Чёрный и Белый. Тёмный и Светлый

Обратно они возвращались очень быстро. Оками, несмотря на свой потрепанный вид, буквально бежала по дорогам. Все прохожие смотрели им вслед, и кто-то даже хотел позвонить в скорую, но Фудзи бросала лишь один грозный вид и все разбегались по своим делам. И путь их продолжался. Конечно, надолго Оками не хватило. В какой-то момент её так скрутило что она, упав на колени, стала зажимать себе рану двумя ладонями. Куро чертыхнулся, подхватил Волчицу на руки и уже так донес до гостиницы. У порога их ждал Канеки. Видимо, он самый первый узнал о состоянии Оками. Мальчишка испуганно подскочил к стонущей девушке и только потом Куро заметил на его одежде пятна свежей крови. Скривившись, он спокойно отнес Оками на диван и обратился к Кену. - Принеси воды и мяса. - Хорошо! Канеки делал все быстро и ловко. Сначала он был у раковины, а потом у холодильника. Куро лишь удивленно следил за всем этим и чуть не проворонил момент, когда Канеки подскочил к нему со всем необходимым. Забрав стакан воды, Куро аккуратно приподнял голову Волчицы и заставил выпить все до дна. Девушка уже не выглядела, как мертвец, но почему-то не открывала глаз и все так же тяжело дышала. Тогда Куро забрал у Канеки пакет и развернув его остановился. Фудзи, как и многие девушки-гули не любила показывать мужчинам, как они едят. Кажется, только Обжора любит показывать это. Но факт оставался фактом и поэтому парень, повернувшись к Кену сказал. - Канеки, иди на кухню. Я тебя позову. - А как же Оками-сан?! Я… Гуль вздохнул и с давлением повторил. - Канеки. Иди. На кухню. Мальчишка дернулся, но не стал возникать. Просто встал и ушел. Вот только потом Куро готов был себя ударить. Раз так восемь. Куинке. Однако делать было нечего и сейчас нужно было позаботиться об Оками. Девушка уже смотрела на куски человеческой плоти и глаза у неё изменились. Однако, несмотря на свое состояние Фудзи с трудом посмотрела в сторону кухни и с усмешкой упрекнула. - Извинись перед ним… и… объясни что ли… - Ага, вот когда поешь тогда сама все и объяснишь. Волчица многозначительно посмотрела на Куро. Тот понял все без слов и, встав, пошел на кухню. Вскоре послышалось громкое чавканье. Упрекать Фудзи в этом никто не станет ведь когда гуль ранен и не такое бывает. За столом сидел Канеки, в руках он сжимал кружку, в котором уже остыл кофе. Или быть может, Кен так задумался, что сделал себе абсолютно холодный кофе. Однако вопреки отвратительному вкусу он продолжал пить напиток. Куро вспомнил слова Рю, и ему вновь захотелось удариться обо что-то твердое. Но взяв себя в руки, блондин присел напротив юноши и открыл было рот принести извинения, но это сделал сам Канеки. Мальчишка смотрел в сторону окна и слишком спокойным голосом произнес. - Я не хотел об этом говорить. Просто потому что думал, так будет намного лучше. Как оказалось это не так. А извиняться на самом деле должен не он, а Куро. И совесть неизвестно когда выползшая постоянно об этом напоминала. Она шептала приторно-сладким голоском, что виноват здесь только гуль, а мальчику постоянно приходиться извиняться за чужие ошибки. Но в то же время стало так приятно. Внутри. Сердце забилось, щеки загорели и Куро с ужасом понял что вся эта ситуация смутила его! Сказать, что белоснежный гуль был в шоке, значит, ничего не сказать. Ему хотелось что-то сказать, ему надо было что-то сказать в ответ, но он продолжал молчать. А Канеки, будто не заметил всего этого и продолжил, допив наконец-то кофе. - Так же не хотелось доставлять тебе еще больше проблем, чем есть сейчас. Вот только Оками-сан отругала меня за это… - Отругала? В таком состоянии она еще и ругать кого-то успевает. Было произнесено в пустоту. Куро просто вспомнил что девушка, которая сейчас как голодный зверь поедает некогда живую старуху, всегда была такой. Как бы плохо ей не было, она всегда думала о других. Это уже Куро гребанный эгоист. Кен улыбнулся. Грустно, но отчего-то радостно. - Да. Она сказала, что молчанием я ничем не помогу. Ни себе, ни тебе, ни кому-либо еще. Наверное, я дурак. - Ага, еще какой, - Канеки наконец-то посмотрел на Куро, и в глазах его промелькнуло облегчение. Блондин понял, что не он один страдал от всего этого. Канеки не находил себе места. Наверное, ему было хуже, чем Куро. Но сейчас не об этом. Легкие шаги, а затем и веселый хоть и усталый голос Фудзи оповестил ребят, что уже все. Канеки вскочил со своего места и спросил. - Оками-сан! С вами все хорошо? Волчица уголками губ улыбнулась и, потрепав брюнета по голове сказала. - Да. Уже все хорошо. А теперь давайте все сядем. Куро уступил девушке свое место, а сам встал возле Канеки, сложил на груди руки и вопрошающе глянул на Фудзи. Гуль недолго молчала, лишь собиралась с духом, а потом начала свой рассказ. - Ну, если говорить коротко и о главном: дела плохи. И это я сейчас ласково отозвалась о ситуации! - Да мы итак видим, что дела плохи. Лучше расскажи, с чего тебя понесло в самое пекло и кто тебя так. Почему-то Фудзи не торопилась говорить о том, кто её так избил. Она упрямо молчала, однако потом все-таки сдалась и выдала всю правду. Без утайки. - Когда я вернулась из одиннадцатого района, у нас намечалась проблема со шпионом. Его уже начали подозревать, и три дня назад подчиненный нашего шпиона вернулся весь в крови, избитый и со сломанными ребрами. Удивлена как он вообще смог такое расстояние преодолеть. Подчиненный рассказал, что сегодня-завтра нашего человека убьют и вся информация пропадет. - Дай угадаю. Ты побежала его спасать? - А что мне нужно было делать?! - Голос Оками сорвался на истеричный визг. На памяти Канеки такое было впервые. Успокоившись Фудзи продолжила, но теперь говорить было сложнее. - Да я пошла его спасать. Проникнуть в Аогири для меня не вопрос. Однако я просчиталась, - горькая усмешка, судорога, прошедшая по лицу, - они знали, что я приду за нашим шпионом. И подготовили не плохую ловушку. - Кто? - Просто спросил Куро, хотя сам догадывался, кто мог так поиздеваться. Такую маниакальную извращённость он видел только у одного гуля. Однако Оками, словно не слышала вопрос парня. Она продолжила с того где остановилась. - Когда меня поймали, отвели к Татаре и Норо. Я уже говорила, что ненавижу этого красноглазого ублюдка? В общем, потом меня отдали вернувшемуся Джейсону, а уж он хотел со мной развлечься. Правда и тут мне повезло. - Как? - Кто-то прознал про Канеки. Они знают, что он не в лаборатории и даже знают в каком районе. Поэтому Татара отдал приказ: избить, но не убить. Можно сказать, что я - их приглашение Канеки к милому чаепитию. Когда Волчица замолкла, все услышали громкий треск. Обернувшись назад, Канеки увидел нечитаемое выражение лица у Куро. Гуль стоял ни жив, ни мертв. Стоял так отстраненно, словно впал в некий транс. Канеки боялся за блондина, но понимал, что ничего не может поделать. А Куро действительно погрузился в собственные воспоминания. Он вспомнил этот ужасный пол в черно-белую клетку. Он вспомнил море крови и собственные крики боли и ужаса. Он вспомнил, как Ямори заставлял его считать. А еще он вспомнил смерть двух детей. Невинные дети. Один человек, а второй гуль. Оба плакали и звали мать, умоляли отпустить. А Ямори ждал. Ждал ответа от Куро. Шептал на ухо, сжимал в кулак волосы и заставлял смотреть на них и делать выбор. Кто выживет, а кто умрет. Никто не выжил. А его сломали. Гуль вышел из своих воспоминаний в тот момент, когда ощутил чужое прикосновение. Посмотрев вниз, блондин увидел, как несмело, но в то же время твердо мальчик сжимает его ладонь. Словно пытался сказать: «Все хорошо. Я с тобой». В это хотелось верить. Неожиданно для себя Куро произнес. - Как зовут нашего информатора? Он хотя бы жив? - Думаю да. Он может им быть полезен. Но это ненадолго. Зовут его Казуичи Банджо. Такого как он пропустить просто невозможно. Выделяется из всех. Легкий смешок оповестил всех, что Оками считает его забавным и ей не хотелось бы его смерти. Куро кивнул и сказал, хотя затея не приводила его в восторг. - Хорошо. Раз уж на то пошло думаю, мне придется самому его спасать. Шокированы были все. Даже Оками, которую мало чем удивишь. Сейчас она таращилась на Куро, словно видела впервые. Сглотнув она переспросила. - Куро, ты серьезно? Это точно ты? - Смеешься? Я делаю это не для себя или Совы, для тебя, дура, делаю. Хочешь, чтобы его убили? - Нет, но… Фудзи замолчала и щечки её очаровательно покраснели. Куро усмехнулся, но улыбку скрыть не мог. Все было бы хорошо, если бы не Канеки, который прекрасно понимал, что Оками избили из-за него. Конечно, её могли и просто убить, и Кен был рад живой и целой Оками, но… Все это было из-за него. Он повернулся к Куро и сказал. - Я иду с тобой. На этот раз Волчица не возникала. Она молча смотрела за всем со стороны, давая двум парням самим разобраться в своих отношениях. Как и ожидалось, гуль жестко ответил. - Нет. И даже не смей меня упрашивать. Аогири - не место для таких как ты. - Ты обещал, - упрямо сказал Канеки, хмуря бровки. Парень вздрогнул, вспомнил о своих словах, и вновь жуткое желание удариться обо что-то накрывало с головой. Вот и настал момент «X». - Знаю, что обещал, но сейчас другая ситуация. В Аогири я тебя не поведу. - И ты думаешь, что сможешь один со всем справиться? Насмешил, - озлобленно прошипел брюнет и закинул ногу на ногу. Подобные слова могли принадлежать Сердцееду или кому-то другому, но не Канеки. Так странно это звучало. - Я может, и справлюсь, а вот чем ты мне там поможешь? Пойми! В Аогири гули посильнее меня будут! - Они не станут меня трогать. Не посмеют, просто потому что я им нужен живой и невредимый! Блондин не нашел что ответить и сейчас молча стоял и смотрел в глаза Канеки. Тысяча мыслей крутились в голове парня, большинство было вопросами, а ответов, увы, не находилось. И тогда в разговор вклинилась Оками. - Он кстати прав. Аогири нужен Канеки. Они не посмеют причинить ему вред. - Вы что сговорились?! Куро не хотел брать с собой Канеки. Он боялся. Просто тупо боялся показывать ему ту часть себя, которая выключал разум и мораль. Которая уничтожала все что увидит. Та часть, которой было плевать кто ты! Враг или друг! И сейчас смотря Оками в лицо Куро пытался доказать ей что прав, что нельзя Канеки этого видеть, но нет. Волчица лишь помотала головой и гуль сдался. Он по-прежнему боялся, но отчего-то решился открыться. Махнув рукой, он грубо бросил. - Делайте что хотите! Канеки от радости обнял Куро за шею, и это немного утешило гуля. Может не все так ужасно?