Уголок

- Да ты, нахрен, издеваешься надо мной?! В подземелье что-то бубухнуло, плюхнулось и звякнуло. Сион строго прикрикнул на разбушевавшегося Недзуми. - На дворе век одежды с терморегуляцией, а ты меня собрался мазать допотопной зелёнкой, Айболит недоношенный! То ли смеяться, то ли пришибить тебя нахрен! Зелёного леопарда из меня сделаешь или сразу жабу? Сион положил руки на плечи Недзуми, потянул обратно на кровать и принялся внушать, собирая в аптечку чудом уцелевшие склянки и пузырьки: - Прости. Это единственный антисептик, который удалось достать. К тому же, зелёнка в таких случаях – милое дело: будем знать, где мазали, а где ещё нет. В Сиона полетели неласковые взгляды. Он только смиренно выжидал, когда первые вспышки поутихнут. Никто не обещал, что будет легко. Сразу было понятно, что Недзуми скорее согласится терпеть осложнения, чем позволит подпортить себе внешность и грозный имидж зелёным горошком на коже. - С Рико было куда проще. Если не дашь себя лечить, сыпь может перейти на слизистые и даже на… - Заткнись! Если бы ты не лез к пацану, то я бы не подхватил эти созвездия! - Я же не знал, что ты ещё не болел ветрянкой. Недзуми, словно плети, устало уронил руки на кровать. Позволил стянуть с себя одежду. Уныло покосился на то, как Сион обмакивает ватные палочки в зелёную жуть. Одной его лекарь управлялся сам, вторую отдал ему, чтобы было быстрее. - Раньше мне было не до болезней. Я был занят выживанием. Но как только рядом появляется вот такой сердобольный тип, готовый пожалеть и погладить по головке, тело как чувствует это, хочет халявы, покоя и лени, и сразу начинает вылезать всякая гадость. - Хм-м, - задумчиво протянул Сион. Он весь отдался спасению спины друга от злополучной сыпи. Но всё-таки прервался ненадолго, чтобы погладить Недзуми по волосам и поцеловать в затылок. – Психосоматика тут не при чём. Это просто инфекция, передающаяся воздушно-капельным путём. Но если думаешь, что твоё тело на меня реагирует… - Не перевирай! Это ты во всём виноват, так что прикуси язык и не пытайся острить! Это всё побочные эффекты твоей доброты. - Нет, это побочные эффекты твоей доброты. Это ты позволил мне жить у себя, а я привёл Каран и Рико. Мышки наблюдали за перебранкой, попискивая. Либо тоже пытались вставить в беседу свои пять копеек, либо посмеивались над тем, как их хозяин приобретал необычный окрас в весёлую крапинку. Заслышав шуршание и тихое «шкряб-шкряб» в ночи, Сион незамедлительно покинул свой диван и юркнул к Недзуми под одеяло. - Ох, вы вовремя, добрый доктор! Почешите мне под лопатками. Пятнистый Крыс попытался потереться об него спиной. - Нельзя! - Сион зажал его в стальной капкан объятий и для верности закинул на него ногу. Скрутил по всем фронтам. – Я же сказал, что нельзя расчёсывать. Сегодня я буду спать с тобой и прослежу за этим. - Совсем немножко. Давай, выпусти когти и терзай мою спину, - хитро зашетпал Недзуми и заёрзал у него в руках. – За всё, что я тебе наговорил с той самой ночи. - Если не можешь удержаться, я свяжу тебе руки! - Пользуешься моей слабостью, сучонок! - И заткну чем-нибудь рот! Наутро Сион проснулся с зелёными губами и обведёнными зелёнкой веками. - Спасибо, Недзуми, инукашиным собакам сегодня не пришлось меня провожать. От меня в квартале люди сами шарахались. Кто-то даже крикнул «Изыди!». - Сам же говорил, что зелёнка – это милое дело.