Чёрный и Белый. Тёмный и Светлый

Оками сидела на крыше ресторана и молча ждала. Вот только чего? Никому не было понятно кроме самой девушки. Она ждала хоть какой-нибудь знак. Крик, удар - все что угодно. Любой знак, означающий, что и ей можно присоединиться к веселью. Но пока она слышала только тишину и покой. Её это немного бесило. Впрочем, долго она не просидела на этой крыше. Услышав долгожданные крики и панические восклики нескольких гулей, Волчица спрыгнула на землю и медленно, изящно пошла внутрь здания. Внутри все переворачивалось от ожидания. Руки тряслись, ноги, будто ожили и несли девушку по пустому коридору к арене. Сердце с каждым шагом билось все сильнее и Оками не заметила, как высвободила свой Кагуне. Приятная тяжесть, острые когти на руках и поистине волчий оскал на губах. Дверь что вела на арену, была закрыта, но Фудзи лишь взмахнула ладонью и огромные борозды когтей оставили от двери ненужные «щепки»! Яркий свет на секунду ударил девушку по глазам, но потом какофония звуков и запахов полностью захватила гуля. Уже особо не сдерживаясь, она понеслась вперед и, замахнувшись, ударила не ожидавшего удара Цукияму. Алая кровь брызнула девушке на лицо, оскал стал больше, а глаза превратились в красные точки. Безумие волнами захлестывало и, заметив фигуру белоснежного гуля, Фудзи поняла, что не она одна так обезумела. Вид у блондина был со стороны спокойным и холодным, но по глазам Оками узнала, что скрываемая жажда крови наконец-то выплеснулась наружу. Краешком сознания она понимала, что нужно остановиться и отрезвить Куро, а с другой плевала на все и уворачивалась от клинка Гурмана. Сколько времени они вот так «танцевали» никто и не знал. Гости ресторана в страхе убежали наружу и лишь некоторые из них стояли и наблюдали за этим представлением. Хотя их больше заинтересовал мальчишка что, сейчас не шевелясь, сидел чуть поодаль от обезумевших гулей. Из-за газа он не мог пошевелиться и лишь беспомощно закрывал глаза. Один из мужчин хмыкнул и подошел ближе. Его остановил второй и кивнул на блондина. Несмотря на разгар битвы, он каким-то образом успевал приглядывать за всем, что происходило вокруг. Лишь единожды он глянул на мальчишку и бросил взгляд на верхние этажи. Он их заметил? Да. Теперь же старался не упускать из виду. Тем временем сам Канеки пытался заставить свое тело двигаться. Но не мог даже пальцем пошевелить. Поэтому он жмурился и старался не слушать сумасшедшего смеха Оками, не слушать колких замечаний Цукиямы, а еще он боялся. И боялся он ни Волчицы, ни Гурмана, а Куро. Сложно не заметить в его взгляде жажду убивать и кромсать. Она так очевидна, что страшно подумать, как он её сдерживал. А потом сквозь звуки битвы он услышал голос Сердцееда. Гуль постоянно нашептывал ему грязные слова в адрес Куро. Говорил что все это не случайно. Что Куро с самого начала все так и планировал. Вот только сейчас, когда Гурман решил первым испробовать Канеки, блондин решил ни с кем не делиться. Он даже в адрес Оками столько всего сказал, что мальчишка тихо прошипел сквозь стиснутые зубы кучу проклятий. Глумливый смех буквально разрывал голову. Желание спрятаться и убежать пульсировала где-то в горле. Голос Сердцееда не стихал ни на минуту. А потом его словно отпустило. Контроль над телом снова вернулся, Кагуне с легкостью выползли наружу. Канеки легко поднялся на ноги и пошел вперед. Зачем? Да затем чтобы избавиться от врагов. Чтобы обеспечить себе свободу. И первым делом надо было порвать все связи… Куро успел заметить краем глаза какое-то движение и, уворачиваясь от одного удара, наткнулся на другой. Гибкое и сильное щупальце обернулось вокруг него несколько раз и сжало с такой силой, что собственный Кагуне забился, словно в огненной агонии. Канеки с легкостью блокировал клинок Цукиямы и теперь сам наносили хлесткие удары. Сначала блондин думал, что все нормально, но серебристое щупальце не собиралось отпускать свою жертву. Оно словно живое сжималось все сильнее и сильнее, а при каждой попытке высвободиться становилось твердым и острым, отчего по всему телу вскоре стали появляться порезы. Они заживали, но короткая боль бесила и раздражала. Гурман, заметивший смену своего противника, больше не обращал должного внимания на Оками. Девчонка словно поблекла перед главным блюдом, которое так хотелось испробовать. Мужчина лишь пожалел, что второй привлекающий своей силой мальчишка сейчас висит в воздухе схваченный щупальцем. Облизнувшись, Гурман скользнул под атакующий Кагуне и, вырвав свой клинок, резанул по удерживающему Кагуне. Куро свалился на пол, но тут же подскочил и, схватив Канеки за ворот рубашки, рванул на себя. Хотелось спросить какого черта, но встретившись с безразличным взглядом полугуля, блондин понял одну вещь: Кано вдоволь поиздевался над телом мальчишки. Из-за этого злость и гнев так раззадорили внутреннего кровожадного зверя, что Куро решил не сдерживаться. Толкнув Канеки себе за спину, парень произнес. - Оками, давай вместе! Обезумевшая Волчица лишь кивнула и принялась наносить ряд беспорядочных атак. Все они были непредсказуемыми и очень сильными. Следы от когтей уже не успевали зарастать, и в какой-то момент Гурман получил хлесткий удар по правому глазу. Кровь брызнула на пол и белоснежный некогда костюм гуля. Жуткая боль заставляла мужчину извиваться, словно ужа на сковороде. В то же время проснулся звериный голод. В мозгу появилась мысль сожрать их всех. Они все были неповторимы. Такие необычные, безумные и очень вкусные! Но кидаться на всех Гурман не стал. Он вдруг замер и потом резко кинулся в сторону потерявшего сознание Канеки. Не ожидавший такого поворота Куро успел лишь хлестнуть по ногам мужчины, отчего тот, потеряв равновесие, завалился на пол, полностью покрытый вязкой кровью жертв. Тогда Гурман принялся ползти. Ползти до мальчишки и постоянно повторял одно и то же. Куро следил за жалким отродьем и совсем не жалел его. Кагуне только и ждали команды. Они копьями направились прямо в спину мужчины. Они жаждали крови. Жаждали пожрать еще одну гулью жизнь. Хотели получить еще больше силы! Блондин вместе с Оками медленно шел за мужчиной. Когда добрались, девушка спросила. - Ну что? Убьем его? Сейчас? Гуль молчал. Минута, две, Гурман успел доползти до мальчишки. Слюна стекала из его рта, и это было противно. Ступая по липкому полу, парень остановился рядом с Цукиямой и, направив ему в спину лишь один острый щупалец произнес. - Да. Это расплата. Оками хотела было последовать за другом и погрузить собственные когти в мягкую плоть гуля, но… Никто не успел этого сделать. Серебристый щупалец опередил всех. С хлюпаньем он погрузился в тело Гурмана и, подняв в воздух, швырнул в сторону. Канеки Кен, поднявшись на ноги, недовольно произнес. - Долго думаешь, мальчишка. Куро лишь прищурился и вперил долгий взгляд в совершенно чужие ему глаза. Это был не Канеки. Это был Сердцеед.

***

Два гуля поняли, что пора бежать. Они сбежали так же быстро и бесшумно, как и появились в этом месте. Уже находясь далеко от ресторана, один из них снял капюшон и, кивнув своему напарнику с усмешкой сказал. - Наконец-то мы его нашли. Одноглазого. Оба переглянулись и рванули вперед. Радовать своего «начальника» им так нравилось!