Уголок

Путь от лифта до кабинета Сиону преградила сухонькая старушка, начальница санитарной службы Комитета реконструкции. - Нельзя. Идёт генеральная уборка и генеральная профилактика компьютерных систем. - Я могу обойтись и без компьютера. Да и с уборкой я мог бы помочь. - Сказано никого не пускать, - подбоченилась служащая. - Так ведь мною же и сказано, - попытался было возразить Сион. - Как вам не стыдно, молодой начальник? Вы хоть иногда спите? Ступайте домой и развейтесь. И чтобы я вас сегодня здесь не видела! Мягко сопротивляющегося Сиона запихнули обратно в лифт, причитая по поводу его единственного выходного за всё полугодие и грозя устаревшими методами уборки и воспитания, а именно метлой. - Мам, я вернулся. Меня выгнали с работы. - Насовсем? - с детской наивностью испугалась Лили. Даже оторвалась от своей икебана с желтыми листьями и шишками. - На сегодня. Каран сняла прихватки и потрепала Сиона по волосам. - Вот и славно. - Я тоже так подумал. Теперь я могу весь день посвятить тебе. - О нет! Я без того волнуюсь, что ты слишком много взял на свои плечи. Сегодня твой редкий выходной, и ты должен посвятить его себе. - Но в пекарне... - Лили, подготовь-ка Сиону его выходной паёк. - Будет исполнено, тётушка! - И Лили умчалась, изображая самолётик. - Но, мам... Каран скрестила руки на груди и посмотрела на сына с наигранной строгостью. Тот уже знал, что мама в таких случаях не терпит никаких "но" и "если". Ну что ж, в конце концов, Инукаши никогда не откажется от его безвозмездной помощи. Только успел Сион так подумать, как в дверях кухни появилась собачница с кондитерским шприцем в руках. - Слушай маму. Иди проветрись и не порть наш девичник. К старику можешь не заглядывать, он отмечает какой-то там по счёту тираж, так что наверняка в стельку. Сиону вручили походный свёрток-фуросики и второй раз за этот день выставили за дверь. Ноги сами принесли паренька к недавно открывшемуся храму Эриуриас. Это было чудесное место, где обитало волшебство: просторный парк, вымощенные камнем дорожки, каменные фонари, курильницы, ворота-тории, в которые мог свободно проехать грузовик. Деревья возле храма всего за какие-то полгода выросли такими большими, что не все из них удавалось обнять. Бездельник поневоле устроился на одну из скамеек и развязал узел фуросики. Внутри прятался маленький термос, коробка с печеньем и томик со сказками Уальда. Сион открыл термос, вдохнул божественный аромат кофе... Солнечный свет пробивался сквозь цветастую осеннюю листву и бродил по лицу. Вокруг стояла расслабляющая тишина, было слышно, как поют птицы, как на ветру постукивают храмовые таблички с пожеланиями. Господин Уальд, словно в детстве, сразу увлёк своим рассказом, да настолько, что Сион позабыл про печенье, а когда решил полакомиться, в коробке почему-то было на одно меньше, чем изначально. Сион точно помнил, что печенек было пять. Ровно пять образцов овсяного объедения с кусочками шоколада, который всегда так податливо таял во рту. Он огляделся. Ни души. Только прохожая бабулька в начале аллеи, но она физически не смогла бы уйти так далеко за такое время. - Хм... Сион надкусил одну печеньку и отвлёкся на кофе, смакуя каждый глоток. А тем временем из коробки пропала ещё одна штука. - Крыс? Это твои штучки. – Обрадованный парень вскочил, заглянул под скамейку, обошёл ближайшие деревья. – Знаешь же, я поделюсь с тобой чем угодно, не только печеньем. Ответом Сиону послужило лишь перешёптывание ветра с деревьями. Игра в прятки продолжалась. На этот раз Сион уткнулся в книгу уже намеренно, а когда рядом зашуршал картон упаковки, резко повернул голову. Очередная пропажа, и снова никого. - Крыс! – бесшабашно крикнул Сион. – Выходи, хватит дурачится! Он раздосадовано зажевал надкушенную печеньку и покосился на последний целый экземпляр. Фигушки! На этот раз он её не упустит! Он глаз с неё не сведёт! Сион устроился поудобней, подогнул ногу и принялся неотрывно гипнотизировать оставшееся лакомство. И тут свершилось. Боковым зрением он увидел, как из кустов к его позиции прошмыгнул серый пушистый противник размером с кошку. Затем из-под лавочки высунулась лапка, похожая на малюсенькую чёрную ручку, пошарила, нашла угощение и стащила его. За лапкой показался шикарный полосатый хвост, чёрная пуговка носа, усы и наконец четвероногий лакомка целиком. - Что же ты со мной наделал, Крыс?.. Ты теперь везде мне мерещишься. - Это не крыса! Ежу понятно, что это енот, – возразил появившийся на дорожке мальчуган. – Ты в школу не ходил что ли? Сион лишь откинулся на спинку скамьи и схватился за лоб. - До свидания, Сион. - Лили беззаботно улыбнулась, отчего её глаза стали похожи на смешные щёлочки. - Спасибо, что проводил. Она слегка покраснела и сунула своему провожатому сердечко из песочного теста в карман джемпера. Когда Сион вернулся в пекарню, уже совсем стемнело. Каран слушала вечерние новости по радио и зевала. - Мам, иди отдыхать. Я здесь всё приберу и закрою. Уж это ты позволишь мне сделать? Иначе мой воскресный синдром трудоголика не даст мне уснуть до утра. Каран вывесила фартук на спинку стула, как флаг перемирия, поцеловала сына и покинула торговый зал. Сион остался наедине с Гамлетом и своими мыслями. Он убрал товар, заполнил кассовые документы, пропылесосил, проверил оборудование и вспомнил о том, что забыл о главном – закрыть дверь и повесить соответствующую табличку - только когда прозвенели ветряные колокольчики. Кто в такой час? «Недзуми!» прозвучало в подсознании вместе с громким ударом сердца. Однако в дверях показался знакомый черномордый воришка. - Как ты меня нашёл, приятель? – поразился Сион. - По запаху? Енот просеменил к нему и умоляюще сложил свои «ручки». - Ну конечно, у меня осталось то печенье. И парень с радостью прикормил настырного зверька. В руки тот не дался, но очень скоро они уже сидели рядышком, как закадычные друзья. Енот играл с его ключами, Гамлет недоверчиво попискивал, а Сион грустно смотрел в окно. - Недзуми-Недзуми, возвращайся скорее. Тебя ждёт самая лучшая в мире мама, сведённый с ума парень, мышонок и енот. - Не считая Каран, тот ещё зверинец, - неожиданно раздался ехидный смешок за его спиной. – И не пялься на меня, как на привидение. После пылких дружеских объятий из кармана Сиона вновь исчезла печенька. - Ты украл оба моих сердца. - То, что из теста, точно стянул енот!