Вечный Рим

- Стой вот тут. Авель усмехнулся и остановился. Вендер завязал ему глаза шёлковым платком и около часа вёз по кочкам на север от Рима, пока карета не въехала в заброшенный парк. Там энтари подал ему руку и помог выбраться из экипажа. Дальше они шли пешком мимо цветущего пруда, пока не остановились напротив небольшого двухэтажного особняка. Авель несколько раз порывался сообщить, что он прекрасно чувствует направление и пространство и с повязкой, но Вендер каждый раз прикладывал палец к его губам, пока Сайэрэ не смирился с установленными правилами. Они чуть отошли в сторону. Вендер встал за спиной эдайн, опустил руки ему на плечи и нежно огладил, а затем медленно развязал повязку. - Очень красиво, - сказал Авель, не открывая глаз, - но что всё это значит? - Как ты думаешь, где мы? Авель лишь пожал плечами. - Это наша летняя усадьба. Авель попытался развернуться, но руки энтари удержали его на месте, зато губы оказались у самого уха. - Тшш… на меня ты ещё насмотришься. Посмотри лучше на дом. Авель открыл глаза, проникая шестым чувством вглубь здания. - Мне нравится,- сказал он и закинул голову назад, всё-таки заглядывая в глаза энтари, - и здесь никого не было много лет. Полагаю, ты не разрешишь перевезти сюда школу? - Даже не думай. Никаких рыжих катар-талах. Только ты и я. Авель усмехнулся. - Спасибо, - сказал он, ловя губами губы энтари, а потом замер, облокачиваясь затылком о его грудь, - наш дом… так? Вендер кивнул, вглядываясь в голубые глаза, оказавшиеся так близко. - Это… странно. Очень. Но я рад, – он помолчал, - это почти невозможно… господин Хайн. Вендер попытался отыскать в его лице сарказм, но нашёл только спокойную преданность. - Я помню, о чём мы говорили, - сообщил убийца после паузы. Он осторожно высвободился из объятий, развернулся и опустился на колени, снизу вверх разглядывая лицо энтари. – Я жду приказаний. Вендер опустил руку на щёку эдайн и осторожно погладил бархатистую кожу. - Не так быстро, - сказал он, - встань. - Чего ждать? Сейчас я как никогда хочу служить тебе. - Я хочу знать, на что ты готов. Авель слегка наклонил голову. - Не думаю, что ты сможешь изобрести что-то, чего я не смог бы вынести. - И всё же я не хочу делать того, что будет тебе неприятно. Губы Авеля дрогнули. Он не был готов говорить об этом. Отдать себя целиком было бы куда легче, чем в очередной раз вскрывать старые шрамы и перечислять то, чего он боится. - Встань, - повторил Вендер, - я попытаюсь сделать чай, и мы поговорим. Авель поднялся. - Попытаешься что? – он поднял бровь. - Чай. Тут нет прислуги, я не хочу, чтобы нам помешали. Авель закатил глаза. - Иди отдыхать. Я всё сделаю. Энтари. Слабо представляю тебя на кухне. *** Авель с удивлением обнаружил, что особняк обставлен в смешанном стиле. Правое крыло его представляло собой идеальный образец жилища энтари – выполненное в мрачных тонах от бордового до тёмно-серого, оно сплошь было уставлено старинной мебелью и дорогим фарфором. Напротив, в левой части мебели почти не было – только мягкие подушки и ковры, несколько фонтанчиков для умывания и питья, в основном выполненные в голубой гамме. Хозяйственная пристройка примыкала к зданию сзади. Авель разобрался в оборудовании энтари не без труда, но через полчаса всё же поставил на серебряный поднос фарфоровый чайник, две чашки и хрустальную вазочку с цукатами. Прикрыв глаза, он отыскал Вендера. Поднялся на второй этаж и, миновав спальню, вышел на веранду, где сидел энтари. Опустив поднос на стол, Авель замер в стороне, ожидая продолжения. Ситуация его порядком смущала, и, кроме того, он не представлял, чего ждёт от него Вендер и как далеко собирается зайти в своих играх. Может ли он сесть рядом, или ему уже сейчас следует показать, что он знает своё место? Он был готов к любому варианту, если того желал человек, спасший его из бесконечной тьмы и подаривший свободу. Но он хотел знать правила. - Садись, - энтари кивнул ему на соседнее кресло, но стоило Авелю сделать шаг в этом направлении, перехватил его руку и потянул, усаживая к себе на колени, – так лучше, - сказал он, обнимая любимого. Авель заметил в разрезе рубашки отблеск атар-эйна и понял, что краснеет. Мысль о том, что все его чувства как на ладони, внезапно смутила эдайн, но и обрадовала, разлившись по внутренностям приятным мёдом. Одна мысль о том, что Хайн постоянно держит его подарок при себе, заставляла сердце эдайн стучать сильнее. Тем более важным казалось, что сейчас, когда он полностью отдавался во власть энтари, тот всё равно хотел знать, что он чувствует. Вендер наполнил чашки и протянул одну любовнику. Авель благодарно кивнул и сделал глоток. - Чай тот, что я дал? - Да, с липой. - Хорошо. Вендер замолчал и чуть откинулся на спинку кресла. Авель молча пил чай, разглядывая неухоженный лес, окружавший усадьбу. По парку разливался запах хвои и горячей древесной смолы. Сердце медленно успокаивалось. Тёплые руки легли ему на живот, осторожно поглаживая сквозь ткань. - Я люблю тебя, - сказал Вендер, почувствовав, что эдайн до конца успокоился. - Я тоже тебя люблю, - Авель обернулся и посмотрел в зелёные глаза. - Ты всё ещё уверен? - Конечно. Вендер кивнул. - Это ничего не изменит в наших отношениях. Я хочу любить тебя таким, каким ты стал. Свободным и сильным. Не надо унижаться передо мной, не надо возвращаться к прошлому, когда ты не мог говорить со мной обо всём или делать при мне то, что хочешь. Авель кивнул. Сердце стремительно наполнялось благодарностью. Он был готов отдать куда больше, если бы энтари попросил. - Видишь часы? – энтари указал на стол, где, помимо чайного сервиза, стояло ещё несколько предметов, в том числе массивные песочные часы и флакончик с маслом апельсина. Авель кивнул. - Мы начнём, когда я запущу время. И закончим, когда закончится песок. До тех пор просто расслабься. Авель кивнул и положил руку на ладонь Вендера, лежащую у него на животе. - И нам всё-таки придётся поговорить о том, к чему ты не готов. Потому что есть много вещей, которые я не решусь сделать без твоего разрешения. Я не хочу тебя потерять. Авель ещё раз медленно кивнул. - Ты всё и так знаешь, - сказал он. – Я хочу видеть тебя. Хотя бы знать, что это ты, а не кто-то другой. Боль мне безразлична. И… - он помедлил, - ты знаешь. Не трогай эдайн. Вендер коснулся губами плеча любовника через ткань. - А крылья? - спросил он. - Я бы хотел видеть их, если ты готов. Авель помедлил и кивнул. - Только… ты знаешь. Не причиняй им вреда. - Конечно. - Это всё? - Да. Эдайн поставил чашку на стол. Вендер медленно положил руку на часы. - Я готов. Вендер перевернул часы. Секунду Авель смотрел в зелёные глаза, затем молча, не дожидаясь приказа, опустился на колени. - Чего ты хочешь? - спросил Вендер. Вопрос был таким простым, что убийца улыбнулся. - Служить тебе. Выполнять твои приказы. Приносить тебе удовольствие. Мой господин. Вендер протянул руку и коснулся ворота шёлковых одежд. Авель чуть прикрыл глаза, ощущая, как краешек пальца будто случайно задевает его грудь. - Разденься, - услышал он распоряжение, и руки убийцы легли на края пояса. Он медленно освободился от одежды, оставшись в одних штанах, и положил руки на колени, ожидая следующего приказа. - До конца. Авель встал, освободился от штанов и снова опустился на колени. Вендер смотрел в синие глаза и видел только бесконечное спокойствие. - Теперь помоги раздеться мне. Привстав на коленях, Авель взялся за застёжки камзола, неторопливо освобождая энтари от бархатного панциря. Глаза его, не отрываясь, смотрели на лицо императора. - Ты тратишь моё время. Быстрее. Глаза Авеля сверкнули. Он ускорил движения. Закончив с рубашкой, он занёс было руки в бессознательном стремлении коснуться груди энтари и провести пальцами по твёрдым мышцам, но остановился в сантиметре от его кожи. Вендер покачал головой. Рука его легла на щёку эдайн и медленно пропутешествовала к виску, вплетаясь в белоснежные пряди. Авель зажмурился, полностью отдаваясь на волю ласкающей его руки. Внезапно пальцы с силой вдавили его затылок, прижимая его к паху энтари. - Возбуди меня, - услышал он бархатистый голос у самого уха. Губы эдайн коснулись паха любовника, покрывая его поцелуями через ткань. - Ты не выполняешь сделку, - напомнил Вендер, откидываясь на спинку кресла и наблюдая за плавными движениями губ. Авель замер на секунду, пытаясь понять, что имеет в виду энтари, и тут же, возобновляя движения, выпустил за спиной пушистые чёрные крылья. Чувства были странными. Вендер ощущал, как в медальоне пульсирует стыд, но ничего не сказал. Лишь осторожно погладил затылок эдайн. - Хватит, - сказал он, - отойди и обопрись о парапет. Не так. Повернись ко мне спиной. Авель принял нужную позу, сверх сказанного прогнул поясницу и чуть расставил ноги, открывая энтари полный обзор. Пару минут Хайн просто любовался открывшимся видом. Затем встал и, взяв со стола бутылочку с маслом, подошёл к эдайн со спины. Откупорив флакон, он пролил около трети на раскрытые ягодицы. - Подготовь себя, - приказал он, опуская ладони на поясницу партнёра и согревая холодную кожу. Авель высвободил одну руку и, просунув её под животом, коснулся сжатой дырочки. Пальцы его слабо подрагивали, проникая в складочки кожи. Вендер с трудом удержался от того, чтобы склониться к изогнувшейся перед ним спине и покрыть поцелуями узкий участок кожи между крыльев. Он внезапно понял, что не хочет ничего. Ни боли, ни игр. Только прижать это тонкое тело, так отчаянно и испуганно открытое перед ним, и стать с ним одним целым. - Быстрее, - сказал он, заворожено наблюдая, как проникают внутрь сфинктера пальцы убийцы, и рука задвигалась резче. Спина колыхалась в неровном дыхании. Вендер отстранился и, перехватив запястье, с силой ввёл пальцы эдайн внутрь, заставляя того резко выдохнуть и замереть. - Не двигайся, - приказал он, - пока не прикажу. - Да, господин, – немного глухо. Вендер крепче прижал медальон к груди, вслушиваясь в тревожные нотки. «Я тебя люблю, - произнёс он мысленно. - Ты самое дорогое, что у меня есть». Эдайн стремительно успокаивался. Вендер снял с пояса плеть. - Можешь убрать руку, - разрешил он, - я хочу поласкать тебя по-другому. Пальцы исчезли. Эдайн снова опирался на обе руки. Хайн примерился и нанёс первый удар по раскрытым ягодицам, мимоходом попадая по разработанному анусу. Авель резко выдохнул. - Господин… крылья… - Тихо, - Вендер положил руку ему на спину, осторожно оглаживая, - я всё помню. Доверься мне. Он провёл рукой по ягодицам убийцы и, убрав ладонь, нанёс ещё один удар. Удары сыпались размеренно и мягко, будто падали сухие листья на кожу. Боли почти не было, зато в паху всё сильнее дрожало. На секунду Авель представил себя со стороны и стал отвратителен сам себе – но на загривок ему тут же легла мягкая ладонь, пальцы ласкали спину и затылок. Пальцы, которые нельзя было не узнать. Напряжение тут же отступило, уступая место странной покорности, желанию сильнее прогнуться под этими руками, дёрнуться навстречу мерным ударам. Стало не важно, чего от них больше – возбуждения или боли - значение имело только то, кому принадлежат эти руки, только то, чего хочет их владелец. - Господин, - выдохнул он, выгибая шею под тонкими пальцами и запрокидывая голову. Ему показалось, что только так может быть правильно. И обязательно должны быть раскрыты крылья. Чтобы господин видел его всего. Он протянул руку, чуть расправляя ягодицы, увеличивая Вендеру площадь для удара, и получая всё новые и новые хлёсткие щелчки по раскрытому анусу. Он закрыл глаза, и ему показалось, что давно забытое чувство полёта возвращается, тёплый ветер поднимает его в небо и уносит под облака. Он отчётливо чувствовал каждый уголок дома, хотя не прислушивался к воздуху и не видел ничего. Внезапно удары прекратились, оставляя невыносимое ощущение одиночества. Он инстинктивно подался бёдрами назад, в поисках тёплых прикосновений, но вместо этого мягкие руки развернули его и прижали к груди. - Песок вышел, - прошептал самый близкий и родной голос ему на ухо, но Авель не понял, о чём речь. Руки подтолкнули его, усаживая на парапет. Нагретое руками шершавое дерево впивалось в раздражённые бёдра. - Посмотри на меня, - прошептал Хайн. Он смотрел, только не видел ничего, кроме огромных глаз с проблесками золотых искр. Рука Вендера опустилась на его промежность, слабо массируя, и Авель застонал, чувствуя, что вот-вот не выдержит. Рука исчезла, подхватывая его за поясницу, и уже другая легла ему на щёку. - Ты потерпишь ещё немножко? – шёпот у самых губ. - Как скажете, господин. Вендер нахмурился и поцеловал подставленные губы. Осторожно придерживая бёдра любовника, он медленно вошёл в раскрытый вход. Эдайн был непривычно мягким и податливым. Одно только прикосновение набухшей головки к внутренней стенке вырвало из его горла хриплый стон, заставляя Вендера убедиться, что ему не больно. Внешне всё казалось нормальным. Эдайн был отлично смазан и растянут. Но эта странная покорность сбивала с толку. - Обними меня, - прошептал Вендер, и Авель протянул руки, обхватывая его за шею. - Пожалуйста, - прошептал убийца, и энтари закрыл его губы поцелуем, заставляя замолчать. Он явно держался на грани. Вендер крепче прижал к себе любимое тело. Закрыл глаза и представил, как оно выгибалось навстречу пару минут назад. - Давай, - прошептал Хайн на ухо любимому, и тот, невольно вцепившись ногтями в его плечо, сразу же выстрелил семенем себе на живот. Пульсирующие стенки сжали член энтари, и он тоже излился в тёплое нутро. - Авель, - позвал Вендер. Убийца молчал, продолжая крепко сжимать пальцы у него на шее. Вендер выскользнул из любимого и, продолжая удерживать его на руках, как ребёнка, пошёл в дом. Он уложил расслабленное тело на постель, поправил подушки и опустился рядом на бок, поглаживая пропотевшие волосы. - Всё хорошо? – спросил он. Авель сглотнул и еле заметно кивнул. - Вендер,- произнёс он тихо, будто бы пробуя слово на вкус. - Моё сердце, - откликнулся энтари моментально, подаваясь к нему всем телом. Авель слабо улыбнулся и провёл ладонью по щеке Хайна. - Что ты со мной сделал? Вендер нервно усмехнулся. - Надеюсь, ничего плохого. - Нет… - эдайн мягко улыбнулся, по-прежнему не отрывая взгляда от зелёных глаз, - так хорошо мне не было никогда. Вендер притянул его к себе и только после этого с облегчением выдохнул. - Но, надеюсь, ещё будет, - сказал он, утопая в белоснежном шёлке волос.