Белладонна

Слух о том, что мое настоящее имя – Евгения Лиховецкая, разнесся по дворцу даже быстрее, чем я думала. И стоило только мне сказать Наэтону, что Трандуил раскусил меня, догадавшись, как меня на самом деле зовут, и уже через полчаса об этом знали абсолютно все. В том числе и Тауриэль. Она поймала меня в темнице, где я вяло и небрежно домывала пол. - Значит, это все-таки ты, - сказала она вместо приветствия. Я кивнула, выжимая тряпку. Руки покраснели от воды и моющих средств, пальцы болели. После некоторого усилия мне удалось отобрать швабру, дело пошло быстрее, но все равно руки были в ужасном состоянии. - Ну, я. - Зачем ты рассказала об этом всем? - Не всем, - усмехнулась я. – Не всем. Только одному эльфу. - Ты знала, что он сплетник! Тауриэль встала надо мной грозной рыжеволосой статуей. Не обойти, не перепрыгнуть. Я устало выпрямилась. - Что ты от меня хочешь? Капитан стражи пожала плечами. - Может, я хочу понять, чего ты добиваешься? Сперва ты скрыла свое имя, потом растрезвонила его на весь дворец. Зачем? Я неопределенно махнула рукой, а сама задумалась. Когда я скрыла имя, это было просто игрой, шуткой, которая потом затянулась и которую не захотела прерывать. Белладонна – просто выбранное наугад имя. Оно мне даже нравилось. И я начала привыкать к нему. Но зачем я рассказала Наэтону о том, кто я? Чтобы слухи вышли за пределы дворца? А это непременно произойдет, это неизбежно, эльфы любят делиться новостями, а я для них диковинка, а потому всегда главная новость. Скоро и орки узнают, что я Евгения Лиховецкая, которую они ищут и что я во дворце Трандуила. Не нападут ли они на дворец? Может, я подвергла опасности всех? Или?.. Я закусила губу. Откуда вообще стало известно это имя? Почему все решили, что у Евгении Лиховецкой есть какое-то оружие? Может, оно действительно есть? Ведь в каждом слушке есть доля истины. Евгения Лиховецкая. Орки откуда-то должны были узнать это имя. Откуда? У меня была одна догадка. Безумная догадка, вообще-то. Настолько безумная и опасная, что делиться ею я ни с кем не была намерена. Может, конечно, зря. И если я расскажу, то смогу спасти… или все испорчу. - Я ничего не добиваюсь, - отмахнулась я от рыжеволосой эльфийки. – Если и есть в этом дворце существо, которое не строит долгосрочных планов и не плетет заговоры, то это определенно я. Это все, о чем ты хотела со мной поговорить? А то мне еще один этаж мыть, а потом и у Трандуила в комнате нужно прибраться. - А вечером ты планируешь потренироваться во владении оружием. Интересно, в этом дворце вообще можно хоть что-то сохранить в тайне? - Может быть, а что? - Я могла бы помочь тебе. Если хочешь, - и Тауриэль обезоруживающе улыбнулась. - Зачем это тебе? – насторожилась я. - Просто так, - ответила эльфийка. – Мне кажется, тебе нужно уметь постоять за себя, Евгения. Хм, - вдруг задумчиво хмыкнула она. – А что обозначает имя Евгения? Я рассмеялась. - Оно не слишком мне подходит, на самом деле, - ответила я. – Благородная. Евгения переводится как "благородная". *** Тренировка с Тауриэль была сродни преждевременному отправлению в ад. Если Леголас просто загнал меня, как лошадь, то капитан стражи вымотала так, что я едва доползла до кровати, чтобы рухнуть на нее как подкошенная. Пальцы ныли, все тело дрожало от напряжения, мышцы отзывались тупой болью на каждое движение. Да чтобы я еще раз! Да ни за что! Кажется, Тауриэль поставила себе целью мне за что-то отомстить. Иначе как объяснить тот факт, что на мне места живого не осталось. Как назло, противно зазвенел колокольчик. Трандуил. Да чтоб ему!.. Я стащила себя с кровати, одним движением стягивая через голову мокрую от пота рубашку. Потом вылезла из штанов, противно липших к вспотевшей коже ног и набрызгала на себя водички из тазика. Колокольчик снова омерзительно зазвенел. Я сморщилась. Руки дрожали, ноги подкашивались. Черт. Черт-черт-черт! Я оперлась руками о таз, низко свесила голову. Спокойно, Белладонна, спокойно, нужно просто подняться, сделать то, что приспичило этому тирану, и уползти обратно в свой уголок, чтобы тихо сдохнуть. Колокольчик в третий раз разорвал блаженную тишину комнаты, и я зарычала в бессильной ярости. Да что там у него случилось, в самом-то деле?! Платье никак не хотело натягиваться, я запуталась в рукавах, ткань липла к мокрому телу, голова почему-то не пролезала в воротник. Должно быть, я забыла его расстегнуть. Проклятье! Я раскорячилась посреди комнаты, воюя с непослушной тканью. Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я еще яростнее рванула платье, но застежка на воротнике была пришита на совесть, и я только сильнее запуталась в рукавах. - Войдите! – рявкнула я. Должно быть, это Найна или Лирианна. Они и помогут мне справиться с этим чудовищным порождением портновской мысли. Дверь открылась. – Помоги мне! – рявкнула я. – Там воротничок не расстегнут. Я услышала шаги, чьи-то руки потянули ткань платья. - Ох, Балладонна, как ты всегда небрежна с одеждой, - протянул сварливый голос Найны. Общими усилиями нам удалось засунуть меня в платье, потом эльфийка вытолкала меня из комнаты. – Скорее, - торопила она, - ты опять заставляешь ждать его величество. Да, заставляю. Растрепанная, мокрая, как курица, попавшая под дождь, злая на весь мир, я на подгибающихся ногах с трудом доползла до покоев короля. Трандуил обнаружился в спальне. - Ваше величество, - изяществу моего книксена мог позавидовать разве что тролль. Король сидел на кровати, разложив какие-то бумаги. Он едва ли обратил на меня внимание, только кивнул. Даже ничего не сказал по поводу моего внешнего вида. - Закрой балкон, становится холодно, - бросил Трандуил. Он что, позвал меня, чтобы я балкон закрыла? От возмущения я ни слова не смогла из себя выдавить. Но все же покорно захлопнула дверь и снова повернулась к королю. - Сегодня ты снова тренировалась, - холодно заметил он. – На этот раз – с Тауриэль. У меня складывается впечатление, что ты действительно хочешь покинуть дворец, - он все же поднял голову. – Тебе здесь плохо? - Я вымыла несколько миль тюремных коридоров, - проворчала я. – Мне очень хорошо. - И будешь продолжать их мыть, пока я не сочту, что ты достаточно наказана! – зло отчеканил король. – Евгения! Ты сама отлично знаешь, почему ты наказана. «За эльфийский снобизм!» - подумала я, но вслух ничего не сказала. - Я хочу, чтобы ты знала, что орки повсюду ищут тебя. На границах моего королевства регулярно происходят сражения с отрядами их лазутчиков. Неужели ты думаешь, что несколько дней тренировок помогут тебе справиться хотя бы с одним орком? – я молчала, а Трандуил распалялся все больше. – Ты попала на мои земли никому не понятным образом, взбаламутила моих слуг, ты грубишь и мне, и им, ты нарушаешь наши законы, ты соблазняешь моего сына… - Я?!! - …ты сущее наказание, но я не могу тебя отпустить. Стоит тебе покинуть дворец, и ты окажешься в лапах орков, а я не могу этого допустить. Мы досмотрели все твои вещи, и среди них нет ничего, напоминающего оружие, но все же я не могу допустить, чтобы ты оказалась в плену у врагов. Это слишком опасно и для меня лично, и для всего Средиземья! Поэтому ты не покинешь этот дворец никогда! – я открыла рот, чтобы высказать все, что я по этому поводу думаю, но мне не дали даже заговорить. Король поднялся с постели, отложив бумаги и достав из-под подушки плоскую шкатулку. Открыл. – Подойди! – приказал он. Инстинкт самосохранения повелел мне взять цветочный горшок с подоконника и держать оборону, пока враг не будет повержен. – Я хочу кое-что дать тебе в знак того, что мои намерения защитить тебя искренны, - я не сдвинулась с места. Что дать? Зачем? Какие, к чертям, намерения? Вот только не надо мне говорить об искренности, ваше величество, вы самое коварное существо, которое я встречала. – Подойди же, Евгения! – и король извлек из шкатулки серебряную цепочку с кулоном. Инстинкт самосохранения возопил об опасности, а врожденная любовь к драгоценным металлам заставила остаться на месте. Серебро. Глаза жадно следили за покачивающимся в руке короля кулоном. Я не могла разглядеть, что за кулон, но что-то меня в нем ужасно настораживало. Трандуил подошел ближе. - Что с тобой? Ты меня боишься? Я не угрожаю тебе, Евгения. Кажется, ему нравится это имя. Уж слишком часто он его произносит. И слишком необычно его желание подарить мне, растрепанной, мокрой, непричесанной, серебряный кулон. Но какого черта, это же просто кулон, не так ли? Просто серебряное украшение, и ничего больше. И почему я должна гадать, зачем Трандуилу приспичило отдать его мне? - Я не боюсь, - ответила я. И протянула руку. – Давайте. - Позволь мне самому надеть его тебе. - Зачем? – насторожилась я. - У нас так принято, - пожал плечами Трандуил. – И я так хочу. Мда, не нужно быть гением, чтобы понять, какая из причин настоящая. Трандуил всегда делает лишь то, что хочет. Но почему он хочет застегнуть на моей шее эту цепочку? Мелькнула ассоциация с ошейником, но я отогнала ее. Не будь дурой, Белладонна! Я повернулась спиной к королю. - Как вам будет угодно. Холодный металл, коснувшийся шеи, заставил вздрогнуть. Пальцы Трандуила, защелкнули замочек сзади и опустились на плечи. - Вот и все, - тихо сказал он. Я погладила кулон. Цепочка была довольно короткой, и это мешало мне хорошо рассмотреть украшение, и король подтолкнул меня к зеркалу. Это была змея. Маленькая змейка, украшенная бриллиантами по всей длине тела и обвившаяся вокруг цепочки. Красивая змейка. И дорогая. Я погладила ее. - Красиво. - Да, - Трандуил подошел сзади, снова крепко взяв за плечи. – Этому украшению немало лет, оно создано эльфами более двух тысяч лет назад. И тогда же зачаровано, - в зеркале я увидела, как губы короля изгибаются в усмешке. И дурное предчувствие сжало сердце. - Что? Как зачаровано? - Эта змейка, - пальцы короля погладили украшение, - не позволит тебе покинуть дворец, - я увидела, как бриллиантовое украшение шевельнулось, словно живое. Змейка вильнула хвостом и плотнее скрутила кольца вокруг цепочки. – Никогда.