ванной, поливаю холодной водой по утрам и всячески издеваюсь. - Я же говорю, тиран! - воскликнул Сириус. Римус на это только покрутил пальцем у виска и сел рядом с Лили. Оборотень взглянул на игроков, которые уже заканчивали тренировку. Теперь все стояли на поле и выслушивали комментарии капитана. Но внимание Люпина привлекла одинокая фигура невдалеке. Приглядевшись, Римус узнал Маргариту. Девушка направлялась в сторону поля, вертя в руках палочку. "Или воспользовалась заклинанием-путеводителем или просто нечем руки занять", - сделал вывод оборотень. - Сириус, твоя потеряшка нашлась, - кивнул Лунатик в сторону приближающейся девушки. Блэк повернул голову в сторону, куда указывал Римус. Он ждал, пока Маргарита подойдет к ним, чуть прищурив глаза. В груди снова вспыхнула ревность и злость, и Сириус не знал что с этим делать. Можно конечно же накричать на Маргариту, но она же не маленький ребенок. К тому же, как выяснилось, она знает и пережила больше, чем он. В свете этих событий было как-то неправильно указывать ей что и как делать. Но даже учитывая это, его желание защитить ее никуда не пропадало. - Привет, - поздоровалась девушка. - Я так полагаю, взывать к твой совести бесполезно, да? - задал вопрос Сириус. Его голос был пустым. Ни одной эмоции не было в вопросе. - Именно. Мне нужен был ингредиент. Северус согласился сходить со мной в Хогсмид, там его нетрудно достать. - А попросить меня или Римуса? Или подойти к Джеймсу? Почему ты ушла из школы со Снейпом? - начал закипать Блэк. - Сириус, мы снова возвращаемся к этому вопросу? Я тебе говорила, что я доверяю Снейпу, так что тебе придется смириться с этим, - устало произнесла Кроусвелл, опираясь спиной на перила трибун. Но Сириус не собирался с этим мириться. Он искренне не понимал, как можно доверять слизеринцу, особенно Снейпу, который однажды оскорбил Лили. Который смешал с грязью саму Маргариту в начале этого года. Снейпу, который пошел добровольно в услужение Тому-Кого-Нельзя-Называть, став его цепной собачкой. - Ты хоть понимаешь, что он убийца? Пожиратель! Возможно, он был среди тех, кто убил твоих родителей! - Маргарита сжала губы и скрестила руки на груди. Для нее упоминание о родителях было ударом ниже пояса, но она промолчала, не желая показывать свою слабость. - Поверь мне, Сириус, его точно не было, когда убивали моих родителей. Моих родителей калечили опытные убийцы, которые получали от этого удовольствие. И я прекрасно осознаю, что Северус - Пожиратель. С той лишь разницей, что для меня это стоит на втором месте. Я отлично знаю, на что он способен и что может сделать, - девушка чуть понизила голос, чтобы ее слова мог услышать лишь Сириус. Лили и Римус стояли в стороне, не зная, вмешаться им в ссору или дать им выговорится. - Надеюсь, ты осознаешь, что я тоже убивала людей? Меня тоже за это осудить? - Это другое, - возразил Блэк. - Это то же самое! Северус готовит яды для Темного Лорда. Тебе сказать, сколько ядов могу приготовить я? Тебе напомнить, что я сама создала несколько? Не суди о том, о чем не знаешь! Я доверяю Снейпу как никому другому, и ничто этого не изменит! - И какова же степень вашего доверия? - осведомился Блэк. - Как далеко зашло ваше "доверие", дорогая? Поделись, а то может я тебе и не нужен уже? - слова вырвались у Сириуса прежде, чем их одобрил мозг. Ревность, подогреваемая злостью толкнула его на этот низменный намек, но сказанных слов уже не изменить. Девушка дернулась, как от удара. Глаза заблестели от слез, но Маргарита прикусила губу и крепко зажмурилась. По щекам скатились слезы, Кроусвелл сглотнула, желая убрать ком в горле. - Как далеко зашло наше доверие? - осипшим голосом спросила она, после чего прочистила горло и продолжила: - Подумай сам, выслушав то, что я тебе сейчас скажу. Он знал обо мне все. Он знал об этом почти с самого начала, потому что я сама решила ему рассказать. То, что ты знаешь не больше месяца, он знает больше полугода. Теперь посуди, насколько я ему доверяю! Девушка развернулась и ушла, оставив Сириуса в одиночестве. Пусть рядом с ним и были однокурсники, но Блэку показалось, что он находится совершенно один. В голове было пусто, лишь ужас и горечь от своих собственных слов, от которой ему не избавиться. Появилось желание побежать за Маргаритой, обнять ее, вымаливать прощение. Блэк дернулся за девушкой, но на его плечо легла хрупкая ладошка Лили. - Сириус, оставь ее. Ты не добьешься от нее ничего, кроме грубых слов, о которых она потом очень пожалеет. Достаточно того, что наговорил сейчас ты, - выделив последнее слово, произнесла Лили. Сириус промолчал, сжав губы. Он кивнул и, чуть сжав ладонь Лили, ушел с трибун. Эванс поняла, что ему нужно подумать и направилась к Джеймсу, прихватив с собой Римуса, который раздумывал над тем, что ему делать: идти промыть мозги Сириусу или успокоить Маргариту. Вернувшись в тот вечер в комнату, Сириус не увидел Маргариту. Он пролежал в постели без сна, но девушка так и не появилась. Блэк начинал переживать за нее, ведь он не нашел ее на Карте Мародеров, но потом решил, что скорее всего она в Выручай-комнате. Сириус снова лег в кровать, закрывая глаза. На душе было мерзко и противно от самого себя. Маргарита не избегала Мародеров, но на Сириуса никак не реагировала, словно его и не было. В глазах ее он видел боль и отстраненность. Девушка или ходила на уроки с другими гриффиндорцами, или пользовалась своим заклинанием. В комнату она заходила чтобы переодеться или взять одежду, но ни разу не оставалась ночевать, уходя в Выручай-комнату. Сириус ненавидел себя, метался как загнанный в клетке зверь, но подойти к Маргарите не мог, потому что понимал, что сказать ему нечего. Было желание упасть перед девушкой на колени и стоять, пока она не простит, но как только Блэк намеревался подойти к Кроусвелл, та исчезала, как дым. Сириус стал молчаливым и хмурым, но никто ничего не мог с этим сделать. В любой другой ситуации он скорее всего не обратил бы на это внимания, забыл бы о ссоре с девушкой, забыл бы об обидных словах, но в этот раз все оказалось сложнее. Тут были замешаны чувства, которые рвали его сердце чувством вины каждую минуту, причиняя неприятную тупую боль, заставляя помнить о том, какая он сволочь. Неизвестно, сколько бы продолжалось это метание, но через неделю после ссоры, в пятницу, Блэк зашел в комнату и увидел Маргариту. Девушка сдела на своей кровати, откинувшись на подушки. В ее руке была бутылка огневиски, полная лишь наполовину. Кроусвелл отстранено смотрела в окно, не замечая слез, которые катились по ее щекам. За все это время Сириус не видел ни следа от слез, хотя не исключал, что она использует магию, чтобы скрыть их. Парень подошел к кровати, остановившись в ногах. Гриффиндорка перевела взгляд на него. Повисло молчание, которое было для Блэка хуже самого громкого крика. - Я все время забываю, что ты не он, - хриплым и бесцветным голосом произнесла Маргарита через несколько минут. - Забываю, что несмотря на то, что вы так похожи внешне, вы совершенно разные. У вас есть что-то общее в характерах, но это проявляется совершенно по разному. И как только жизнь напоминает мне об этом, становится до нестерпимого больно. - Я не могу стать для тебя кем-то другим, - показал головой Сириус. - Мне и не нужно. Я отлично знаю, что двух одинаковых во всем людей не бывает. А еще я помню, что мертвые не возвращаются. Я просто хочу... Я не знаю, чего я хочу, - всхлипнула девушка. Сириус сел на кровать рядом с ней и прижал ее к себе. - Прости меня. Я просто... Меня ревность сжигает, когда ты с кем-то другим. Я не хочу, чтобы ты была далеко. - Ты же понимаешь, что ты не сможешь привязать меня к себе? Это не приведет ни к чему. К тому же, если я с тобой, это значит, что я этого хочу и вряд ли уйду к кому-либо. Не забывай, что у меня есть свои основания для тех или иных действий. У меня есть основания доверять тому или иному человеку, и презирать других. - Я обещаю, что не стану об этом забывать, - произнес Сириус. Парень забрал бутылку огневиски и сделал глоток. Напиток обжег горло, но Сириус лишь отставил бутылку в сторону и облизал губы. Маргарита, наблюдавшая за этим, подалась вперед и поцеловала Сириуса. От нее пахло травами, а губы имели вкус огневиски. Девушка взяла лицо Сириус в руки и углубила поцелуй, исследуя рот парня, лаская. Сириус пробрался под футболку девушки и провел ладонями по плоскому животу, сжал грудь через бюстгальтер. Их отвлек стук в окно. Черный филин настойчиво требовал впустить его, что Маргарита и сделала. Птица позволила отвязать от своей лапы конверт и вылетела в окно. Кроусвелл сорвала печать и прочитала письмо, после чего достала какую-то небольшую вещь, Сириус не мог увидеть с кровати. - Завтра у меня визит к Малфоям, - произнесла Маргарита. - Но с этим я разберусь позже, - бросая порт-ключ в тумбочку, произнесла Маргарита. Девушка вернулась в кровать, на ходу запечатывая дверь комнаты.