Как давно я люблю тебя?

- Фили! – забыв обо всех правилах приличия, я кинулась в раскрытые объятия принца, повиснув на нем. - Я тоже скучал по тебе, - отозвался гном. - Как дела в Дейле? – спросила я, когда опустилась на землю и взяла Фили под руку. - Пока все идет как запланировано. Дядя сейчас активно обсуждает с Бардом торговлю и отстройку рынка, мы с Кили уже на стенку от скуки лезли. Слава Ауле, из-за помолвки я смог прибыть пораньше. Братец там кипит от зависти, ему еще завтра на собрании совета города сидеть – скучнейшее времяпрепровождения, я тебе скажу. - Поверю на слово, - с улыбкой сказала я, представляя каково бедному непоседливому Кили там находиться, - ужин уже прошел, но я сберегла для тебя еды и кружку эля. - Какая у меня замечательная невеста. А как твои дела? Мы направились к своим покоям, и я была правда счастлива видеть Фили, но как же меня раздражали эти взгляды гномов. Они с любопытством следили за каждым нашим движением, словно собирались писать доклад об отношениях принца со мной. Наверное, я сама виновата – не стоило кидаться к нему на шею, впредь буду вести себя осмотрительней. Заметив, что я напряглась, Фили второй рукой накрыл мою ладонь, но от этого моя злость не ушла. Но принц был слишком уставшим, поэтому я сделала вид, что все в порядке, и перестала обращать внимание на гномов, остающихся где-то у нас за спиной. - Скучно и однообразно. Сидела в мастерской и приводила в порядок гобелены да флаги, а вечером шла с Тауриэль к Ори на занятия. - И как кхуздул? Сложно учить? - Не особенно, а вот произносить сложно. Для меня непривычны такие глухие и твердые звуки. У Тауриэль тоже выходит не очень: Ори говорит, что мы как не стараемся, все равно выходит как песнь птиц. - Да, у вас голоса тонкие и мягкие – не приспособлены к такому, но со временем, думаю, начнет получаться. - Конечно, не все же сразу, - ответила я, прекрасно понимая, что у меня еще есть время выучить кхуздул и попрактиковаться в произношении. Войдя в дом, я осталась в гостиной доставать еду для Фили, пока он мылся с дороги. Он вел себя также, как и всегда, как и тем утром, когда мы проснулись переплетенные друг с другом ногами и руками. Для принца, кажется, это не имело значения, поэтому я тоже не стала заморачиваться – после того, через что мы прошли, такое доверие (это же доверие?) вполне нормально. Ужин, хоть и остыл, понравился Фили. Как оказалось, едой в Дейле не сильно баловали, поэтому принцы в основном проводили время в таверне, которая открылась почти сразу после заселения города и пользовалась большим успехом. Торин же предпочитал проводить время в своей комнате, выделенной ему Бардом в одном из домов, поскольку чертовски уставал. Тоска и жалость занозой засели в сердце – мы так давно не говорили с узбадом, но на душе потеплело, когда Фили передал мне от него подарок – серебряный гребень с множеством самоцветов, который он купил, когда приезжали торгаши, чтобы показать королю и бургомистру свои товары. - Наверное, он стоит кучу денег. Мне все еще не нравится, что я всего лишь пару часов в день работаю портнихой, а вы дарите столь дорогие подарки, кормите и дом вон какой большой дали. Чувствую себя нахлебницей, - сказала я Фили, пока рассматривала гребень. - Эй, ты не нахлебница. Ты помогла отвоевать Эребор и заработала свою долю сокровищ, так же как и кров над головой. - Заработала долю сокровищ, которая лежит абсолютно нетронутой. Мне было бы легче, если бы вы позволяли отдавать вам хотя бы часть денег. - За что? За подарки? Или за еду? Прошу тебя, не говори больше таких вещей, это обижает. Все, что мы делаем – от чистого сердца, - Фили выглядел действительно ущемленным и даже немного обиженным. Он не поймет, что в нашем мире для женщин, кто ничего толком не делая, получал все, были вполне подходящие названия. Но, чтобы не расстраивать принца, я закрыла эту тему. Позже я показала Фили книгу, которую взяла у Ори, чтобы понемногу осваивать и письменность. Это было что-то вроде учебника, но поинтереснее. Гном помог мне немного почитать, а также корректировал произносимые мной слова – некоторые я уже выговаривала вполне сносно. Потом я показала ему речь, которую написала для пира. Дис подсказала мне, что нужно говорить в таких случаях: поблагодарить создателей, что соединили судьбы, родителей, что воспитали столь прекрасных детей, короля, что позволил заключить брак, а потом кратко сказать о том, как дорог возлюбленный, и поблагодарить всех присутствующих, что решили разделить с нами этот радостный момент. Я несколько дней пыталась связать это воедино, и, по мнению гномок из мастерской и Тауриэль, вышло неплохо, Фили тоже оценил речь. Когда я показала ему ту же речь, но на кхуздуле, мы немного почитали ее вслух, оттачивая мое произношение, а также для того, чтобы я быстрее ее запомнила. К счастью, гном сказал, что, вероятно, Торин позволит говорить мне на всеобщем, но я решила, что лучше перестраховаться. Настала напряженная ситуация, когда нужно было лечь спать. Я не знала, потушит ли Фили свет, и, если да, лечь ли мне рядом с ним или же остаться на своей половине. Хуже всего было то, что я понятия не имела, что из этого было бы более приемлемым, и чего бы я хотела. - Свет тушить или не надо? – наконец, Фили спросил меня и посмотрел прямо мне в глаза. - Ты же не уснешь со светом, - попыталась непринужденно ответить я. - Но нужно же начинать привыкать спать с ним, если ты боишься. - Может, лучше мне начать привыкать к темноте? Я все-таки под горой живу – темноты не избежать. - Ты уверена? - Конечно, - ответила я, хотя была совершенно не уверена. И почему мне так хотелось, чтобы он выключил свет? Тем не менее, когда комната погрузилась в сумрак, я осталась лежать на месте, не зная, стоит ли лечь поближе к Фили. - Чего лежишь? Двигайся ко мне, - к счастью принц решил все за меня, и я с облегчением легла в его объятия. В этот раз мое сердце часто стучало лишь первое время, а потом успокоилось. Мне было хорошо в объятиях гнома, словно так и должно быть, и неловкость ситуации я почти не чувствовала. *** - Эй, просыпайся, - сквозь сон я услышала голос Фили и недовольно поморщилась – не хочу я просыпаться. Мне было тепло и уютно, и я не собиралась этого лишаться, но гном не отставал и легонько постукивал меня по носу. Волей-неволей я разлепила глаза. - Ты – изверг, - недовольно промычала я. - Давай, поднимайся. Скоро завтрак, - гном осторожно встал с кровати и ушел в гостиную. Судя по тому, что он был уже одет и весьма бодр, проснулся он уже давно. Я еле заставила себя подняться и направиться в ванную. Сегодня действительно было много дел – опять штопать в мастерской знаки рода Дурина, потом мы с Дис должны были обсудить, что будет накрыто на стол, и сообщить о решении поварам, позже снова уроки с Ори, а вечером нужно учить свою речь на обоих языках. Вспомнив все это, я недовольно скривилась. К концу дня я просто валилась с ног, а глаза слипались, но я заставила себя час позаниматься речью, прежде чем уступить желанию спать. В этот раз Фили, уже не спрашивая, погасил свет, а я, не дожидаясь его приглашения, уютно устроилась у него под боком. Завтра день будет хуже – утром приезжает Кили, а значит, перед ужином мы начнем готовить танец. Вот же черт, как быстро настало время злополучного дня. На следующий день за завтраком Кили сообщил, что Торин прибудет через три дня, а на четвертый будет пир. Времени оставалось совсем мало для… Да для всего! Речь я так и не выучила до конца, особенно на кхуздуле, танец мы начнем готовить лишь к вечеру, а про подарок для Фили я и вовсе молчу. Единственное, что было почти готово – флаги и гобелены. Реставрация почти была завершена, и завтра я уже могу не ходить в мастерскую. Вечер подкрался незаметно. Меня и Тауриэль принцы буквально утащили от Ори, направившись в зал, где проходят пиры. Сначала Фили и Кили долго препирались, кто же будет учить нас танцевать, но в итоге делали это оба. Они показали нам основные шаги, и, к моему удивлению, это было похоже на вальс, только если в нашем было все размерено, то у гномов резкие движения сменялись плавными поворотами и наоборот, отчего трудно было сориентироваться. - Главное - полагаться на партнера, - говорил Кили, - мужчина ведет в танце, а женщине главное поспевать за ним и делать правильные шаги. Конечно, на деле все было гораздо сложнее, нежели на словах. Хоть Фили и крепко держал меня, а также взял все управление, так сказать, на себя, я вечно путалась в шагах, не успевая сменять резкие повороты на плавные. - Давай еще раз, - говорил он, - влево и прямо, вправо и прямо, поворот, - повторял он, и я старалась следовать инструкциям, но все равно запиналась. По всей видимости, гному это надоело, поэтому он оторвал меня от земли, и танцевал, держа меня в руках. Я хохотала, как ребенок, прося отпустить, но, когда он кружил меня, удерживая над полом – просто непередаваемое ощущение. - Вы так никогда не станцуете! – грозно сказал Кили и забрал меня у брата, - иди пока потанцуй с Тауриэль, а я займусь Юли. Не знаю уж почему, но с Кили я запоминала быстрее. Наверное, Фили слишком перестарался, забрав с меня всю ответственность танца. С его братом такого не было – хоть он и вел меня в танце, и я чувствовала, что имею намного меньше влияния на происходящее, но, если я косячила, то это было заметно, и весь танец ломался. Приходилось начинать сначала, и мне приходилось стараться усерднее. Когда что-то стало получаться, Кили с гордостью передал меня жениху. - Вот, смотрите, как прекрасно теперь вы танцуете! Я просто лучший учитель, - кричал нам Кили, пока мы кружились в танце. Сейчас действительно все получалось не идеально, но заметно лучше. Мы взяли небольшую передышку и теперь наблюдали, как танцуют Кили и Тауриэль. Признаться честно, я думала, что это будет выглядеть нелепо – все-таки эльфийка выше принца, хоть он и отличался внушительным ростом среди сородичей. Но мои опасения не подтвердились – они были словно созданы друг для друга, и никакие сантиметры не были помехой. Кили быстро кружил Тауриэль, которая звонко смеялась, заставляя гнома широченно улыбаться. Но он, как и Фили, старался все в танце взять на себя, поэтому Тауриэль тоже где-то путала шаги, но все же она умела танцевать, и их танец был намного изящней нашего, но я даже не расстраивалась. Было еще много времени для тренировок, а с такими учителями я уж не пропаду. После ужина, я сказала Дис, что мне нужно кое-что с ней обсудить, поэтому Фили проводил нас до ее покоев, обещав зайти за мной примерно через час. На все мои аргументы, что наши комнаты находятся буквально в двух шагах отсюда, принц лишь отмахнулся, что было вовсе неудивительно – все они, гномы, упрямцы. - О чем ты хотела поговорить? – Дис налила мне немного вина, припрятанного у нее за комодом в спальне. - Я совсем не знаю, что дарить Фили на нашу помолвку. Я ведь ничего не умею делать своими руками. - Ты умеешь шить и вязать, - склонив голову набок, отозвалась гномка. Я посмотрела на багряную жидкость в кубке и сделала несколько глотков. На вкус вино было сладким лишь с небольшой горчинкой, но она добавляла ему пикантности, поэтому я отпила еще немного – ну а что такого, вкусным напитком грех не напиться. - Шью я так себе, а что связать ему – я не знаю. То, что я умею у вас, наверное, не носят. - А что ты умеешь? Я объяснила ей, что такое шарф и свитер, и она кивнула, сказав, что такого действительно у них нет, но тем будет лучше мой подарок, если я это сделаю. - Свяжи ему тот же шарф – прекрасная вещь, я думаю. Особенно сейчас, когда они так часто ездят в Дейл. Там ведь еще пусто и ветер гуляет туда-сюда, гномы, конечно, не простывают, но вот горло заболеть вполне может. Шарф бы ему пригодился. К тому же, это будет поистине чем-то особенным, потому что ни у кого другого не будет подобной вещи. - Тогда завтра начну вязать, - с улыбкой заявила я, и мы, чокнувшись, осушили третий или четвертый по счету бокал. Не знаю, как от обсуждения блюд для пира мы перешли к детству Фили, Кили и Торина, но я просто каталась со смеху, слушая, как маленький Кили голышом бегал по коридорам, и никто его не мог поймать, или как Фили чуть не попал по… кхм… седалищной части Торина, учась метать ножи. Король-под-Горой тоже, оказалось, любил чудить в молодости, и, впервые напившись в таверне эля с друзьями, вернулся домой лишь спустя несколько дней: полураздетый и без денег – вот уж бы никогда не подумала, что узбад мог быть таким безрассудным. - И что вы тут так смеетесь? – сзади нас возник Фили, прервав очередной рассказ Дис, - О, я вижу вам тут очень весело, - ухмыльнулся он, глядя на полупустой кувшин вина. - Не будь занудой, - отозвалась я, пытаясь подняться с тахты. - Боюсь, он будет, - сказала Дис, - а завтра еще и превратит это в повод для шуток. Правда, сын? - Мам, тебе пора спать, - Фили осторожно взял Дис за локоть и повел ее в спальню, сказав мне сидеть на месте. Когда он вернулся, я почти дремала, поскольку алкоголь усыплял мое и без того уставшее тело. Остановившись в паре метров от меня, гном ухмыльнулся: - Давно я не видел тебя пьяной, - сказал он, - хотя сейчас ты намного трезвее, чем когда мы пили в таверне в Эсгароте. - Ой, уймись уже, и пошли домой, - отмахнулась я, и чуть не рухнула на пол при попытке встать. Вино оказалось крепче, чем я думала: стоит уже привыкнуть, что алкоголь этого мира весьма отличается от нашего. Хорошо, что гном был недалеко и успел поддержать меня, а, после нескольких моих неудачных попыток идти самостоятельно, и вовсе взял на руки и понес домой. Как ни странно, я была совершенно не против, и даже не заметила, как уснула, усыпленная градусами алкоголя и таким знакомым запахом табака.