Ce cuilenyo talma nа

Автор: Oshikko Бета: Хотару-сан

Мурони схватил эльфа за руку и, пока парень не успел опомниться, перевел через порог спальни. Да вот только Эрнар после такого перехода оказался в полутемной сырой комнате, воняющей плесенью. Язычки пламени неровно подрагивали, придавая причудливый вид и так кривым оплывшим свечам. Мужичок в балахоне что-то варил, произнося непонятные слова над котелком. Куда бы Эрнар ни посмотрел, натыкался взглядом либо на травы, либо на засушенные лягушачьи лапки, либо на трупы мелких животных. Длинная лавка у стены заставлена колбочками с пузырящейся жидкостью разных цветов. Стол также завален всякой посудой. И запах… жуткий, не то паленой кожи, не то волос, не то сожженной травы. Эльфу хотелось думать про последнее. — Ну, вот и дома. Голос Вольфа прозвучал над ухом каким-то чужим, но, тем не менее, немного радостным и определенно взволнованным. — А как же… Определенно жить в таком доме не хотелось. Взгляд снова упал на человечка в балахоне. Существо — теперь эльф не был уверен, что это мужчина — резко вскинуло руки вверх и что-то запричитало на незнакомом языке. Из котелка появился розовый столб пара. Облако медленно оседало вокруг его ног. Тонкие щупальца потянулись в их сторону. — Остальные вещи? Если что-то понадобится, Яр потом принесет, ему проще с этими переходами. — Вольф чмокнул дезориентированного эльфа в губы и повел по темному подземелью куда-то вперед. От черных плесневелых стен пахло землей и мхом, немного паутиной и грызунами. Что-то позади них с грохотом упало, мурони обернуться не дал. Через какое-то время подошедший Яр погладил эльфа по спине, и тот благополучно уснул. Благо, мужчины не дали ему упасть на влажный, усыпанный трупами крыс пол. Просыпаясь, Эрнар ощутил пьянящий аромат трав. Никакой вони, никакой плесени. Блаженно вздохнув, парень повернулся на бок и уткнулся носом в невероятно горячую спину. Голова закружилась то ли от сожженного зелья, то ли от запаха обладателя теплой кожи. Рука сама потянулась к телу. Эльф неосознанно обнял соседа по постели. Послышался тихий стон. Соски под ладонью мгновенно затвердели, превращаясь в мелкие бусины. Эрнар не отказал себе в удовольствии слегка помять их, погладить. Собственный член болезненно напрягся. Безумно хотелось пососать твердую горошину, но парень обошелся засосом на лопатке. Его рука слишком медленно спустилась вниз по мускулистому торсу. Под боком стало слишком мокро от собственной смазки, во рту пересохло от желания. Шальная мысль еще больше вскружила голову. Да вот до желанного объекта страсти добраться не дали. Яр мгновенно перевернулся и подмял эльфа под себя. Светло-вишневые глаза сощурились. — Неужели ты думаешь, что я позволю кому-то взять себя? Эрнар мгновенно вспыхнул, даже уши порозовели. — Кому-то? Кому-то?! Пусти! Губы Яра растянулись в хищной усмешке. Вместо того, чтобы выполнить просьбу, он крепче сжал руки эльфа, еще и над головой вытянул. Стоило вампиру щелкнуть пальцем, как запястья сковала лента. Глаза Эрнара расширились. Он все еще не мог поверить, что ему связали руки. Эльф опустил взгляд. Кровь, почему-то, вскипела. Украдкой оглядевшись, Вольфа в полутемной спальне парень не заметил. Попытка сбросить с себя вампира закончилась полным провалом. Совершенно звериный, глухой рык Яра отозвался тихим урчанием в груди эльфа. Живот предательски поджался. Эрнар снова попытался сбросить с себя вампира, за что поплатился крепкой хваткой за бедра. А спустя секунду он уже лежал, уткнувшись носом в подушку. Дышать становилось все труднее, попытки сбросить с себя чужое тело приводили лишь к большему возбуждению. Жаркая плоть терлась о бедра, посылая по телу легкую дрожь. Эльф протестующее замычал, когда Яр стал давить на затылок, теснее прижимая лицо к подушке. Парню показалось, что еще секунда, и он задохнется, а начиналось ведь все так хорошо! Резкая боль пронзила тело, истошно заорать не дала все та же подушка. Отдышаться тоже не дали. Яра было слишком много, так много, что хотелось рыдать от боли. Садист этот не дал времени одуматься, горькие слезы впитывались в лебяжий пух. Некстати вспомнился безумно нежный Вольф со всеми его поцелуями. От этого плакать захотелось еще больше. Задница саднила, как будто его на раскаленный кол посадили. Вместо того, чтобы расслабиться, он еще больше сжался. Не сразу Эрнар понял, что вампир что-то бормочет, не сразу ощутил жжение на лопатке, постепенно переходящее на плечо. — Нет, нет, нет! Сволочь! Упырь! Эльф мог брыкаться и кричать, сколько угодно. Тяжесть вампира не позволяла шевелиться, а подушка — воззвать к совести. Впрочем, парень сомневался, что у Яра она вообще имеется, наверное, атрофировалась еще во время войны. Обессилено обмякнув на постели, Эрнар попытался судорожно глотнуть воздуха. Легкие горели огнем. Когда тело пронзила следующая парализующая волна боли, его отпустили. — Ублюдок. — Получилось злобно и устало. Перед изумрудными глазами плясали искры, в голове шумело, легкие никак не могли набрать кислорода. — Ненавижу. — Знаю. Яр отстранился от него и бережно вылизал анус, обезболивая малейшие трещинки и разрывы. Легонько провел прохладными пальцами по горящей огнем тату. А ведь совсем недавно вампир был еще теплым. В комнате окончательно рассвело. Вампирские глаза снова стали насыщенного вишневого цвета. За дверью послышался глухой удар и проклятия. Взъерошенный Вольф ввалился в комнату. Его собственное плечо адски болело, а рисунок дополнился. Яр медленно поднялся и как есть, в костюме прародителя, подошел к Вольфу. Эльф не мог не любоваться. Сердце предательски щемило. Было обидно. Неужели нельзя было нормально попросить? Зачем проводить ритуал таким варварским способом? Дедовские методы давно канули в лету, и он как будто застрял там. Яр обнял Вольфа и постоял минутку. С кровати видно не было, но эльф был уверен: опять кормится, теперь понятно, для чего, — забирал тепло своего сердца. Собственное болезненно ёкнуло. Яр отстранился, огладил Вольфа по щеке так нежно, что у мурони даже глаза закрылись. Эрнар впервые обратил внимание на Вольфа. Обычная белая человеческая майка, привычные черные джинсы, коих видал на нем не одну штуку, правда, они всегда были застегнуты, а тут кнопка так и манит взгляд, так и манит. Никаких цветных прядей, даже украшений никаких! Кроме причудливой тату на плече, которую он раньше никогда не видел. — Может, ты еще и спать начнешь? — Не съязвить эльф не смог. Захотелось хоть как-то обратить на себя внимание. Яр коротко поцеловал Вольфа и обернулся, демонстрируя каменный стояк, руку с шеи мурони он не убрал. — Теперь начну. Если бы позволило тело, Эрнар бы обязательно швырнул в него подушкой. Уж слишком его рожа самодовольная, так и хотелось выпустить парочку стрел в его сторону. Яр тем временем слегка надавил на плечо Вольфа. Мурони безропотно повиновался, вставая на колени. Эльф мгновенно вспыхнул. Отвернуться возможности не было — вампир снова его обездвижил. «Закрой глаза! Зажмурься!» — Мысленные приказы самому себе не действовали. Он как будто забыл, для чего нужны веки. Вольф облизывался, сглатывал слюну, словно ему предложили величайший десерт всех миров. Глаза хищно поблескивали, свечение, кажется, усилилось еще больше. Яр прожигал его взглядом, легонько поглаживал по плечу. Если бы Эрнар мог, то дернулся бы. Те самые пальцы, которые так ему нравились, плавно легли на плоть вампира. Легкими порхающими движениями он огладил налитый кровью член. Эльф тихо охнул, когда пальцы сомкнулись в тугое кольцо. Пошевелить собственными пальцами все еще не получалось. Вольф тем временем принялся выцеловывать плоский живот вампира, постепенно спускаясь к лобку. Никакой лишней растительности, чистая кожа. Острый язычок задел основание. Эрнар судорожно сглотнул. Он уже сам не знал, хочет ли оказаться на месте Яра или Вольфа. Они оба поглядывали на него своими изумительными глазами, соблазняли, искушали. Эльф впервые подумал о том, что вампир вот он, возьми его, если можешь. Только он не мог. Вольф тем временем вовсю облизывал гордо стоящий член, слегка помогая себе рукой. Он дразнил, обольщал и обещал, то отстраняясь, то присасываясь к самой головке, то щекоча самым кончиком уретру и снова заглатывая почти до самого основания. Эрнар помнил это волнующее томление. Помнил его язык, его вздохи, его сводящий с ума взгляд, помнил свое смущение. Помнил волнующий жар. Вольф улыбался. Улыбался с членом во рту, бросая в эльфа провокационные взгляды. Эрнар хотел убиться. Это было слишком возбуждающе, чтобы лежать и ничего не делать. Мурони очень медленно двигал головой вверх, вниз и снова вве-е-ерх, вни-и-из, перебирал пальцами яички, мял твердый зад. В какой-то момент Яр хрипло застонал, качнулся, схватился одной рукой за стену, другую запустил в волосы Вольфа. Одобряюще погладил его, намотал длинный хвост на запястье и подтянул ближе к себе. Настолько близко, что нос мурони буквально впечатался в его тело. Эльф снова охнул. Он тоже, тоже так хотел! Слишком близко, слишком порочно, чтобы быть правдой. Вольф отстранился, цепляясь за его бедро, взглянул в лицо вампира, и это тоже было слишком. Если бы только Эрнар мог пошевелиться! Он хотел… Как же сильно он хотел такого Вольфа для себя! Хотел так же сверху смотреть, как плотное кольцо губ мягко скользит по плоти, ощущать жар и мягкость его рта, чувствовать юркий язычок на собственном члене. Хотел не только видеть, как Вольф со вкусом посасывает то одно яичко, то другое, быстро надрачивая Яру, но и принимать в этом активное участие. Вместе с ним вампир глухо зарычал. Разница была лишь в том, что эльф кончил под себя на простынь, а Яр в теплый податливый рот. Эрнар смущенно покраснел. Ведь даже не притрагивался к себе, просто смотрел. Вампир подтянул Вольфа вверх, нежно поцеловал его и покинул комнату. Мурони, блаженно улыбаясь, потер предплечье. — А ты предатель! Какого хрена скрывал? Эльф попытался скрыть смущение и стыд. — Она сама, — пожав плечами, Вольф подошел к Эрнару и присел на кровать. Его обряд бракосочетания был таким же болезненно неприятным. Пожалеть никто не пришел, но он знал, на что идет, эльф — нет. — Тоже покусаешь? — Эрнар недовольно сощурился, пытаясь пошевелить пальцами. Ему совершенно не нравилось, что его обездвижили уже второй раз. К счастью, конечности стали «оттаивать». — Нет, зачем? Мурони ласково обрисовал причудливое тату, переплетение не то кошки, не то летучей мыши с какими-то лианами. Вольф усмехнулся. Как бы Яр не сопротивлялся, но мифы о летучих мышах будут преследовать его вечно. После совместной брачной ночи проявятся браслеты на запястьях. Мурони мог только надеяться, что они не будут страшными, и ему не придется всю жизнь проносить рубашки с длинным рукавом. — Сколько я здесь уже валяюсь? — Несколько дней. Яр не рассчитал своей силы, хорошо тебя приложил. Эрнар скривился. Какой-то муж нерасчетливый попался. Зато перед ящером не придется ползать на коленях. Хоть какая-то отсрочка встречи. Вольф ласково поглаживал по спине, что-то бормотал. Жар постепенно начал уходить. Почему-то захотелось поцеловать хоть кого-нибудь, но глаза сонно закрывались. — Мне домой нужно, отцу показаться. — Завтра. Все завтра, спи. Эльф не успел воспротивиться, как его снова погрузили в сон. *** — Сволочи. Ненавижу вас и вашу дьявольскую магию. Эрнар с трудом сел, к счастью, ничего не болело, просто мышцы неприятно заныли, да простынь прилипла к телу, пеленая словно младенца. Вместо прошлой каменной комнаты вокруг раскинулся красивый сад. Мурони в облике черного ягуара с любопытством его разглядывал, весело сверкая сиреневыми глазами. Еще и облизывался. Причину последнего Эрнар понял, когда опустил взгляд на собственные ноги. Краска не то злости, не то смущения мгновенно окрасила щеки. Сдернув с ног простынь, парень уставился на тату. Отец точно убьет, но, тем не менее, даже такие мысли позволили ему насладиться заковыристым узором. Он с трудом узнал эльфийские символы, так тесно они переплетались с вампирскими и еще какими-то неизвестными в красивый узор из кошки с плющом. Котище грациозно поднялся на лапы и обтерся об ноги. Эрнар погладил мягкие уши и, тяжело вздохнув, обернулся простыней и направился к темному пятну вампирского замка. Злиться разом перехотелось. Даже отсюда ощущался холод сырых вековых камней. Плотнее прижимая к себе белую ткань, эльф скованно переступил порог. Он замер на некоторое время в холле и поежился. Тряхнув головой, парень поспешил за мурони. Ему все казалось, что стены замка насмехаются над ним, как будто он чего-то не знает. Вольф провел его в комнату на первом этаже. Быстро переодевшись в предоставленную одежду, парень следом за ягуаром скользнул тенью в светящийся портал. Вампир на горизонте так и не появился. Не то, чтобы Эрнару было обидно, но он жаждал услышать извинения. Выбросило их у речушки, где эльф частенько прятал сменную одежду. Парень с трудом проморгался. Уши заложило от неестественной тишины. Вольф ощетинился, зарычал, выгнул гибкую спину красивой дугой. Белоснежный волк напротив него сверкнул желтющими глазами и оскалил пасть. Эльф же, радостно взвизгнув, бросился на шею собственной копии. Мурони обиженно уселся на пушистый зад и презрительно отвернул морду. Волк, кажется, усмехнулся. Парни готовы были усесться прямо здесь, на земле, и начать рассказывать друг другу о своих приключениях, но звери не позволили. Каждый подтолкнул свою пару в сторону замка. Эрнар никак не мог отпустить руку брата. Он так соскучился, что не находилось слов выразить все чувства. Впрочем, Эрик держал его еще крепче, до хруста в костях, и все никак не мог насмотреться. Так хотелось поговорить, но слова не шли. Ласковый ветер приветливо трепал волосы Эрика. Эрнар поймал пальцами отросшую прядь брата и тут же ощутил тычок морды в бедро. Тихо рассмеявшись, эльф погладил Вольфа по голове. В замке ничего не изменилось, все те же картины величественных предков, все те же ковры, все та же любопытная прислуга. Эрнар поежился, меньше всего ему хотелось снова попадать в комнату, с которой все началось. Только в этот раз зал приема с двумя рядами вооруженных до зубов эльфов выглядел не так привычно, как в обычный день. Эрнар напрягся, он знал, что охрана успела доложить отцу о прибытии гостей, но не думал, что все настолько серьезно. Эрнар мысленно готовился к разговору с отцом, но никак не ожидал, что в противном зале для приемов будет восседать его бывший муженек. Мать нетерпеливо постукивала мыском туфли о землю. Статус не позволял сорваться с места и отшлепать нерадивых сыновей. Зато, когда они подошли, она крепко обняла обоих, а затем отвесила увесистые подзатыльники. Парни смущенно улыбнулись. В то время, как волк вылизывал ладонь Эрика, Вольф напрягся всем телом. Казалось, что еще чуть-чуть, и мурони набросится на рептилию, даже шерсть на загривке дыбом встала. Не останавливал его даже суровый взгляд князя и охранники у стены. Эльф подушечками пальцев поглаживал тесно прижатое к голове бархатное ухо. Ялаин гаденько усмехнулся, облизнулся, показывая омерзительно тощий раздвоенный язык. Эрнар поморщился, тату на плече запульсировало мягким теплом. Странно, что Яр не пошел с ними. О том, что свет этого мира может быть губителен для вампира, он не подумал, ведь на Земле все было хорошо. По сути, эльф мало что знал про Яра и его расу, разве что они могут достать невозможное да и только. Мурони — тот вообще неизвестный зверь. — Отец. Братья почтительно склонили головы. Из своего кармана Эрик скормил что-то волку. — Ялаин. — Эрнар гордо задрал подбородок. Приветственно опустить голову, а тем более расписывать перед ним реверансы он не хотел. Смущало и нервировало то, что он не знал, сколько времени прошло с его пропажи. Котище мягко обнял его ногу хвостом, прильнул телом. Стало чуть легче. Эльф виновато улыбнулся, глядя в красное от злости лицо отца. Он не был таким, даже когда парень пакостил, рискуя своей жизнью. — Супруг мой дорогой. — Змей поднялся с кресла. Его бедра по-прежнему скрывала лишь повязка. Противнейший в жизни хвост тащился следом за ним. Скривившись, Эрнар инстинктивно отступил назад. Он определенно не смог бы быть вместе с ним. Мутить стало только от одной мысли о поцелуе, не говоря уже о всех тех вольностях, которые проделывал с ним Вольф и даже Яр. — Прошу прощения. Консуммация брака не произошла. Месяц срока вышел, мы больше не женаты. В то время, пока вы, не побоюсь сказать, просиживали хвост рядом с троном отца, я… Оглушительная пощечина заставила замолчать эльфа. Эрнар во все глаза уставился на разъяренного князя. Никогда. Никогда его не били. Тем более не при охране! Не при ящере! — Марш в свою комнату. Эрик. Ты тоже! Собак выгнать! Отец даже слова вставить не дал. Охранники направили луки в сторону оборотней. Парни глазом моргнуть не успели, как волка с ягуаром выпроводили из зала. — Стойте! Нет! Эрнар пытался пробиться сквозь охрану. Эрик не позволил свершиться непоправимому, схватил его поперек живота и что-то зашептал в ухо. Эльф понуро опустил голову. Брат снова удержал, не позволил броситься на ящера. Под конвоем их провели в покои. Комната показалась ему чем-то далеким и чужим, хотя и проводил он здесь достаточно много времени. Даже вещи остались на тех местах, где должны. Ни пылинки, ни соринки. Постель свежая, как будто ждали их со дня на день. Эрнар недовольно забегал по комнате в то время, как Эрик уселся на заправленную кровать и поправил прядь волос. — Ты чего? — А ты? Ты чего? Их же вышвырнули, как… как… — Эльф, не найдя подходящего слова, махнул рукой. — Ну, допустим, Ставрас сказал мне, что все в порядке и не нужно беспокоиться, тем более подрывать авторитет отца перед ящером. — Сказал? — Эрнар замер на месте. — Сказал?! — А ты со своим не общаешься? Как его зовут? Твой супруг? Ты ведь сбежал тогда, чтобы заключить новый брак? Эрнар замялся, покраснел. Нет. Ведь мурони не оборотень. Говорить этого брату он не стал. Не знал, можно ли. — Нет, сбежал я для того, чтобы не подвергать всех опасности. Я же хотел убить ящера. — Эрнар запустил руки в волосы и опустился на пол у окна. Как же давно все это было! — В том случае войны было бы не избежать. — Знаешь, после твоей пропажи в соборе появился вампир. Средь бела дня. Дым и все такое. Он был в ярости. — Яр… Эрнар тихо застонал. Упырь тот даже словом не обмолвился. Сердце предательски екнуло. Значит, вампир не просто так вытащил его из той человеческой больницы. Значит, он действительно его искал. Неужели, боялся, что эльф отвергнет его чувства, если услышит признание? Эрнар мысленно взвыл и высунул голову в окно. Свежий воздух мгновенно наполнил легкие, но мыслей по-прежнему не прояснил. Как же так могло случиться? Почему с ним? За что? — Ты где был? — А ты… Ты почему с волком? Эрик смущенно улыбнулся, изумрудные глаза засверкали драгоценными камнями. — Ночью после твоей пропажи в комнату, в эту самую, заявился оборотень, сказал, что от тебя, что знает, где ты. Я пошел. Мэлдиль даже не пытался меня искать. А Ставрас… Он… Я оказался его парой. Эрнар довольно хмыкнул, все же не ошибся тогда. Но даже с таким благополучным исходом желание открутить хвост одному конкретному альфе не уменьшилось. Уговор был на несколько дней, а не на часы. Все произошло слишком быстро, эльф не успел среагировать. Черная туша темным пятном метнулась к окну, сметая Эрнара, придавливая всем весом к полу. Влажный шершавый язык прошелся по щеке. В затылке запульсировала боль, а перед глазами появились пятна. Эрик хрипло рассмеялся, наблюдая, как брат пытается за шкуру оттянуть от себя огромного котяру, а тот как будто не видит его потуг и продолжает вылизывать лицо. Эрнар сдался, обмяк и снова ощутил острую боль. На этот раз в плече. — Придурок, а сказал кусать не будешь. — Шлепнув кота по носу, оголяя плечо, эльф поднялся. Ровные отпечатки зубов медленно затягивались. Тату на плече снова как будто ожило. — Кровопийцы поганые. Вольф, это мой брат — Эрик. Эрик, Вольф — мой супруг. Он был тем, кто вернул мне память. После исчезновения я немного… забылся. Эльф потер плечо, подумав о том, что все это как-то не правильно. На что услышал слабый отголосок мыслей мурони. Эрнар же весь пылал от подслушанной мысли. Честно говоря, он не понимал, как три парня могут поместиться в одной постели. Мурони мягко рыкнул, и Эрнар покраснел. Уж лучше бы Вольф его не кусал… Поганец подкидывал слишком яркие картины трех переплетенных тел. Грубый Яр и мягкий Вольф, Эрнар почти застонал от предвкушения. Котище выжидающе смотрел на парня, после чего с интересом уставился на Эрика. Тот хитро поблескивал глазами. Дверь с треском открылась. В комнату влетел разъяренный князь. Его шипенью позавидовал бы высокородный наг. Лицо отца побелело, когда в комнату ввалился еще один участник конфликта. Волк изящно отряхнулся от листьев и преданно уселся у ног Эрика. Эрнар удивился. Альфу Серебряных волков он запомнил другим. А этот щенок слишком ласков и шелков. Эльф уже подумал, что ошибся, что это не Ставрас, но стоило ему взглянуть в желтые глаза, сомнения как ветром сдуло. Эрнар чуть заметно благодарно кивнул. Отец может и не прибьет, но поддержка пары для брата — приятный бонус. Да и люлей получать вместе намного веселее. — Да как ты посмел?! Тварь неблагодарная! Что это за выступления? Быстро собирайся, Ялаин ждет тебя в своих покоях. — В своих? В своих?! Он жил здесь? Здесь?! В замке? — Видя бледное лицо отца, Эрнар выпрямился. Такого поворота событий он точно не ожидал. Князь еще что-то шипел, размахивал руками, но эльф не слушал. Как долго его не было? Как далеко ящер проник? Может, уже попробовал эльфиской плоти? Видя, что отец решительно настроен довести свадьбу до конца и обеспечить мир, Эранар тихо заявил: — Извините, князь. Не могу. Я уже состою в браке. Казалось, еще минутка, и отца хватит удар. Лицо безнадежно посерело. Задергался глаз, губы сжались в тонкую полоску. Дверь снова открылась, и в спальню вошло двое охранников. — Прости, отец. В случае войны вампиры будут за нас. Нам даже сражаться не придется. — Вампиры? Вампиры?! — Князь горько рассмеялся. — Упыри никогда не станут помогать эльфам. Ни-ког-да. Мы слишком много войн провели, мы слишком долго были по ту и эту стороны, мы слишком разные. Они не станут нам помогать. — Извини, отец. Станут. — Эрнар вздернул подбородок. Эрик с упоением почесывал загривок оборотню, гладил его мягкие уши. Можно подумать, что он вообще не заинтересован в разговоре, но он тоже слушал. Слишком внимательно. — Одиночка Вольф Мореш де Вийон пара Яра де Вийона, прямого потомка Жан Ирвина дʼЭстена, ныне главы клана вампиров Темных Древних, я их супруг. Наши узы соединены кровавым ритуалом. Прости. Эльф судорожно выдохнул. Он не задумывался, что сжимает кулак до крови, пока ягуар не стал слизывать драгоценную влагу. Эрнару казалось, что в спальне воцарилась гробовая тишина. Даже оборотень приподнялся, готовый к прыжку. Князь то бледнел, то краснел, сказать ничего не мог. Где это слыханно, чтобы эльф привел в дом вампира! Сам же парень готов был рассмеяться от абсурдности ситуации. Он только сегодня узнал настоящие имена своих мужей. Только сегодня. Интересно, если бы не эта ситуация, Вольф бы сказал ему все это? Сказал бы? — В клетку. Обоих. — Что? Нет! Ты о чем вообще?! Я же сказал, что… — Я слышал. — Князь поджал губы, выпрямился. — Неслыханная дерзость. Позор для семьи. Привел в дом вампира. С этим, — он указал пальцем на волка, — я еще могу смириться, но с тобой… С твоим выбором… Нет. Посидишь в подземелье, дурь выветрится. Тогда мы и поговорим. Ни одной ноги вампирской твари не будет в моем доме. Ни одной! «Идем». Вольф отозвался на мысленный призыв и прыгнул на дерево. Эрнар, бросившийся за ним, запер окно. В этот раз он не сбежит. Не оставит брата на растерзание волкам. И с отцом договорится. — Хорошо. Только их не трогай. Эрик крепко обнимал Ставраса за шею, пряча лицо в густом мехе. Князь презрительно хмыкнул. Эльф почувствовал, словно его макнули в чан с дерьмом. Он даже представить не мог, что отец окажется настолько бессердечным. Была маленькая надежда на мать. Эрнар горько усмехнулся. Вот так встреча с родственниками прошла. Никого не увидел, в яму посадили! «Прости, Вольф, поговори с ним, я не могу по-другому. Я не могу просто сбежать, как будто ничего не было». Вольф глухо рыкнул и растворился в зелени. Эльфы преследовать его не стали. Ничего не видя перед собой, Эрнар кивнул брату. «Это» глухо рычало, но Эрик крепко его удерживал. В подземелье оказалось не так уж весело, как казалось изначально. Темно. Сыро. Пусто. Крысы смело бегают, не дают спать. Удобств никаких. Зато кормят нормально, опять же хватает тем самым крысам. Но все же так лучше, чем на Земле. Эрик все пытался пробиться к нему, но охрана не пускала. Эрнар слышал перебранки и был благодарен брату, но сказать ему пока ничего не мог. Остальные тоже рвались встретить родственника и расспросить пропажу с особым садизмом, но их тоже не пропускали. Князь сам не приходил и запретил любые посещения. Эрнар потерял счет дням. Сутки тянулись слишком долго. От домыслов хотелось лезть на стенку, от поганых мыслей выть хоть на реку, хоть на луну, без разницы. Беспокойство грызло изнутри, выедая внутренности. Что-то пошло не так, и он не знал, что именно. Совсем плохо стало, когда Эрнар услышал разговор охранников. С трудом он понял, что ящер бежал на свою планету. Почему так произошло, что случилось? Он не знал и докричаться до охраны не мог. Горло саднило, пальцы чесались придушить кого-нибудь. До боли в суставах хотелось вернуться к Вольфу и покормить его, ведь тот, скорее всего, плохо питается. И Яр… Яра тоже хотелось не то прибить, не то приласкать. Эрнар убеждал себя в том, что все чувства из желания выудить долгожданные извинения. От скуки парень методично начал изводить охрану. Он пел похабные, недостойные высокородного эльфа песни визгливым голосом, все время срываясь на фальцет. Ругался хуже гнома, уронившего на ногу кирку, угрожал лучше любого оборотня. В какой-то из дней, когда не мог уже ни кричать, ни бить миской прутья клетки, появился Эрик. Брат успел только шепнуть, что князь сменил гнев на милость, как эльф бросился в свою комнату — хорошенько отмыться. Уже одеваясь, он узнал, что мама с сестрой постарались. Но отец все равно не желает видеть в доме вампира, а тем более слышать их разврат за соседней стеной, и плевать, что комнаты Эрнара находятся далеко от основных. Нельзя и все. Хотя сам Эрнар не знал, когда еще появится в этом доме, он не был уверен, что сможет простить отца. Мысль, что он выбрал плохую одежду, не покидала. Потомок главы клана — это не шутки. Положение, в конце концов, обязывает, ему хотелось выглядеть прилично. Во время купания эльфа потряхивало: он не знал, где их искать. Порталы открывать он не умел, где живет вампир из рода Темных, тоже не знал. Бежать в город и узнавать слишком долго. Переодевая уже вторую рубашку по счету, Эрнар застыл. В комнату ворвались двое. Появившийся портал замерцал серой дымкой. Бледный Эрик размахивал руками, но сказать ничего не мог — слишком сильно заикался. Зато Ставрас махнул рукой в сторону портала и пнул эльфа под зад. Возмутиться Эрнар не успел. Выбросило его прямо на холодный местами липкий пол. От запаха кислоты и крови, царившего в темной зале, волосы на затылке встали дыбом. От липкого холода кожа покрылась мурашками. Свечи нервно подрагивали, освещая две скрюченные на полу фигуры. — Вольф? Мурони не обернулся, лишь тихо застонал и с грохотом упал на пол. Поскальзываясь на какой-то слизи, Эрнар бросился к мужчинам. Даже при таком скудном освещении были заметны глубокие порезы на теле Яра. Лицо — сплошное кровавое месиво. Вольф белый, словно полотно, едва дышит. Судорожно сглотнув, эльф опустился на пол, переложил его голову себе на колени. Голова Яра в свою очередь покоилась на коленях мурони. Порезать себя было нечем. Кожу прокусить тоже не мог. Хлопая ресницами, парень огляделся по сторонам, но ничего не находил. Слишком много крови, слизи. — Да что здесь произошло? Проклятье! Вольф захрипел, потяжелел. Дрожащими руками парень вытащил ремень и кое-как пряжкой порезал запястье. Первые капли крови нехотя упали на тело мурони. Эльф не мог разглядеть, впитались они в порезы или нет. Сглатывая бессильные слезы злости, Эрнар порезал и второе запястье. Вольф принимать его кровь не хотел. Пришлось разжимать челюсть и буквально запихивать руку ему в глотку. Спустя секунду Вольф жадно присосался к коже, болезненно кусая и сглатывая, кажется, даже с кусками плоти. Другое же запястье парень поднес к губам вампира. Но безрезультатно. Яр не дышал. Голова эльфа закружилась. Как же так? Как такое могло случиться? Через какое-то время Вольф отстранился. Его все еще шатало. Алые губы на бледном лице смотрелись жутковато. Эльф отмер, даже попытался остановить обезумевшего мурони. Не вышло. Когтями Вольф успел раскрыть грудную клетку вампира. Он разрезал свое запястье в нескольких местах, и кровь потекла прямо на едва бьющееся сердце вампира. Из-за большой потери крови раны долго не затягивались. Эрнар судорожно сглотнул. Тошнота горьким комком подступила к горлу. Внутрь Яра смотреть ему не хотелось. Давя на запястье, Вольф начал раскачиваться. Эльфу даже почудились какие-то искорки, бледные губы зашевелились. — Давай я? — Твоя кровь в чистом виде для него яд. Вольф говорил с трудом, как будто и не он вовсе. Сиреневые глаза уставились на медленно идущую кровь. Эрнар крепко обнял мурони и подставил свою шею. Просить не пришлось. К счастью, Вольф на этот раз больно не кусал.