Вечный Рим

Капли дождя падали на стекло и расплывались протяжными дорожками. Небо над Римом сыпало ледяной моросью третий день, и занятия во дворе пришлось остановить. Сайэрэ не оставалось ничего другого, кроме как стоять в своих покоях, глядя в окно, выходившее на восток - туда, где за завесой дождя едва виднелись очертания императорского дворца. Он был во дворце всего раз, и этот день не был самым лучшим в его жизни. Но вот уже три года он каждый вечер, освободившись от ежедневных дел, подходил к окну и рассматривал тонущий в сумраке силуэт. - Мастер Тиал! – взволнованный голос Тайэ вырвал его из благостного забытья, заставляя обернуться. Запыхавшийся мальчишка лет пятнадцати с каштановыми коротко остриженными волосами стоял на пороге, держась рукой за косяк. Тайэ был полукровкой. Любой эдайн в школе видел это издалека. Слишком высок и угловат, а в зелёных глазах переливаются золотистые искры. Но от этого Авелю лишь сильнее хотелось держать его при себе. - Что случилось? – Авель подошёл к мальчишке и рассеяно потрепал непослушные волосы, но тот лишь недовольно отстранился. - Там энтари, мастер. Думаю, будут проблемы. Авель изогнул бровь. - Что ему надо? - Он, кажется, пьян. И с ним много солдат. Сайэрэ вздохнул. Сколько волка не корми… - Пошли, посмотрим, - сказал он, отодвигая Тайэ в сторону. Левая ладонь машинально коснулась правой, удерживавшей руну. Ему было тоскливо в этот вечер. Он не хотел проблем. Миновав извилистый коридор, оба эдайн вышли в просторный вестибюль. Двери на улицу были открыты, впуская в помещение струи ледяного дождя. На диване для гостей действительно развалился незнакомый Авелю патриций. Одежда на нём была заметно потрёпана, и за два метра разило перегаром. Сайэрэ поморщился. Он был вполне доволен тем, что ему долгие месяцы не приходилось чувствовать запаха энтари – даже трезвого. Этот же действовал на него в конец угнетающе. Наставник огляделся по сторонам. Патриция окружал ещё десяток таких же всласть погулявших полукровок. - Господа, - сказал он тихо, впиваясь глазами в предводителя незваных гостей, - вы ошиблись адресом? Энтари с трудом сфокусировал на нём свой взгляд. Авель молча рассматривал патриция в ожидании реакции. Невысокий для своего народа. Светловолосый и голубоглазый… Даже типаж был эдайн не знаком, и он сильно подозревал примесь скандинавской крови, иначе откуда этот стальной оттенок в глазах и волосах. Он мог бы показаться красивым, если бы лицо его не опухло так сильно от выпивки, переедания и плохого сна. - Меня зовут Антоний Вертон, - сказал, наконец, патриций, - у меня сегодня день рождения. Рука Тайэ крепко стиснула запястье Авеля, но тот не обратил на это никакого внимания. - Я вас поздравляю. Хоть мы и не празднуем этот день. - Сегодня, - язык Антония слегка заплетался, - я хожу в гости. Авель пожал плечами. - Это, наверно, нормально для энтари, ходить в гости без приглашения? Вертон резко вскочил на ноги, рука его легла на основание хлыста, пристёгнутого к поясу. Пальцы на запястье Авеля сжались сильнее. - Ты! – выдохнул он, медленно приближаясь к эдайн. - Я, - сказал Сайэрэ, с отвращением рассматривая искажённое злобой лицо. - Ты хочешь поссориться с Антонием Вертоном? – он приблизился на шаг, отстегнул хлыст и теперь поигрывал им в руках. - Мастер, - шепнул Тайэ взволновано, но Сайэрэ одарил его ледяным взглядом и сказал совсем уж тихо: - Отойди, пожалуйста. На два шага. - Что ты там? У тебя тайны от нас? Ты ведёшь себя нээ… нэээ. Нэвежливо! Хлыст взлетел в воздух, и тут же конец его оказался зажат в тонких пальцах эдайн. Сайэрэ рванул на себя, заставляя Антония упасть на колени, молниеносно шагнул вперёд и, на ходу разворачивая Вертона спиной к себе, обмотал его шею кончиком кнутовища и натянул. - Я не хочу поссориться, - прошипел он, наклоняясь низко к уху энтари, - просто у меня аллергия на хлысты. Извинись и скройся с наших глаз, я не прошу дважды. Вертон со свистом втянул воздух и яростно посмотрел на стражу, которая моментально подобралась и потянулась к мечам. - Движение – и он труп, - спокойно сказал Авель и чуть ослабил удавку, позволяя энтари говорить. - Да ты знаешь, кто я? – прохрипел тот, просовывая пальцы под врезавшийся в горло хлыст. - Антоний Вертон. Жалкий недоносок из жалкого двенадцатого дома энтари. - Мастер! – попытался в очередной раз привлечь его внимание Тайэ. - Я фаворит Вендера Хайна! От неожиданности хватка Сайэрэ ослабла, Антоний, стремительно трезвевший, вырвался из обьятий смерти и, бросив хлыст, скрылся за спинами легионеров. - Взять его! Он меня оскорбил! Авель, в ушах которого всё ещё звенела абсурдная фраза, механически раскрыл саркар и на автомате отбил первые удары мечей. Однако, вскоре нападавшие оказались со всех сторон, а он всё ещё никак не мог переварить услышанное. - Мастер! – Снова услышал он голос подростка за спиной и резко обернулся, уходя в блок. Один из легионеров прижал мальчишку к стене и теперь держал клинок у его горла. - Стоп! – крикнул Сайэрэ, поднимая посох над головой и демонстрируя покорность, - пас. Сдаюсь, – легионеры чуть отступили, - отпустите мальчика. Поговорим. Антоний снова показался из-за колонны. - О чём же нам говорить, жалкий эдайн? - Что вы хотите? - Брось оружие. Авель отбросил саркар. Четыре меча тут же впились ему в бока. - Теперь твоя очередь извиняться, да? Сайэрэ сжал зубы и подбородком показал Тайэ, чтобы тот убирался при первой возможности. Мальчишка, не долго думая, пнул под дых легионера, уставившегося туда, где стоял мастер, и, сверкая босыми пятками, рванул обратно в коридор. - Я извиняться не буду, - сказал Сайэрэ спокойно, - что дальше? Он с новым любопытством стал разглядывать юношу, который назвался фаворитом императора. Теперь он видел, что Антоний довольно молод, не старше двадцати пяти, и мог бы показаться красивым, если бы не болезненная одутловатость лица. Скорее всего, он просто слишком много пил и ел по ночам. - Если ты не извинишься, - немного осмелев, Антоний выбрался на свет, - мои люди отведут тебя к императору, и он запорет тебя до смерти за то, что ты обидел меня. Авель с трудом сдержал нездоровый хохот. Он ещё внимательнее вгляделся в избалованное бледное лицо. - А знаешь что? – сказал он. - Давай. Отведи меня к своему императору. Жду не дождусь, сплю и вижу, как он будет меня пытать. *** Его связали скучной ворсистой верёвкой, которая легко перетиралась за пару часов и, согнув пополам, бросили в телегу с вином и закусками, которую, как оказалось, Антоний таскал по городу с собой. Сам мальчишка сел на козлы рядом с кучером. В одной руке у него был батон кровяной колбасы, в другой – бутылка с вином. Он поочерёдно прихлёбывал и закусывал, стремительно возвращаясь к прежнему состоянию. Легионеры ехали следом верхом и распевали похабные песни на всю улицу. Когда процессия въехала во внутренний двор дворца, Антоний сам подскочил к телеге и за связанные руки вытащил Авеля наружу. Эдайн повёл плечами, разминая затёкшие мышцы и, ведомый энтари, зашёл в одну из дверей во дворец. Он не без интереса оглядел комнату, отделанную малахитом и яшмой. Она, видимо, служила каким-то подобием прихожей, вот только куда вели две двери в противоположной стене, оставалось неясным. - На колени, - энтари резко дёрнул верёвку вниз. Глаза Сайэрэ сверкнули, заставляя юного патриция попятиться, но, поразмыслив, Авель всё же выполнил приказ. - Вендер! – позвал юноша, радостно потирая руки. За одной и дверей послышался шорох, но не более. - Вендер, ты должен меня поздравить! Дверь открылась, и на пороге появился силуэт, облачённый в багряный шёлк. Чёрные волосы императора невесомой паутиной падали на алую ткань, оттеняя усталое лицо со впавшими глазами. Он тоже плохо спал. Авель понял это сразу. Глаза энтари почти потухли, а кожа приобрела землистый оттенок. - Что ты хо… - слова замерли на губах энтари, когда взгляд его столкнулся со взглядом эдайн. Антоний начал нести какую-то пьяную чушь, но Вендер не слышал ни слова. Он зачаровано смотрел в голубые озёра, полные покоя, будто сам погружался в прохладную воду после долгого дня на солнце. Он не понял, как оказался рядом с эдайн, и не знал, сколько времени смотрел в эти волшебные глаза, прежде чем увидел, что их обладатель стоит на коленях со связанными руками. - Антоний… Что здесь происходит? – прорычал он, оборачиваясь к юноше. - Я же сказал, у меня день рождения! Это мой подарок! Ты выпорешь его для меня? Я хочу посмотреть, как кровь… - слова стремительно превратились в хрип, когда энтари, не сходя с места, протянул руку и сжал его горло. - Ещё слово, и подарок получишь у палача, – он резко отвёл руку, отшвыривая энтари в сторону, - вон, - рыкнул он вдогонку парню, который и без того стремительно улепетывал к дверям. Вендер снова повернулся к эдайн и сглотнул, чувствуя, что тонет в странном покое. - Прости, - сказал он внезапно охрипшим голосом, вдруг вспомнив о верёвке. Вендер вынул из-за пояса нож и одним движением вспорол путы.- Простите… - повторил он, - намэ. Сайэрэ продолжал смотреть на него, не поднимаясь с колен. Он на секунду грустно улыбнулся, и вновь лицо его стало безмятежно спокойным. - Я могу идти? – спросил он, спустя долгие минуты молчания. - Да, – Вендер отступил на шаг назад Авель медленно встал, но никак не мог заставить себя повернуться к двери. - Постойте, - сказал энтари, будто бы он всё же уходил, - мой… мой друг не хотел вас оскорбить. Разрешите, я заглажу его вину. - Друг? – Сайэрэ изогнул бровь. - Он сказал, что он ваш фаворит. Потому я его и не убил. - Да лучше б убил! – не выдержал Вендер, но, тут же спохватившись, опустил лицо на ладони и с силой потёр глаза. - Простите. Так что? Авель кивнул и усмехнулся. - Если Император предлагает загладить вину, от этого нельзя отказаться, верно? Вендер секунду смотрел на него. Желание броситься вперёд, коснуться хотя бы кончиками пальцев было почти непреодолимым. - Вам всегда было можно, - только и сказал он тихо, а затем громче и спокойнее. - Пройдёмте, поужинаем? Он отступил назад, всё ещё не отворачиваясь, и вошёл в ту же комнату, откуда пришёл. Авель прошёл следом. Ему было легче – он всё же шёл лицом вперёд, хоть и не видел ничего вокруг. Вендер, не глядя, взял со стола колокольчик и позвонил. - Я закажу вам окуня в медово-ежевичном соусе, вы же любите окуня? Сайэрэ усмехнулся, и по телу его разлилось что-то тёплое и сладкое, как патока – действительно, когда-то давно он сказал Вендеру, что любит окуня. - Заказывайте, что хотите. - Пройдёмте, - энтари осторожно взял его за запястье и потянул на себя, почти усаживая в одно из двух кресел, стоявших у резного невысокого столика. Вошёл слуга, и на столе один за другим стали появляться яства и напитки. Авель не замечал их, сосредоточенный на зелёных глазах, которые внезапно стали ярче и наполнились прежними искрами. Он уже почти решился и не мог лишь дождаться, когда мальчишка-слуга перестанет носиться кругом. Когда дверь за ним, наконец, закрылась, Авель встал с кресла и опустился на колени перед креслом энтари. На лице того промелькнуло смятение, руки рванулись, чтобы поднять его вверх за плечи, но Сайэрэ лишь перехватил их и поднёс к губам. - Вендер, - прошептал он, закрывая глаза и прижимая к лицу холёные кисти. - Не прогоняй меня. Руки замерли. Медленно оторвались от его лица и, перехватив за затылок, притянули, сжали, прижимая к прохладному шёлку. - Разве я могу? – услышал он шёпот у самой макушки.- Мой намэ… Авель чуть отстранился, пытаясь снова заглянуть в глаза императора. - Ведь тогда – смог? - Что? – в глазах Вендера было недоумение. - Зачем ты отослал меня? Вендер долго смотрел на эдайн, пытаясь избавиться от колдовской магии его глаз, но лишь падая в них ещё глубже. - А ты разве простил бы меня? – спросил он наконец. Авель перехватил его руку, снова прижимая к губам. - Не знаю, - сказал он после паузы, - но ты не должен был отпускать. Вендер потянул его на себя другой рукой, приближая его лицо к своему, и медленно, тягостно сладко поцеловал. Сайэрэ таял в нежной мягкости заботливого рта, вкус которого не чувствовал больше трёх лет. Не прекращая поцелуя, Вендер обнял его за талию, встал и поднял на ноги, крепко прижимая к себе. Руки его скользили по голубому шёлку одежд намэ, теряясь в их непривычной гладкости. - Но теперь, - выдохнул он в губы эдайн, чуть отстраняясь, - теперь ты простил? Авель отвернулся, пряча лицо в плече энтари. Он некоторое время молчал. - А ты? – спросил он затем. - А я могу не простить? Он приподнял лицо Сайэрэ, вглядываясь в эти странные глаза, такие как раньше - и совсем другие. В них не было ни боли, ни гнева, только бесконечный покой. Руки его легли на грудь эдайн, оглаживая и изучая широкие складки одежды. - Можно? – спросил он, отыскивая, наконец, края пояса. Авель молча распустил пояс. Гладкая ткань скользнула с его плеч и осела на пол, обнажая безупречное тело. Вендер опустился на колени, упираясь лбом в плоский живот и покрывая его беспорядочными поцелуями. - Ещё прекрасней, чем раньше, - прошептал он, опускаясь губами вдоль линии бедра и пробуя на вкус тёплую плоть. – Моё сердце… - прошептал он, на секунду отрываясь от своего развлечения и снизу вверх заглядывая в голубые глаза. Сайэрэ смотрел на него, не отрывая взгляда, как умирающий от жажды смотрит на воду. Он медленно опустил руки на плащ императора и отстегнул украшенную рубинами брошь. Тут же с ненавистью застонал, обнаружив под ним десяток слоёв одежды, включая рубашку на множестве крючков и толстый бархатный камзол. Вендер ещё раз поцеловал живот эдайн и встал. Легко огладил рукой гладкую щёку и кивнул направо. Авель бросил короткий взгляд в сторону постели. - Вот так вот, - усмехнулся он, - три года ни слова - и сразу в кровать? Вендер одной рукой притянул его к себе, сминая губы в яростном поцелуе. - А вдруг ты сбежишь раньше, чем я наиграюсь с тобой за все три года? Авель тяжело дышал. Он тоже провёл пальцами по щеке энтари, просто не обнаружив другого места, свободного от ткани, и, всё так же пятясь и не отводя взгляда от Вендера, двинулся к постели. Пока энтари вслепую боролся с крючками и пряжками, он грациозно, всё так же спиной, опустился поперёк постели и чуть раздвинул ноги, позволяя Вендеру любоваться открывшимся видом. Вендер глухо рыкнул, носком одной ноги срывая сапог с другой, и стремительно оказался рядом уже в одних штанах. - В другой раз предупреждай, - прошептал он, покрывая поцелуями нежные бёдра, - я разденусь заранее. - В другой раз посылай за мной кого-то приличнее, - не преминул съязвить эдайн, оглаживая твёрдый как камень торс императора. Другая рука его сползла между бёдрами, лаская собственный вход, и при виде пальцев, проникающих в нежную щель, Вендер едва смог заставить себя сдерживать желание. - У тебя кто-то был? – прошептал он, наблюдая, как легко входят внутрь тонкие пальцы. - А как же? – Сайэрэ сверкнул глазами и улыбнулся, наблюдая смятение на лице императора, - только не там, - он нарочито медленно огладил пальцами края отверстия. Облизнул губы и шепнул, - давай. Вендер коснулся приоткрывшейся щели своей напряжённой плотью и мучительно медленно двинулся вперёд. Авель откинул голову назад, закрыв глаза и погружаясь в сладостную муку с головой. - Вендер, - прошептал он, вслепую цепляясь пальцами за тело партнёра, и ответом ему были такие же беспорядочные движение давно утраченных им рук. Он не был уверен, что чувствует ярче – член энтари, двигающийся внутри него плавно и сильно, или эти руки, окружившие его со всех сторон, нежно поглаживающие самые сокровенные места. Рука энтари пропутешествовала по его животу, бёдрам, снова попала на грудь и опять скрылась на внутренней стороне бедер, щекоча нежную кожу. Затем он ощутил её уже на своих яичках, и через секунду - за ними, у самого входа, ласкающую края сфинктера, плотно обтягивающего член энтари. - Страшно? – спросил Вендер. Авель покачал головой. - Ты не сделаешь мне больно, - прошептал он, - я же тебя знаю. Вендер убрал руку, опустился к шее эдайн и коснулся губами тонкой венки, безумно бьющейся под прозрачной кожей. Он стал двигаться быстрее, но всё так же плавно. Ноги эдайн сомкнулись на его бёдрах, крепче вжимая в себя. - Да? – спросил Авель. - Да, - выдохнул Вендер, и они одновременно дошли до пика. Авель открыл глаза, глядя в ожившие глаза императора. Сайэрэ хитро улыбнулся и оттолкнул энтари, укладывая на кровать рядом с собой. Тут же перевернулся и оказался сверху. Руки Вендера обхватили его спину, нежно лаская. Сайэрэ выгнулся, будто потягиваясь, и за спиной его разлетелись в стороны чёрные крылья. - Теперь, может, поговорим? – спросил он, усмехаясь и потираясь бёдрами о пах любовника. Вендер провёл руками по его бёдрам, плотнее прижимая к себе, и давая почувствовать, что всё только начинается. - Ещё пару раз, - пробормотал он, исследуя губами ухо эдайн, - и обязательно поговорим.