Я тебя не насилую...я тебя люблю!

Часть 2.

Джаред жил у Дженсена в доме почти неделю. Особняк был светлым и слишком огромным. Джей смог обойти его лишь за пять из шести дней, что жил здесь. Для проживания и безбедного существования ему отвели комнату в правом крыле третьего этажа. А, если на чистоту – весь третий этаж. Падалеки выбрал самую маленькую комнату из всех предложенных, но и она почти втрое превышала размеры квартиры, где его семья ютилась, сколько себя помнил Джаред. Несмотря на всю новизну и роскошь происходящего с ним, Падалеки не нравилось в его «новой» жизни практически ничего, единственным, что хоть как-то его привлекало, была огромная двуспальная кровать, как верно про себя подметил Джаред – «тот еще траходром». Но, что удивительно, находилась она далеко не в комнате парня - кровать стояла в покоях его хозяина. Как-то раз, блуждая по дому, он наткнулся на дверь его спальни, что оказалась не заперта, и рука сама собой потянулась к ручке двери, толкнув ее в сторону, на что та бесшумно отъехала, открывая Джею вид средней, оформленной в светлые полутона комнаты с огромными от пола до потолка окнами, выходящими на небольшой пруд в саду напротив. Мебели в комнате было по минимуму, лишь огромный бежевый шкаф и такая же кровать, рядом с которой стояли две тумбочки, заваленные разным хламом, вроде оберток от конфет и старых комиксов. На полу лежал поистине исполинский темно-зеленый ковер, с мягким ворсом – Джаред специально провел по нему рукой, кончиками пальцев зарываясь в длинный ворс, а позже и вовсе завалился на него, утопая в мягких нитях зеленого шедевра. Если так можно было бы называть ковры, Падалеки непременно бы назвал его шедевром. Настолько удобно ему было на нем лежать, что он не заметил возвращения хозяина и очнулся лишь тогда, когда Дженсен Эклс, наклонившись, тронул его за плечо. Джей вскочил, как ошпаренный, не столько от неожиданности, сколько от прикосновения – обжигающего, кожа к коже, нестерпимого. Он с первого взгляда понял, для чего его подарили Эклсу. Но так же он с первого прикосновения почувствовал, насколько остро он сам реагирует на Дженсена. Это не было иголками по телу, мурашками по спине. Это просто было. Но реагировал Джаред на прикосновения зеленоглазого далеко не однозначно. Если рассматривать реакцию его организма как защитную, то почему тогда в тайне, глубоко в душе, Джаред хочет как можно больше этих прикосновений? Столько, чтобы раствориться в них, чтобы почувствовать себя единым целым с Дженсеном. Но эти чувства зарыты так глубоко в душе, в самые дальние углы его подсознания, что он сам не понимает, насколько нуждается в своем новом хозяине. Мечтания эти выплывают в мокрых снах Джея с самой первой ночи. Но так уж повелось – Джаред не помнил своих снов. Абсолютно. И, просыпаясь с утра с мокрым пятном на трусах, долго приходил в себя, не понимая, что за жаркая красотка ему снилась. И вот сейчас Дженсен непроизвольно сжимает и разжимает пальцы руки, которой только что дотрагивался до Джареда, а Джаред стоит и понимает, что, если он не перестанет попадаться на глаза хозяину, ему придумают гораздо более интересное применение. И он этого боится. Ужасно боится. А еще больше он боится Дженсена, и сам не знает почему. Дженсен же, войдя в комнату, первые секунд пятнадцать стоял и тупо пялился на развалившегося на ковре длинноногого парня, который полностью занимал его мысли последнюю неделю. О чем бы ни думал Дженс, мысли его всегда приходили к одному и тому же - к этому длинноволосому чуду с невероятно красивыми раскосыми глазами. Дженс тихонько подошел к разомлевшему на его ковре, пока еще «не его» телу и мягко тронул юношу за плечо. Парень поднялся так стремительно, что впору было сдавать норматив по спецподготовке, и отшатнулся от Дженсена. Эклс стоял и, как влюбленный дурак, неотрывно пялился на симпатичного Падалеки, пожирая его глазами, впитывая в себя каждый изгиб его нескладного тела, каждую родинку. Для Дженса мальчишка был чем-то особенным, словно только его собственная тайна с самим собой, его не хотелось делить ни с кем. Его просто хотелось. До дрожи. Хотелось. Но не моглось. Эклс тяжело сглотнул, отводя взгляд от слегка розоватых губ и прочищая горло, а заодно и собственные мозги, произнес почти ровно: - Нравится мой ковер? – вышло нелепо, но бОльшего мозг Эклса родить сейчас был просто не в состоянии. - Неплохой… наверное, - запинаясь и не поднимая взгляда от ковра, все же признался Джаред. Они с Дженсеном фактически не разговаривали с самого момента их неловкого знакомства, лишь изредка произносили дежурные фразы, если все-таки сталкивались в широких коридорах особняка Эклса. Дженсен впервые пожалел, что его дом настолько огромен, что два человека, живущие в нем и представленные всем окружающим, как будущие супруги, могли не сталкиваться несколько дней! Кстати, о будущих супругах… - Джаред, надеюсь, ты понимаешь, что… - Дженс замялся, он не знал, как правильнее, корректнее выразить собственные мысли в данной ситуации. Что сказать? «…что купили тебя для замужества» или «…что тебя подарили мне, чтобы я не помер от недотраха и спермотоксикоза»? Так что ли? Но тут ему на помощь пришел сам Джей: - Что я здесь нахожусь не просто так и обязан, тем или иным образом отплатить за свое безбедное проживание. Не утруждайся. Я понял. Что от меня требуется? – выдал он, как на чеканке. У Дженсена аж рот открылся в удивлении, настолько его поразили слова юноши. Что этот парень только что сказал? Нет, простите, ЧТО? - Джаред! – вскрикнул Дженсен, хватая парня за рукав, на что тот непроизвольно дернул руку, вырываясь и вопросительно приподнимая бровь. - Я не прав? - Прав, но… - аргументов не было. - Так что от меня требуется? - Выйти за меня замуж, - сдаваясь, выпалил Дженс на одном дыхании, опуская голову и отчетливо слыша, как челюсть Джареда здоровается с гладкой поверхностью пола. Сам же Джей был в полнейшем ауте. Он-то думал, от него потребуют стать постоянной шлюхой Эклса на время, пока тот не отыщет себе новую, но вот женитьба – это что-то невероятное. Мир сошел с ума? Лекарство от рака придумали, а он пропустил? Обама и Путин заявили о каминг-ауте? Да что на этой гребаной планете не так? - Что, прости? - Ты выйдешь за меня? – уже не смущаясь, задал вопрос Дженс, поднимая на него взгляд. «Ты фыйдеф са миня?» - мысленно передразнил его Джаред, но смысл вопроса до него так и не дошел. - Эээ… д-да? – глупо и очень неуверенно, почти вопросом, ответил Падалеки, не понимая, на что он, собственно, дал согласие. Но, когда смысл фразы все-таки дошел до мозга Джареда, от переизбытка непонятно откуда взявшихся чувств, он чуть не упал на ковер, благо сильные руки Эклса подхватили его, не давая мешком рухнуть на горизонтальную поверхность. А дальше Джаред помнил смутно, мозг самодовольно показал фак и отключился, банально не переваривая абсолютно простую информацию, подобную вопросам «Джей, с тобой все хорошо?» или «Может врача?». Отвечал парень на автомате, скорее из годами выработанной привычки отвечать, что все «хорошо», даже если это далеко не так. Просто, чтобы люди поверили. Просто, чтобы отстали. Собственно, мозг, похоже, отключился гораздо раньше, еще до того, как Эклс вошел в комнату. Джаред собирался уйти к себе на этаж, правда собирался, но его хозяин, видя, что парню нехорошо, безо всяких объяснений уложил того к себе на кровать и укутал одеялом, прошептав на ухо: - Спи спокойно, совершенство. И лишь поцелуя в макушку не хватало, для полноты картины.

Часть 3.

Проснувшись около четырех, по ощущениям времени, Джаред обнаружил себя лежащим в коконе чьих-то рук, что оплетали его, словно прочные сети, не давая возможности вырваться. Джей попытался вылезти из под своего персонального «одеяла», но у него мало что получилось. Не разбудив Эклса, невозможно было выбраться из так приглянувшейся Джареду постели. Но это было необходимо. Нужно было уйти в свою комнату и хорошенько подумать над событиями сегодняшнего вечера. Он дал согласие хозяину. Он дал согласие Эклсу. Он дал согласие Дженсену. Он просто дал, мать его, согласие, которое, по сути, подписывает его на вечные кивки в его сторону, как на подстилку очередного богатенького мальчика. Нет, возможно, с женитьбой к нему перейдут и небольшие привилегии, о которых Джаред недавно и мечтать не мог. Но, мать его, замуж. Абзац. С непонятно какой попытки Джареду все-таки удалось разжать стальные тиски Эклса и отползти на пару сантиметров, на что Дженс начал протирать глаза и слепо шарить руками по кровати, ища резко утерянное тепло. Уйти незамеченным, как планировалось, Падалеки уже не удастся. - Ты куда? – щурясь спросонья, хриплым голосом задает вопрос Эклс. А Джареду и уходить уже не хочется. - Я… мне выйти надо, - и ведь почти не врет, выйти-то нужно. На свежий воздух. И поскорее. Дженсен сонно кивает и роняет голову обратно на подушку, мгновенно отрубаясь. А из Джареда будто все соки выжали. Он чувствует себя настолько уставшим, словно не он спал все это время в объятьях Эклса, а совершенно другой человек, которого Джаред не знал. И, скажи ему хозяин сейчас остаться, тот, другой Джей, непременно бы это сделал, не потому что Эклс – хозяин, а потому что это сказал Дженсен. Парадоксально, но факт. Джей, стараясь производить как можно меньше шума, вышел из комнаты, очень тихо прикрыв за собой дверь. И только после этого он смог вдохнуть полной грудью и переварить разговор с хозяином, датируемый прошлым вечером. Замуж. Он. Должен. Выйти. Замуж. Эти четыре слова никак не хотели укладываться в его буйной голове. Ладно бы, ему просто сказали, мол вот Падалеки ты выйдешь за меня. И все. Точка. Как приказ. Как аксиому. Так нет. Ему ведь еще и согласиться надо, чтобы наверняка, по обоюдному, чтобы Дженсен думал, что оба. И от этого на душе стояла какая-то несусветная муть. К себе у Джареда был лишь один вопрос: «Он, что, серьезно согласился?» Нет, он правда сказал это гребаное «Да»? Что ж, самое время вешаться на дверной ручке. Дойдя, наконец, до своей комнаты, Джей мешком повалился на кровать и тут же вырубился, едва его голова коснулась подушки. Кто бы мог подумать, что уйти от Дженсена всего лишь на другой этаж окажется настолько тяжело.

***

Дженсен же, с ухода Джареда так уснуть и не смог. Ему чего-то постоянно недоставало, будто из груди вырвали легкие и дышать стало в прямом смысле нечем, словно, когда Джей был рядом, ему это было и не нужно, а вот сейчас - он ушел, и вместе с ним пропал весь кислород Дженса. Чувства у Эклса были смешанные. Но его не столько волновало, почему Джаред ушел, его волновало, что юноша ушел, что оставил его одного в холодной постели и вмиг ставшей пустой комнате. Это почему-то было гораздо обиднее, хотя Эклс давно уже не ребенок, чтобы таить в душе детские обиды. Но сейчас этого неимоверно хотелось. Дженс провалялся без сна ровно до будильника и, встав и сделав все необходимые процедуры, отправился в офис улаживать все накопившиеся за ночь вопросы. Хотя казалось бы, откуда взяться проблемам ночью, когда нормальные люди спят дома в уютных кроватях и прижимаются во сне к любимому человеку? А сегодня таковые были. Например, Джеф Морган, что звал его с «горячо любимым будущим супругом» к себе на ужин сегодня вечером. Вот же старый хрыч - он с самого первого дня появления компании Эклса в Далласе старался вставить Дженсу как можно больше палок в колеса. И чем крупнее были эти палки, тем лучше для Моргана. Он не раз пытался «разоблачить» компанию Дженсена тем или иным способом. Но каждый раз наталкивался на четко отлаженный механизм купли-продажи и поставки иномарок. Компания Джеффри – была главным соперником на рынке автотранспорта в США. Но даже ему почти за двадцать пять лет работы не удалось добиться того, чего достиг Эклс за каких-то шесть лет – снижения таможенной пошлины с 17,5% почти до 13%! Это было невероятным достижением. В частности, поэтому компания Эклса имела столь крепкие позиции на американском рынке – машины у него стоили значительно дешевле, чем у остальных, при этом по качеству не уступая. Вот Морган и взбесился, просто взял и взъелся на молодого, тогда еще, парня, и эта ненависть перешла и к солидному мужчине под тридцать, коим являлся в настоящий момент Дженсен. Так что Джеф брался за любое грязное дело, если оно носило название «устроить неприятности Дженсену Россу Эклсу». И вот теперь он позвал его на ужин, который Дженс каждый раз один-то еле мог вынести, а уж если рядом будет Джаред, это станет совсем невыносимо. Придется показывать, что у них серьезные намерения по поводу жизни вместе, а с учетом того, что парни даже не разговаривают, это будет достаточно тяжело. К тому же, самого Джареда нужно подготовить к тому, что предстоит, возможно он даже откажется, что будет конечно плохо, но не настолько, как если он пойдет с ним. И пускай Джеф думает там себе, что хочет, по крайней мере, Дженсену не придется пачкать своего Джареда об это существо. Точнее через знакомство с ним. Нужно позвонить Джею и поставить его в известность. «Джаред, пожалуйста, откажись!» Дженсен подарил будущему мужу телефон в день приезда Падалеки в его дом и первым же делом забил в список контактов свой номер, и было абсолютно все равно, что они не пользовались связью эту неделю – по сути-то они вообще почти не разговаривали - так что номер был ни к чему - Дженсену все равно было приятно, что именно он единственный в контактах у Джея. Так Дженсену было спокойнее. Ну, например, сейчас же этот номер пригодился, пусть и не по самому приятному поводу. Джаред взял трубку спустя почти шесть гудков и сонно просипел приветствие, видимо, Дженсен его разбудил, что было странно – часы показывали за полдень. А, с учетом того, что Джаред итак спал в его кровати с девяти вечера, а в четыре ушел к себе, Дженсен был неимоверно удивлен, сколько же спит эта Падалечина. - Привет, - глупо поздоровался он, покусывая верхнюю губу. Да, он нервничал, будешь тут спокойным, когда в ответ тебе раздается офигительный, пробирающий до костей, хриплый голос его совершенства! - Привет, - так же глупо поздоровался Падалеки, только с хрипотцой, и Дженсен все слова забыл. Он просто забыл, что хотел сказать. И вообще, все он в этот момент забыл. - Ты чего звонишь-то? - Я… а-э-э… ты выспался? - Да, наверное, выспался, - неуверенно ответил Падалеки, а Дженсен прокашлялся, вспоминая, зачем он вообще, собственно, звонил. - Джаред, слушай, меня позвали на ужин сегодня. Точнее нас позвали. Ты идешь? – с надеждой спросил Дженсен, по крайней мере, ему так показалось. «Пожалуйста, Падалеки, откажись!» - повторял про себя, как мантру, Эклс. - Э-э-э… да? – так же неуверенно, как и сегодня ночью, насчет замужества, ответил Падалеки, а Дженсен разочарованно выдохнул, но Джей, хвала небесам, этого не заметил, или сделал вид, что не заметил. - Отлично, тогда подбери себе что-нибудь у меня в комнате - там полно вещей. Я заеду за тобой в половину шестого, - и, не дождавшись ответа, сбросил вызов. - Чертов Морган! – выругался Дженсен, так громко, что пожалуй слышал весь офис. Это была первая настолько серьезная палка в колеса. Дженсен не хотел знакомить Моргана с Джаредом. Он не хотел, чтобы тот узрел, насколько прекрасен его будущий супруг. Он не хотел, чтобы Джеффри испортил его своими грязными словечками и пожирающими взглядами, которые, Дженсен знал, будут. Он просто не хотел.