Уголок

Какое счастье просто лежать рядом с тобой, Сион. Ты целуешь кончики своих пальцев, а потом накрываешь ими мои губы. Желаешь мне сладких снов, опускаешь ресницы. А я остаюсь, рассматриваю тебя, не могу надышаться. Однажды ты вернул мне веру в людей. Но вот, блин, незадача – с тех пор никто другой мне и не нужен. Не то чтобы остальные мне сто лет не сдались… Каран, допустим, я считаю героиней и зачахну без её пирогов. Ренка дважды овдовела, но живёт ради своих детей и продолжает улыбаться, она тоже прекрасная женщина. Лили не по годам взрослая, она находит силы, чтобы поддерживать Ренку, и поддерживала Каран. Инукаши способен быть весьма милым, когда спит зубами к стенке. Я могу ошибаться, но Рикига пропил ещё не каждую пору своей душонки. И всё-таки даже вместе они не заменят мне тебя. Но я благодарен тебе, что ты помог мне их узнать. Ты научил меня видеть хорошее и верить в хорошее. Ты говоришь, что я нужен тебе, чтобы оставаться собой. А ты нужен мне, чтобы жить в мире людей, чтобы не блуждать в потёмках, как сточная крыса. В ту ночь ты перевернул весь мой мир одним прикосновением. С тех пор тепло твоего тела ассоциируется у меня с самым крутым блаженством. Да, я фанат твоей теплоты. Прямо таки съехавший наркоман. Методом практических исследований я пришёл к выводу, что на твоём теле есть и более горячие места, чем руки. Ты поворачиваешься ко мне, спрашиваешь, чего не сплю. Конечно, не сплю, я же такую штуку придумал провернуть… Внимание, Ваше Высочество, стратегия века! Целую тебя в губы со всей бережностью и благоговением, каких даже сам от себя не ожидаю. Одновременно зажимаю его, убрав волосы, прохожусь кончиками пальцев по завитку, залезаю в углубление, задеваю выступающий хрящик. Твоё ухо намного теплее, чем мои пальцы, но нет предела совершенству. Наклоняюсь, шепчу, по ходу пьесы как бы случайно касаясь своего совершенства губами: - Я тебя люблю, Сион. – И я это совершенно искренне. – Однажды я не остановлюсь на невинных поцелуях. Мой план сработал. Пока я мну их раковины и щипаю мочки, твои уши от смущения наливаются кровью так, что чуть не лопаются. Теперь, сильно коварный и сильно довольный, я могу получить их во всей полноте, красноте и теплоте.